BAD GUY

      Поначалу всё идёт по плану, но со временем начинаю замечать, что нашей Норе не хватает эмоций. Конечно, ей нужно было казаться максимально безразличной, но волнение — это чувство, которое она лишь пыталась скрыть, а вот насколько эти попытки были удачными никто не говорил. Она до сих пор тяжело дышит. Видимо, очень торопилась на съёмки. А что, если… Слегка склоняю голову набок и подхожу чуть ближе, изобразив некое подобие усмешки.        — Ты так тяжело дышишь… так спешила ко мне? К моему удивлению, она почти не растерялась. Кажется, даже поняла, чего я от неё хочу. Одобряю.        — Н-ничего и близко подобного. Это всё охранник, и… давай начнём уже. — слегка хмурится и расправляет листок в руках, опираясь на бильярдный стол. Дальше всё шло по сюжету, но чуть не поехало по красивому забору на одной из смущающих реплик. Сыграла она это, как-то… странно. Я даже не понял, играла она, или нет. Наверное, это всё же хорошо…        — Слушай, тебе нужно быть менее напряжённой. Я понимаю, что рядом с нашим секс-символом сложно держать себя в руках, но Нора не должна быть такой, — слышу замечание Джереми и выглядываю из-за угла, пытаясь понять, с кем он говорит. Опаньки.        — Извините, я… я ничего такого… короче, я буду вести себя более профессионально, — смущённо отводит взгляд, а щёки так и горят. Отворачиваюсь, делая вид, что ничего не слышал, когда Джен проходит мимо.        — Дженни~ где ты раньше снималась? — с интересом смотрю на неё, а та аж подпрыгнула от неожиданности.        — Только в дорамах, а что?        — Что такое… дорама? — слегка прищуриваюсь, пытаясь правильно проговорить название.        — Корейский сериал.        — Какого жанра?        — Да разных… Комедия, драма, романтика.        — Романтика? — с лёгким смешком спрашиваю, вызывая у неё умилительно удивлённое выражение лица. Если она снималась в романтике, то, значит, опыт работы с парнями имеется... То есть… ей конкретно со мной так некомфортно?        — Да, а почему ты спрашиваешь?        — Да так, интересно, — подмигиваю ей и, быстро поднявшись и прихватив со стола булочку, иду к гримёрщице.        — Опять эти твои игры? — спрашивает моя давняя знакомая Эллис, придавая какой-то неведомой штукой матовости моему лицу. — Вы впервые снимаетесь вместе, зачем так с девочкой поступаешь? Бросишь ведь потом, а ей — терпи боль. Видел же, какой ребёнок ещё.        — Боже мой, да какие игры? Я же ничего не делал! — с улыбкой отрицаю очевидное, совершенно этого не стыдясь, а Лис ещё больше хмурит брови.        — Ведёшь себя как мальчишка, — упирает руки в боки и с укором смотрит. Конечно, она старше, но не настолько, чтобы читать мне нотации.        — Я мужчина, а не мальчишка, помни об этом, — поднимаюсь и театрально расправляю плечи, изображая плей-боя.        — Я-то помню, а вот ты… пожалуйста, о своём достоинстве не забывай. Все эти твои «штучки» тебя не красят.        — Ладно-ладно, я понял, мамочка. Можно я пойду? — спрашиваю, на что Эллис смеётся и бьёт меня кулаком в плечо.       Работать с Джен оказалось гораздо веселее, чем я думал сначала. Эта её реакция на мои слова: как краснеют её щёчки, как она отводит взгляд, начиная нервничать — забавно. Актриса, игравшая роль Ви, дико меня раздражала. Вечно смотрит свысока, интересуется только тем, что относится непосредственно к ней самой. Не понимаю, как её вообще взяли… характер — жесть. Ну, хоть смотреть на неё приятно. И лицо, и фигура достаточно привлекательны. Разве что внутренне не вышла.       Весь день прошёл достаточно быстро, но я адски устал. Нужно расслабиться и выпить. Коул, зараза, опять уже сидит у кого-то, а на друга вообще плевать. Кого мне с собой брать? Чимин с Холзи проводят время вместе – я не хочу быть лишним среди них, а на остальных знакомых я не настроен. Что же, видимо, не мой день сегодня… Ещё и такси вызвать долго не получалось из-за какой-то тупой загруженности. Твою мать, ещё и телефон разрядился! Как без него нормально функционировать? Кстати, мать… завтра нужно навестить родителей… может, они вернут мне тачку, а то заколебался ходить ногами или ездить на автобусе.        — Доброй ночи, Чонгук. — Лесли прошла мимо и послала мне воздушный поцелуй. — Уверена, мы с тобой сработаемся. — нагло ухмыляется, пока каждый звук насквозь пропитан сарказмом. Вот стерва. УЖЕ мне не нравится. А ведь именно она Ви играет. То есть видеться с ней придётся довольно часто.       Смотрю вслед её уезжающему кабриолету и вспоминаю свой корвет… чёрт, если бы родители не отобрали, я бы сейчас на похожей машине ездил. На освободившееся место подъезжает более дешёвая и незаметная Тойота, из который выходит уже знакомый мне бугай. Встретившись с ним взглядом, отсалютовываю двумя пальцами и продолжаю смотреть, пока не вижу, как к нему подходит печальная Джен. Поначалу он агрессивно говорит что-то на иностранном, а затем и вовсе собирается замахнуться на девушку рукой. И только я сдвинулся с места, чтобы подойти к ним, как машина тронулась и скрылась за углом. И что это было? Он мне не нравится. То орёт на неё, то вовсе руки распускать собирается, что за урод? Хотя, это не моё дело, наверное.       Спустя несколько минут всё же приехало моё такси и я успешно вернулся домой. Ладно, сегодня не поеду никуда, обойдусь пивом.

