Зависимый

      Шури с Питером куда-то сбежали почти сразу же, как второй успокоился и больше не выглядел так, словно еле сдерживает желание упасть на пол лицом вниз и снова начать плакать. Баки же оставил их (хотя нет, это они его оставили) и неспеша побрел по коридору. Ему следовало бы обдумать многое.       Теперь, после случившегося, он точно не сможет спокойно относится к Старку. Хоть он и его преподаватель, он, скорее всего был груб и жесток с Питером, когда они обсуждали их истинность. Баки был почти на все сто уверен в этом.       Он думал о том, что было бы, встреть он своего истинного альфу. Он бы не смог так просто от него отказаться. Барнс скривился от этой мысли. Всего-то две недели он — омега, а уже мыслит так, будто он с рождения такой. Хотя, было бы намного легче, и не только ему, а всему миру, если бы этот «омегаверс» случился бы у всех с рождения.       Не было бы необходимости заново учиться принимать себя, изучать особенности своего нового тела, ведь все это было бы у людей с самого детства и всем было бы привычно. Сейчас дети рождались обычными, можно сказать, бетами. У них не было вторичного пола. Ученые строили теории о том, появится ли он у этих детей, когда они станут старше. Баки слышал об этом от Стива, которого, казалось, жуть как интересовала вся эта белиберда. А Наташа еще, видя как Барнса бесит эта тема, лишь поддерживала Стива и охотно обсуждала с ним это.       Да, Джеймс точно бы не смог отказаться от своего истинного альфы.       «А если бы это был… Брок?» — вдруг подумал парень и тут же скривился от этой мысли.       Сам Рамлоу был бы, безусловно, рад, а вот Баки бы точно послал его. Вот если бы…       «Вот если бы моим истинным был Стив, то все было бы по-другому.»       Барнс лишь подумал об этом и сразу же ужаснулся подобным мыслям.       «Так, стоп, Стив твой друг, и уж никак не истинный альфа» — твердо убедил себя омега и постарался больше не думать о Роджерсе в таком ключе, но было тщетно.       Стив был понимающим, заботливым и милым, и вот такого альфу и хотел бы себе Барнс. Они были одного возраста, в отличие от Питера и Старка, и были знакомы с самого детства. Баки с уверенностью бы сказал, что нет человека, который знает его лучше, чем Стив. Да и, только Стиву он доверяет полностью и безоговорочно.       Барнс остановился в паре сантиметров от стены, в которую чуть не врезался лбом.       Погодите, он, что, сейчас рассматривал образ Стива как своего возможного альфы?       Барнс подумал о том, какой же он идиот и стукнулся головой о холодную стену. Слабая боль немного утихомирила разбушевавшуюся фантазию, и парень направился на поиски друзей, которых совершенно бессовестно бросил в столовой двадцать минут назад.       Романофф и Роджерс обнаружились на прежнем месте.       — Окей, Джеймс, — начала Наташа, как только Баки сел рядом с ними. — А теперь потрудись объяснить, что это было.       Баки закатил глаза. Он терпеть не мог, когда его называли «Джеймс». Прозвище, придуманное Стивом пару лет назад, нравилось ему куда больше.       — Я Баки, — фыркнул он, но девушка даже не отреагировала на это. — И моему другу Питеру нужна была моя помощь.       — Твоему другу? — одновременно воскликнули альфы. Стив удивленно, а Наташа — с недоверием.       — Ага, моему другу.       Баки пожал плечами, словно ничего такого тут и не было, и с удовольствием понаблюдал за удивленными выражениями лиц друзей. Он стащил у Стива из-под носа его стакан с остатками холодного кофе и одним глотком выпил все содержимое.       — Я рад, что вы общаетесь, — сдерживая улыбку, проговорил Роджерс.       Романофф на это в очередной раз закатила глаза и поднялась со своего места.       — Идем, если не хотим опоздать на математику, — пояснила она.       