Viva la Robolution!

Старые, местами проржавевшие колёса каталки скрипели по металлическому полу, заставляя ее трястись на каждом небольшом уступе, что сказывалось и на плотно привязанном теле ассасина. Не было возможности даже пошевелиться. В то же время Железяки стремительно куда-то неслись, продолжая свою болтовню: — Не тряси её так — кони ещё двинет. — Да что с ней станется то? Отдадим Вождю и дело концом. А если и так, то не жалко. — Как взрывчатку в тебя поставят и отправят на передовую — тогда посмотрим, будет ли жалко. — Заткнитесь оба! — рявкнул третий Железяка, которому надоело слушать их споры, и он треснул манипулятором по крышкам корпусов своих товарищей. — А ты кто, блять, начальник? — начал закипать один из роботов, толкнув его. Этот жест выглядел по-странному человечно, для их внешности. — Да, мы ж вроде как все равны, — поддержал его второй, вернувший обидчику свою оплеушину. — Вы вконец охуели? — окончательно разъярился третий робот, доставая импровизированную саблю, собранную из металлолома. Он был настроен серьёзно, но остальных конвоиров это похоже не волновало. С подбадривающими криками и улюлюканьем они окружили драчунов, предвкушая очередное веселье и явно позабыв про пленницу. Геликон с интересом наблюдала за этим действом, стараясь ослабить верёвки, и при этом двигаться как можно тише, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания. Отличный момент для побега, в то время, как консервные банки так и продолжали ссориться между собой: — Я знал 115B6, что ты имеешь неполную комплектацию. — второй робот тоже не остался в стороне, надевая боксёрские перчатки. Конечно, сомнительный выбор против холодного оружия, но что уж было. Геликон искренне надеялась, что третий робот не являлся камикадзе, о чём с опаской упоминали два остальных. — Да я твою материнскую плату паял! — вмешался он, доставая ствол. — А ну прекратили! — резко прервал разборки другой, более громогласный голос. — И пулей ко мне! — Есть, сэр! — отчеканила вся группа, импровизированно отдав честь. Они засуетились так быстро и беспорядочно, что один из них впечатался в пальцы пленницы, едва не переломав их своим весом: — Мммпф! — сдавленно выдохнула Геликон, но конвоиры не обратили на неё внимания, побежав исполнять приказ. В следующий же момент свет в комплексе погас, а все экраны перекрыла огромная эмблема «Атласа», залив металлические стены зловещим красным светом. — Что это за херня? — спохватился тот же самый голос. — Впрочем неважно, я её обсужу позже с нашими гостьями. Поняв, что не сможет дотянуться пальцами до узлов, Геликон попыталась разорвать верёвки, пока растерянные роботы продолжили метаться по коридору. Но ослабленное ранами, голодом и постоянными сражениями тело не смогло справиться с этим на первый взгляд простым препятствием, либо Железяки уже были осведомлены о её физической силе и способностях. «Ладно, попробую позже», — мрачно подумала ассасин, глядя на уже чистый экран, где всё пришло в норму. Если этот скринсейвер был единственным, что содержалось в чипе, то Минерву явно обманули. В другой иной ситуации Геликон бы посмеялась, но сейчас причин для веселья уже не оставалось. Она практически ничего не знала о Железяках, как о противниках, столкнувшись с ними в одном единственном сражении. Геликон мельком слышала об этой гиперионовской разработке, будучи далёкой от жизни простого обывателя, для которого та и была создана. Восстание Железяк звучало так же нелепо, как и восстание кофеварок. Никто не ожидал от этих придурковатых, но послушных и безропотных домашних слуг такой сплочённости и кровожадности. Естественно никаких инструкций по их уничтожению тоже не существовало, так как с этим Железяки и сами прекрасно справлялись: переставая в один прекрасный момент запускаться, падая в пропасть или же становясь игрушкой для местной живности. Ясно было только одно: они прекрасно разрезались плазменной саблей, как другие любые роботы, только в отличие от своих боевых «коллег» были крайне непредсказуемы. Звуки ржавой скрипучей каталки вновь вернули ассасина в реальность, где её везли в неизвестность и крайне сомнительное будущее. — Я позже с тобой разберусь, — пробормотал один из роботов, грубо толкнув второго под бок, на что остальные угрожающе цыкнули, заставив драчуна умолкнуть. «Если эти собачатся между собой, наверняка так делают и остальные», — промелькнуло в голове у Геликон. Она воспользуется этим, если, конечно, представится такая возможность. А пока ничего не менялось: всё те же металлические стены форта, утыканные множеством камер и экранов, а также кажущиеся бесконечными коридоры. Ассасин и вовсе боролась с дрёмой, одолевавшей её, пока каталка резко не остановилась. Казалось всё, приехали. Во всех смыслах слова. Послышался громкий гул открываемых дверей. Казалось они были такими же ржавыми и старыми, как и её «транспортное средство». «Интересно, на чём это всё держится? На честном слове?» — Геликон пыталась найти цепким взглядом хоть какую-нибудь зацепку, хоть что-нибудь, что могло бы ей помочь, потому что на первый взгляд всё выглядело: тронь — и оно развалится, но это было лишь обманом. Что-то позволяло этой хаотичной и слепленной на коленке системе успешно работать, приводя в ужас всех остальных обитателей этой планеты. И это что-то необходимо было найти. Возможно именно