Скиталец(3): Новая игра

- И вы считаете это успехом, сеньор Страда? - проскрипел старческий голос в ярко освещаемом из высоких окон помещении. По стенам были развешены полотна, сотканные века назад, демонстрирующие библейские сюжеты, обрамляя собой несколько объектов, скрывающихся под стеклом и сталью защитных саркофагов. Едва уловимое гудение распространялось по полу, исходя из спрятанных внизу двигателей устройств, поддерживающих внутри "коробов" необходимый уровень влажности и прочих условий. Хозяин этого великолепия, сухопарый старик под два метра ростом сидел за массивным столом, сложив руки на столешнице, поверх нескольких листов бумаги, скрепленных между собой скобами и восковыми печатями, устремляя твердый, словно гранит, взгляд в массивного визитера, чьи телеса грозились порвать и без того объемную форму священника. - Да, ваше высокопреосвященство, - кивнул гигант, умудрившись не пошевелить ни единой складки на одежде. - Демоны оказались застигнуты врасплох, разбиты и уничтожены. К тому же, нам удалось спасти несколько монахинь, имевших все шансы... - Если бы не проклятые адские отродья, верно? - прервал кардинал собеседника. - Одно из которых вы все продолжаете защищать от заслуженной кары. - Его участие позволило нам обойтись минимальными потерями - несколько раненых, и только. Большую часть опасности он взял на себя. - Возможно, зная, что ему совершенно ничего не грозит. - Вы все еще считаете, что действия Давида являются лишь ширмой, - устало пробормотал Васко, однако снова оказался прерван: - И продолжаю требовать, чтобы его заперли в тюрьме, пытали, а после уничтожили, вместе с богомерзкой сестрой, очаровавшей собой половину ваших людей! - пожилой священник вскинул руку, словно собираясь ударить по столешнице, но, словно опомнившись, опустил ее обратно. - Слишком часто людская доверчивость оборачивалась катастрофой. Библиотеки Святого Престола, его бесчисленные архивы хранят свидетельства множества смертей, виной которым демоническое вероломство человеческая вера в лучшее. - Мы внимательно следим за каждым его шагом, Ваше Высокопреосвященство. Демон занимает обособленное положение, взаимодействуя чаще всего с сестрой и воительницей из восточных земель, что пришли с ними. Приказы не оспаривает, лишь указывает на, с его точки зрения, недочеты, предлагая коррективы. В конфликты не вступает, не провоцирует окружающих, но и себя в обиду не дает. Он стал хорошим подспорьем в подготовке новобранцев. - Которых впоследствии он может уничтожить одним махом, обескровив ряды наших защитников, не говоря уже об обмане и использовании в корыстных целях. Слышал бы вас сейчас предшественник! - посетовал кардинал, помотав головой, прикрывая затем глаза ладонью, словно стыдясь одного только вида экзорциста. - По крайней мере, он не скрывает своих желаний поквитаться с сородичами. И не пытается уйти от ответственности за совершенные деяния, - неожиданно в голосе Страды лязгнул металл. Поднявший голову старик увидел не смиренного подчиненного, но воина, готового защищать собственные убеждения до последнего вздоха. - Или вы не согласны, сеньор кардинал? - Что вы... - старик осекся под взглядом гиганта, сделавшего шаг вперед, почти упираясь в столешницу. - Я помню, - слова воина прозвучали тяжело и весомо. - Тот скандал, грянувший словно гром среди ясного неба. Не вам, кардинал, - отбросив вежливость, Страда опустил массивные ладони на столешницу, которая будто бы застонала под тяжестью его мощи и веса, - говорить про обман и корысть, не после вскрытых грехов, совершенных в стенах тех обителей! В столь тяжелое время, когда светские власти еще больше ограничивают остающихся благочестивыми братьев и сестер, мы не можем себе позволить раскола. Но так просто мы этого не имеет оставить. По сравнению с Давидом вы все грешники, заслужившие кары Господней. Учитывая, что вы все еще живы и занимаете свой пост, поддерживая наместника Его на Земле... - он развернулся, несколькими шагами достигнув входной двери. Остановившись, он положил ладонь на преграду и, помедлив, бросил на прощание, - возможно, он не лгал, говоря, что Его больше нет с нами.

