My destiny

      Когда проснулся Чонгук, Чимин уже проезжал маленькие постройки, было видно что это какой-то поселок. Виднелись более-менее популярные магазины, и были здания выше одного этажа. Правда некоторые жилые дома прямо кричали, что им нужен ремонт, или же полная перестройка. Перед некоторыми дворами разгуливали белые или темные курицы, один раз, правда Чимин не знает наверняка, увидел черного, как смоль, петуха. -Это мы где?,- голос спросонья хриплый, а его владелец выглядит очень помятым, из-за сна в одном и неудобном положении продолжительное время. Он начал растирать шею, потому что, видимо она затекла сильнее всего. -А вот спать меньше надо,- с ухмылкой замечает Чимин,- к Тэгу уже подъезжаем, минут через двадцать к окраинам подъедем, но думаю сегодня не доедем. Есть хочешь?,- Чонгук кивает, и в этот момент его живот громко урчит, будто подтверждая его слова, - потерпи, ща найдем столовую какую-нибудь... О, а вот и она..       Он припарковался и они вместе пошли внутрь этого здания. Меню было не самым богатым на выбор, поэтому Чонгук заказал обычные оладушки с карамельным сиропом, яичницу, и кофе со сливками. Чимин в свою очередь заказал жимдак, два пончика и чай. Пока они ждали свой заказ, кто-то включил по телевизору новости, где говорилось о какой-то автокатастрофе, в Сеуле. Раскуроченная машина, показанная не самым лучшим качеством лежала на крыше, ужасающе изогнутый металл отдавался холодком по всему телу. Что-то Чонгуку в ней смутно показалось знакомым. Но это же Сеул, в нем тысячи таких машин, поэтому он только хмыкает, и отворачивается от телевизора, чтобы начать наконец-таки начать есть.       Путь продолжается. И по мере приближения к городу, солнце начинало уже садиться, оба парня уставшие, и желание лечь на кровать, теплую и мягкую. Вытянуться во весь рост... Особенно трудно было Чонгуку, так как у него шило в одном известном, для всех нас, месте, и невероятные виды со всех сторон, в виде заостренных скал, и широко распростертых лаптев елей, заставляют его практически как юла вертеться на месте, иногда выворачивая шею так, что та хрустела. На это Чимин только хихикал, либо недовольно цокал языком. Так же Чонгук часто просил остановить, то они проезжали небольшой водопад, который Чонгук излазил вдоль и поперек, чтобы "найти лучший ракурс", сколько бы он его не искал, каждый снимок друга был чем то невероятным, будь это даже какой нибудь не удавшийся (по мнению Чонгука) кадр. -Гукки, я вечером ездить не могу, тем более после половины дня проведенного в дороге, так что придется где нибудь заночевать. Там по пути будет город, Куми вроде бы. Думаю там должны быть отели. -Окей, я пока что посмотрю номер нам. В одном ведь нормально будет?, - хоть он и знал, что ответ будет положительным, все равно спросил. Мало ли. Дальше путь они преодолевали молча, так же замазывая тишину музыкой. - Вот нашел. Вроде нормальный, три звезд, и есть номера с двумя кроватями, но они дороже.. - О боже.. Сколько раз мы засыпали на диване в твоей гостиной? И ничего не случилось, бронируй с одной, либо доплачивать будешь, у меня кошелек не резиновый, - Ворчит Чимин, ссылаясь на очередную перезагрузку своего тугодумного друга.       Еле добравшись до отеля, из-за которого они потеряли кучу своего драгоценного времени, которое они могли потратить на безделие, они чуть ли не заползли в номер, Чимин тут же рухнул на диванчик стоящий сбоку от кровати, а Чонгук пошел в душ. Время было только шесть вечера, поэтому когда они оба помылись, решили сходить прогуляться по городу. Лицо Чонгука Чимин почти не видел, потому что фотоаппарат, вечно находящийся возле его лица, закрывал его почти все, но даже без доступа видеть он мог догадаться, на сколько сейчас широка улыбка Чона. Город самый обычный, почти ни чем не выделяющийся, и казалось бы чего можно тут фотографировать, стеклянные, бетонные дома возвышаются над ними, показывающие напускное величие, а фонари в парках, вперемешку с теплым вечером, обдуваемый слегка прохладным ветерком, делали свое дело. И вот уже бетонные и стеклянные холодные стены, пестрели неоновыми бликами ночных огней, показывая другую сторону города. Более развязную. Его ночную сторону.        