Эта Хрень

      

71. Апрель ЭХ+4, Камушкин улей, Кеша.

             «Доклад» от исследовавшей нижние уровни группы был длинным и запутанным. Впрочем, учитывая отсутствие хотя бы десятника, как с лёгкой руки Тотоле стали называть минимально самостоятельных особей, стоило порадоваться уже тому, что доклад вообще был и даже содержал какую-то осмысленную информацию.       К счастью, все непонятные моменты можно было уточнить у автора, прямо-таки горевшего желанием принести пользу улью… даже вопреки отсутствию личного интеллекта.       В итоге всё оказалось довольно просто: группа столкнулась с новым неопознанным существом. Существо само не нападало, но группу дальше не пускало. Убить существо группа не смогла, обойти — тоже, но спустя какое-то время всё же догадалась вернуться и доложить. Описать существо докладчик затруднился. «Круглое и длинное и зелёное и в крапинку» — максимум связности, которого удалось добиться.       — Я схожу, — вызвался Тотоле. — Есть шанс, что это кто-то разумный.       — Мне тоже стоит размяться, — решительно заявила Света, консорт лишь выразительно на неё покосился — приближались очередные роды. Но сказал совсем другое.       — Без эскорта тебе идти нельзя, а шесть гвардейцев, да секретари, да няньки — это как-то многовато для мирного посольства, нет? А если ты там рожать начнёшь — к тебе и вовсе пол-улья прибежит!       Королеве осталось лишь согласно вздохнуть.       Впрочем, несмотря на всю, бесспорно выдающуюся, личную силу и — очень спорно — меньшую ценность для улья, Тотоле один тоже не пошёл. По вполне понятным причинам гвардейцев он брать не стал, ограничившись одной «дипломаткой» и парой лёгких бойцов для её прикрытия — вроде как и немного, и представительно, и, если вдруг так повернётся, открыты дополнительные варианты.       Существо находилось на том же месте, где его встретили бестолковые разведчики, и действительно оказалось «зелёным, круглым, длинным и в крапинку» — примерно метровой длины толстый «огурец» со схематичным изображением лица на одном конце и парой явно декоративных ручек по бокам.       — Эм… Привет? — поздоровался Тотоле, разглядывая странное создание.       В ответ существо булькнуло, несколько раз дёрнулось, а потом Кеша внезапно осознал, что его новое тело при всех своих многочисленных достоинствах абсолютно не способно к членораздельной речи.              * * *       

72. Ноябрь ЭХ+0, Женя и Лена.

