Born for love

      Полвторого ночи. Тишину в спальне Джерарда нарушает телефонный звонок. Проснувшись, Уэй неспешно протирает рукой глаза. Он уже начинает возмущаться, что кому-то взбрело в голову звонить так поздно, но резко понимает, что это может быть Фрэнк. Смотря на экран, он понимает, что был прав. Тревога волной окатило мужчину.       Ответив, он услышал взволнованный и торопливый голос Айеро. По нему сразу стало понятно, что он сильно напуган и находится в панике. — Джерард, я не знаю, что мне делать. Я думал, он убьёт меня. — Успокойся, пожалуйста, успокойся. Глубоко вдохни и скажи, что случилось. — Мой отец — он узнал, что меня сегодня ночью не было дома, — пытаясь быть как можно более спокойнее, объяснял Фрэнк. — Когда я пришёл домой, он уже ушёл на работу и видел, что меня не было. Он очень сильно рассердился из-за того, что я нарушил его приказ не уходить из дома. Он ударил меня несколько раз. Сначала я думал, что, как всегда, на этом всё закончится. Но я ошибался.       Джерард не хотел в это верить. Он начал винить себя, что позволил Фрэнку остаться дома. Он соскочил с кровати, надевая первые попавшиеся вещи на его пути, параллельно слушая то, что говорит подросток. — На этом ничего не закончилось. Я лежал на полу, молясь, чтобы это всё прекратилось и чтобы я быстрее умер. Джи, он убил моего пса! Он его просто застрелил! При этом сказав, что это наказание — убийство того, кем я больше всего дорожу. — Господи, я сейчас вызову полицию. — Нет! — закричал подросток. — Пожалуйста, не делай этого!       Мужчина совершенно не ожидал такой реакции. Сказать, что он был удивлён — ничего не сказать. — Но… — начал Уэй, но грубо был перебит Фрэнком. — Ты забыл, где работает мой отец? Пойми, от этого будет только хуже, — его голос сразу стал более твёрдым.       Джерард матерился про себя. — Фрэнк, где ты сейчас? — Я наверху в своей комнате. Я боюсь, что он придет сюда за мной. — Слушай меня внимательно, ты сейчас должен собрать самые необходимые вещи и как можно быстрее покинуть дом. Ты меня понял? — Да, хорошо, — дрожащим голосом ответил Айеро. — Я уже в машине. Встретимся возле кафе. А пока, я хочу, чтобы ты со мной разговаривал, чтобы я знал, что происходит. Говори мне обо всём, что ты делаешь, просто говори. — Сейчас я ищу в комнате свой рюкзак. — Ты закрыл дверь в свою комнату? — Да. А ты знал, что очень сложно заглядывать под кровать, когда из носа течет кровь? — истерически засмеялся Фрэнк. От этого даже Уэю стало не по себе. — А-а-а вот, я его нашел. Джи, а если я не успею уйти? — Ты успеешь, не позволяй панике брать над собой верх. Всё будет нормально, слышишь! Я тебе это обещаю.       Разговаривая по громкой связи, Джерард ехал за Фрэнком. Несмотря на стрессовую ситуацию, он пытался внимательно следить за дорогой. Он явно превышал скорость, но ему это сейчас было неважно. — Фрэнк, не молчи. — Хорошо, просто я пытаюсь думать, что мне нужно ещё с собой взять. Видимо, я переезжаю к тебе, — засовывая очередную футболку в рюкзак, сказал Фрэнк. — Да, это однозначно. Ещё раз я не допущу подобную ошибку. — Если ты сказал мне говорить, хорошо, тогда слушай. Знаешь, я ведь раньше думал, что мой отец ещё сможет исправиться, что на самом деле он любит меня, просто по какой-то причине этого не показывает. В надежде на это я терпел всё, — остановившись на секунду, Фрэнк залез вглубь шкафа, чтобы достать коробку с вещами, но затем продолжил. — Забавно, как говорится: бьёт — значит любит. Но это полная чушь, — начав говорить, Фрэнк уже не мог остановить себя. Эти мысли изводили его и съедали изнутри, но после случившегося он больше не может молчать. — Я просто не знал, как жить по-другому, но после нескольких дней