BAD GUY

      Спустя неделю съёмок я, наконец, начал втягиваться в процесс. Сюжет мне абсолютно точно неинтересен, но отыгрывать этот бред — одно удовольствие. И, опять же, всё было бы сказкой, если бы не Лесли, что вечно маячила передо мной своими невероятными бёдрами. Чёрт, как давно я ни с кем не спал… наверное, поэтому меня так тянет к этой суке, характер которой, действительно, не выношу.       С Джен теперь разговаривать вообще невозможно. После того случая с поцелуем она стала меня, если не избегать, то… хотя нет, именно этим она и занимается. Если со всем кастом мы постоянно взаимодействуем и в перерывах, то со стороны Джен мне остаётся только ловить короткие неловкие взгляды и ухмыляться, когда она зависает, глядя на меня, а затем нервно бегает глазами, пытаясь себя не выдать. Конечно, достаточно часто она подходит и спрашивает у меня что-нибудь, но всегда это что-то незначительное. Странная она… Ну хоть играет теперь нормально. Не то, что раньше.         Вечером хочу встретиться с Коулом и где-нибудь напиться. Один я не пью, поэтому придётся звать его с собой. Фак, а ведь до конца съёмок ждать ещё два часа… нужно себя чем-нибудь занять.        — Чонгук-и, ты свободен сегодня? — рядом каким-то чудным образом появляется Лесли и ярко мне улыбается, накручивая волосы на палец. Чёрт, и опять на ней эта юбка… она специально это делает? Соблазняет меня? Скептически осматриваю её с ног до головы и останавливаюсь на глазах.        — Нет.        — Ой, ты всегда занят! Выдумываешь ведь, чтобы не ходить со мной никуда! — скрещивает руки на груди и прищуривается. Не могу отрицать её слова, так как практически всегда они действительно были правдой. Несмотря на её внешние прелести, она мне почти отвратительна. Даже не знаю, что больше всего послужило причиной этому, но факт остаётся фактом. Даже спать с такими не хочу. На её заявление закатываю глаза и отхожу в сторону, устало потягиваясь. Джен уже убежала на какой-то очередной концерт, а я остался пересматривать отснятые кадры. В целом, неплохо, но однажды мне не понравился мой нос. Потом подумаю: хочу ли я это переснять… Кстати, странно, наверное, но я так и не посмотрел ровным счётом ничего о Джен. Из какой она группы? Что там делает? Без понятия. Ну у неё достаточно приятный голос. Наверное, поёт.

***

       — Чувак, я бы сегодня туда не совался. Ты ведь не хочешь уменьшить свой и без того маленький срок?        — Джерри сегодня будет там? Чёрт… но мы ведь можем пойти в другой бар, мне не принципиально.        — Чонгук, давай просто не будем маячить. Ты ведь знаешь, что если он в городе, то наши вылазки не сулят ничего хорошего. Давай просто дома выпьем? Я купил «Call of Duty» и хочу её испытать. — с улыбкой сообщил Коул и достал из своего рюкзака диск.        — Чёрт, ладно, «Call of Duty» ждать не будет.

