Терновник (на редактировании)

      — Я рад, что ты жива. — Леви присел рядом с девушкой на кровать. Сердце Лири в этот момент быстро забилось, тяжелый камень упал с души. Да, некоторые злились на Бёрнс, что она убежала, но всё-таки они тоже скучали по ней.       Радовало, что разведчики не кинулись на дезертиров, а выслушали и приняли предложение обмена. Действительно, обмен был выгоден обеим сторонам. То, что за стенами есть жизнь, разведчиков в этот момент заботило во вторую очередь. Сейчас было главным то, что проблема с едой решена.       Лири улыбнулась и обняла капитана, зная, как он не любит эти телячьи нежности. Леви подкатил глаза и погладил девушку по спине. Все эти полгода он тоже думал о ней. Она была хорошим другом и собеседником, хоть порой и много болтала. С одной стороны, даже и хорошо, что они не повесили Васкеса. Да, он совершил проступок, серьёзный проступок. Украл листы на получения лекарств, но это было для спасения его сестры. Странно, по уставу нужно было казнить человека за то, что он хотел спасти другого человека. Законы и кодексы придуманные людьми всегда тяготили Иллирику. Порой, человечность была важнее, чем закон, но если всех прощать, то никакого порядка не будет. Совершать проступки — плохо. Но не всегда за них нужно казнить. Лучше выпороть прилюдно, задать урок другим, помучать человека, ведь после казни будет лишь пустота, а вот после двадцати ударов плетью — боль несколько недель и время обдумать свои проступки. Лири долго думала над этим вопросом и решила, что наказывать людей необходимо, но лишать жизни неправильно.       — Один человек очень расстроился, когда ты убежала, — начал Леви.       — Какой? — с осторожностью спросила Лири.       — Он не хочет, чтобы ты знала его имя.       Иллирику это очень насторожило. Какой-то тип, расстроился по её душеньку, а имя своё решил не называть. Очень странно. Очень.       — Зачем ты мне это говоришь, раз он не хочет говорить имя?       — Чтобы ты это знала. Не нравится мне этот тип. Слишком он подозрительный.       Бёрнс долго думала, кем может быть этот тип, что думает о ней. Кроме Оливера Максина — помощника Вернера — никто не приходил на ум.       С утра Лири и Громила обговорили некоторые детали обмена, взяли медикаменты, Васкеса и уехали в Дартвиш.       Зима была очень холодной. Снег не таял до апреля, а потом резко начал таять, заливая всё вокруг талой водой. В Дартвише готовилась свадебная церемония. Айваку надоело ждать, а Лири всё тянула и тянула с замужеством и уходила на зачистки. К разведчикам Мосс не пускал девушку и отправлял туда своих ребят во главе с Васкесом. Лири же жила в доме Айвака. С Джоэль — сестрой Мосса — сложились весьма трудные и непростые отношения. Брюнетка ревновала брата к Лири и считала, что ему нужна другая жена. Помоложе и подобрее.       Жена… Некрасивое слово. Иллирике оно не нравилось очень сильно, да и к бракам она относилась отрицательно, считая их ненужными. А вся эта свадебная церемония, пошив платья, гости-лицемеры, пришедшие пожрать нахаляву и обсудить новоиспечённых супругов. Мерзость… Иллирика не хочет замуж. Она хочет быть сама по себе и не зависеть от мужчины, тем более от такой сволоты, как Айвак.       Всего лишь одна свадебная церемония и Иллирика больше не будет мисс Бёрнс. Она станет миссис Мосс. Первой женщиной в Дартвише. Важным человеком, женой лидера.       