Обвал

      — Рей.       Она проснулась и застонала, в полной растерянности, не сразу осознавая, куда ее занесло, но затем резкая боль между ног заставила все вспомнить. Дождь все еще барабанил по крыше.       Было слышно, как стекают струи воды. Рей моргнула в темноте и начала тихо всхлипывать. Ну почему ей нельзя просто вернуться домой? Это место ей совсем не нравилось…       Странные ощущения тепла и влаги внизу заставили ее опустить глаза — и она тут же наткнулась взглядом на черные волосы Бена — он целовал тонкую кожу внутренней стороны бедер, поднимаясь все выше, пока не коснулся щели. Рей покраснела, смутившись от такой интимности, но странным образом ее тело охватила трепетная дрожь.       Он не стал ничего говорить. Нежно работая языком, Бен держал ее бедра, притягивая к себе огромными ручищами. От теплых ощущений по телу расходилось сладкое покалывание — Рей невольно приоткрыла губы, закинув ноги на спину Бену. Ощущения казались такими странными, ей вроде бы хотелось пописать, но в то же время было несказанно хорошо.       За окном вставало солнце, а Рей поняла, что безотчетно подается навстречу настойчивым ласкам Бена. Она спрятала лицо в ладонях, но по мере того, как напряжение нарастало, принялась негромко постанывать — казалось, что она то парит, то падает в невесомости. Губы Бена щекотали ее, он беззастенчиво стонал, разглаживая ее бедра большими пальцами, пока она совсем не притихла.       Страшнее стало, когда Бен полез на нее. Конечности мигом отяжелели, дыхание осеклось, когда он вошел в нее одним плавным движением. Рей ойкнула, содрогаясь, и впилась ногтями ему в лопатки.       — Прости, — пробормотал он, — член большой.       — Все… все нормально. Вроде.       Он прижался лбом к ее лбу, поведя широкими плечами, и Рей отчаянно захотелось отвернуться и не видеть. Бену, похоже, все нравилось. Он навалился сверху, и она чутко ощущала, как с каждым толчком напрягаются его мощные мышцы. Сегодня он двигался размеренно, без спешки, не то что вчера...       — Тебе хорошо? — прохрипел он.       — Мне… — Рей робко повела плечом, — наверное…       Бен мазнул губами по ее подбородку и спустился на шею.       — По мне так просто охренительно… Ты узкая, что пиздец.       Приподнявшись, он медленно погрузился обратно, и Рей показалось, что на этот раз не было так уж противно. Она осмелилась посмотреть вниз и наблюдала, как влажно блестящий член появляется и вновь исчезает в ее теле — внезапно ошарашенная пониманием, насколько это интимно. По животу Бена сбегала дорожка коротких темных волосков, грудь и плечи были испещрены шрамами — у нее и близко столько бы не насчиталось, и он был просто огромным по сравнению с ней.       Шрамов и правда было много. Рей сглотнула и отвернулась на несколько минут, пока Бен ритмично подавался вперед. Наконец, шумно выдохнув, он спрятал лицо у нее на шее, и Рей почувствовала, как внутри растекается влажное тепло. Судорожное дыхание Бена слышалось еще с минуту, потом он отстранился, и член с влажным хлюпаньем выскользнул из ее тела.       Бен упал рядом с ней на спину, со стоном провел ладонями по лицу и, взъерошив густые волосы, закинул руки за голову.       — Успел забыть, как хорош секс, — облизнув губы, он покосился на Рей. — Скоро взойдет солнце. Мне надо решить вопрос с деревом, проверить кур и огород. Ты… — Бен неопределенно повел рукой в воздухе, — оставайся здесь и приберись.       — …О’кей.       Наступило молчание. Рей скрестила лодыжки и уставилась в потолок, когда Бен повернулся на бок, подтянул одеяло и, не спрашивая разрешения, просунул руку ей между бедер.       Поцеловав ее в плечо, он погладил щель средним пальцем.       — Тебе сколько, детка?       — Во-восемнадцать, — выдохнула Рей. Палец замер на каком-то особо трепетном местечке, и она слегка заерзала.       — Ну… вот дерьмо. Наля ничего мне не сказала, — Бен коснулся губами ее виска, но с какой-то нерешительностью. Потом провел пальцем по ее животу и начертил красный блестящий крест. — Понятно, почему столько крови.       — …Разве ты не просил меня?       Он накрыл ладонью ее лобок, плавно вставил два пальца внутрь и снова растер основанием ладони то самое странно приятное место, да так, что Рей почти забыла, о чем спрашивала.       — Нет, — пробормотал Бен. — Я просто сказал, что хочу женщину… но, похоже, теперь я ее из тебя сделал.       Рука неприятно надавила, и Рей машинально оттолкнула ее. Бен зарычал, швырнул ее на живот и, приподнявшись, навалился сзади. Кровать, освещенная первыми лучами утреннего солнца, нещадно заскрипела.       Он грубо вздернул Рей за бедра, вынуждая прогнуться в спине.       — Ты не можешь мне отказывать. Ты не в том положении.       — Но… но я не… — У Рей горели щеки, и она крепко зажмурилась. — Мне понравилось другое. То, что ты делал.       Бен замер.       Рей казалось, что ее сердце колотилось где-то в ушах — Бен отстранился и снова перевернул ее на спину. Темные глаза изучали ее еще мгновение, прежде чем он опустился ниже, вновь приникая к ней — там. Рей расслабилась на мягких подушках, когда он закинул ее ноги себе на плечи, и лениво расчесывала пальцами его густую черную копну.       Как знать, может, ей удастся пережить и это.