***

       — Да почему нет? Я исправился, всё будет в порядке! Ну, па-ап, такого правда больше не повторится, верни мне мою машину.        — Нет. Она мне нужна.        — На кой-чёрт тебе Шевроле в такой дыре?!        — Чтобы мы могли за тебя не волноваться, — ответила мама.        — Да бросьте! Всё со мной будет хорошо!        — Конечно, машина ведь у нас останется, — со смешком ответил папа и отпил колу из банки.        — Да ну хватит! Мне нужна машина, я не могу постоянно ездить на такси. Это неудобно, да и денег много уходит.        — Так, сынок, тебе ножку или крылышко? — спрашивает мама, поставив на стол огромное блюдо с курицей. Чёрт, опять всё бесполезно…        — Ножку…

***

       — Так нечестно! Ты сдвинул шар! Фиолетовый был левее, верни его на место!        — Ничего подобного. Он всегда был там.        — Да нет же!        — Будь взрослее, Чонгук-и. Учись проигрывать, — нагло ухмыляется и хлопает меня по плечу. Фиолетовый шар точно был левее…       Уже подвыпив, соображаю всё меньше и меньше, ровно так же, как и папа. Собственно, именно поэтому мы пошли в бильярд, который всегда всем сердцем ненавидели. Выходим в соседний зал, где располагался бар, и садимся за стойку.        — Так, а что там с твоим фильмом? Скоро выйдет?        — Мы же только начали, — смотрю на него, слабо осознавая, где находятся его глаза, ибо всё вокруг начинает плыть.        — Да… а что за девушка? Красивая?        — Ну-у… на любителя.        — А тебе как?        — Слишком милая и худая. Ни груди, ни задницы…        — Да… весь в меня, Чонгук-и. Ты думаешь, почему я твою мать выбрал? — многозначительно подмигивает и пихает меня в плечо. — Ну ничего. Хотя, ты знаешь… не только на это ведь нужно смотреть. То, что внутри – тоже важно, поэтому думай головой, а не…        — Я понял.        — Во-от… Ты у нас ночуешь сегодня?        — Нет, у меня завтра утром съёмки.        — А нахер ты так наебенился?        — С тобой по-другому никак. — смеюсь, получая внушительной силы подзатыльник, и продолжаю: — В любом случае, у меня есть время проспаться, а там таблетка в помощь, сам ведь знаешь все эти процедуры.        — Да, это верно. Ну, пошли домой, тогда. Коротко киваю в ответ и поднимаюсь со стула, чуть при этом не поцеловавшись с полом.