Парни направились за ней, и от взгляда Стива, направленного на Баки, становилось неловко. Но омега лишь молчал и старался не обращать внимания.       Когда все трое уже были около нужной аудитории, Барнс вдруг ощутил несильную боль в области живота. Роджерс, видя, что он схватился за низ живота, обеспокоенно подскочил:       — Бак, все в порядке?       Джеймс кивнул, даже не посмотрев на него, а затем согнулся пополам от сильного спазма и зажмурился. Причин для той внезапной боли, что он сейчас ощущал, не было совсем. Ощущения сменились на не менее неприятные, но Баки больше назвал бы это дискомфортом.       — Да, я… Я в порядке, — он взялся за подставленное плечо обеспокоенного Стива и выпрямился. — Наверное, просто съел что-то не то…       — О, не-е-ет… Это совсем другое, — вдруг послышался чей-то голос сбоку.       — Может, стоит сходить в медпункт? — Стив все еще сжимал его руку, а Баки совсем перестал что-либо понимать.       Он чувствовал себя немного странно, но ничего более точного сказать не был в состоянии — ощущения были рассеянные, а думать почему-то вмиг стало тяжело. Парень почувствовал, как внутри отчего-то нарастает паника. Он перевел взгляд на Стива, но тот выглядел так же растерянно, как и он сам. Вокруг находилось множество альф, которые уже обратили на него свое внимание, и Баки, чувствуя невольную опасность, хоть и не понимая ее причины, сделал шаг ближе к Роджерсу.       — Стив… — неуверенно позвал его Джеймс.       Когда Наташа сделала шаг навстречу к ним, Стив среагировал мгновенно и закрыл омегу собой. Баки скорее всего показалось (он надеялся, что ему показалось), что Стив издал тихий рык. Альфа тут же обернулся и, схватив его за руку, потащил в неизвестном направлении.       — Идем. Быстрее, — спокойно проговорил он.       Барнс не сопротивлялся и послушно шел рядом, не отставая ни на шаг и даже не пытаясь вырвать руку из крепкого захвата. Он ничего не понимал, но его сердце билось словно бешеное, внутренности сковывал страх.       Через пару коридоров они оказались в туалете.       Роджерс отпустил его и тут же отстранился, указав на раковину перед ними.       — Умойся холодной водой. Это немного поможет.       Баки сделал так, как ему говорили, и почувствовал, будто и дышать стало легче, и вообще ничего не происходило. После того, как лицо и руки почти стали ледяными от температуры воды, Барнс выключил кран и обернулся к Стиву.       — Что это было? — охрипшим голосом спросил он.       Стив отчего-то тяжело дышал, но пытался выровнять дыхание.       — Твой запах очень усилился, и мы подумали, что у тебя начинается течка, — пояснил Роджерс и Баки понял, что под «мы» он имел ввиду вообще всех альф. — Но сейчас все в порядке. Хочешь пойти домой? Я провожу тебя.       — Нет, я нормально себя чувствую, — Баки пожал плечами, и тут дверь распахнулась.       В дверном проеме показалось обеспокоенное лицо Наташи. Барнс удивился бы тому, насколько непринужденно она входит в мужской туалет, если бы не был в шоке от того, что у него только что чуть не началась течка в самый неподходящий момент.       — У него течка? — обратилась она к Стиву, будто бы Барнса здесь вовсе и нет.       — Нет. Похоже, ложная тревога.       Романофф кивнула и все трое направились на занятие, начало которого уже прогуляли. Барнс буквально чувствовал недосказанность между двумя альфами. Они шли по обе стороны от него, и, когда они уже почти вошли в аудиторию, Наташа вдруг остановила их обоих.       — Парни, простите, — выглядела она виноватой, и Баки пытался понять, что сегодня с этим миром не так. — Не сдержалась. Простите, мне правда жаль.       — Что, о чем?.. — начал было Барнс, но Стив распахнул дверь и утащил его на их привычные места. Баки одарил его недовольным взглядом, но взгляд преподавателя был куда более суровым, и им пришлось молча пройти в помещение.       