***

      Рев бензопилы разбудил Рей. Бена рядом не было, и она лежала в гордом одиночестве посреди грязных простыней, измученная и разбитая.       Протерев глаза, Рей встала, решив постараться быть полезной.       Сначала она занялась постельным бельем — у Бена имелась настоящая стиральная машина, наверное, добытая в каком-то заброшенном доме. Кроме того, на крыше стояли солнечные батареи, а дом изобиловал удобствами — вроде водопровода и канализации — к которым Рей не привыкла. Загрузив в машину простыни, она установила автоматический режим.       После этого она протерла пыль в комнате с книгами и спальне, почистила ванну с раковиной и отскребла туалет до блеска. К счастью, в доме нашлось много чистящих средств, и с их помощью Рей удалось отмыть обнаруженные непонятные пятна и потеки. На поверку Бен оказался тем еще неряхой.       Однако, несмотря на все, физический труд приносил Рей удовольствие — это было гораздо лучше, чем рыться в мусорных баках. И у Рей возникла идея попытаться что-нибудь приготовить, ведь теперь у нее был доступ к настоящим продуктам. Да, у нее практически отсутствовал опыт, но не могла же готовка быть таким уж сложным делом.       Впрочем, интерес к книжной комнате пересилил этот порыв, и, перестелив постель, Рей решила наведаться туда. В определенном смысле Бен жил почти нормальной жизнью посреди того ада, в который превратилась Америка: у него были книги, бытовая техника, и Рей оставалось только поражаться, каким трудом ему удалось добыть это все.       В книжной комнате нашлось много чего: от комиксов и газет до старых бестселлеров. Устроившись в углу в одной из маек Бена и его же боксерах, Рей разглядывала стопку книг, прикасаясь к каждой с превеликой осторожностью. Обычно с книгами не церемонились, используя их на растопку. Выживание ценилось важнее всего остального.       — Ты читаешь?       Рей подняла глаза и увидела Бена, стоящего в дверях. Он поднял брови, и Рей скользнула взглядом по его взмокшей от пота груди и джинсам, которые он уже расстегнул.       — Да, — кивнула она, — всегда, когда нахожу книгу. У тебя их много.       — Ну да, спас что мог от гребаных вандалов. Ведь книгу сжечь проще, чем дерево. — Он сунул руки в карманы и, приблизившись, прочитал название книги в руках у Рей: — «О местах, где тебе предстоит побывать»?       Она вспыхнула, прижав книжку к груди.       — Я знаю, что она детская, но мне нравится. У меня была такая… дома.       Бен пожал плечами.       — Хорошая книга. Мама читала ее мне… в детстве. Почитай, — он потер нос, снова пожав плечами, и отвел взгляд, — если хочешь.       — О’кей… — Рей погладила пальцем потрепанный переплет. — Спасибо.       Следом она решила продемонстрировать Бену результаты уборки — по нему нельзя было сказать, что он впечатлился, но все же поблагодарил Рей, неуверенно погладив ее по голове. Рей воодушевило это маленькое выражение приязни, и она приняла ее как должное, довольная тем, что осчастливила хоть кого-то. Не то чтобы ей прежде представлялся случай.       Бен сходил в душ, после него туда сбегала Рей, и они сели за стол, ожидая, пока сварится куриный суп. Титан мирно лежал у двери.       — С деревом разобрался. Порубил дрова, — Бен пожал плечами, слегка задев Рей. — В любом случае лишними не будут.       — Хорошо. Это хорошо.       Рей покрутила большими пальцами, пытаясь придумать, что еще сказать, но Бен по-прежнему внушал ей страх. Он, видимо, тоже чувствовал себя не в своей тарелке и, прикрыв губы рукой, вздохнул в ладонь и забарабанил пальцами по столу.       — И котяру под крыльцом убил, — добавил он. — Чтобы кошки не плодились.       — А… Ясно.       — Завтра мне нужно ехать на Кайман, добыть оружие и прочую дребедень, — Бен почесал затылок, задумчиво глядя на стол. — Тебе что-нибудь надо?       — Думаю, мне всего хватает. Но спасибо.       Вскоре поспел суп, и Рей, наполнив две тарелки, вернулась к Бену, который похвалил ее стряпню сразу после первой ложки. Пробормотав ответную любезность, Рей приступила к еде, чувствуя, как дрожат руки. Она знала, чего он захочет, когда насытиться.       