с тобой я начал задумываться — может я неправ? Зачем мне всё это? Может мой отец просто жестокий психопат? — Фрэнк… — Нет, ты уж дослушай! Он действительно чёртов маньяк! Для того, чтобы это увидеть, мне потребовалось шестнадцать лет. Ладно я, но зачем он убил Рэйна. Лучше бы он себя застрелил, сраный урод. Я его ненавижу, — после этого он больше не подавлял свои эмоции и просто от отчаяния заплакал. Внезапный гнев так же внезапно сменился страхом. — Я только что слышал звук, будто на первом этаже что-то разбилось. — Я уже скоро буду возле кафе, максимум десять минут. Пожалуйста, поторопись.       После услышанного, Джерард смог найти ответы на свои вопросы, это многое ему объяснило: почему Фрэнк так вёл себя, его мотивы и принятые решения. И ответы на них неприятно его удивили. — Так, я собрался. Я сейчас… Джи, я слышу, как он поднимается. — Вот чёрт. Быстрее! — Я пытаюсь открыть окно, сложно, оно тяжёлое, ещё болит сраное плечо, — в голосе слышалась паника. — Знаю, малыш, сложно, но ты должен это сделать.       Джерард услышал отчётливый стук в дверь, который всё нарастал и нарастал. — Я почти его открыл. Вот же &#@. Жди меня возле кафе.       Резкий звук открывшейся двери. Фрэнк тут же завершил телефонный звонок.       Сердце Джерарда стало бешено колотиться, он одной рукой попытался снова позвонить Айеро, а второй держал руль. Раздался холодный голос автоответчика «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Руки начали сильнее дрожать. Он стал всё больше винить себя в том, что произошло, он ведь предчувствовал это, он мог не допустить такого, настоять на своём, но ничего не сделал. И теперь Фрэнк из-за него страдает. Попытавшись позвонить во второй раз, он снова услышал тот же голос. В голове роилась куча ужасных мыслей, но Джерард не мог сейчас на них отвлекаться. За окном показались знакомые Уэю дома и магазины. Тишина давила. Казалось, что время остановилось, стало статичным и текло невыносимо медленно.       Через несколько минут или несколько часов, как показалось Джерарду, он припарковался на пустой стоянке кафе. Выйдя из машины и оглядевшись, он не увидел ни одного человека поблизости. Было темно и только один фонарь и вывеска кафе освещали парковку тусклым противным красным светом. Моросил дождь, а порывы ветра заставили мужчину поёжиться. Он не мог пойти навстречу Фрэнку, так как боялся с ним разойтись, ведь подросток мог пойти по дороге, о которой Уэй не знает. Но ему так хотелось рвануть к нему как можно быстрее и он еле себя сдерживал чтобы так не поступить.       Джерард стал нервно ходить рядом с машиной. Постепенно паника усиливалась. Ни через минуту, ни через три Айеро так и не появился. Ужасные догадки переполняли Джерарда: «А если по дороге ему стало совсем плохо? Или он потерял сознание, или не может идти? Или его отец поймал его и снова мучает?» Каждое новое предположение становилось ужаснее предыдущего.       Джерард уже хотел на всё плюнуть и всё-таки побежать по направлению к дому Айеро, потому что бездействие было невыносимо, но увидел в дали липовой аллеи силуэт, быстро приближавшийся к парковке. Так как было темно, Джерард не сразу узнал в нём Фрэнка. Присмотревшись, он понял, что это был действительно Фрэнк. Уэй тут же почувствовал облегчение, будто с его плеч упал невероятно тяжёлый груз. Он никогда так не радовался в своей жизни, несмотря на то, что ещё не все закончилось и предстоит встреча с последствиями сегодняшней ночи. Но лишь осознание того, что Фрэнк смог сбежать из дома, делало его счастливым. Теперь он никому не позволит причинить боль его мальчику.       