***

      За несколько часов игры и распивания виски я успел заманаться от самого себя, и захотеть спать.        — Что-то мне надоело играть… — будто услышав мои мысли, сказал Коул, откинувшись в кресле. — Вруби телек.       Из-за того, что я забыл отрегулировать звук, комнату заполнила очень громкая взрывная музыка, что прямо-таки била по ушам и по голове в общем. Делаю тише и смотрю на экран, на котором красуются четыре девушки, что скачут с места на место, умудряясь при этом петь. Фанера, определённо, точно. Боже мой, я настолько пьян, что даже не вижу, как они выглядят… Нужно проветриться. Выхожу на балкон и закуриваю сигарету, глядя на океан. Ловлю кайф от дыма и прохладного ветра, что как раз немного отрезвляет.        — О, а это не Дженни? — удивляется Коул, и я возвращаюсь в комнату. Всё вокруг мутнеет менее интенсивно, но также приходиться прищуриться, чтобы что-то разглядеть. Сперва, кажется, что он ошибся, ведь видел Джен только на фотках, да и стиль не её, но когда она начала говорить, я с круглыми от удивления глазами уставился в экран. Точно она. Обалдеть. Образ вообще не её: открытый чёрный топ, юбка, грубые берцы и свободная чёрная куртка. Необычность добавляет и тёмный макияж, который я её ещё не видел. Боже, если бы не голос, я бы точно не понял, кто это, что за чёрт?        — Так это она? — вновь спрашивает, на что я несколько раз ошарашенно киваю, не отрывая взгляда от экрана. — А она вполне себе ничего. Ты мне её не так описывал.        — Да я сам в шоке.        — И как тебе?        — Что? — с недоумением смотрю на него, на самом деле всё прекрасно понимая. Но я не хочу отвечать на это. Я не знаю, «как» мне.        — Не строй из себя идиота, ты меня понял. Тебе не нравился её милый стиль, а с этим что не так?        — А почему мне должно быть «так»? Я не должен её судить. Пусть ходит, как хочет…        — Чонгук, ты – придурок, знал? — делает такое серьёзное лицо, что я взорвался от смеха и упал на кресло.        — В любом случае, она мне неинтересна. Да и я ей — тоже.        — Ой, брось, разве тебя когда-нибудь останавливало то, что ты не нравишься девушке?        — Не могу не согласиться, но тут не тот случай.       Кажется, Спроус уже хотел возразить, но мой телефон зазвонил. «Неизвестный»        — Алло! — отвечаю, предварительно выключив звук на телеке.        — Чонгук?        — Кто это? — мягкий, слегка осипший голос мне кажется смутно знакомым.        — Оппа, ты дома? — послышался громкий другой голос. Тоже женский.        — Что? Кто?        — Чонгук, ты… ты дома?        — Да кто это? — этот глупый разговор начинает выводить меня из себя.        — Прости, это Дженни… я тебя разбудила? — говорит громко и ровно настолько, чтобы я едва мог слышать её через громкую музыку. Нахмуриваюсь и проверяю номер. По-прежнему «неизвестный». Перевожу взгляд на Коула, а тот лишь озадаченно пожимает плечами.        — Дженни? Нет. Ты что-то хотела?        — Да, я… я недалеко от твоего дома, в клубе…и я… мне неудобно просить, но ты можешь забрать меня отсюда? — голос звучит всё тише и временами надрывисто. — Это ненадолго, просто мои уехали, и мне одной тут… страшно немного. Я бы ушла сама, но боюсь пойти не туда, потому что ориентироваться я совершенно не умею, поэтому…        — Я понял, где именно ты находишься?        — Не знаю, тут… внутри всё синее. Кажется, вывеска была красная… ты правда мне поможешь?        — Да, жди, мы скоро будем, выйди пока на улицу, — говорю и отключаюсь, медленно и с усилиями поднимаясь с кресла.        — Итак, мне стоит идти с тобой? — ухмыляясь, спрашивает Спроус и тоже поднимается.        — Не волнуйся, сам справлюсь. — отвечаю, прищурившись, и натягиваю толстовку.        — Тогда я — домой. Кстати… — оборачивается на выходе и внимательно на меня смотрит. — Ты приведёшь её сюда?        — Не думаю.