Мысли о том, что Айвак станет её мужем, приводили Лири в панику. Ей придётся целовать его, быть рядом, ложиться в одну постель, удовлетворять его. Нет, Бёрнс не могла лечь с Айваком в постель. Он слишком мерзкий и дело совсем не во внешности, а в его прогнившей душе. Айвак тиран, диктатор, он страшнее титанов и каннибалов вместе взятых. Как с таким жить и терпеть его прикосновения к своему телу?       Отчаяние…       Иллирика вышла на улицу и пошла гулять по Дартвишу, заодно заглянув к своим друзьям. Некоторые цветы начали распускаться. Мир постепенно оживал, и Лири нравилось наблюдать за этим. Яркие бутоны низеньких цветочков распускались, тянясь к ласковому солнышку.       Бёрнс спустилась с горочки и оказалась возле дома. На крыльце сидел Бертольт и возился с удочкой. Больше рядом никого не было. Имир была у Ирис, Райнер и Криста гуляли, а Эрен пошёл помогать Анисе. Увидев Лири, Гувер откинул удочку в сторону и хотел уже бежать в дом, но девушка остановила его.       — Берт, подожди!       Он остановился и ощутил, что руки девушки обняли его сзади. Было приятно. Бертольт развернулся к девушке и обхватил её лицо своими руками. Он пристально смотрел в её небесно-голубые глаза, провёл рукой по пышным коричневым волосам, которые отросли за полгода и тяжело вздохнул.       — Я рад, что ты выходишь замуж. — Натянуто улыбнулся Гувер.       — Я не хочу этого делать, но Айвак сказал, что не тронет вас, если я… — Лири тяжело вздохнула, — Ну, ты понял.       — Да.       Бертольт избегал девушку почти всё это время. Что-то нёс о своей скорой смерти. Иллирика считала, что парень просто поехал кукушкой или искал способ порвать отношения с Лири. Да, способ был странный, но действенный.       Гуверу не хотелось терять девушку, но и не хотел чтобы она страдала после его смерти. Наверное, он больше думал о ней, чем о себе и готов быть в её глазах предателем, отказавшимся от неё, чем любящим парнем. Айвак не нравился Бертольту. Слишком жестоким был этот человек, но зато он мог защитить Лири почти от всех. Прижав девушку к себе, Гувер прикрыл глаза и провёл рукой по волосам Бёрнс.       — Так, какого хера ты припёрлась сюда, дрянь? — пришедшая Имир накинулась на Иллирику чуть ли не с кулаками. Бертольт оттолкнул Имир и прижал Бёрнс к себе.       — Имир! Прекрати! — повысил голос Гувер.       — Не, да ты посмотри на неё, выходит замуж за другого, а зажимается с другим. — Орала Имир. — Учти, дрянь, Берт теперь мой, а не твой. Так что пошла отсюда.       — Берт… Что? — Лири отпрянула от Гувера и смотрела то на парня, то на Имир. — Боже, теперь понятно… Я… Да пошли вы!       Иллирика помчалась куда глаза глядят, рыдая по дороге. Имир и Берт пара… Они пара! Он теперь с ней! Дыхания не хватало. Лири остановилась и начала восстанавливать дыхание. Настроение ушло в минус. Медленным шагом девушка пошла в дом Айвака. Джоэль сидела за столом и ела салат, недовольно подняв глаза на будущую невестку — скорчила недовольную гримасу и тут же опустила голову в свою тарелку. Айвака дома не было, он пошёл к оружейникам. Пройдя мимо Джоэль, Лири ушла в свою комнату, где возле трельяжа висело красивое белое свадебное платье. Хотелось взять ножницы и покромсать невиновную ни в чём вещь на лоскуты, но Айвак может расстроиться или, того хуже, разозлиться. Поэтому пришлось просто смириться со своей судьбой и засунуть свои желания и эмоции куда подальше. Иллирика легла на кровать и уснула.