Джерард быстрым шагом пошёл навстречу. Расстояние между ними стремительно сокращалось. Когда они были всего в нескольких метрах друг от друга, мужчина смог отчётливо рассмотреть парня. Он был в своём чёрном худи и, несмотря на то, что на нём был капюшон, скрывающий пол лица, на его лице всё равно была видна алая кровь, которая не прекращала идти из носа, и ссадина на щеке. Он хромал, но всё равно продолжал идти в быстром темпе. В его правой руке Уэй заметил тлеющую сигарету, дым от которой поднимался высоко вверх.       Подойдя, они, ни слова друг другу не сказав, обнялись и долго не выпускали друг друга из объятий. Джерард пытался быть предельно аккуратным, чтобы не сделать Фрэнку больнее. А Айеро, прильнув к Джерарду, снова позволил отпустить себя. Он тихо плакал и даже не пытался скрыть этого, не боялся быть собой, потому что знал, что Джерард всё понимает.       Отстранившись, Фрэнк трясущимися руками подносит к губам сигарету. Затем он посмотрел на Уэя, предполагая, что тот будет очень недоволен этим. — Хочешь мне что-то сказать?       Мужчина отрицательно качает головой. Фрэнк мысленно делает заметку, что стоит потом Джерарду сказать за это спасибо.       Уэй берет сигарету у подростка, который даже и не думал возражать. — У тебя кружится голова? В глазах не двоится? Тошнит? — спросил Джерард, сделав затяжку и затем вернув сигарету Фрэнку. — Немного кружится, но я не думаю, что это сотрясение. В любом случае я не поеду в больницу. Увидев побои, обязательно вызовут полицию, а это недопустимо, сам знаешь. — Да, — с грустью согласился Уэй. — Тогда поехали ко мне домой. Нога сильно болит? — Терпимо. — Ладно, иди ко мне, — с этими словами Джерард аккуратно подхватил Фрэнка на руки. Он был совсем легким. Айеро зашипел, когда рука мужчины задела его спину. Он выронил из рук не догоревшую сигарету. Она мгновенно погасла в луже на асфальте. — Потерпи, малыш, ещё немного.       Усадив Фрэнка в машину, Джерард достал из-под своего сидения аптечку. Взяв вату, он дал её Айеро и сказал, чтобы тот прижал её к носу и перестал запрокидывать голову вверх, так как от этого станет только хуже. Фрэнк послушно последовал совету мужчины.       Они оба сильно вымотались за эту ночь, поэтому желания и сил о чём-либо разговаривать у них не было, и единственным источником звука был стук капель усилившегося дождя о лобовое стекло.       В этот раз Джерард ехал спокойно. В какой-то момент он случайно заметил, что Фрэнк не отвернулся к окну, как обычно, а пристально изучает его. Когда Уэй посмотрел на него, Айеро даже не смутился, не отвёл свой взгляд. Он лишь слегка устало улыбнулся. — Просто рад, что всё закончилось и что мы вместе, — объяснил Фрэнк, увидев в глазах мужчины знак вопроса. — Я тоже, — вздохнул Уэй. — Знаешь, в какой-то момент я думал что я больше тебя не увижу.Никогда. — Ох, малыш…       Через полчаса они уже подъехали к дому. Джерард хочет снова взять Фрэнка на руки, но тот возражает и говорит, что сможет дойти сам. Джерард понимает его стремление казаться сильным, но сейчас это было совсем ненужным, он и так многое сегодня выдержал. Поэтому, несмотря на слова и протесты подростка, он всё равно понёс его на руках. Не разуваясь, он проходит в ванную комнату и сажает его на край ванной, попросив подождать пару минут. Уэй приносит стул, чтобы Фрэнку было комфортнее, и небольшой красный чемодан с белым крестом посередине. Сняв с себя мокрую куртку, которая успела намокнуть под дождём, он сочувственно посмотрел на Фрэнка. — Сейчас придётся снять с тебя одежду, чтобы я смог тебя осмотреть. — Хорошо. Только мне локоть больно сгибать. — Подними руки вверх насколько сможешь.       