***

       — Мне ждать вас первого?        — Конечно. Но мы будем проездом, поэтому не уделяй этому много внимания. У нас с отцом путёвка в санаторий, но поздравить тебя заедем.        — Боже, женщина, не называй это так! Слово «санаторий» делает меня стариком! Вместе смеёмся над заявлением папы, и я сажусь в такси, что уже достаточное количество минут ожидало, пока мы попрощаемся.       Я уже почти уснул после часа езды, но низкий голос водителя вывел меня из дремоты.        — Это ведь ты тот актёр, да? Чонгук? Всё не мог понять, на кого ты похож. Моя дочка тащится по тебе. Да и мне твой фильм понравился. Нет, не последний, он — дерьмо, а вот перед этим — чума! — с воодушевлением заявляет, иногда поглядывая на меня через зеркало заднего вида. — Так, это ты, или нет?        — Ну, наверное, я. Фак, вообще не настроен на подобного рода беседы. Особенно с фанатами. Везёт же мне в последние дни…        — Вот так да! Кого поймал, охренеть! Кому скажу — не поверит! Вот идиот. Я ему что, товар какой-нибудь? Поймал он меня, ну и урод. И ведь не скажешь ничего, потом проблемы могут быть. — Слушай, ты можешь потом со мной сфоткаться, а? А то ведь правда никто не поверит!        — Извините, я не в лучшей форме для такого.        — Да брось, парень, что тебе стоит? Нет, ну хочешь, я заплачу тебе за фотку? Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет!        — Не нужны мне ваши деньги. Я же сказал, что сейчас неподходящее время.        — Да хорош ломаться! Это ведь две секунды! Блять, и как с такими нормально разговаривать?        — Я сказал — нет. Что неясно? Мужика аж перекосило. В глазах читалось сразу и непонимание, и злость, и дикое ахуевание. — За дорогой следи, на меня и по телеку насмотришься.        — Ах ты, щенок! Тебе сколько лет?! Думаешь, раз богатый, так всё можно, что ли?!        — Останови машину.        — Да пожалуйста! — в последний раз брызжет слюной на руль и резко сворачивает к тротуару. — Выметайся! Чуть ли не в голос ору с его выражения, выходя из авто и громко хлопая дверью. Машина тут же тронулась с места и погнала по городу, оставляя после себя лёгкую дымку на дороге. Вот придурок. Я ведь внятно выразился, когда сказал, что не собираюсь фоткаться. И кто, в итоге, в выигрыше? Деньги-то я ему не отдал.       Благо до дома оставалось совсем немного, что очень сильно радовало. Вернувшись в квартиру, я сразу завалился спать. Да уж, ну и вечер…       Утром я умудрился встать за час до будильника, а уснуть обратно не выходило, поэтому пришлось летать по квартире, как сонная муха. Даже кофе не помогал, кошмар. Очень странно, но я будто и не пил вчера. Не скажу, что это плохо, даже напротив, это прекрасно! Но необычно. Медленно натягиваю шорты с рубашкой и выхожу из дома. Самое обычное, ничем не примечательное утро. Единственное, что было не как всегда — это дождь, из-за которого пришлось вернуться переодеться в любимые джинсы и худи. Быстро выскакиваю из дома и сажусь в такси: тут сразу вспомнился вчерашний случай и я усмехнулся, прокручивая в голове реплики таксиста. Какими же странными и настырными иногда бывают люди... Утыкаюсь в свой телефон и листаю ленту в инсте. Чимин с Эшли вовсю наслаждаются компанией друг друга, в отличии от Коула и Лили. Интересно, как она там. Со Спроусом я вижусь почти ежедневно, а с Лили не встречался уже давно. Надеюсь, у неё всё так же хорошо, как у этого придурка. Чёрт, они оба придурки…        — Твою мать! — внезапно слышу крик водителя и машину начинает неистово носить из стороны в сторону. — Козёл, ещё бы чуть-чуть! На встречку выехал, урод! Вы уж извините за выражения, молодой человек…        — Да я… понимаю.       Господи, я чуть дух не спустил от такого… Да что уж там, я чуть не обосрался от страха! Это ж каким долбаёбом надо быть, чтоб такие херни вытворять! Святой человек — мой водитель! Без него я бы ни до каких съёмок не доехал! Боже… И это ещё одно доказательство тому, что мне нужна машина! В ней я бы полагался сам на себя, а не доверял собственную жизнь левому человеку.       Первые пару часов на студии чувствовал себя как не в своей тарелке: играть было очень сложно, а настроение было будто из задницы абсолютно у всех. Ну разве что Джен ещё как-то пооптимистичнее на мир смотрела – разоделась достаточно ярко и легко. Хотя, не думаю, что это свободное платье, скрывающее все возможные достоинства, ей идёт. Слишком бесформенно и мило. Как бы она выглядела в чем-то кожаном, интересно?       