Все-то ты знаешь, Джорно

«Какое удивительно ясное утро», — подумал Бучелатти, когда ранние лучи солнца коснулись его лица. Он накрыл голову одеялом, ибо мужчине совершенно не хотелось вставать, и он нежился в постели, обнимая руками подушку, на которой спал. Такой знакомый запах. Бучелатти сонно открыл глаза и зевнул, его взгляд упал на приоткрытый шкаф, из которого приветливо выглядывал пиджак лилового цвета, а на дверце висело еще влажное полотенце. Бруно приподнялся на локтях и увидел на соседней подушке длинный золотистый волос. Осознание произошедшего не заставило себя долго ждать, Бучелатти резко вскочил, о чем сразу же и пожалел — тяжелая ноющая боль ударила в виски китайским гонгом. Он аккуратно спустил свои ноги на пол, а сам принял сидячее положение и схватился обеими руками за голову.       Похмелье было жутчайшим и ко всему прочему, лидер очень хотел пить. Бутылка воды, оказавшаяся на тумбочке, была очень даже кстати и Бучелатти выпил ее в три глотка. Брюнет зарыл пальцы в свои волосы и с силой потянул их, пытаясь привести себя в чувство. Он медленно поднялся и направился к зеркалу. Видок у него явно был не лучший: лицо выглядело отекшим, глаза уставшими, а мешки под ними — глубже и темнее марианской впадины, одежда была вся мятой и неправильно застегнутой, а про прическу вообще лучше промолчать. Бруно, тяжело вздохнув, направился в душ, находящийся в том же номере. Он совершенно не хотел в таком виде проходиться по всему отелю к своей комнате. Бучелатти скинул одежду и подставил свое ставшее ватным тело под струйки прохладной воды. Какое-то время он просто пытался смыть с себя сегодняшнюю ночь, но попытки сами себя исчерпали, когда тот понял, что усердно намыливает свое тело мылом, пахнущим чертовым Джорно Джованно. Бучелатти ничего не мог с собой поделать, он только закрыл глаза, как картинки произошедшего всплывали у него в голове. Внизу живота заныло от нахлынувших воспоминаний. Обретение контроля над парнем обернулось потерей контроля над собой. Бучелатти, громко вздохнув, довел дело до конца и, пока его семя смывало в канализацию, Бруно подумал: «Вот черт, это срочно нужно прекратить». Мужчине неожиданно стало стыдно перед Джорно, стыдно за свой пьяный вид, стыдно за свое ребяческое поведение, но больше всего заставляло жалеть Бучелатти о случившемся то, что он так бесцеремонно надругался над чистыми чувствами Джованны, наградив того ложной надеждой. У мафиозника не было ни времени, ни сил на какие-либо романтические отношения и он с самого начала знал, что вне зависимости от своих желаний он не позволит отвлекающим факторам мешать его работе. Он чувствовал себя полным идиотом, поступив так необдуманно. Бучелатти решил извиниться перед Джорно в как можно более равнодушном тоне. Бучелатти вернулся к себе в номер. Сменив одежду и восстановив вид волос, он направился к гостиничному ресторану для завтрака. Правда, к тому времени они уже подавали обед. На месте он встретил Аббакио и Наранчу, первый бурчал себе под нос, что Наранча слишком громко говорит, а ему и без того хреново, а второй лишь громче орал тому на ухо, от чего Аббакио сидел с мученической миной и желал про себя скорейшего отходняка, чтобы выбить все дерьмо из этой мелочи.       Бруно решил не мешать им и направился к пустому столику. Он сытно поел и допивал чашку крепкого кофе, как в проеме входной двери показалась светлая косичка Джованны. Бруно напрягся, мысленно вспоминая миллион отговорок от ответственности за ночной инцидент. Джорно сел напротив командира, сложив руки на стол. — Как ваше самочувствие? — как ни в чем не бывало, спросил парень. В его глазах не было и тени смущения или неловкости. — Вполне нормально, могло быть и хуже, — Бруно сделал маленький глоток кофе, но подавился, заметив синий след от засоса на шее Джорно, который тот даже не утрудился скрыть. Об уверенном зрительном контакте можно было забыть: мужчина отвел свой взгляд моментально, откашлявшись в кулак. Джорно заметил реакцию лидера, ведь он специально дал ему разглядеть след и решил немного поиздеваться над и без того смущенным Бучелатти. — Вы хотели поговорить о чем-то важном, — Джорно коснулся двумя пальцами места засоса, соблазнительно откинув голову, — но не задалось, — Бруно нервно сглотнул, мог бы и догадаться, что банальные уловки, вроде «я был пьян ничего не помню», с Джованной не прокатят. Светловолосый коснулся своей рукой ладони Бучелатти, крепко сжимающей ручку чашки. Бруно отстранился. Он встал из-за стола и молчаливым жестом приказал Джорно следовать за ним. На лице брюнета сложно было прочитать эмоции.       