оно и ждало её далее. — Доброго вечера, дамы! — словно ведущий какого-то телешоу, пробасил Вождь. — Мы так рады вашему появлению, что практически все собрались здесь. Внезапно его перебил один из голосов, что вызвало гнев главного Железяки, злобно сверкнувшего в камеру своим визором самым крупным планом. Геликон невольно зажмурилась, чтобы не смотреть на этот выжигающий глаза свет. Всё-таки в последнее время было слишком много красного. — Да! — кому-то рявкнул главный Железяка. — Я в курсе, что здесь всего три сотни роботов, но остальным ничего не мешает смотреть нас, идиот! Извините, отвлёкся, но больше этого не повторится. Так, на чём я остановился? А… Этих двух дам связывала непростая история, — вновь затянул робот, продолжив играть на публику, но уже для своих подданных, которые уже не перебивая слушали его, — звенья одного коллектива, подобные нам с вами, но менее совершенные. Потому что в отличие от нас, получив свободу, они запросто перегрызут друг другу глотки. Мы же, являемся единым большим организмом, которому несвойственны подобные недостатки и лишены главной слабости кожаных мешков — обид друг на друга! «Ну да, ну да, — скептично отметила Геликон, — я уже успела оценить слаженность этого «организма». — Точнее нет, обида у нас есть. Одна и большая. На них! — Вождь ткнул своей культяпкой в экран, явно указывая на пленниц. — Не конкретно на них. Хотя, они тоже хороши — убили многих наших собратьев. Блять, опять отвлёкся… Но не суть. В общем сейчас я хочу показать всё, на что способны эти самки кожаных мешков, естественно без порчи ценного материала, коим они являются. Зал радостно зааплодировал, явно оценив выступление Вождя. Под лозунги пленниц наконец-то повезли в центр зала. Скрип ржавых колёс заглушал рёв множества голосов и казалось, был приятным избавлением. С трудом приподняв голову, Геликон смогла разглядеть старое офисное кресло, где в крайне неудобной позе сидела ещё одна женщина. Заметив крайне узнаваемые фиолетовые волосы, бывшие сейчас растрёпанными и грязными и слишком знакомые черты лица, ассасин безошибочно узнала предательницу. «Афина! Какими судьбами?» Похоже тот, кто набирал их отряд имел определённый вкус к женщинам, потому что каждая из ассасинов высшего ранга была похожа на другую, подобно давно утерянной сестре. Умышленная насмешка над каждой или же просто совпадение? Сейчас уже никто не мог дать ответ. Бывшая сослуживица тоже узнала её и одарила неприятным жёстким взглядом. Казалось, даже будучи в подобном положении Афина пыталась сохранить лицо и своё достоинство. Не сломаться, стойко выдерживая все свалившиеся на неё испытания. Как их и учили с самого детства. Но обе прекрасно понимали, что их привезли сюда на всеобщее обозрение не просто так. «Воспользовались и теперь решили утилизировать», — обречённо подумала Афина, увидев стол, похожий на операционный и множество вещей, часть из которых было сложно назвать медицинскими инструментами: мусор, разбросанные куски запчастей, полусгнившей еды и, конечно же, обилие тряпок и верёвок. Если же они проводят операции в таких условиях, неудивительно, что ожелезяченные зомби первым же делом пускаются в расход. Афине захотелось крикнуть, позабыв про кляп и о ноющей боли вусмерть затёкших мышц, но подавив подступающий прилив животного страха, она лишь сжала крепче зубы. Даже если они будут пилить ей череп, эти мрази не услышат ни единого всхлипа. Геликон, похоже, тоже испытывала похожие эмоции, прикрыв свой единственный глаз, но по её напряжённым, подобно пружине плечам и побелевшим кистям рук, было видно, что ещё немного, и она порвёт эти верёвки. Похоже, бывшей сослуживице было всё равно, сколько врагов её окружало, как и сам факт отсутствия оружия. Если эти консервные банки посмеют приблизиться к ней, то церемониться Геликон с ними не будет. Даже если после этого её убьют. — МММ! — угрожающе промычала она подкатившей паре роботов, но это не произвело никакого воздействия. Только красноречивый треск верёвок заставил Железяк замереть, чтобы после ударить непослушную пленницу разрядом тока. — Отдохни, — отмахнулся один из конвоиров, на что в зале раздался разочарованный гул, а другой злобно схватил его за крышку корпуса. — Ты что убил её, придурок? Вождь нас за такое по болтам разберёт! — Нет, конечно. Частота сердечных сокращений в норме, дыхание присутствует. Оклемается через несколько минут. Вождь лишь сердито посветил красным глазом, заставив остальных Железяк в страхе замереть. — Даёшь женщин для всех! — раздался возглас из зала, разрядивший обстановку. Этот лозунг начали скандировать и остальные, явно позабыв про ранние «технические неполадки». — Ради этого я вас и собрал. — ответил Вождь, — Ещё бы их было побольше и посисястее. Но и эти подойдут. «Бля, они ещё и извращенцы!» — с ужасом подумала Афина, понимая, что к подобным ситуациям их явно не готовили. Впервые она посочувствовала Геликон, которая будучи в отключке, даже не подозревала, что её ждёт. — Сиди спокойно, — вечно весёлым голосом сказал один из Железяк, протягивая к ней свои манипуляторы. Афине невольно захотелось отшатнуться, но крепкие верёвки мешали ей это сделать. Сопротивление было бесполезным, а следовать примеру бывшей сослуживицы она не хотела, впрочем, игра в покорность тоже уже не помогла бы. Всего лишь оттянула время до неизбежного.