***

      Криста подошла к реке и выловила из неё свою шляпку, которую унесло туда ветром. Райнер улыбнулся и приобнял девушку за плечи. Блондинка рассмеялась и побежала в сторону дома, крикнув: «Догоняй!». Браун помчался за Кристой, специально не торопясь, дабы не обгонять девушку.       Забежав в дом, пара услышала шёпот, исходящий из комнаты Бертольта. Они с Имир о чём-то спорили. Криста, развернувшись лицом к Райнеру, повисла у него на шее и поцеловала его в губы мимолётным поцелуем. Он ответил на поцелуй, прижимая голову Кристы к себе. Их языки сплелись. Девушка замычала и дрожащими руками нащупала пуговицы на рубашке Райнера. Он схватил её за руки и погладил большими пальцами косточки на нежных девичьих ручках. Разорвав поцелуй, Браун посмотрел на Кристу серьёзным взгляд.       — Уверена, что хочешь? — спросил Райнер, всё ещё гладя руки девушки.       — Д-да.       Браун подхватил девушку на руки и понёс её в их комнату. Осторожно, положив Кристу на кровать, поцеловал. На этот раз поцелуй был более глубоким и страстным. Они целовались много раз, но именно этот поцелуй был особенным, он предвещал продолжение, о котором Криста мечтала уже давно. Её ноги дрожали, а в животе как будто пролетала огромная стая бабочек, щекотя своими крылышками изнутри. Расстегнув рубашку Райнера, Криста завернула её за плечи. Парень помог снял с себя рубашку и осторожно подцепил край платья Кристы, потянув его наверх. Ленц, подняла руки вверх, помогая снять с себя платье. Ажурный белоснежный лифчик скрывал небольшую аккуратную грудь. Райнер припал губами к соску девушки и прикусил его через лифчик. Криста ойкнула и прикрыла глаза, прижимая голову парня сильнее к своей груди. Браун рукой водил по бедру девушки, поднимаясь всё выше и выше. Добравшись до головы Кристы, он стянул с её волос резинку, и золотые пряди волос неряшливо упали на подушку. Райнер снял с девушки лифчик и начал ласкать её грудь своими губами, в перерывах целуя её губы, щеки, шею, покусывая ключицы. Каждый поцелуй Брауна вызывал в Кристе кучу разных эмоций, многие из который она ощущала впервые. Весь низ живота изнывал от желания первой близости. Девушка вся изгибалась, постанывала и тяжело дышала. Райнер уже не мог терпеть, но боялся причинить Кристе боль. Он хотел взять её осторожно и нежно. Её первый раз должен запомниться ей на всю жизнь только положительными эмоциями.       Освободившись от последних остатков одежды, Браун приставил свой член к девственному лону Кристы. Посчитав её готовой, начал медленно входить. Ленц ощутила резкую боль и заплакала. Райнер наклонился и поцеловал её, остановившись.       — П-прод-должай, — сквозь слёзы молила девушка, обхватив Райнера за шею. Он продолжил входить, а потом аккуратно задвигался. Криста дрожала, но просила продолжать. Постепенно боль притупилась, сменившись новыми, неизведанными ощущениями. С губ Ленц слетали стоны наслаждения, а комната наполнилась запахом вспотевших тел и неприлично хлюпающими звуками. Браун разогрелся и уже мало что соображал. Набрал приличный темп, держал девушку за бедра и стонал. Криста вцепилась в плечи парня, оставив там едва заметные отметины. Райнер даже не заметил этого и склонился над девушкой замедляясь. Ленц ощутила, как внутри неё разливается тепло и выдохнула. Браун прилёг рядом с девушкой, восстанавливая дыхание. Криста забралась к нему на грудь, прикрывшись насквозь мокрой простынью с несколькими каплями крови.       С утра Райнер проснулся раньше, чем Криста. Девушка спала у него плече, мило сопя. Браун осторожно убрал свою руку, поцеловал Кристу в висок и направился на кухню, готовить завтрак.       Бертольт сидел на кухне, опустив голову вниз. Возле него стояла бутыль местного пойла. Парень был пьян, чем удивил Райнера. Рубашка Гувера была расстёгнута на несколько пуговиц, в пьяных глазах была лишь пустота и помутнение. Увидев друга, Берт сделал ещё один глоток и икнул.       — Берт, ты пьян? — Райнер подошёл к другу и похлопал его по плечу.       — Райнер, п-почему всё так сложно, а? Почему? — Гувер опять потянулся к бутылке. Райнер решил, что другу хватит пить, да и настроения слушать пиздострадания Бертольта совершенно не было, поэтому Браун перекинул руку друга через плечо и потащил его в его комнату. Гувер что-то бормотал, томно вздыхал, икал, падал, но в конце концов захрапел на своей кровати. Райнер открыл окна в доме, дабы проветрить стойкий запах алкоголя и перегара.       