Аномалия

— Не понимаю, как это возможно, — профессор Халк деловито хмурится. — От сообщения нет никакого информационного следа, его не отследить. — Если только оно не было записано незадолго до смерти, — логично предполагает Роуди, чуть тише добавляя, — прости, Кэп. Без обид, но я не верю в загробную жизнь. База Мстителей отстроена заново по сохранившимся чертежам: Пеппер без задних мыслей выделила бюджет на восстановление штаб-квартиры и поддержание команды. Но работа встала из-за небольшого сообщения, оставленного на смартфоне Роджерса. И с тех пор он не находил себе места, каждый день допытывая Беннера своими очередными теориями. — Вдруг он все еще жив? — Роджерс облокачивается на рабочий стол ученого, отвлекая того от работы. — Может, временные аномалии отразились на нем? Или использование Камней Бесконечности? — Стив, — Беннер тяжело вздыхает, могучими зелеными пальцами стаскивая с переносицы очки. — Я сам знаю, насколько тяжело кого-либо терять. И как тяжело отпускать, когда кажется, что вам было отведено неприлично мало времени. — Он говорил на записи так, будто все еще жив! — Может, он хотел, чтобы ты так думал. Потому что прощался с тобой. Роджерс поджимает губы, срываясь с места и удаляясь прочь из лаборатории. Он неприлично молчалив с командой и непривычно зациклен на своем наваждении: из раза в раз прокручивает сообщение, пытаясь уловить детали, но он — всего лишь солдат, не ученый. — Ты наверняка думал об этом, — отзывается за спиной Сэм. — Место, где можно хотя бы попытаться найти ответы? Ты об этом? — Роджерс оборачивается, убирая телефон и ловя на себе многозначительный взгляд друга. Тот лишь утвердительно кивает. Некогда база Мстителей, теперь — полузаброшенная башня Старка, все также ютилась в центре Нью-Йорка. Нижние этажи так и остались отведенными под офисы и нужды компании, верхние — опустели после переезда Тони. Неизменной осталась лишь его мастерская, которую он, скорее всего, держал на крайний случай. Пробраться незаметным туда, где временно ослаблен надзор, не составляет труда, и Сэм, оставаясь стоять на «шухере» уже у лифта, молча кивает Стиву в сторону нужного входа. Едва ли в этом была нужда, ведь Роджерс знал когда-то бывшее домом место как свои пять пальцев. Он осторожно бредет по опустевшей гостиной, проводит пальцами по накрытому целлофаном дивану, успевшему зарости слоем пыли. Стив грустно улыбается самому себе, вспоминая, как еще полным составом они праздновали «зачистку» Гидры. В тот вечер они со Старком собирались рассказать команде о своей помолвке, да вот только Альтрон нарушил их планы. Оборачиваясь в сторону выхода, откуда Альтрон и показался первый раз, Стив тяжело шагает в сторону мастерской, включает свет. Не считая пыли — все оставалось на своих местах, даже разбросанные с того дня документы и Дубина, которого Тони не стал таскать по следующим лабораториям. Роджерс наклоняется, собираясь поднять одну из бумаг, как вдруг оказывается прерванным: — Добрый вечер, Капитан, — раздается голос ИИ. — Пятница? — чуть ли не подрывается Стив. — Как же я давно тебя… — Мистер Старк оставил вам сообщение. Желаете прослушать?