***

- Сколь долго нам еще... - с тяжелым вздохом Сильвия бухнулась на мою кровать, ворвавшись менее минуты назад в келью, раскинув руки в стороны. - А мне начало казаться, что внимание окружающих тебе льстит, принцесса, - подойдя к дальнему столу, я наполнил стакан из кувшина, который лишь недавно принес с кухни. Сейчас был разгар сезона цитрусовых, посему напитки из них стоили сущие копейки и продавались на каждом шагу. Стоит ли говорить, что и у церковников были свои угодья, используемые для нужд братьев и сестер? - Перестань меня дразнить, - она ловко выхватила у меня из рук стакан и ополовинила его парой глотков, блаженно выдыхая. - Ты могла бы сама сходить и... - И столкнуться с понимающе-жалостливыми улыбками! - нахмурилась демоница, чудом удержав в поднятой руке едва не всплеснувшуюся жидкость. - Наш народ те еще засранцы, знаю, но считать меня жертвой просто по факту рождения это... - Могло быть и хуже, - отобрав стакан, опрокинул в себя остатки сока, игнорируя возмущенный писк родственницы. - Регулярные попытки ранить, а раньше вообще убить пытались без перерывов! - Куда этим болванам тягаться с наследником Ботисов, - фыркнула девица, убедившись, снова, что одолеть меня не получается, и ловко запрыгивая на спину, довольная содеянным. - Ботисов больше нет, не забывай об этом. Нам следует строить свою судьбу самостоятельно. - Когда ты сам начнешь следовать этим словам? - требовательно спросила Сильвия, поворачивая мою голову к себе. Повисла пауза, становившаяся с каждым мгновением все более неловкой, пока она вдруг не потянулась своими губами к моим... - Так я уже, - разминувшись с ее лицом, скинул девицу на кровать, отходя в сторону стены, где было развешано мое снаряжение. - Стараюсь построить новый мир, для всех нас. - Для нас? Или для людей, ведь только их ты почему-то ценишь намного больше, - хмуро сказала девушка, садясь на постели, опираясь на покрывало руками. - Я понимаю, почему ты презираешь наш род, разделяю презрение к падшим тварям... но почему ОНИ? Чем смертные заслужили столько признательности, которой я не смогла добиться все эти долгие годы, находясь рядом?! - последние слова она и вовсе прокричала, вскочив на ноги, размахивая руками. Светлые волосы рассыпались по ее плечами и лицу, кожа горела от румянца, глаза пылали воистину адским гневом. Мгновенно выйдя из себя, сестра стала, осознанно или нет, накапливать ману, создавая тем самым угрозу магического взрыва неизвестной мощности, едва только контроль полностью оставит ее. - Для людей, и тех, кто мне близок. Во всех конфликтах смертные становятся разменной монетой, кормом для противоборствующих сил. Одаренные длительной жизнью или бессмертием, они вступают в дрязги, или предаются утехам для своих испорченных сущностей, наплевав на всех и вся вокруг. Следует прекратить подобный произвол, - размеренным тоном я старался отвлечь ее, неторопливо стараясь приблизиться. - Они и без нас справляются отлично, не нужно даже подталкивать к совершению греха! - крикнула она, силясь сдержать рвущиеся наружу слезы, отшатываясь на шаг назад. М-да, запустил ситуацию, знал ведь, что у нее с терпением еще не все гладко. Полностью погрузился в решение задач, забывая об окружающих, считающих меня чем-то большим, чем "опасный демон" или "полезный ресурс". - А еще они обладают потенциалом к уничтожению всех нас - демонов, ангелов, богов и прочих сущностей - чуть ли не по щелчку пальцев. Но для этого требуется массовое осознание, - ощутив затылком едва уловимое ощущение взгляда, с трудом подавил дрожание, вздохнув про себя с облегчением, что не успел брякнуть ничего потенциально опасного, иначе последующий разговор развернулся бы куда хуже. - И настоящая вера в свои силы, но не мне говорить о