После этого Джерард, взявшись за низ худи Фрэнка, потянул его вверх, медленно снимая. Когда Уэй увидел руки Айеро, он содрогнулся. По его запястьям однозначно можно было сказать то, что его с силой за них удерживали. По его локтю текла кровь, сильно размазавшаяся из-за одежды. Кожа была сильно содрана, и вокруг глубокой раны всё сильно покраснело. — Давай сразу сниму футболку, чтобы потом к ней не возвращаться.       Фрэнк приподнял руки в готовности.       После того, как футболка была отложена на край ванной к толстовке, перед Джерардом открылась картина, на которую мужчине было тяжело смотреть. На рёбрах уже проступили большие синяки. На животе виднелись красно-бордовые полосы.       Он аккуратно проводит пальцами по груди подростка, проверяя, не сломаны ли у него рёбра.       Айеро смотрит в пол. Ему очень некомфортно находиться под пристальным взглядом Уэя, он боится, что мужчина смотрит на него с отвращением. Хотелось просто встать и уйти, чтобы спрятать все свои раны, но он понимает, что Джерард хочет помочь. В комнате прохладно. Он иногда подрагивает. Его очень смущает то, что он находится без футболки. Он чувствует себя открыто и в какой-то степени уязвимо.       Будто чувствуя стеснение Фрэнка, Джерард кладёт свою ладонь на колено подростка, поглаживая. — Эй, всё нормально, успокойся, — ласково произнёс мужчина.       Эти слова действительно подействовали на парня, и он смог немного успокоиться.       Ещё раз взглянув на тело парня, Джерард заключил: — Жить будешь. Сейчас дам тебе обезболивающее, — роясь в аптечке, произнёс Уэй, — а затем приступим к неприятной части.       Мужчина достал нужную упаковку таблеток и бегло пробежался по ней глазами. — Я быстро схожу за водой, — после этого Уэй отправился на кухню.       Пока его не было, Фрэнк, привстав, посмотрел в зеркало над раковиной. Хоть кровь и перестала идти из носа, а след от неё остался. Ему было неприятно смотреть на себя: под заплаканными глазами синяки от недостатка сна, бледный, царапина на щеке, весь испачканный в крови. Когда он умылся, в ванную зашёл Джерард. Он протянул ему стакан мутной воды, в которой была растворена таблетка. В другой руке мужчины была бутылка вероятнее всего с чем-то алкогольным. — Обезболивающее для тебя и успокоительное для меня, — делая глоток, сказал Уэй.       Затем он поставил бутылку на полочку и, убрав мешающие волосы с лица, вымыл руки. Тем временем Фрэнк допил содержимое стакана, которое было отвратительно на вкус, и поставил пустой стакан на пол. Стекло, соприкоснувшись с плиткой, издало неприятный звонкий звук.       Джерард промыл рану Фрэнка на локте влажным полотенцем. Затем он достал перекись водорода из аптечки. — Джи, а это обязательно делать? Мне было больно от воды, а ты хочешь, чтобы ещё и от перекиси? — Я не хочу, но это необходимо. Так будет лучше. — Нет, пожалуй, это плохая идея.       Джерард потянулся к локтю подростка, но тот, увернувшись, не дал до себя дотронуться. — Котёнок, пожалуйста, не убирай руку.       Но он даже не собирался слушать мужчину. — У меня и так низкий болевой порог. Тем более я всего лишь локоть разбил, это ерунда.       Тогда Уэй понял, что стоит изменить тактику. — Зачем я тебя заставляю? Видимо, ты хочешь, чтобы в рану попала инфекция, она воспалилась, была гангрена, а затем ты остался без руки? Этого хочешь? — более строгим голосом спросил мужчина.       Такой тон привёл его в чувства.       Он впервые видит такого строгого Джерарда, это делало его в глазах подростка более сильным и даже мужественным? Теперь он увидел в нём авторитета и настоящего мужчину. Обдумав слова Уэя, Фрэнк понял, что возражать бессмысленно, потому что Джерард прав. Он отрицательно покачал головой. — Нет. Вот и хорошо.       Фрэнку даже стало немного стыдно за то, что он боится боли, как маленький.       