Но Бен молчал. В мгновение ока расправившись с супом, он сам собрал тарелки, помыл их и только потом жестом велел Рей следовать за ним.       Они вышли наружу. На землю опустилась благоуханная летняя ночь, стрекотали цикады, шелестели листья на ветру. Бен присел на верхнюю ступеньку крыльца, Рей опустилась рядом с ним. Чиркнув спичкой, он зажег сигарету, и из-под крыльца выглянули любопытные глаза-бусинки. Должно быть, те самые кошки.       Затянувшись, Бен предложил сигарету Рей, но она отрицательно закрутила головой.       — Это плохо.       Бен фыркнул, покачал головой и посмотрел на луну. На его руке виднелся порез.       — Я трахаюсь с со вчерашней соплюхой и соскребаю потроха зомби с моего забора. Перед концом света ничто уже не имеет значения, детка. — Он стряхнул пепел и указал на белую кошку, появившуюся на ступеньках. — Это Бьюла. Главная шлюха этой шайки.       Бьюла тихо мяукнула и подобралась к Бену, который с ворчанием ее отпихнул, и тогда она запрыгнула на колени к Рей, с мурлыканьем пощекотав хвостом ей нос, отчего Рей неудержимо зачихала.       — Брысь! А ну, пошла вон! — внезапно рыкнул Бен и, хлопая в ладоши, принялся прогонять кошку, пока та не юркнула обратно под крыльца. — Еще заразишь ее, чертова шлюха!       — Я от неожиданности, — объяснила Рей, поглаживая по голове пристроившегося рядышком Титана. — Она не сделала ничего плохого.       — Как сказать… учитывая, что антибиотики в мире, считай, на исходе, у меня нет ничего на случай, если ты заболеешь.       Он был прав. Медицины как таковой более не существовало, а вместе с ней врачей и медсестер — почти. Болезнь могла означать смертный приговор, даже ерунда вроде гриппа или банального расстройства желудка. В нынешние времена разумнее считалось отрубить себе зараженную руку, чем ждать, пока зараза распространится по всему телу.       Бьюла выглянула из-под нижней ступеньки и вернулась на крыльцо с крохотным розоватым котенком в зубах. С опаской пройдя мимо Бена, она опустила котенка в подставленные ладони Рей и мяукнула, толкнувшись ей в колени. Ее явно что-то беспокоило. Комочек был теплым, шевелящимся, но очень маленьким.       — Последыш, — угрюмо прокомментировал Бен. Зажав сигарету в зубах, он повернул пальцем котенка. — Ну да, и задней лапы нет. Она тащит их мне каждый раз, когда есть уродство, хочет избавить их от страданий.       Рей спрятала котенка в ладонях и посмотрела на Бена, который в ответ вскинул бровь.       — Но она отдала его мне, — отрезала она. — Значит, просила моей помощи, — Рей почесала Бьюлу за ушами, и та глухо заурчала. — Не волнуйся, я позабочусь о нем. А ты хорошо следи за остальными малышами, мамочка.       — Будет псу закуска, — буркнул Бен, снова затягиваясь сигаретой.       Рей встала, баюкая маленького котенка.       — Табачный дым вреден для ребенка. Я пойду в дом.       Титан поднялся и последовал за ней к двери, затянутой москитной сеткой. Обнюхав котенка, пес ласково лизнул его.       — Ребенка?       Рей обернулась. Бен смотрел во двор, выдыхая густые клубы серого дыма. Он оглянулся, встретил ее взгляд и снова вздернул брови.       А потом опять выдохнул дым.       — Если хочешь ребенка — я могу дать тебе ребенка. Давай, ложись на спину и раздвигай ноги.       Рей потеряла дар речи. Ледяные иголочки страха впивались ей в спину, пока Бен не улыбнулся. Со смехом покачав головой, он вернулся к созерцанию ночного вида своих угодий.       — Не привязывайся к всякой ерунде, — бросил он. — Не зови котенка ребенком. Мать-природа — жестокая сука, которая создает зомби, убивает котят и помещает детей в животы глупых дурех. Надейся на лучшее, готовься к худшему… теперь эта чушь не имеет значения.       Но Рей решила, что наслушалась достаточно. Не ответив, она вошла в дом, согревая котенка в руках, и дала себе слово, что будет думать о хорошем, но не забывать о плохом. В конце концов, тьмы в мире и так было с избытком.