вере, верно? - последние слова я произнес в стену позади себя, которая спустя несколько мгновений пошла рябью, в которой неспешно соткалась белоснежная дверь, за которой открывалось слепящее сияние, приносившее физическую и душевную боль одним своим существованием. Заставив себя встать между ним и Сильвией, я с трудом сдержался, чтобы не использовать накопленные силы для уничтожения угрозы, ведь иначе против нас точно ополчатся все вокруг. Спустя несколько мгновений сияние померкло, загороженное кем-то, а после и вовсе потухло, но ощущение святости, обжигающее просто фактом своего наличия, не исчезло, лишь стало терпимым. Приоткрыв глаза, я увидел, как напротив нас, посреди комнаты, замер высокий ангел, в белоснежных одеждах, скрытых за массивными доспехами, украшенными знаками различия небесного воинства, обетами, историями побед... голубые глаза цвета чистого неба взирали на нас с гневом пополам с печалью. В этот момент подумалось, что я все-таки наговорил себе на смертный приговор, с запасом, чтобы и Сильвии хватило. И Сакуре тоже, чтобы остальным неповадно было. - Мне все еще трудно принять случившееся, - после непродолжительного молчания, густым басом молвил ангел, держащий обманчиво-расслабленную позу в нескольких шагах от нас. - Мне тоже, - пожав плечами, выпрямился. - Вашего визита я ждал в тот же день, как только состоялся разговор со Страдой. Хмурый ангел продолжал осматривать нас с ног до головы, не произнося более ни слова. - Предположу, - не дождавшись ответа, я продолжил, - что все это время за мной внимательно наблюдали, как люди, так и представители Небес. Не все разом, разумеется, я не Люцифер, чтобы привлекать все внимание, но все равно. Ведь мое появление вызывает столько вопросов и опасений! - Столько желчи в твоих словах, - презрительно громыхнул посланец Небес, который словно бы боролся с собой, не имея законного повода броситься вперед, уничтожая меня на месте. - Столько же, сколько в твоих - гнева. Видимо, тебе, неизвестный воитель, тоже претят слухи, получающие все больше подтверждений, что Небеса, Ад и Григори помышляют о примирении. И это после стольких веков кровавой борьбы! - Твои слова не смогут... - Прости, что перебиваю - снова - но я не пытаюсь сбить тебя с праведного пути. Я лишь задаюсь вопросами - несмотря на Божественное всепрощение, есть деяния, которые можно очистить адскими муками, верно? По крайней мере, это работает в отношении людей, которых мы все - демоны, ангелы - сделали разменной монетой. Пушечным мясом, расходным материалом, зови как угодно. Ты знаешь это не хуже меня... - Замолчи... "Он выходит из себя, осторожнее" "Это нам и нужно" - Вера часто не спасает человека, но приводит того к гибели, мучительной и жестокой. Все, что он может получить в итоге - билет в Рай? А учет обстоятельств, не позволивших совершить праведный поступок? Люди в своих законах учитывают такое, а как же вы? Смиренно принимать смерть, если есть возможность спасти себя и других, или... - Замолчи! - Или что? Заткнешь меня, не найдя аргументов для опровержения? - отодвигая спиной в сторону Сильвию, отвел руку назад, хватаясь за рукоять спрятанного кинжала. - Тебя ведь тоже беспокоят эти вопросы, в противном случае я бы давно уже был разбит праведными словами в пух и прах. Простить кого? Завистливых отступников, покусившихся на Его планы? Разрушивших своей ревностью и гордыней великие планы общего Создателя? Продолжающих ломать то, что удалось сохранить, с упорством, достойным лучшего применения, хотя бы в противостоянии с богами и другими сущностями иных религий? - Да что ты вообще можешь знать, завистливое порождение проклятого племени? - благодаря волевому усилию незнакомый ангел взял себя в руки, теперь его слова звучали более выверенно