Он всё-таки протянул свою руку. Джерард поднёс перекись к ране, а Айеро повернул голову в другую сторону. — Говорила же мне мама: «Иди на врача», — ругался Уэй.       Ему самому очень не хотелось причинять боль Фрэнку.       Когда первые капли жидкости коснулись локтя, Фрэнк ощутил лишь неприятное жжение, но оно резко стало увеличиваться. Тогда он заскулил от боли. Джерард попытался его успокоить, гладил по волосам и говорил утешающие слова. Закончив, он обработал рану антибактериальным средством и перевязал локоть бинтом. — Так, теперь нужно взглянуть на твои ноги. Давай я помогу тебе снять брюки. Я полагаю, ты сейчас не в состоянии наклоняться. — Если тебе не трудно, — робко сказал Фрэнк.       Когда мужчина начал снимать с мальчика штаны, при этом встав на колени, чтобы было удобнее, Айеро стало неловко. Он надеялся, что Уэй не замечает, как у него предательски краснеют щёки.       Джерард провёл рукой по колену Фрэнка, на котором виднелся огромный синяк с красными и фиолетовыми крапинками. Кожа лишь слегка была повреждена. На голени и бедре тоже было несколько синяков и ушибов. — Слушай, давай я наберу тебе ванну, хорошо? Тёплая вода должна облегчить боль и расслабить мышцы. Ты помоешься, наденешь новую одежду, а потом разберёмся с синяками, у меня есть специальный гель для таких случаев. — Хорошо.       Это предложение очень понравилось парню. Ему сейчас как раз хотелось смыть с себя эту грязь, хоть как-то душевно очиститься. Тем более всё тело жутко болело.       Через некоторое время вода в ванной набралась. Джерард помог Фрэнку залезть в ванную в одних боксерах. — Посидишь немного в воде? Я найду тебе чистую одежду. — Разумеется. — Только постарайся не мочить локоть, — сказал Уэй, покидая комнату.       Мужчина заглянул в шкаф в спальне, пытаясь найти что-нибудь подходящее, но образ избитого и окровавленного Фрэнка никак не уходил из головы Джерарда.       Вернувшись в ванную, Уэй увидел подростка с закрытыми глазами, но когда Фрэнк услышал его, то тут же встрепенулся.       Мальчику сложно было поднимать руки, поэтому Джерард берёт на себя ответственность вымыть его волосы, спину и плечи, предварительно спросив разрешение. И, получив согласие, он включил воду, постепенно прибавляя напор воды. Она ласкающими потоками стекала по его чёрным волосам, скользила по телу, заставляя его поблёскивать в неярком свете лампы. Джерард не сразу осознал, что следует взглядом за этим потоком, мысленно скользя вместе с ним по этой гладкой коже. «Чёрт, Джерард, возьми себя в руки!»       Бутылка шампуня в его руках чуть дрогнула и почти что вылетела, но ему удалось поймать её в последний момент. Он выдавил немного на ладонь и мягко начал массировать голову Фрэнка, вспенивая душистую серебристо-розовую жидкость. Айеро чуть откинул голову, подставляясь под его прикосновения, и из его губ выскользнул едва различимый блаженный стон. Джерард и сам был близок к этому, ощущая кончиками пальцев его тонкий и почти хрупкий изгиб шеи, шёлковые пряди волос.       В конце концов, ему стало до того неудобно смотреть на его запрокинутую голову и прикрытые глаза, что он побыстрее приступил к смыванию шампуня.       Когда последние клочки пены смылись с волос Фрэнка, Джерард как следует вытирает его волосы, а затем помогает мальчику выйти из ванны и закутаться в громадное махровое полотенце. После чего он ведёт его в спальню, где новая одежда уже ждёт на кровати.       Пока Уэй ходит за мазью от синяков, Айеро самостоятельно одевается. После тёплой ванны было немного легче, но синяки и ушибы всё равно давали о себе знать. Каждое движение сопровождалось болью. Подросток лёг на кровать. Несмотря на время, спать совсем не хотелось и это даже было неудивительно. Источником света в комнате был только светильник, стоящий на прикроватной тумбочке. В это время вернулся Джерард. — Фрэнки, извини, но тебе снова придётся снять футболку, — присаживаясь на кровать, ласково сказал мужчина.       