***

Двигатель автомобиля неприятно гудит, напоминая Тони о том, в каком «славном» времени он застрял. Серые пейзажи сменяются друг другом, практически не оставляя возможности полюбоваться видами Германии: на проселочных дорогах не залюбуешься. Но Старк рад и тому, что ему все же позволили покинуть базу, пускай и под предлогом сопровождения самого Капитана Гидры. На первом же «перевалочном» пункте Тони ставят перед фактом, что любая попытка сбежать карается расстрелом, но бежать он и не собирался, заинтересованный, для чего же именно вдруг пригодился вне привычного периметра. — Выдвигаемся на рассвете, — отдает распоряжение Стив, прежде, чем закрыть за собой вход в военный шатер. — Ты так и не объяснил, куда и зачем мы едем, — чуть пожимая плечами, напоминает о своем существовании Тони. — Какая разница? Даже не смотря на то, что палатка чересчур просторная, из-за молчаливого напряжения в ней ощущается теснота. Тони сидит на своем месте, изучая немецкую литературу, и, кажется, начинает понимать отдельно взятые фразы: Баки, скрепя сердце, одолжил ему свой словарь, чтобы хоть как-то избавиться от общества гения. И это сработало. Только бутылка виски и предложенный стакан, оставленные на столике, вызывают у Тони вопросы. Он поднимает взгляд на Роджерса, который сегодня выглядит чуть менее озлобленным, чем обычно, и осторожно ему кивает. Оба стакана оказываются наполненными наполовину, и только после Стив усаживается напротив, не сводя своего внимательного взгляда со Старка. Последний невольно передергивает плечами от такого внимания, но стакан принимает, с ходу делая внушительный глоток: если дают возможность забыться хотя бы на вечер, то упускать ее не стоит. — Впереди долгая дорога, общий отбой распространяется и на тебя. — Ого, не знал, что ты такой заботливый, — слегка повеселев, отзывается Тони, но оказывается тут же одернут. — От тебя не будет толка как от специалиста, если ты не сможешь рот открыть от недосыпа, — бурчит Капитан, между делом подливая в стакан Старка еще одну порцию виски. — Ты нужен мне на ногах, иначе будешь бесполезен. — От меня есть толк даже в бессознательном состоянии, — хмурится Тони, с радостью принимая в себя очередную «дозу». — Ты еще не видел мои выступления на конференциях. Люди всегда давались диву, как мне удается после такого еще и на ногах стоять. Роджерс кривит губы, вслушиваясь в слова. Он прекрасно знал, что Старк не может быть разведчиком, но будь он публичным лицом — сведения о нем нашлись бы хоть в одном источнике. Если только тот не использует подставное имя. Но Стив и не спрашивал о том, как зовут его названного «напарника», по крайней мере, лично. — Что за конференции? — Обыкновенные, научные, в Швейцарии, — Тони отмахивается. — Чего ты как маленький? — Как тебя зовут? — Говард, — невозмутимо отвечает Старк, но про себя начинает понимать, что дело — дрянь. После продолжительного перерыва с выпивкой даже пара глотков виски сказались на нем, и вот, Тони понимает, что прокололся. — Во время задержания ты сказал, что тебя зовут Эдвин, — чуть щурясь, Стив не отводит от гения внимательного взгляда. — Это мое второе имя, — пожимает тот плечами, — Говард-Эдвин. Умом Тони понимает, что долго тянуть одну и ту же волынку не выйдет. Выход из палатки — совсем близко, но у Капитана идеальная реакция, так просто сбежать не получится. Но судя по тому, какой внимательный сегодня Стив — эта своеобразная операция готовилась долго. — У тебя были при себе документы. Ты знал? Старк вжимается в стул, отводя взгляд и задумываясь. Он не задавался этим вопросом и даже не подумал, что мог «перенести» с собой что-то кроме средств связи, которые имел при себе всегда и везде. Значит, Роджерс знал его имя с самого начала. — Ты специально придумал эту поездку, чтобы завалить меня вдали от базы и избавиться от трупа? — растерянно отзывается Тони, отчего-то решая, что лучшая защита — это нападение. Стив лишь молча поднимается с места, оказываясь рядом со Старком и грубо разворачивая его на стуле в свою сторону. Он смотрит внимательно, своим фирменным надменным взглядом сверху-вниз, и начинает едва слышно: — Ты правда считаешь, что мне бы понадобилось куда-то отвозить тебя, чтобы прикончить? — Роджерс хмурится, — я мог бы сделать это не выходя из твоей спальни. — Зачем тогда? — Твоя фамилия удивительно похожа на одного из наших, — Стив продолжает гнуть свою линию, игнорируя вопросы. — Шмидт не смог с ним договориться, потому и работает с Золлой. Этот же одиночка, чертовски умен. Ты похож на него даже внешне, я допускаю мысль, что вы родственники. — Он приложил руку к твоему созданию? — В том числе, — кивает Роджерс. — Его фамилия — Старк? Стив неоднозначно улыбается и, наконец, отпускет напряжение, прекращая угрожающе нависать. Он уходит из шатра, оставляя Тони наедине с бутылкой виски и страшными мыслями о том, что его отец в данной реальности, кажется, принадлежит Гидре.