и размеренно. - Мой отец не спас мою мать, ставшую жертвой интриг матери девчушки, прячущейся за моей спиной. Она не виновата в содеянном, что не мешает мне ненавидеть всю семью скопом и не переживать из-за их гибели после случившегося переворота. Я ненавижу всех демонов, в том числе и себя самого. Именно поэтому я буду делать все, чтобы уничтожить их. А кто лучше может справиться с этим, кроме ангелов - но вы не станете верить демону, даже если я раскрою вам свою душу; богов - но те затребуют непомерную цену, которую я буду не в состоянии выплатить до скончания веков, или же пока не стану их рабом; люди, являющиеся жертвами, расходным материалом во всех ваших противостояниях? Ответ очевиден. - Мы не... - ощущая вырывающееся раздражение, я усмехнулся, ощущая, как на лицо наползает оскал. Блевать хотелось от "чистоплотности" этого вояки: - Я думал, что тебе нет смысла врать, стоя лицом к лицу со мной. Демоны и ангелы веками сражаются за души смертных, ведь те дают им столько мощи! Демоны их пожирают, ангелы верой накачиваются ничуть не хуже. Я могу ошибаться в деталях, но никак не в главном. Да, я тоже использую людей! - воскликнул я, когда дверь в комнату вдруг раскрылась, являя Страду вместе с парой заместителей, которых я едва заметил за его могучей спиной. - Я не размениваю их души, не жертвую ими для достижения эфемерных целей. Стоя плечом к плечу, сам рискую всем, что имею. Я прямо заявил Страде и воителям, чего хочу. А вы? - тыкнув пальцем в сторону ангела, повернулся к явившимся экзорцистам. - Вы сказали им, почему не караете тех, кто отступает от слов Его, прикрываясь фальшивой святостью, на протяжении дней, месяцев, многих лет? Вы даже не изволили уведомить их о своем прибытии...

***

- ... всего этого вы смеете предъявлять мне претензии? - с небольшими искажениями, голос Давида отдавался от стен зала, куда гигант-предводитель собрал своих доверенных приближенных, словно в качестве поддержки перед группой пожилых иерархов Церкви, давно погрязших больше в политике, нежели уделявших время делам духовным. Напряженные лица собравшихся выражали разный спектр эмоций, начиная с бешенства и заканчивая едва заметным торжеством, которое можно было с легкостью посчитать отражением светильников, украшающих помещение по периметру. - Лживый наглец, твоя суть источает смрад фальши! - прогромыхал ангел, заставляя запись перейти на визг, больно отдающийся по ушам. Казалось, что она вот-вот прервется, но устройство сумело выдержать напор силы мифического существа. - Ты делаешь все это лишь для достижения собственных... - И? - рыкнул Давид, после чего что-то упало и треснуло на фоне. - Делаю это открыто! Люди помогут мне, а в ответ я помогу им! Информация, опыт боев, воспоминания, незначительные детали - все, что принесет пользу и укрепит... - И это существо мы пригрели на своей груди, будто бы не замечая, что эта гадина, - возопил дородный священник, вскакивая со своего места, обводя пылающим взглядом собравшихся, хорошо поставленным голосом оратора собираясь тронуть струны их душ, - готовится вонзить свои клыки в самое сердце... - Достаточно, сеньор Аугусто, - глухо бросил огромный экзорцист, один из немногих, кто оставался на ногах с момента начала мероприятия, напоминая скорее каменный валун, нежели живое существо. - Всем давно известно, что ваша ненависть к порождениям Ада может соперничать лишь с увлечением продуктами ферментации виноградников с севера, не нужно кричать об этом на каждом шагу. - Возмутительные намеки... - недовольство оратора было вновь прервано, но на этот раз безмолвным жестом сухопарого старичка, неодобрительно косившегося на обоих участников краткого диалога. Тем не менее, его суховатый голос дребезжал отсутствием каких-либо