Во время перерыва ко мне подошёл Джереми.        — Так, Чонгук-и… следующей будет «та самая» сцена. Пожалуйста, не заставляй её смущаться слишком сильно.        — Это ведь даже не прямой поцелуй.        — Ой, да брось. А то ты не понял, как бурно она на всё реагирует. Ну да, глупость сказал. Слишком впечатлительная особа.        — Понял.        — Ага… Так, ребята! — громко выкрикнул он на весь зал, чтобы все услышали. — Начинаем! Одиннадцатая сцена!        — А куда делись все после шестой? — удивилась Дженни, а я уже вообразил возможные будущие проблемы.        — Нам нужно снять их в другом месте, поэтому здесь мы снимаем одиннадцатую.        — Поняла, — ответила и опустила взгляд, лишь на секунду встретившись с моим.        — Чонгук, твои тёмные джинсы мы оставим, но надень свитшот и бейсболку, — скомандовал Стайлз, и я ушёл переодеваться. С трудом отыскав нужные вещи, надеваю их и иду обратно. В коридоре вижу Джен, на которой уже красовался свободный белый свитер и тёмные штаны. Думаю, этот образ мне нравится больше.        — Милый свитер, — говорю, на что та грустно улыбается и опускает взгляд. — Что-то не так? Выглядишь печальной.        — Да нет, всё в порядке… — слегка усмехаюсь, услышав от неё очередной шаблон. tab> — Да ну? А если честно? — падаю рядом на скамейку и пытаюсь поймать её взгляд, но она вечно его отводит.        — Честно? — внезапно смотрит прямо в глаза, и я даже удивился, что она сделала это, когда я так близко, в то время, как обычно, она не делает так даже на расстоянии. Осторожно киваю и жду ответа, но Джереми созвал всех на площадку и начались съёмки.       Мы были в обычном доме, на кухне у Норы. Я показывал ей, как готовить такос. Боже, одна из самых нелепых сцен, наверное. Никогда не любил готовить. Наверное, потому, что вообще не умею это делать. Как-то я пытался приготовить овощное рагу, но оно, почему-то, получилось настолько густым, что я мог спокойно перевернуть тарелку верх дном, и чтобы при этом ничего не высыпалось.        — Так, стоп! Чонгук, ты должен увереннее орудовать ножом! Ты же учишь её, в каком-то плане, так покажи это!        — Чёрт… я стараюсь.        — Заново! Сейчас: начало и процесс, последнюю часть отснимем после перерыва!       Отсняли всё только с шестого раза. То я голову не так повернул, из-за чего не было видно, с какого-то чёрта, важный кактус на подоконнике, то у Джен волосы выглядели недостаточно похожими на перекати-поле.       Во время двухминутного перерыва вслед за Джереми выхожу на балкон и закуриваю сигарету. Всё небо серое и дождь льёт как из ведра. Боже, как же точно эта погода описывает моё состояние. Чуть не умер сегодня, обалдеть… Нечасто происходит такое. Наверное, поэтому так волнуюсь по этому поводу.        — До сколько сегодня съёмки?        — У Дженни в 22:30 интервью на каком-то шоу, поэтому, наверное, часов до десяти, если я не подберу тебе сольную сцену, что вряд ли.        — А Джен, ведь, из какой-то группы? Тут он посмотрел на меня, как на идиота.        — Ну да. Ты не знал, что ли? Кажется, в этот момент Джереми более охотно поверил бы в то, что я полный дурак, чем в мою неосведомлённость.        — Да меня, как-то, не посвятили, — пытаюсь оправдаться и убрать некое неприятное чувство.        — Ты ведь сам ещё вначале спрашивал, кто она. Я удивлён, что ты не пошарил в интернете, как делаешь обычно.        — Мне было неинтересно.        — Сейчас что-то изменилось?        — Нет.        — Тогда, возвращаемся. И ты бы жвачку пожевал, а то не комильфо с этим сигаретным запахом с дамой взаимодействовать.       Входим обратно в студию, и я тут же замечаю на себе недовольный взгляд Эллис.        — Что такое? — подхожу и с любопытством гляжу на неё сверху, а та закатывает глаза, с ещё большим укором смотрит на меня.        — Опять курил? Чёрт, ну вот надо оно ей?..        — Сегодня можно.        — И чем же «сегодня» так примечательно?        — Я вернулся к жизни. Угрюмое выражение сменилось непониманием, но мне было лень что-то объяснять, поэтому я просто ушёл, сделав вид, будто мне срочно куда-то понадобилось.