Они спустились по лестнице в коморочное отделение ресторана, где стояли одни полупустые ящики и корзины с метлами или другими материалами для обслуживания здания. Из-за того, что Джорно встал слишком близко к Бруно, второму пришлось сделать шаг назад, рукой легко отталкивая Джованну, не позволяя парню приблизится к нему ближе. Бучелатти был уверенно настроен для расслабленной, хотя бы с виду, позы, он облокотился о соседнюю стену и скрестил руки на груди. Джорно внимательно наблюдал за тем, как брюнет его оттолкнул и хотел что-то сказать, но Бруно поднял ладонь в останавливающем жесте. — Джорно, я хотел бы перед тобой извиниться за свое поведение, — спокойно начал брюнет. — Мне жаль, что именно ты попался мне в таком состоянии. Думаю, на твоем месте мог бы оказаться кто угодно в ту ночь. — Бучелатти на мгновение стыдливо отвел глаза, он не смог смотреть на лицо Джорно в этот момент. Тот не верил своим ушам, но не мог сказать и слова. В нем чередовались непонимание, обида, злость, смущение. Парнишка опустил взгляд на пол и прикусил губу. Он не мог позволить Бучелатти так просто от него избавиться. Мужчина продолжил: — Я искренне сожалею, что втянул тебя в это. Меня интересует только сотрудническая часть наших взаимоотношений и я не хочу и не могу ничего менять, — мужчина потрепал парня за плечо, пока тот стоял в ожесточенном молчании. Блондина очень злил командир в данный момент, Джорно явно еле сдерживался, чтобы не ударить со всей силы кулаком по Бучелатти за его наигранный спектакль. Истинные чувства Бучелатти сильно выдавал запах мыла, которое он предпочел гостиничному. — Надеюсь, мы сможем и дальше нормально работать вместе, — Бруно натянуто улыбнулся. Он собирался уходить, но когда дотронулся до ручки двери, почувствовал пальцы Джованны, цепко вцепившиеся в рукав его свободной руки. Мужчина повернулся лицом в сторону парня и Джорно быстро сократил расстояние между ними, накрывая губы Бруно своими. Парень никогда раньше не целовался, поэтому это был легкий, не глубокий поцелуй. Блондин отстранился, ожидая реакции брюнета. Бучелатти мгновение думал, облизал губы и притянул мальца за талию к себе, углубляя поцелуй. Он позже снова будет жалеть о своей слабости и снова, изо дня в день, сдаваться этим голубым глазам. А пока для него существует только Джорно Джованна, который по-юношески краснеет от прикосновений и знает все на свете о его лидере, Бруно Бучелатти. Брюнет переворачивает блондина к стене и ставит свои руки по двум сторонам от лица Джорно. Он втягивает в рот нижнюю губу парня, кусая ее до крови, слизывает красную струйку с его подбородка, разрывая поцелуй, и рассматривает возбужденное лицо Джованны. Его белая, казавшаяся фарфоровой кожа, теперь розоватого цвета. Парень очень чувствителен к касаниям. Бруно провел подушечками пальцев по его щеке, после чего остался белый след, постепенно обретающий красноватый оттенок. Руки Джорно обвивали спину Бучелатти, задирая пиджак и оставляя царапины на оголившемся участке. Бруно наклонился к уху парниши, облизал раковину и прикусил мочку уха, вызвав прерывистый выдох Джорно. — Тебе так и не терпиться залезть мне под одежду? А, Джованна? — голос мужчины был таким сладким и сексуальным, что парень не нашел подходящих слов для ответа, а решил просто опуститься на колени перед ним. — Прошу простить меня, Бучелатти, но я очень не люблю быть в долгу перед кем-то, особенно перед вами, — Джорно потянулся рукой к ремню брюнета. — Я ведь так и не поблагодарил вас за вчерашнее, — Пошло усмехнулся Джованна. Бучелатти нервно сглотнул, провел большим пальцем по нижней губе Джорно, погружая его немного вовнутрь, на что юнец ответил