эмоций, исключая показное миролюбие: - Братья, не превращайте эту встречу в рыночный балаган. Обе стороны имеют основания на сказанные ими слова, однако я вынужден признать, что этот... гость повел себя... - С другим гостем, вторгшимся в предоставленную хозяевами келью без приглашения, - быстрая улыбка скользнула по губам женщины средних лет, смотревшей на собравшихся пристальным взглядом поверх круглой оправы очков, элегантно сползших на центр ее переносицы. - Я уже молчу про установленные средства прослушки. Интересно, только этот мрачный зверь удостоился чести попасть под наблюдение, или вы и его спутниц так же контролируете, собирая в том числе фото- и видеодоказательства? - П-подобные намеки...! - Я же попросил не превращать встречу в балаган, - лязгнула сталь в голосе старца. Женщина хмыкнула, поправляя очки, после чего откинулась на кресле назад. "Оратор", словно подавившись словами, бухнулся пятой точкой на жалобно скрипнувшую мебель. Все же остальные продолжали хранить молчание, как было в самом начале встречи. - У нас нет ничего, чтобы подвергнуть сомнению готовность совместно работать, - выдохнул гигант, поворачивая голову к неформальному лидеру собрания. - Вы продолжаете демонстрировать ошибочное понимание процессов, происходящих вокруг, - ответил священник, взглянув на него из-под густых, седых бровей, не скрывающих испещренный морщинами покатый лоб. - Причину специалист может найти всегда, было бы желание. Взять хоть те встречи, на которые отлучается та воительница, гостья с Востока. - Неужели вы боитесь ее, или беглого падшего ангела? - Я опасаюсь последствий, которые принесут их действия. - Они указывают на сбор и передачу обрывков информации о других представителей сил, что нас окружают. Наши разведчики добывают больше и... - Вы остаетесь не только слепы, но и глухи к моим замечаниям, сеньор, - с сожалением проскрипел голос пожилого священника. - Неужели думаете, что они не знали о наших средствах слежения? Или ваших соглядатаях? А все те слова есть лишь пустота, наполненная фальшивыми негодованием и пафосом, рассчитанным на глупцов-мирян, но никак не опытных борцов со злом? - Не первый год... - Он же водит нас за нос! - словно отойдя от конфуза прошлых мгновений, дородный "брат" вновь стал раздувать пламя негодования, однако, поймав косой взгляд "старца", стушевался, бормоча слова извинений. - В чем же именно? Скрывает свою природу? Планы, желания, цели? - Достаточно! - хмурый старик хлопнул ладонью по столу. Звук едва ли был впечатляющим, однако сам жест демонстрировал высокую степень раздражения высокопоставленного священника. - Даже ваши заслуги перед Церковью не позволят попирать святые заповеди впредь, сеньор Страда. - Почему же они тогда отодвигались на второй план всего лишь несколько десятилетий назад? - тихим голосом спросил великан, устремляя твердый взгляд на собеседника, который, набрав в легкие новую порцию воздуха для продолжения отповеди, поперхнулся, закашлялся, выпучив глаза. - Что позволило братьям во Христе заниматься в стенах наших обителей тем, за что святые истины с давних пор требовали карать на месте, отправляя души грешников по известному адресу? Чем они лучше существа, презирающего свою природу и стремящегося всеми силами доказать свое желание покарать нечестивое племя, стремившееся... - Достаточно! Вы... переходите границы! - с жаром выпалил старец, подскакивая со своего места. - Этот демон должен быть уничтожен! - Даже если забыть о потерях, которые мы понесем в процессе, - задумчиво пробормотал Страда, обводя взглядом собравшихся, - то почему этим не занялся ангел, спустившийся с Небес? У него вполне бы хватило сил сделать это в одиночку? Или, если Он так хочет испытать нас, почему не были даны прямые указания?