Увидев в его руках гель, Айеро приподнялся на кровати. — Поможешь? — Конечно.       Джерард бережно снял футболку, пытаясь не задеть перебинтованный локоть. — Ложись, не напрягайся малыш, я всё сделаю сам.       Фрэнк послушно лёг обратно, отбрасывая одеяло в сторону, открывая мужчине обнаженную кожу. Его грудная клетка болезненно, как показалось Джерарду, поднималась и опускалась. — Я, пожалуй, тоже сниму футболку, а то я её намочил в ванне, и она неприятно липнет к коже.       Он одним движением снял ненужный элемент одежды и бросил его на пол. Затем, забравшись с ногами на кровать и усевшись вплотную к парню, он открыл тюбик. Нанеся гель на руку, он прикасается к груди подростка, ласкающими движениями втирая лекарство.       Уэй прекрасно понимает, что мальчик смущён такой ситуацией, судя по его красным щекам, но делает вид, будто не замечает этого.       Джерард слишком близко и СЛИШКОМ без одежды, поэтому Фрэнку против его воли стали приходить в голову разные странные мысли. Подросток не предполагал, что после перенесённого стресса он сможет думать о чем-то ещё помимо случившегося, но сейчас он частично забылся и погрузился в ощущения тёплых рук на его груди. Казалось, что от этих прикосновений он начинал исцеляться.       Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, которая казалась уже не совсем дружеской, Фрэнк решил, что лучшим решением сейчас будет просто о чём-нибудь поговорить с Джерардом, поэтому, недолго думая, он решил поделиться своими мыслями. — Слушай, помнишь наше второе утро? Ну когда я тебя щекотал, а потом…       Джерард резко остановился и посмотрел на Фрэнка. Уэй приподнял брови от удивления. Он совсем не ожидал подобных слов от парня. Но затем как-то необычно улыбнулся и продолжил втирать гель, постепенно спускаясь ниже. — Эй, не улыбайся так, я ведь не договорил, — «Молодец, Фрэнк, выбрал «подходящую» тему для разговора, вот прям самый удачный момент, чтобы об этом поговорить», но затем, собравшись, он продолжил. — Так вот, я давно хотел тебе сказать, чтобы ты не думал, что я какой-то ветреный. Я вообще не знаю, что тогда на меня нашло, я до сих пор себе удивляюсь. Это, наверное, было слишком быстро. — Неужели ты из-за этого переживаешь? — Конечно! — Ты не перестаёшь меня удивлять. Было и было. Пожалуй, это одна из причин, по которой наши отношения сразу стали довольно близкими и тёплыми, разве это плохо? — Нет. Ну, просто знай, что подобное у меня было в первый раз. — Не беспокойся, я знаю.       Джерард не пропускал ни один синяк, он каждому уделял своё внимание, нанося на кожу мазь. Большинство из них уже походили на сине-фиолетовые бутоны. Когда он доходил до особо уязвимых и повреждённых мест, Фрэнк иногда шипел от боли, несмотря на всю аккуратность мужчины. Хоть Айеро не двигался, тело всё равно сильно болело; казалось, что места ушибов горят. — Что случилось после того, как ты резко прекратил наш телефонный разговор?       Фрэнк какое-то время думал, стоит ли отвечать на вопрос или нет, но, решив, что с этого момента он будет говорить Джерарду абсолютно всю правду, начал рассказывать. — Если не вдаваясь в подробности, то мой отец высказал мне всё, что обо мне думает, а я, набравшись смелости, в первый раз в своей жизни поднял на него голос и высказал то, что думаю о нём я. Он был явно удивлён. Воспользовавшись его замешательством, я вылез в окно и вслед услышал, что если я сейчас уйду, то больше не смогу вернуться. Я даже не подумал, чтобы остановиться. — Мне кажется, что я никогда в своей жизни так не переживал, как тогда. Хорошо, что это позади, и теперь всё нормально, и у тебя есть новый дом. Наш дом. — Попытался ободрить его Джерард. — Спасибо за то, что благодаря тебе я смогу начать новую жизнь.       