***

       — Ты боишься меня? — спрашиваю, слегка склонна голову набок.        — Нет.        — Врёшь, — ухмыляюсь, медленно сделав шаг в её сторону, а та отступила.        — Я тебя не боюсь.        — Правда? — ещё один шаг – снова отступает.        — Может быть, я просто боюсь, что… — быстро проговаривает, тут же поднимая удивлённые глаза. Прекрасно. Чёрт, нет, пауза слишком длинная.        — Ну? — выжидающе смотрю на неё, надеясь, что она поймёт.        — Может, я просто боюсь… боюсь, что…        — Что я тебе нравлюсь? — игриво улыбаюсь, с ещё большим любопытством наблюдая за её потерянным взглядом.       Несколько минут мы отыграли нормально, но чем ближе к ней я оказывался, тем сильнее она волновалась – этого было слишком, даже для данной сцены.       Хватаю её за запястье и притягиваю к себе, остановившись лишь тогда, когда между нашими телами оставались считанные сантиметры. Подхватываю хрупкое тело и усаживаю девушку на стол, определив ноги по обе стороны от моего торса.        — Так, стоп, я так не могу! — внезапно подскакивает и убегает в неизвестном направлении. Это ещё что? Чёрт, я не хочу торчать тут до полуночи! Если мы выполним все запланированные на сегодня сцены раньше десяти, то я смогу уйти. Чёрт, как непрофессионально!        — Дженни, вернись! — кричит ей вслед Джереми, но та уже скрылась за углом.       Чёрт, и зачем я это делаю?..       Иду в неизвестном направлении, но в итоге всё же нахожу нужную комнатну, в темноте которой находилась и виновница моих приключений.        — Хей, ты чего? — сажусь на диван рядом с Джен, державшей баночку сока в руках. — Всё в порядке?        — Нет.        — Тогда, может, расскажешь?        — Может, — говорит, втягивая напиток через трубочку. До этого она не смотрела на меня, но сейчас взглянула ровно в глаза, и в этом взгляде смущения больше не было. Только раздражение и злость.        — Слушаю, — коротко сказал я, подталкивая её к объяснениям.        — Я не могу находиться рядом с тобой настолько близко.        — Оу… — не подумав, выпалил я, опустив взгляд, но тут же возвращаясь к девушке. — Стоит ли спрашивать, почему?        — Мне неловко. Я чувствую себя неуютно в… хорошем смысле… — тут она уже опустила голову, а я слегка разочаровался, ведь эта некая смелость начинала мне нравиться.        — Могу я как-то помочь? — опираюсь на руку подбородком и смотрю на неё, всеми силами пытаясь не выдать того, насколько я вновь собой доволен.        — Издеваешься? — вновь прямой контакт.        — Вообще нет. Я хочу помочь, учитывая то, что нам сниматься вместе ещё как минимум полгода. Так что?        — Ну, тогда, если ты каким-то чудным образом сможешь убрать мою стеснительность, то я всеми конечностями «за».        — Ну, тогда, помоги мне в этом, — произношу чуть тише и замечаю, как её взгляд слегка опустился с моих глаз на губы, после чего она резко повернула голову в противоположную сторону и оттянула край свитера. Как… непривычно. Всё её нынешнее поведение было необычным – оно нравилось мне гораздо больше, чем её обыденная стеснительность.        — Я правильно понял?.. — с опаской спрашиваю, сильнее разворачиваясь в её сторону.        — Я же не знаю, о чём ты думаешь, — усердно прячется от моего взгляда, но я за подбородок поворачиваю её лицо к себе.        — Лучше скажи это сама, чтобы я не совершил ошибку. Спустя длительный зрительный контакт и тягучую паузу, её взгляд вновь падает на мои губы.        — Мне нужно, чтобы ты меня поцеловал.       Вдруг чувствую какой-то лёгкий трепет внутри, и приближаюсь к её губам, уволакивая Джен в нежный поцелуй. Поочерёдно сминаю её губы, что оказались на удивление мягкими. Уж точно мягче, чем на первый взгляд. Особенно когда я на них не смотрел. Чёрт… Чувствую, как маленькие ладони ложатся на мою грудь, опускаю руку на тонкую талию, слегка притягивая девушку к себе. Боже, насколько же странный этот момент! Совершенно точно могу сказать, что такого со мной ещё не было! Интересно, что будет, когда нам придётся целоваться на камеру. От этих мыслей невольно улыбаюсь и неохотно отстраняюсь от девочки, что тут же прячет свой взгляд, но смущения в нём я не вижу. Провожу языком по своим губам и слегка удивляюсь, чувствуя горьковатый вкус алкоголя. Определённо Jack Daniel's.        — Боже, Джен, почему я чувствую привкус виски? — спрашиваю, когда та уже поднялась и начала поправлять свою одежду.        — Потому что там не сок. Её ответ удивил меня ещё больше, потому что он развеял все мои предположения о внезапных глюках. Беру со стола баночку с соком и широко улыбаюсь, почувствовав запах алкоголя.        — Настолько сильно меня боишься? — поднимаюсь и подхожу к ней почти вплотную, смотря сверху.        — Пошли уже… Джереми будет злиться, — отводит взгляд и, аккуратно меня обойдя, покидает комнату.