легким его посасыванием, и стал терпеливо наблюдать за ловкими движениями Джорно. Кто бы мог подумать, что даже делая подобные вещи впервые, касания блондина столь уверенны. Джорно не спеша расстегнул ремень и ширинку Бучелатти, стянул с него брюки, опуская их до колен и посмотрел на заметный стояк мужчины, сочившийся жидкостью через белье. Джорно коснулся места, где должна была быть головка и прощупал член до основания, позже заменив пальцы губами, оставляющими легкие поцелуи и покусывания через трусы Бучелатти. Позже, он уверенным движением оттянул резинку трусов и стянул их до брюк, оголяя достоинство Бруно. Джорно некоторое время рассматривал прелести своего лидера, а потом чмокнул головку Бучелатти и, проведя влажную полосу языком до яичек, заглотил часть его члена. — Джорно, — тихо простонал Бучелатти, запрокинув назад голову. Джованна принялся сосать ствол мужчины, время от времени помогая себе рукой и громко причмокивая. Бруно достаточно быстро достиг предел и, простонав, кончил прямо в рот Джорно, на что тот только довольно облизался. Бучелатти наклонился к парню и, взяв за подбородок, смачно того поцеловал. Мужчина приподнял юношу и положил спиной на один из ящиков, лежащий в коморке, сам же встал так, чтобы Джорно смог обхватить его бедра ногами. Бруно провел ладонью по каменному эрогированному орудию парня, тот требовал скорейшей разрядки. Мужчина поспешно избавился от своей одежды и резким движением расстегнул пиджак Джорно и стащил с него брюки вместе с бельем. Его приветствовал внушительного размера, подрагивающий от возбуждения агрегат с милейшим блондинистым лобком. Бруно прикоснулся к розоватым затвердевшим бусинкам сосков парня, оттянул их, нежно прикусил. — Буччелати… — умоляюще смотрел Джорно. — Да, сейчас, — Бучелатти потянулся за старым оливковым маслом, стоящим на одной из полок пыльного шкафа. Он смочил им указательный и средний пальцы и приставал к входу юноши. — Расслабься, Джорно, — мужчина протолкнул в отверстие сначала один, а потом и второй палец и начал ими двигать в виде «ножниц». Джорно громко постанывает каждый раз, когда брюнет задевает чувствительное место. — Я сейчас… — Джованна сильно закусил губу и съежился. — Потерпи, еще совсем немного, — удостоверившись, что достаточно растянул парня, Бучелатти приставил свой член к колечку мышц Джорно и неторопливо ввел его до конца. Блондин исцарапал всю поверхность ящика, до которой дотягивался, поэтому Бучелатти закинул его руки себе на шею и начал двигаться, постепенно набирая темп. Мужчина и сам сильно вспотел, он чувствовал как горячие стенки прохода внутри Джорно сжимались вокруг его члена и болезненно пульсировали. Он снова был на пределе. Обнимая Джорно, он прижал его ближе к себе, чтобы их тела полностью соприкасались, а член парня терся о живот Бруно. Еще пару толчков и они оба обильно кончают: Бруно, успев в последний момент достать член, изливается по ноге Джованы — на пол, а сам Джорно пачкает живот и часть груди Бруно. Мужчина, уставши, утыкается носом в шею парня. — Умеешь же ты уговаривать, — Бучелатти чмокает напоследок парня в шею, — пора уходить отсюда, скоро официант заметит, что я не оплатил счет. Джорно еще какое-то время приходил в себя. — Подождите, Бучелатти! — Джорно на мгновение замялся, — Вы так и не сказали, нравлюсь ли я вам, — Джорно в этот момент выглядел совсем как ребёнок и Бучелатти даже показалось, что тот надул щеки в обиде. Мужчина рассмеялся. — Ты уже можешь перестать называть меня на «вы», мы уже достаточно близки, чтобы избежать этих формальностей, — Бучелатти застегнул ремень брюк. — Ты тут остаешься? Не замерз еще? — брюнет подошел к юноше, тот все еще сидел на ящике. Он оторвал кусок туалетной бумаги, рулонов которой тут было предостаточно, и вытер следы спермы на ноге Джованны. Бучелатти многозначительно посмотрел на Джорно, когда у того снова появилась эрекция. — Еще одного захода я не выдержу, не забыл, что я с похмелья? — парень только грустно пожал плечами и принялся одеваться. — Per amore della rosa, si sopportano le spine*. — раздосадованно сказал Джорно, когда лидер банды уже вышел из помещения.