Пожарив омлет с помидорами, сварив кофе и поставив несколько тюльпанов в вазочку, Райнер понёс это в свою комнату. Криста уже не спала и надела красивое тёмно-синее платье. Постель была уже осторожно заправлена, а девушка сидела возле зеркала и расчёсывала свои волосы. Услышав, как Браун скрипнул дверью, девушка развернулась и улыбнулась любимому.       — Доброе утро, милая, — парень поставил поднос на столик и поцеловал любимую. — У тебя ничего не болит?       — Доброе, — Криста потёрлась своим носиком о носик Райнера, — нет, ну… немного, — она густо покраснела, вспоминая их прошлую ночь.       После завтрака возлюбленные пошли гулять. Райнер слушал рассказы девушки, иногда кружил её в воздухе, целовал, опять кружил. Они рассматривали цветы, водомерок мирно бегущих по воде, забежали к Анисе, испекли вместе вкусный пирог с сочными яблоками, обмазав друг друга мукой. Потом они пошли к реке, Криста положила свою голову на плечо Райнера, а он приобнял её за плечи. Прошло чуть более месяца.       Разведчики приехали в Дартвиш. Айвак накрыл целый стол с разными угощениями и выпивкой. Майк и Леви сидели за столом с недовольными лицами. Ханджи же трещала о чём-то с Джоэль, Лири сидела возле Васкеса и жевала петрушку, Эрвин кивал, а пьяный в хлам Айвак ему что-то доказывал. Жан и Саша пытались накормить Микасу, а она сидела расстроенная и съела лишь помидор. Сима смеялась и ела шашлык.       Павлин, блять, — подумала Бёрнс смотря на своего будущего мужа. И свинья, для полноты картины додумала Лири.       — Свадебка у меня, ик, через неделю… Что… Бы… Бы остались! — Айвак похлопал Эрвина по плечу. Лири в этот момент подкатила глаза и начала есть капусту.       — Свадьба? Погуляем, значит, — Ханджи завизжала от радости и обняла Джоэль. Брюнетка не слишком обрадовалась такому повороту, но промолчала. Она вообще была молчаливой. Айвак мог вломить ей, если она скажет что-то не так. Лири несколько раз была свидетелем того, как Мосс поднимает руку на сестру, но в их отношения не лезла, да и ей было плевать на это. Бёрнс с ужасом представляла, что может оказаться на месте Джоэль сразу после свадьбы. Правда, Айвак ещё ни разу не поднимал руку на девушку, лишь голос: ему не терпелось жениться и побыстрее заделать наследничка.       — Эрен… Можно его увидеть? Прошу! — молила Микаса со слезьми на глазах.       — Пошли. — Иллирика поднялась с места, желая покинуть застолье, а в особенности не видеть своего женишка.       — Сидеть! На месте! Не позорь… Меня… При гостях! Лири! Место! — Айвак вскочил с места и чуть не упал. Он положил руки на бёдра и зашатался.       — Ты сам себя опозорил. Животное, — злобно шикнула Лири, покидая застолье вместе с Микасой.       — Ну вернёшься ты вечером домой! Я научу тебя слушаться мужа… — Айвак упал на стул и опрокинул ещё одну рюмку. Майк, Леви и Эрвин поняли в каких отношениях находятся жених и невеста, а остальным было плевать на это.       Дойдя до дома, где жил Эрен и остальные беглецы, Лири увидела на пороге Бертольта и Имир, которые о чём-то спорили. Бёрнс не хотела это видеть, показала Микасе дом и ушла гулять по Дартвишу.       Подойдя к мосту — охренела. Охранники лежали мёртвые!       — Твою же ж мать, — Лири взяла у одного охранника дробовик.       Грешники вторглись в Дартвиш.       Иллирика твёрдо решила защитить селение от грязных ублюдков, даже ценой своей жизни. Если грешники хоть пальцем тронут разведчиков, то благополучно лишатся этих пальцев.

***

      Криста и Эрен шли домой вдоль реки. Парень держал в руках венок из цветов, а Ленц смотрела на небо. Темнело. Нужно было ускорить шаг и вернуться домой быстрее.       Молодая трава щекотала босые ноги друзей. Кристе нравилось бегать по траве босиком. Эрену тоже.       Почти подойдя к дому, Криста вдруг остановилась. Голова внезапно закружилась и девушка полетела на землю. Эрен подхватил блондинку и посмотрел ей в глаза. Почти дотронувшись до её губ, Йегер упал прямо на девушку, придавив её своим телом. Ленц закричала.       — Вот… Саломея будет рада этим двоим. Берём их и уходим! — говорил грешник другому. На вид они были похожими, чуть разные ростом. Кристе стало страшно. Её ударили рукоятью ружья по голове, и она вырубилась.