             Двигаясь вдоль берега, Женя с Леной постепенно добрались и до пригородов — безлюдных и каких-то нежилых, будто давно брошенных частных домов, хотя с прихода Этой Хрени и недели не прошло. На ночлег решили остановиться в небольшом покосившемся домишке, судя по следам — совсем недавно обитаемом. Воспользовавшись созданной молодым магом мощной подсветкой, придавшей бодрости уже было заснувшим на зиму деревьям в саду, Лена аккуратно сплела защиту в дополнение к забору и дверям, а Женя создал несколько особо ярких фонариков, прикрытых до поры листьями на тонких лозах, живыми растяжками покрывших пол.       На кухоньке нашлись и кой-какие припасы, и даже вполне работающая газовая плитка. Сложнее оказалось с водой — водопровод отсутствовал, а налитая в пятилитровые бутыли вода уже порядком застоялась. Впрочем, до колонки было рукой подать, а дождевая вода в не слитых ещё бочках прекрасно сгодилась на помывку и стирку.       Отмывшись, поев и переодевшись в чистое, ребята вполне предсказуемо расслабились и разговорились — и общение, в полном соответствии с каноном, было прервано на самом интересном месте появлением незваных гостей. Несколько теневых тварей, воспользовавшись наступившими сумерками, прокрались в дом, но коварный план, не раз уже обеспечивавший их вкусным пропитанием, сорвался, когда кто-то неосторожно потревожил засохшую казалось бы ветку. Вопли раздираемой жертвы неожиданно активных растений заставил остальных тварей отбросить осторожность — и сильно (но недолго) об этом пожалеть, когда высвобожденный ярчайший синий свет буквально вымыл их из реальности.       — П-паранойя — это правильно! — не сразу справился с дрожью в голосе Женя, проморгавшись после вспышки и отойдя от акустического удара.       Ночевать решили на чердаке, дополнительно оплетя его доказавшей полезность растительной сигнализацией и хорошенько осветив все углы.       Остаток ночи прошёл совершенно спокойно, правда, настроение уже было напрочь испорчено и ребята просто спали, потеплее замотавшись в одеяла, а утром продолжили путь в неизвестность. Женя хотел добраться до родного города, впрочем, не особо надеясь найти живых родственников. Лена про своих родителей особо не говорила, но уточнить их судьбу тоже хотела бы, благо, и добираться осталось всего ничего — другой конец небольшого, в сущности, городка.       Пройдя город насквозь за какой-то час и не встретив ничего опасного или хотя бы подозрительного, молодые маги всё чаще стали натыкаться на следы разрушений, больше всего напоминавшие результаты артобстрела, как их показывали в репортажах из горячих точек: выбитые, а кое где даже и обгоревшие окна, пробитые стены с грудами обломков, смятые и перевёрнутые машины, явно подброшенные взрывом.       Настороженно переглянувшись, они взяли в сторону от первоначального курса, чтобы обойти подозрительное место, но чем дальше отходили — тем больше убеждались, что эпицентр, откуда летели снаряды (или «снаряды» — полной уверенности не было ни у одного), располагался как раз рядом с их целью.       Вскоре разрушения стали сильнее, некоторые дома, особенно не загороженные впередистоящими, были почти полностью разбиты, и даже кучи обломков были размётаны по окрестностям.       — Это был не взрыв… — констатировал Женя.       — Как минимум — не один взрыв, — уточнила Лена.       При взгляде на обломки создавалось отчётливое впечатление, будто нечто тщательно расстреливало всё, что попадалось в поле зрения.       Вскоре показался и эпицентр разрушений: совершенно пустая площадка метров двести в поперечнике, некогда, несомненно, застроенная, но теперь — засыпанная песком и мелким щебнем. В центре темнело нечто непонятное, при ближайшем рассмотрении оказавшееся двумя телами — удивительно сохранившаяся маленькая девочка, лет восьми, с жутко изломанной ногой в пятнах свернувшейся крови, и высохший практически до состояния мумии мужчина в сильно подранной явно домашней одежде. Пальцы обеих рук были сложены в сложные фигуры, а на лице застыл неприятный оскал мрачной решимости.              * * *       

73. Ноябрь ЭХ+0, Вася, Ольга и «Чады Лотос».