Барнс честно пытался вслушиваться в лекцию и сосредоточиться только на словах преподавателя, но уже через десять минут он не выдержал. Открыв тетрадь на чистом листе, он размашисто написал:       Что имела в виду Нат?       Роджерс попытался сделать вид, что не заметил, но хмурый Баки ущипнул его за бедро под партой, и Стив, ойкнув, все же вздохнул и написал ответ снизу.       Она чуть не набросилась на тебя. Как альфа.       И, пока Баки пытался осмыслить это, он приписал еще кое-что:       Смотри на доску, пожалуйста, я не хочу, чтобы нас отчитали. Миссис Джонс уже третий раз на нас смотрит.       Баки ничего не оставалось, кроме как послушать его и начать решать уравнения. Но ответ Стива все еще не давал ему покоя.       Что вообще значит это «чуть не набросилась»?! Звучит по меньшей мере странно, если не пугающе. Вообще, от Наташи можно чего угодно ожидать, и Баки знал это всегда, но вот сейчас… Он никак не мог представить, чтобы она вот просто не сдержалась во время его течки.       Хотя, он все-таки омега, а вокруг куча альф. В голове невольно возникла мысль, а сдержался бы Стив?..       Определенно, да. Он ведь был спокоен и рассудителен, когда это случилось пару минут назад, и смог быстро отвести его подальше ото всех остальных альф. Или…       «А что, если он привел меня туда совсем не для этого?..»       Барнс мотнул головой, отгоняя подобные мысли. Стив бы так не поступил. Особенно с ним. Ну, это ведь Стив. Он и собственным состоянием пренебрежет только ради него.       Баки почувствовал, как в животе снова завязывается узел из его внутренностей. Боль была тупой, но все равно нестерпимой. Страх за то, что рядом с ним так много альф, и любой может причинить ему вред, особенно, когда он в таком уязвленном состоянии, снова заполнил его мысли, и он не заметил, как боль постепенно стихла.       Быть в таком странном, переменчивом, подвешенном состоянии Барнсу категорически не нравилось.       У него с вероятностью в девяносто девять процентов начиналась течка. Прямо сейчас. Прямо здесь. Посреди занятия.       Джеймс вздохнул. Пока что он ощущал себя в пределах нормы. Окинув взглядом кабинет, он удостоверился, что на него пока никто не реагирует. Никто из альф не оборачивался на него, и это определенно было хорошо.       На негнущихся ногах Баки поднялся с места и, отпросившись у преподавателя, поспешил покинуть класс.       Очевидно, это была плохая идея.       Его самочувствие заметно ухудшилось за долю секунды, и, когда Баки оказался за дверями аудитории, в его голове был сплошной туман. Ничего не соображая, он привалился боком к стене, как вдруг почувствовал присутствие альфы.       — Ох, давай-ка я тебе помогу, — словно через вату послышался знакомый голос и у Барнса внутри все похолодело от осознания того, с кем он остался наедине.       — Нет, нет, прошу, не надо, — затараторил он, слепо отступая назад.       У него сбилось дыхание, сердце пропускало удары, а страх смешивался с чувствами омеги внутри него. Очевидно, в этот раз ледяная вода уже не поможет, потому что эта течка не липовая. Барнс почувствовал головокружение и начал заваливаться вперед, но его подхватили чьи-то руки.       — Не надо, — успел лишь пискнуть он, и его грубо заткнули властным поцелуем.       Слабые конечности не слушались его; Баки пытался оттолкнуть от себя альфу, пока тот жестоко сминал его губы, и спустя секунду Барнс понял, что по его щекам текут слезы.       Брок целовал его, чересчур сильно сжимая его тело в своих руках, и рычал, явно не контролируя себя. Баки все так же сопротивлялся, но затем сущность омеги в нем взяла верх над разумом. Все, что он мог делать, это отдаваться, без помех и отпоров отдаваться альфе перед собой. Он безвольно висел в его руках, словно тряпичная кукла, и послушно открывал рот, впуская в себя чужой язык.       