***

      Как же тут, блин, холодно. Возможно, скоро я привыкну, но пока что это — жесть. Хотя освежает. И отрезвляет.       Ну, я понял, о каком месте она говорит. Сюда я хотел пойти перед подписанием контракта со Стайлзом, но, Слава богу, не дошёл, прекрасно проведя время на пляже.       Я так и не понял, что конкретно нужно Джен, но игнорировать её просьбу было бы жестоко.       Уже подходя к месту назначения вижу её метров за десять у входа, сидящей на ступеньках к пляжу. Странно, что я узнал её со спины, ещё и в темноте. К тому же пьяный.        — Джен? — аккуратно кладу руку на её плечо, а та аж подпрыгнула от неожиданности.        — Боже мой, ты правда пришёл! — подрывается с места и крепко прижимается ко мне, отчего я на время опешил. Вскоре я услышал тихие всхлипы и совсем растерялся.        — Хей, что стряслось-то? — спрашиваю, слегка поглаживая её по спине, и та медленно отстраняется, вытирая слёзы ладошками.        — Сначала я была здесь с девочками из моей группы, а потом они куда-то делись, и я не смогла их найти. Потом оказалось, что они так же меня искали, а после уехали, подумав, что я уже в отеле. Я хотела вернуться сама, но мой менеджер устроит мне разнос, если я приду одна в это время. Боже, я не знаю, что мне делать. Я хотела вернуться ближе к утру, чтобы меня не могли заметить, но не смогла оставаться в этом ужасном месте, там все так… смотрят, щепчутся о чём-то между собой, а некоторые даже что-то пытались мне сказать, но я успешно сбежала в туалет… — её снова начинает колотить, и я даже не понимаю: истерика это или ей тупо холодно стоять тут в одном топе и юбке. Это, кажется, те вещи, в которых она была на сцене…        — Так, давай ты успокоишься, и мы… придумаем что-нибудь. Чёрт, а что? Я не ожидал, что на улице будет так холодно, не ожидал, что она будет так легко одета, вообще ничего не ожидал!        — Так… — начинаю, после чего стягиваю с себя худи и, расправив, протягиваю ей, — надевай.        — Что? Нет-нет, не нужно, я в порядке!        — Я повторять не буду. И второй раз предлагать — тоже, — смотрю на этот испуганный комок и чувствую себя каким-то строгим родителем, заставляющим свою дочь одеваться теплее. Да, такой я строгий папочка. И она, всё же, меня послушалась. Хорошая девочка.        — Сомневаюсь, что мы найдём сейчас какое-нибудь круглосуточное кафе. Есть идеи?        — Нет… Чонгук, тебе ведь теперь тоже холодно, давай я верну тебе толстовку?        — Нет, забудь о ней и думай о том, что мы будем делать. Я бы предложил прогуляться по пляжу, но, думаю, погода не особо позволяет.        — Ты прав. Боже, так стыдно… ещё раз извини, что я тебя подорвала, я просто вспомнила, что ты живёшь недалеко, поэтому и позвонила… Извини, пожалуйста.        — Да всё в порядке, я не был занят тогда, так что… Тут кто-то громко пробасил моё имя, и я обернулся. Чёрт, только не он.        — Чонгу-ук! — подходит ко мне с широко разведённым руками и ярко улыбается.        — Дже-ерри! — натягиваю фальшивую улыбку и пытаюсь немного отстраниться, но он быстро меня настигает и бьёт кулаком по лицу, разбивая губу. Слышу, как взвизгнула Джен и оборачиваюсь к ней. На глазах снова слёзы, она хочет подойти ко мне, но я жестом прошу её оставаться на месте.       Джерри снова замахивается на меня, но на этот раз я блокирую удар, однако следующий пришёлся прямо в живот, отчего я согнулся, но оттолкнул его от себя.        — Боже, да хватит! Отстаньте от него! — кричит Джен, но её будто никто не слышит, и я уже почти молюсь, чтобы так и оставалось, ибо мало ли, что они могут сделать и с ней. Боже, совсем чокнулась, раз защищает меня в такой ситуации…       Она ещё что-то кричала, но я не услышал, что именно. Боже, и почему это происходит при ней. Причём сейчас я даже не могу ничего сделать, ибо последствия будут хуже нескольких побоев.        — Бро, остановись, он ведь с девушкой! Имей уважение хотя бы к ней, — сказал кто-то из его свиты позади, и я понял, что так жалко ещё не чувствовал себя никогда.       Слова парня подействовали как надо, и Джерри отошёл, скрестив руки на груди.        — Ты ведь понимаешь, что следующая наша встреча закончится более плачевно, если ты не вернёшь мне мои деньги.       Выпрямляюсь и сплёвываю кровь в сторону, свысока смотря на этого парня.        — Мне не нравится то, как ты решаешь вопросы. У нас был уговор, я продлил срок, когда отдал тебе часть суммы, так что, в чём проблема, я не понимаю?        — Ты не отдаёшь их слишком долго, позоря меня перед моими людьми, понимаешь?        — А ты позоришь меня перед моими, — киваю в сторону Джен, что, сжавшись, рассматривала свои ботинки. — Ну и что, тебя это хоть немного волнует?        — Ну ты сравнил, конечно. Какая-то девочка, — сказал он это с диким пренебрежением, — и взрослые парни, которые имеют не самое маленькое влияние в нашей сфере.        — Хей! — вновь его прервал тот же парень из собственных шестёрок.        — Ладно, короче, ты меня понял, я надеюсь. Ты знаешь, сколько времени тебе осталось. Торопись, парень… Под несказанное «а не то», повисшее в воздухе, Джерри удалился, прихватив с собой своих пресмыкателей, а ко мне тут же подбежала Джен.        — Боже, Чонгук извини меня, пожалуйста. Если бы я не позвала тебя сюда, ты был бы в порядке. Почему, когда я рядом, тебя всегда бьют? — виновато опускает голову и сминает край моей толстовки.        — Прекрати извиняться. Меня бы не было, если бы я совсем не хотел здесь находиться.        — Спасибо, Чонгук, — поднимает взгляд, и я вижу, сколько усилий она прилагает для того, чтобы смотреть мне в глаза. Улыбаюсь ей и, приобняв за плечи, направляюсь в сторону дома. Сейчас она меня почти спасла, можно сказать, поэтому будет правильно, если я помогу ей.        — Куда мы идём?        — Ко мне домой. Ты ведь не против? — наигранно хмурюсь, на что она улыбается и отводит взгляд, отрицательно качая головой. — Ну вот и отлично. У меня есть пицца, ты любишь пиццу?        — Мне нель… — начала она, но тут же остановилась, приложив руку в губам, — а с чем она?        — С ананасами.        — Да, я люблю пиццу… — с грустной улыбкой ответила и вновь шагнула вперёд.       Практически весь путь прошёл в тишине. Было непривычно видеть свою любимую толстовку на ком-то другом, но мне даже нравилось, как Джен в ней «тонет». Ещё более непривычно было то, что она вошла в мою квартиру. Последней девушкой, которую я сюда пускал за последние года два, была только мама.       Быстро убираю наши с Коулом объедки и пустые бутылки в мусор, пока она их не увидела. Очень некомфортно находиться здесь с кем-то… неблизким.        — Здесь очень мило. Ты живёшь один? — как-то удивлённо спросила, и я до конца не понял, что она имела в виду.        — Да. А что?        — Здесь очень просторно. Тебе не бывает одиноко в такой большой квартире?        — Да нет… — враньё, — не бывает. Выражение её лица было сложно прочитать. Там: то ли было равнодушие, то ли лёгкая насмешка, то ли печаль. Не понимаю.       Достав из шкафа аптечку, собираюсь обработать ею свои раны, но не могу открыть перекись. Чёрт, совсем не могу открыть! Эта тупая пробка будто приклеилась! Чем бы её поддеть…        — Помочь? — слышу голос позади себя и оборачиваюсь, встречаясь с тёмными блестящими глазами. Всё же, ей идут эти тёмные тени, определённо. — Чонгу-ук? — протягивает, а я будто просыпаюсь.        — Да, пожалуйста, — отдаю бутылочку, и Джен за секунду справляется с проклятой пробкой, после чего наливает жидкость на ватный диск и тянется к моему лицу.        — Сядь, пожалуйста… — тихо говорит, смущённо опустив голову, и это внезапно вызывает у меня улыбку. Беру её за плечи и подвожу к дивану, усаживаясь на него и сам.        — Я как-то и не замечал, что ты такая маленькая, — говорю, издевательски улыбаясь, чем заставляю Джен нахмуриться.        — Это ты слишком высокий.        — Не спорю. И именно в сравнении со мной ты маленькая. На это заявление она фыркает и мягко прикладывает ватку к моему подбородку, вытирая кровь. — Что, даже обработать поможешь? — спрашиваю, слегка наклонив голову, и наконец, встречаюсь с ней взглядами.        — Я же должна отблагодарить тебя за помощь, — возвращает сосредоточенный взгляд к моим губам и начинает кусать свои. Смотря на это, вспоминаю наш поцелуй неделю назад. Господи, алкоголь вновь начинает играть в моих мозгах.        — Боже, мы сейчас как в какой-то дешёвой драме, — с усмешкой выдаёт после пары минут тишины.        — Да, отменное клише. Я подрался, ты помогаешь мне обработать царапины.        — Да, а вконце ожидаемый поцелуй, лишённый всякого эффекта неожиданности. После этих слов она вдруг остановилась. Тут смысл её слов дошёл и до меня, и я посмотрел на неё с ещё большим интересом.        — Что? — спрашиваю, чуть улыбаясь, а та взволнованно бегает повсюду глазами, лишь бы не встретиться взглядом со мной.        — Что? — повторяет и резко прикладывает вату к моей губе, отчего та начинает дико щипать.        — Хей, аккуратнее! Раз уж взялась, так делай это нежнее, — я сказал это совсем не так, как хотел, и в итоге в голове сразу всплыл скрытый подтекст, который понял не я один, и от этого мне стало забавно, а Джен засмущалась ещё больше.        — Прости…        — Да забей, — надменно улыбаюсь и поднимаюсь с дивана. — У меня ещё есть пончики. Может, ты будешь?        — С чем они?        — С клубникой, малиной и ванилью.        — Я буду малиновый.        — Тогда я — клубничный. Идём на кухню.       Войдя в комнату, снова замечаю на столе бутылку, но на этот раз из-под джина. Чёрт, неужели я пью настолько много? Заглядываю в холодильник — и там бутылки! Достаю коробку пончиков и с силой захлопываю дверцу. Ставлю чайник и усаживаюсь за стол. Как же хочется спать… но не выгонять же её. А откидываться в её компании как-то не комильфо.       Почти всё время мы снова молчали, лишь изредка разбавляя тишину короткими репликами. Не скажу, что мне было неловко… я бы назвал это скукой. Однако и заговорить первым желания особого не было.        — Ты будешь ещё чай? — спрашиваю, поднимаясь со стула, и иду к чайнику.        — Давай. Только без сахара на этот раз.        — Как скажешь, — говорю, как вдруг слышу звонок телефона из спальни. — Можешь пока сделать его сама, я отойду на минуту. Чашки на верхней полке слева.       Кто там может так настойчиво тризвонить?        — Алло.        — Чонгук-и! Если позвонит Лили, то я сплю у тебя, ладно? Чёрт, опять он за своё.        — Ладно. Но когда ты ей обо всём расскажешь? На минуту повисла тишина.        — Когда придёт время. Пока что явно не оно. Так, а ты там что? Дома? Что с Дженни?        — Давай потом поговорим об этом?        — Оу, чувак, скажи хотя бы, где вы, мне пока и этого хватит.        — У меня. Снова неприятное чувство. Точно ли я сделал всё правильно?        — Обалдеть. Правда? С чего вдруг, Чонгук-и?        — Я пьян, пока, — выпаливаю и, отключившись, бросаю телефон обратно на диван.       Медленно иду на кухню и останавливаюсь в дверях, смотря на невысокую фигуру, тихо мычавшую себе под нос какую-то мелодию, и колдующую над чаем. Как же странно это выглядит. Подхожу, беру со стола пончик и становлюсь рядом, а та, заметив меня, слегка испугалась и смущённо улыбнулась.        — Кажется, ты пьёшь с двумя ложками сахара?        — Ага, — отвечаю, продолжая внимательно её рассматривать.        — Знаешь, я сначала не хотела спрашивать, но… кто были эти люди на пляже?        — Мои знакомые. Это не так важно.        — Ну да, особенно когда тебя избивают на моих глазах. Мне совершенно не нужно ничего об этом знать, — обиженно заявила, слегка нахмурившись, и в каждом звуке явно читалось раздражение. Почему-то мне показалось это смешным.        — А ты забавная. Тебе ведь и правда незачем это знать.        — То есть так, да? — разворачивается ко мне и злобно смотрит в глаза снизу, а мне всё смешнее, но я стараюсь это не показывать.        — Ну да. А что изменится оттого, что я тебе расскажу?        — Да, ты прав! Ничего не изменится. Мне совершенно не нужна такая информация. Боже, что же с ней не так?        — Знаешь, ты делаешь этот мой день необычнее. День моего рождения начался совсем недавно, но уже отличается от прошлых двух.        — Что за странная формулировка?        — День рождения, но это неважно.        — Господи, опять неважно?! Почему ты не сказал, что сегодня твой день рождения? Боже, и я уже умудрилась его испортить…        — Повторюсь: эта информация ничего не меняет. И ты ничего не испортила, ясно? — слегка наклоняюсь, поворачивая её за подбородок в свою сторону. Надоело, что она винит себя во всём, сколько можно?        — Хочу назвать тебя придурком, — с этого её заявления уже в голос смеюсь, запрокинув голову назад, после чего ловлю падающую с пончика капельку джема пальцем и отправляю её в рот. Ненавижу, когда происходят такие вещи.        — Так называй, в чём проблема?        — В том, что ты не придурок.        — Действительно, проблема, — улыбаюсь и опираюсь лбом о кухонный шкаф. Прикрываю глаза, но тут же чувствую касание на нижней губе и с интересом смотрю на Джен, что быстро стёрла капельку клубничного джема с моей губы большим пальцем и облизнула его. О-хре-неть. Это было настолько неожиданно, что я даже немного опешил, не понимая, как реагировать. Стою и смотрю на неё, будто впервые вижу, а её глаза вдруг округляются, и она отворачивается, почти издав тихое «ой».        — Прости, я… случайно. Кажется, я вновь делаю что-то не то. Разворачиваю её к себе и наклоняюсь к лицу, тут же касаясь губами её губ, сам не понимая, что на меня нашло. Видимо, алкоголь до конца не выветрился. Чёрт, точно придурок. Запускаю пальцы в её волосы и притягиваю ближе. Боже, как неудобно. Резко поднимаю её и усаживаю на стол, расставляя ноги по обе стороны от моего тела. Дженни неуверенно отвечает, и когда я рывком притягиваю её ещё ближе, она ахает, позволяя мне углубить поцелуй. Чёрт, я хочу её прямо на этом столе, какого хера, блин? Завожу руки за её спину и пытаюсь расстегнуть застёжку лифчика, но Джен меня останавливает.        — Подожди, я… не могу, — тихо шепчет и опускает голову.        — В чём проблема? — спрашиваю, продолжая покрывать оголённое плечо поцелуями.        — Ни в чём. Я просто не могу… Отстраняюсь и смотрю ей в глаза.        — Всё хорошо. Я не сделаю тебе ничего плохого. — беру её лицо в ладони и поглаживаю щеку большим пальцем.        — Прости, я… прости… — опускает голову и спрыгивает со стола, тут же куда-то направляясь.        — Ты куда?        — Думаю, я уже могу идти. Спасибо за помощь, Чонгук, — быстро протараторила и пошла в сторону выхода.        — Подожди! — кричу ей вслед, но ответа не получаю. Иду за ней и сбавляю шаг, вспоминая, что закрыл дверь на ключ – без меня она никуда не уйдёт.        — Я не хочу говорить об этом, — сразу уловив мой настрой, ответила Джен, так же не поднимая голову.        — Уверена?        — Открой дверь, пожалуйста…       Молча проворачиваю ключ в скважине и толкаю дверь наружу, позволяя Джен выйти.        — До встречи, Дженни, — безэмоционально произношу и получаю на это простой кивок. — Чёрт… — на этом слове закрываю дверь и ухожу курить на балкон. Прекрасное начало. Аж повеситься хочется.