***

"Не боишься, что после случившегося тебе оторвут голову?" "И не такое переживали. Главная опасность миновала, все прочее приведет к коррекции планов. Больше времени, сил и средств, но не более того, все в пределах расчетов. Праведность части врагов играет нам на руку, не хватает оснований для ликвидации. Для всех прочих мы или слишком незначительны, или вовсе не существуем в поле зрения" "Если так продолжится..." "Успокойся, многоглавая. Этот дурак дал слово тебя защищать, так что заткнись и не мешай ему заниматься глупостями. Даже я тут бессилен" Холодный ветер на побережье заставлял немногочисленных людей в округе, решивших оказаться здесь в столь позднее время, плотнее кутаться в одежду и покидать это негостеприимное место. Прислонившись спиной к гранитному боку валуна, оставаясь в тени, я наблюдал за тем, как грязно-синевато-зеленые волны накрывать береговую линию, вынося мусор или же забирая его, и что-то еще сверху, обратно на морские просторы. Нечто схожее творилось и в моей душе: визит ангела не был чем-то неожиданным, пусть лишь только в отдаленной перспективе. Послевкусие все равно было паршивым, но еще хуже пришлось Сильвии - покидая ее комнату, отметил про себя, что за слабой улыбкой скрываются прежние страхи, связанные с потерями, и не только. Посланник Небес произвел на нее огромное впечатление, равно как и мой уход в такой момент. Он не сломает ее, отнюдь, но вот настроить против, в отдаленной перспективе - почему бы и нет? "Она задерживается" "..." "Не в первый раз уже" "..." "А что, если..." "И ты, Брут? В смысле, ладно эта куча ядовитой ненависти, но тебе-то что до нашего агента?" "Моя жизнь зависит от твоей, п-поэтому совершенно нормально волноваться о твоем выживании!" - прошипела гидра в подсознании, заглушая смешки Гая. Бросая взгляд на темную гладь воды в отдалении, вздохнул: "Не в первый раз оказываться в подобной ситуации... тем более, что она вот-вот будет здесь. Предвосхищая вопрос - да, чувствую. Пора бы научиться верить в меня и не доставать так часто льющимся из всех щелей беспокойством". Взглядом удалось выцепить, как в отдалении, рядом с лестницей, соединяющей две части пристани, от фонарного столба "отделилась" тень, обретшая человеческие контуры. Миг спустя улучшенное зрение наблюдало за тем, как высокая девушка в брючном костюме, которые становились все более обыденными и популярными, особенно среди дам с активной жизненной позицией, простукивает туфлями на небольшом каблуке примерно в направлении, где располагался я сам. Чутье не отпускало "приподнятые" нервы, указывая на некий диссонанс в общем восприятии ситуации, и дело было не во внезапном появлении барышни из воздуха, нет. Затылок будто бы пощипывало от ощущения некой фальшивости. Поэтому я без промедления сместился вправо и вперед, уходя от неяркой вспышки силы, упирая острие извлеченного клинка чуть выше места, где на шее черноволосой бестии проступала жилка, демонстрировавшая учащенное сердцебиение посягнувшей на мои жизнь и здоровье. Темный сгусток энергии, принявший облик кривого прута с острием на обоих концах, застыл в нескольких сантиметрах от левого бока, в глазах нападавшей читались тоска, мрачная решимость и нетерпение. Пару мгновений мы изучали друг друга взглядами, после чего почти одновременно опустили оружие. "И это, по-твоему, проверка? Больше похоже на попытку покушения" "Ход не лишен оригинальности, мало кому в голову придет подобный способ... сохранения свободы воли и верности своему патрону" - со смешком возразил Гай гидре, пока я знаком показал деве следовать за собой, во мрак за скалой, отшлифованной ветрами и редкими, особо могучими волнами и приливами. Минуту спустя, остановившись и вглядевшись в ее лицо, заметил, что ее подозрительность и напряжение превосходили мои внутренние "голоса" на порядок. Вздохнув, брякнул: - Вольно, расслабься... ... за что почти тут же поплатился. "Гостья" вдруг подалась вперед, вцепилась руками в плечи, стискивая плоть, ткань и кости мощной, пусть и дрожащей немного, хваткой. С приоткрывшихся багровых, суховатых, губ сорвался стон боли, в котором едва проглядывалось облегчение и даже наслаждение. Бросив беглый взгляд вокруг, я развернулся, прижимая ее к себе, медленно сползая на шуршащий под ногами песок: - Почему не сказала сразу, что ранена? - тело Рейналь била мелкая дрожь, попытка разжать ее хватку оказалась безуспешной. - Отпусти, это мешает осмотру. - Г-гос-спод-дин... - прошептала она, пытаясь притянуть свое лицо к моему. Спустя несколько секунд мне все же удалось взять контроль над ситуацией, расстегнуть и расправить одежду на ее теле, обнаруживая одну из причин тяжелого состояния падшего ангела - тяжелая рана на животе, являвшаяся для любого человека смертным приговором, без шансов на выживание. "Какая преданная собачонка", - удивленно-удовлетворенно прошептал Гай. "Держалась до самого последнего момента. Хорошо ее выдрессировал" - Эта аура... - игнорируя подсознание, я попытался устроить деву поудобнее на песке. Пытаться добраться до сестры или госпиталя Церкви? Не успею, помощь нужна здесь и сейчас, пусть я и не был квалифицированным медиком. - Боги? - Д-да... - лицо скривилось от очередной вспышки боли, тело едва не согнулось в позу эмбриона, что могло еще сильнее усложнить ситуацию. - П-послание... л-любоп... - Помолчи, береги силы, - в такой ситуации я не мог сделать почти ничего, исключая разве что... "Добей бедняжку" "Нерациональная трата ресурсов", - вздохнув, подумал я, наблюдая за тем, как растворяется одежда на левой руке, плоть становится неестественно-белой, а запястье покрывают обрывки тяжелых цепей, мрачно звякнувших в прохладной ночи на берегу морском. "Пожар будем выжигать пожаром"...