Тихий стон довольного омеги разнесся по пустому коридору, но тут от Баки в буквальном смысле оторвали альфу. Рамлоу зло сощурился и набросился на Баки снова, но из ниоткуда появившийся Стив встал между ними.       Баки словно пришел в себя. Он, скривившись от отвращения, вытер рот рукавом рубашки и поднял глаза. Стив и Брок выглядели так, словно от того, кто кого одолеет, зависела чья-то жизнь. Барнс попытался подняться на ноги — он неизвестно как оказался на холодном кафеле, но ему поспешили помочь.       Стоило ему почувствовать руки на своих плечах, как он с ужасом подумал, что это еще один альфа. Но, как только он обернулся, то с облегчением увидел перед собой взволнованного Питера.       — Тебе надо домой, — лишь сказал он и потянул Баки подальше от альф.       Пока что течка еще не была в разгаре, а только начиналась, омега был в состоянии мыслить здраво. Ну, если только его не пытались изнасиловать…       Баки срочно нужно было оказаться дома, желательно, пока ему окончательно не снесет крышу. Там, где его не будет трогать никакой альфа и будет холодный душ.       — Стив… — начал было Барнс, но его голос был хриплым. Он почувствовал, как в горле пересохло и резко захотелось пить.       Питер растолковал его хрипы правильно.       — Стиву сейчас нельзя быть рядом с тобой, — покачал он головой, все еще направляясь к выходу из здания.       Вопреки его словам, на плечи Баки опустилась чужая куртка, рядом показалась знакомая блондинистая макушка, а затем Барнс почувствовал руку на своей талии.       — Я провожу тебя до дома, чтобы уберечь от других альф, — объяснил Роджерс. У него шла кровь из разбитого носа, волосы были растрепаны и вообще в целом он выглядел не в порядке.       Блондин старательно избегал смотреть на омегу. Они были уже на полпути к дому Барнса, и Питер со Стивом поддерживали шатающегося Джеймса с обеих сторон.       Баки же чувствовал себя все хуже и хуже. Словно от его собственного сознания постепенно ничего не оставалось, и место «за рулем» его тела занимал кто-то другой. Омега внутри него.       На улице шел дождь, и это определенно играло им на руку. Куртка Стива на плечах Баки не давала ему замерзнуть. Все трое были намокшими от прохладных капель, и запах течного омеги немного приглушался за всем этим. Зато, кажется, течка Баки вызвала кое-что другое…       Когда до дома Барнса оставалось всего пара пешеходных переходов, Баки понял, что еще чуть-чуть и он окончательно рухнет в бездну. Его джинсы сзади намокли и неприятно прилипли к коже, и поначалу парню казалось, что в этом вина дождя.       Самое противное и мерзкое во время течек, по мнению здравомыслящего Барнса — это выделяющаяся из задницы смазка. Сейчас же она насквозь пропитала его белье и штаны, чем немного затрудняла ходьбу.       Баки сперва казалось, что ему всего лишь мерещится — тонкий, совсем-совсем слабый аромат шоколада, окружающий его. Это могло быть просто шуткой плавающего подсознания, но затем Баки понял — этот запах от Стива.       Извернувшись так, что Питер потерял его руку и чуть не затормозил, омега без единой мысли в голове подался вперед и с блаженным стоном уткнулся Роджерсу в шею. Пораженный Стив охнул и отскочил в сторону.       Паркер, поняв, что теперь тут способен ясно мыслить только он, поймал Баки и без труда перенес его вес на себя. Он обернулся и кинул вопросительный взгляд на Роджерса. Тот дышал через рот и неловко прикрывал руками выпуклость в районе паха.       — Идите. Я в норме, — задушенно произнес он, делая несколько шагов назад. — Позаботься о нем, ладно?       Питер кивнул, обещая, и повел Барнса в сторону дома, параллельно думая о том, как вообще омега может заботиться о другом омеге во время его течки.