Уэй, склонившись над животом Айеро, нежно коснулся его губами, а затем посмотрел на него, не поднимая головы, желая увидеть его реакцию. На лице Фрэнка появилась робкая улыбка. Что-то в сердце Джерарда радостно подпрыгнуло при виде этой улыбки. Айеро запустил руку в его волосы, немного их взлохмачивая. — Солнышко, мне нравятся твои красные волосы, — произнёс подросток, а затем сладко зевнул. — А мне нравишься ты.       Обернувшись, мужчина посмотрел на часы, которые висели на стене. Время было пять часов утра. — Осталось обработать пару синяков на спине и можно ложиться спать, — рассуждал Джерард. — Хорошо.       Через некоторое время, закончив, мужчина положив гель на тумбочку возле кровати, заодно выключив светильник. — Спокойной ночи, моё бедное чудо, — наклоняясь и нежно целуя в лоб, произнёс мужчина. — Скорее уж утро и неспокойное, но всё равно сладких снов.       Он придвинулся к Фрэнку и накрыл их обоих одеялом, которое до этого момента бесполезно лежало на краю кровати.       Хоть ему и хотелось сейчас обнять Фрэнка, очень хотелось, но он не мог себе этого позволить, так как любое давление на кожу доставляло бы подростку дискомфорт. Поэтому он решил, что придётся подождать до того момента, когда синяки начнут сходить.       Оказавшись в темноте, Фрэнк невольно стал более отчетливее ощущать неприятные чувства, обволакивающие его тело изнутри. Он не мог повернуться на бок, и что самое обидное, он не мог обнять Джерарда точно так же, как и он его. Приходилось просто лежать, ощущая свою неполноценность. Боязнь задеть локоть или просто случайно навредить себе не покидала его.       Вихрь мыслей крутился у него в голове. Сильно билось его сердце, и сильно волновались его мысли. Шло время, Айеро ощущал, как Уэй тихо сопел под его боком, а сам он лишь изводит себя дурными мыслями и никак не может уснуть. Перед глазами стояли жуткие картины сегодняшней ночи. Конечно, подобное случалось с ним и не раз, он уже мог такое более-менее спокойно переносить, но сегодня он будто посмотрел на свою жизнь другими глазами после того, как прозвучал выстрел и безжизненное тело ЕГО пса упало на пол. Именно это стало неким пределом для него, после которого он уже не мог делать вид, что всё будет по-прежнему, что он сможет жить так дальше. Смерть его лучшего друга, убитого собственноручно его отцом, дала осознание всему происходящему, он увидел всю жестокую реальность таковой, как она есть на самом деле: без наивных отчаянных надежд шестнадцатилетнего подростка, без прикрас, представленная во всём своем жутком и отвратительном уродстве. Теперь даже сам Фрэнк поражался и злился на себя за то, что не мог или не желал увидеть этого раньше, что терпел так долго — и ради чего?       Было тяжело и больно осознавать, что он больше никогда не увидит Рэйна — его пушистого весёлого друга, которого он любил всей своей душой. Айеро не мог поверить, что это действительно произошло, этого просто не может быть, ведь только днем Рэйн разбудил его, тыкаясь своим носом ему в лицо, так как он слишком долго спал. Фрэнку вспомнились моменты из его жизни: когда он рыдающий запирался в своей комнате с чувством абсолютной обреченности и казалось, что сам Бог от него отвернулся, к нему подходил Рэйн и, будто всё понимая, клал свою голову ему на ноги, не зная, чем ещё помочь. От этого Фрэнку всегда становилось как-то легче, ведь тогда он находился не один. На протяжении нескольких лет он дарил Фрэнку свою любовь и радость, придавал смысл существованию, а теперь он мёртв. Мёртв. Это просто не укладывалось в голове.       