***

- Ты в своем уме? - тихо прошипела сестра, уподобляясь символу нашего сгинувшего (хотя...) рода, тыкая пальцем мне в грудь. - С момента входа в сознательный возраст - нет, - пожав плечами, "столкнулся" с пылающим взглядом Сильвии, которая, будь ее воля, прожгла бы во мне дыру за пару мгновений. Ответ ожидаемо привел к еще большей вспышке злости: - Хотел бы ее добить - добил бы сразу! - всплеснула она руками, краткий миг раздумывая над тем, огреть ли меня по шее за такие выкрутасы, или сдержаться. Второй вариант одержал уверенную победу. - Было бы проще... - Я в курсе, что ты недолюбливаешь Рейналь, считая ее ненадежным союзником, однако до сих пор она оправдывала все вложения. - Тем, что она якобы слонялась там, куда ты ее посылал, в надежде, что эта тварь тебя не предаст и будет собирать сведения, которые будут полезными... для чего? - девушка вновь вперила в меня свой тяжелый взгляд. Увы (для нее), я давно уже стал равнодушен к такому эмоциональному давлению. - Я уже не раз объяснял - месть революционерам и тупым идиотам, сторонникам прошлых властей, которые из-за своих ошибок потеряли власть, - вздохнув, развел руками, демонстрируя, что больше добавить нечего. В текущих условиях, когда исчезли все сомнения о соблюдении принципа неприкосновенности нашей частной жизни, даже намекать на что-либо еще будет верхом глупости и фактическим признанием во лжи и прочих грехах. - И для этого, из всех существ мира, ты решил использовать... смертных?! - Не использовать, - выдохнув, отвесил девушке подзатыльник, игнорируя попытку увернуться и новую вспышку недовольства. За такие слова можно получить больше, чем поползновения части "святош" в плане попыток нашего убийства. На этой неделе уже троих молодых фанатиков пришлось отправить на тот свет. Страдания с ядом гидры приносили не только проблемы в прошлом и отчасти в реальности - общая устойчивость ко всякому ядовитому порядочно выросла, так что попытки отравления я воспринимал исключительно как проявления плохого тона, не более. А вот физические покушения (уже два на этой неделе, что, в общем-то, сущая мелочь) были куда опаснее, - я заручиться поддержкой. - Это лишь слова! - новый подзатыльник, еще больше шипения и попыток дать сдачи. - Нет, иначе бы тот ангел не ограничился невнятными фразами, а попытался с ходу, и куда раньше, лишить нас жизни. Они не всепрощающий Боженька, хотя и это, мягко говоря, преувеличение. Прощать и давать шансы они будут людям, но не потомкам предавших соратников. Уж точно не тем, кто готов забыть прошлое и попытаться сосуществовать в мире. - Ты думаешь, те слухи о... - Это, как минимум, заслуживает пристального внимания. И об этом шептались еще в то время, когда мы "гостили" у Азазеля и его приспешников, - пожав плечами, я подвинул к занятой падшей постели стул, на который и опустился, проводя ладонью по отросшим волосам. Сильвия говорила, что мне идет прическа образца последних дней дома Ботисов, я же предпочитал короткую, чтобы противник не имел возможностей ухватиться за них в пылу боя. - Дыма без огня не бывает, так говорят люди, и вполне заслуженно. В ответ девушка лишь сжала кулаки, однако, осознав бесполезность дальнейших шагов, бухнулась на край кровати, строя из себя оскорбленную невинность. Можно было предположить, что с таким отношением она должна была и Рейналь загнобить, и людей, однако в нужный момент эмоции уходили прочь, оставляя лишь сосредоточенность, холодный расчет. Хоть что-то хорошее ей от матери с сестрой досталось, пусть им хорошо горится на том свете... ... почти неделю спустя Рейналь сумела, наконец, прийти в себя: - Г-господин? - прошептала она, порываясь встать. Пришлось силой вжимать ее обратно на свежие простыни: - Еще рано, ты не восстановилась. Лежи, это приказ. - Н-неужели... все время... - У меня хватает обязанностей, чтобы этого не делать, - убедившись, что она больше не попытается подняться, присел рядом с постелью, в кресло. - Очередная будничная проверка твоего состояния, вызывающего вопросы еще и у "принимающей стороны". От тебя давно не было вестей, плюс еще эти раны... у тебя есть стоящие ответы? - Д-да, господин, - выдавила Рейналь из себя взволнованно, вновь порываясь подняться, но под моим взглядам вновь приняла горизонтальное положение. Рассказ получился весьма содержательным, там хватало "воды", как говорила в отношении моей работы одна из научных руководителей в университете, но были и весьма полезные фрагменты. А общая картина заставляла хорошенько задуматься, ведь пока я пытался закрепиться в мире смертных, Подземный Мир, ассоциирующийся у многих обитателей с Адом (и не зря), готовился перевернуть все с ног на голову. Ожидаемо, что в пламени революции часть представителей свергнутых элит сумела выжить и найти убежище. Более чем понятно было желание отомстить обидчикам, возвращая страдания сторицей (забывая, что вина во многом лежит на них самих). Своих сил и возможностей, по понятным причинам, у них будет недостаточно для самостоятельной борьбы, исключая отдельные налеты и аналоги террористических актов. То есть им нужны союзники, которые тоже терпеть не могут демонов нового порядка. Моя проблема заключается в том, что я недооценил количество и качество недовольных текущим положением вещей. Настолько недооценил, что проморгал саму возможность объединения сил, которые терпеть друг друга не могут, желая увидеть "коллегу" уничтоженным, раздавленным, униженным и далее по списку. "Хотя бы их главную базу верно определил" Тартар - "соседнее" владение с библейским Адом. Судя по тому, что я сумел подчерпнуть из хроник в библиотеке клана, прежде мы часто сражались с отрядами мрачных жнецов, бойцами Аида, брата Зевса и заведующего царством мертвых древнегреческой мифологии. Мрачный дед, выглядящий как скелет в одеяниях священника, терпеть не мог что демонов, что падших, что ангелов. И Бога, разумеется, виня его (не без оснований) в лишении львиной части паствы (крещение, мирное или кровавое, не имеет значения. Правда, незадолго до моего рождения словно занял выжидательную позицию, почти не тревожа "пограничников" со своей стороны. Возможно, как и я, перешел в режим наблюдения и даже больше, глобального анализа. Или же стал стремиться к реализации цели, которая покамест ускользала от меня. В любом случае, его владения стали местом, где собирались заклятые враги, объединявшиеся... - Для чего? - сам не заметил, как стал говорить вслух, уставившись куда-то в область сгиба ключицы падшего ангела, которая замолчала, возможно, уже давно, чтобы не мешать моим размышлениям. Она продолжала рассказ о своих злоключениях, дополняя мысли и давая ответы, пусть и далеко не на все вопросы. Пробраться туда было большим испытанием, но оно того стоило. Ускользнуть от патрулей мрачных жнецов помогло вмешательство бывших товарищей, сумевших найти ее и погнаться с целью то ли пленения, то ли уничтожения - Рейналь не знала, ее тогда интересовало лишь выживание. Скрывшись от чужих глаз, убравшись подальше от границ, она вскоре достигла места, где бок о бок сосуществовали злейшие враги, пару раз она даже слышала, что боги здесь тоже были частыми гостями. День, два, неделя, месяц - понемногу она пыталась распутать клубок местных противоречий и союзов, пока не смогла расшифровать знаки, расположенные в разных местах. И в этом ей помогли не хорошие познания в мифологиях, а появление людей, излучавших энергию, присущую героям минувших эпох.