На улице становилось все меньше и меньше людей, а если и встречались, то только молодежь, выползающая из квартир только под ночь. Никто из них не задумывается о красоте простого, и кажется, даже не пытается. Но только не Чон Чонгук. Эта способность, видеть прекрасное в мелочах, и незабываемое в обыденном, существовала с ним всю его жизнь. Он мог, выходя на утреннюю пробежку, сделать пару фотографий на телефон, и всегда эти фотографии были простыми, но цепляющимися за глаз, что то заставляло не отводить взгляд, а рассматривать и рассматривать, пока не сделаешь воображаемую дыру в снимке. Чимин не понимал, как младший мог переносить свои чувства на фотографию, заставить увидеть то, что он сам видит. Не доступное взгляду обычного человека, он мог запросто передать фотографией.       Сейчас, повернувшись в сторону Чонгука, который все также скользил взглядом по разным сторонам, он замечает, что парень на долго задержал на чем то взгляд, и проследив в направлении, куда смотрел Чонгук, вздохнул, понимая, что он сейчас, как ничего не понимающий ребенок, выжмет из него, а точней из его кошелька, последние соки. -Хеен, давай на колесо обозрения сходим! Оттуда такой вид будет! Пожалууйста хеен, - слезно начал умолять Чонгук, но Чимни понимает, что одним аттракционом этот поход не ограничится. Но.. О боже, вы видели глаза Чонгука, который умоляет щенячьими глазами, а в них отражаются черные дыры и самые яркие звезды галактики? Нет? Ну и хорошо, потому что под таким взглядом, ты будешь готов банк ограбить, лишь бы видеть их. Слава небесам, что у него запросы хотя бы скромные. - Блять, Чонгук ты знаешь мои самые слабые места.. Пошли, ребенок..       Подхватив Чимина за руку, он почти потащил его, по предположительному маршруту, в итоге приходя верно. Стоимость двух кругов на колесе обозрения была вполне разумной, поэтому они уже сидят, точнее сидит Чимин, а Чонгук опять вертится, почти разнося кабинку своими неаккуратными движениями.       От открывшейся взору панорамы, даже у Чимина, самого не творческого человека, захватывает дух. И нет, не из-за высоты, а потому, что это действительно красиво: бугры темных деревьев, как ни странно, плавно сочетающихся, с не менее оживленной, но уже освещенной, дорогой, свет, от каких только можно освещающих приборов. И город.. Он ведь почти как на ладони, и кажется, все это, весь этот пейзаж, принадлежит тебе, что он посвящен только тебе. Глаза убегают далеко за горизонты, где солнце уже почти скрылось за верхушками еле различимых деревьев, и ты понимаешь что никчемно мал по сравнению с городами, с горами, с лугами на которых цветы всех оттенков радуги, мал по сравнению с чувствами, ведь по сути именно они управляют тобой на протяжении всей жизни, а не, как думаешь, или же хочешь считать, ты управляешь ими. Никчемно мал, но смирившись с этим, ты увидишь другую сторону медали. Если человек духовно силен, то он будет двигаться дальше, пытаться узнать больше, но если же он слаб, то он будет скрываться от реальности, живя через "не могу" и без ярких масляных красок, след от которых остается на долго в твоей душе и памяти.       Это действительно очень красиво..       Когда второй круг начал подходить к концу, а гущи крон деревьев отрезали от видов, Чонгук немного осунулся. И все же его глаза, говорили, почти кричали, что это лучший вечер, и снимки с него, не менее хороши. Еще немного побродив по парку, и прокатившись на нескольких аттракционах, двинулись обратно в отель.       Перед сном Чимин связался со своим другом из Тэгу,сказав что завтра, возможно до обеда приедут. Переписка затянулась надолго, и на последних словах от собеседника, незаметно для себя, улыбнулся. Это не укрылось от взгляда Чонгук. -Чимин, ты чего телефону лыбишься? -Завтра узнаешь. "Я ужасно хочу увидится Минни. Приезжайте поскорее, жду. Спокойной ночи, малыш)"        Последнее, что пришло ему от собеседника, и быстро ответив, проверил будильник и поставил его на зарядку, уснув со спокойной душой.