             После всех переговоров и прощаний с «Чадами Лотос» самым сложным оказалось разбудить разоспавшегося Бонуса. Развернувшись из плотного клубка, трицератопс наспех обнюхал Васю и Ольгу, убедился, что свои, и явно собрался спать дальше, но, увидев собранные сумки, очень по-человечески вздохнул и, встряхнувшись, улёгся уже на пузо для удобства погрузки.       До базы другой группы выживших, находившейся примерно вдвое дальше, чем место стычки с родителями Бонуса, и немного в сторону, лихая команда добралась минут за сорок — извивающийся крокодилий аллюр Бонуса оказался быстрым, манёвренным и неожиданно комфортным.       А вот база «сорокатысячную» компанию вовсе не порадовала: слишком мало от той базы осталось и слишком уж мрачные ощущения вызывали руины — местами оплавленные, местами перетёртые в мелкую крошку, а местами будто просто бесследно исчезнувшие, оставив противоестественно гладкие срезы.       Помимо руин хватало и других следов — кровь, мелкие ошмётки явно биологического происхождения, стреляные гильзы, сломанные мечи и щиты, следы разнообразных заклинаний на стенах.       Словом, был бой, и бой тяжёлый. Странно, что расположенные совсем рядом «Чады» ничего не услышали — патрули обеих группировок регулярно пересекались и глубоко заходили на территорию соседей. Доступа к варфреймовскому чату у порождений совсем другой вселенной не было, зато была обычная радиосвязь.       Пока «Чады» обсуждали судьбу соседей и обдумывали собственные дальнейшие шаги, «сорокатысячные» изучали следы и искали выживших — без особой, впрочем, надежды на успех. Бонус помог и тут: быстро поняв, чем занимаются хозяева, он и сам стал осторожно вынюхивать и показывать разные странности и необычности.       Что бы ни случилось с не успевшей даже определиться с названием группой, происходило это всё под огромным — порядка двухсот метров в диаметре — куполом, не выпустившем наружу ни звук, ни осколки, ни иные сопровождавшие бой спецэффекты. Границу области удалось пунктирно отследить по чёткому краю следов разрушения в тех местах, где оно упиралось в купол.       Удалось найти несколько пусть и не целых, но достаточно мало фрагментированных трупов, как защитников-людей (преимущественно), так и явно нелюдей-нападавших — заваленные особо крупными кучами обломков. Складывалось впечатление, будто победители перед уходом постарались найти и собрать все тела и трофеи, но не обладали возможностями и настойчивостью орка, астартес и неведомой зверушки.       Новое сообщение «Чадами» было получено, а вот ответа уже не последовало: связь прервалась.       До базы варфреймовцев «сорокатысячные» добрались за рекордные двадцать семь минут, но всё уже было кончено: связь восстановилась, блокировавший её купол пропал, а нападавшие, переоценившие свои силы и недооценившие своевременно предупреждённых тенно, валялись повсюду неаккуратными грудами. Сотни, если не тысячи мелких, с некрупную собаку, тварей, среди которых не было двух одинаковых, но все одинаково мерзкие. Бугристые и пятнистые бочонкообразные тела самых разных цветов, разное количество глаз, многочисленные пасти в самых неожиданных местах, разное количество откровенно непарных изрядно когтистых конечностей — часто даже нельзя было понять, где руки, где ноги. Твари, созданные исключительно для убийства. Причём, судя по узнанным остаткам снаряжения, созданные из людей и совсем недавно.       Создатель этой орды тоже нашёлся — окружённый толпой самых разных фреймов и укрытый отблёскивающим на неярком октябрьском солнышке куполом, теперь уже едва десятиметровым. Вместе с ним под куполом находились и несколько связанных людей. Судя по пантомиме, маг, такой же пятнистый, как и его твари, но сохранивший куда более человеческий облик, требовал его отпустить, угрожая смертью заложников. Ответила ему взлетевшая повыше Ольга длиннющей очередью мультилазера, напрочь проигнорировавшей защиту. Когда мельтешение вспышек и разрывов прекратилось, а пыль осела, под куполом не было никого — лишь тускло светящаяся красным раскалённая земля.       — Никаких переговоров с террористами! — яростно выплюнула астартес в гробовой тишине. — Лучше убить тысячу невиновных, чем упустить хоть одного врага человечества!       — Или вы думаете, что он бы не попытался повторить? — меланхолично поинтересовался Вася, ковыряя в зубах веточкой.       — Мы собирались спасти людей! У нас был план… — сердито начал говорить кто-то, но Ольга его перебила:       — Слишком поздно! Не знаю, что это за варпова скверна, но от людей там оставался только облик! Авточувства не врут!       — В отсутствие тел остаётся только верить вам на слово, — продолжил спорить сердитый голос, но уже без прежней убеждённости.       Ольга вскинулась что-то ответить, но Вася её удержал и, видимо, что-то сказал по закрытому каналу, во всяком случае, она успокоилась и заговорила гораздо спокойнее:       — У Империума очень много врагов, и многие из них действуют исподтишка. Не сосчитать, сколько раз всего один упущенный предатель становился причиной новой волны ереси, забиравшей тысячи и миллионы жизней. Порой приходилось выжигать целые миры с сотнями миллиардов жителей. Наш… подход возник не на пустом месте. Сжечь сотню сегодня или тысячу завтра — выбор очевиден.       Спокойные слова, даже равнодушно-уверенные вопреки содержанию сказанного, не очень-то убедили присутствующих, но и спорить никто особого желания не испытывал — как отчасти признавая её правоту, так и в силу отсутствия предмета спора: сверкнув напоследок купол исчез и во все стороны рванула не сдерживаемая более волна нестерпимого жара.