Но сейчас Джерард рядом, и Фрэнк знает, что он поможет справиться с этой утратой, что ему не всё равно, что он успокоит и поддержит. И только это не позволяет подростку прямо сейчас зарыдать от чувства невосполнимой утраты.       Вскоре Фрэнку стало тесно и душно в спальне. Появилось ощущение, будто стены стали давить на него. Взор и мысли просили простору. Тогда он тихо встал, бросив взгляд на умиротворенно спящего Джерарда. «Вот ради кого стоило и стоит жить, так это ради него». Прихрамывая, он спустился на первый этаж. Ища свой рюкзак, он зашёл сначала в гостиную, включая свет, а затем в прихожую. Айеро уже начал злиться, что не может его найти. И почему-то ему вдруг стало так обидно до слёз не столько из-за рюкзака, сколько из-за того, что именно с ним это всё произошло: почему у него не могло быть нормальной семьи, как у всех?       Подросток всё ходил по комнатам, ища пропажу, всё больше злясь. В какой-то момент он от досады пнул несчастный комод возле стены. «Так, спокойнее, ещё нервного срыва не хватало», — попытался успокоить себя Фрэнк. Заглянув в ванную, он обнаружил то, что искал. Подросток облегчённо вздохнул. Немного порывшись в нём, он достал небольшую коробочку и зажигалку. Айеро закутался в плед, который лежал в гостиной на диване, и вышел на террасу, садясь на ступени и придерживаясь за перила, так как нога довольно сильно болела. Закурив, он снова погрузился в свои мысли. На улице было светло, хотя солнце было спрятано за тучами, прохладно, довольно свежо, всё еще было сырым после ночного дождя.       Сигарета почти догорала, когда Фрэнк услышал позади себя звук открывающейся двери. Обернувшись, он наблюдал Джерарда, который скрестил руки на груди и оперся об дверной косяк. — Котёнок, что случилось, чего не спишь? — хоть мужчина и спросил спокойно, в его голосе всё равно слышалось волнение. — Не могу уснуть, — потушив окурок об пол, ответил Айеро.       Джерард сел рядом с Фрэнком, а затем взял небольшую черную пачку из его рук и достав сигарету, тут же поджег ее. Клубы дыма устремились вверх.       Фрэнк придвинулся еще ближе, заботливо накрывая его плечи, половиной своего пледа. Джерард аккуратно приобнял подростка. Тот опустил свою голову на плечо мужчине, ощущая его любимый родной аромат кофе и сладкие нотки лимона. Какое-то время они просто молчали, согреваясь и наслаждаясь теплом друг друга, бесцельно смотря в даль, а затем черноволосый протянул: — Дурдом. — Да нет, я был в психушке, там веселее, поверь. — Что? — неверя спросил Фрэнк. — Ага. Я ж тебе не рассказывал еще, что был в нарко психологическом диспансере? — сделав затяжку, совершенно обычным голосом спросил Джерард, будто спрашивая как дела. — Нет, эту «мелочь» ты видимо упустил. — А, да, ну теперь ты знаешь. Там такое было… капец. Ну в прочем не важно. Пошли, я лучше сделаю чай, с лимончиком. — Вот это ты быстро, конечно, с темы на тему перепрыгиваешь. — Так ты пойдешь? — докуривая сигарету, спросил Джерард. — А ты разве не пойдешь сейчас спать? — Без тебя не могу спать, — грустно произнёс Джерард, но тут же изменил тон на более бодрый. — Ладно малыш, пошли уже, здесь холодно. — Хорошо.       Фрэнк встал с лестницы, поправляя плед на плечах и пытаясь незаметно засунуть пачку с оставшимися сигаретами в задний карман своих шорт.       Джерард встал в дверном проеме и, когда подросток проходил мимо него, он его остановил, протягивая ему свою ладонь. — Милый, сигареты придётся отдать, только не обижайся котёнок, хорошо?       Фрэнк недовольно и все-таки обиженно посмотрел на Уэя, но всё же небрежно протянул ему пачку и прошел в дом.