***

      Микаса с замиранием сердца вбежала в дом. Райнер подскочил с дивана и шлёпнулся на пол, читая молитву. Имир, как обычно, начала угорать, а Бертольт пил и окружающие проблемы его не волновали. Аккерман даже не посмотрела на дезертиров, лишь крикнула: «Эрен!». Ответа не последовало. Лишь раздражающий смех Имир.       — Его здесь нет! — Райнер поднялся с пола и с опаской посмотрел на брюнетку в красном шарфе.       — Где он? — Микаса развернулась лицом к Райнеру. Её не волновало, что перед ней дезертир. Главнее сейчас было для неё увидеть Эрена и удостовериться, что он жив-здоров.       — Кстати, их с Кристой давно нет. — Имир забеспокоилась. Последнее время Криста жаловалась, что у неё побаливает голова. Мало ли что…       — Чёрт! — Райнер выбежал на улицу и забежал обратно. — Темнеет. Эрен лопух, конечно, но привёл бы Кристу от Анисы до темна. Что-то случилось. Их нужно искать!       Браун словно почувствовал плохое и собрался искать. Микаса и Имир собрались с ним. Бертольт спал на столе, он был пьяным. Райнер хотел, чтобы Имир осталась с Гувером, но она отмахнулась: «Плевать мне на него, главное, чтобы с Кристой всё было хорошо!»       Ребята начали обыскивать Дартвиш и развернулись с Иллирикой буквально на пять минут. Бёрнс, облазив берег реки и не дойдя до дома Эрена и друзей километр, отправилась к Айваку. Нужно было рассказать лидеру про убитых охранников и про возможное проникновение в Дартвиш.       Айвак веселился. Ему было плевать сейчас на всё. Лири пыталась с ним поговорить и втолковать, что в поселение могли пробраться грешники и поубивать беззащитных женщин и детей. При Иллирике подобного не случалось, но ходили слухи, что два года назад грешники вырезали четверть населения Дартвиша из них очень много детей с одиннадцати до пятнадцати лет. С шестнадцати лет дети Дартвиша уже держали в руках огнестрел и шли на зачистку. С девятнадцати — шли убивать грешников.       Сейчас ночь. Опасное время. Все дома, спят и отдыхают. Люди, по факту, не готовы к внезапной атаке. Потери могут быть огромными. Что делать? Как быть?       Сима и Ханджи были в стельку пьяные. Закусывать нужно было. Айвак был в говно. Он уже начал рассказывать о своей сестре, чуть ли не сватая её разведчикам, которых видел впервые. Майк подпёр голову рукой и с безразличием слушал пьяный бред Мосса, Леви наблюдал за шашлыком, чтобы тот не сгорел, а Эрвин пытался снять с дерева пьяного Жана. Зачем Кирштейн полез на дерево? Перепил. Саша лежала на лавке и дрыхла.       — Ребят, — Иллирика положила на лавочку дробовик и тяжело вздохнула.       — О-о-о, же-на приш-ла! — засмеялся Айвак и шлёпнул Бёрнс по заднице.       — Я тебя не жена! — Лири ударила Мосса по морде. Он взбесился и вскочил с места. Майк мгновенно среагировал и посадил Айвака на место. Бёрнс выдохнула. — Спасибо…       — Что случилось? — разведчик сразу понял, что что-то случилось.       — Кажется, грешники пробрались в Дартвиш. — Лири прослезилась. Было страшно. Дрожали пальцы и ноги.       — Что такое? Какие грешники? — спросил Эрвин, у которого на шее висел Жан, рассказывая о чём-то, заплетающимся языком.       — Грешники это… Люди, которые враждуют с Дартвишем. Они очень жестокие люди и если они действительно пробрались в селение, то это плохо. Они перережут большую часть населения. Убьют детей и их матерей. — Бёрнс выдохнула. — Поэтому… Нужно… Мне нужно проверить нет ли их в городе, но…       — Ну пошли. Покажешь нам своё новое место жительства! — хмыкнул Майк, толкнув девушку вперёд.       — Леви! — Эрвин положил Жана на лавочку. — Смотри за шашлыком и за нашими ребятами! Леви! Ты слышишь?       — Че ты там орёшь? Я занят! — ответил Аккерман, не отходя от шашлыка.       — Ладно, пошлите. — Эрвин оживился. Иллирика вынесла друзьям по дробовику и они пошли исследовать Дартвиш на наличие чужаков.