Всё это так глупо и грязно

На завтрак подавали куриный суп и картофель с овощами, жаль, что все старания поваров явились для неё чем-то доводящим до тошноты. Она не спала ночь – голова болела, и если бы не гости, осталась бы у себя. У девушки были намеренья сидеть, не поднимая глаз, дабы не встретиться с ним взглядом. Но на всеобщее счастье, сэр Блейн был занят, как сказала Нелла, подготовкой к отъезду. Время так быстро летит, вот уже и обед, на который Сирине просто не хватило сил. Думала ли она о том, что его сборы как-то слишком удачно сложились по времени? Конечно, да. Думала, даже о том, что он просто решил сбежать. Кто ей может запретить? Другой вопрос в том, как ей к этому стоит относиться. На него она не могла найти ответа долгое время. До самого вечера. И по совершенной случайности, никто не мог ей помочь отвлечься: сестра с головой окунулась в обучение ведения переговоров, что ей, на удивление, разрешил отец, и теперь она жадно впитывала каждое слово, каждый жест наставников. Нелла и Гаррет находились где-то не далеко от Оливии, а точнее – от короля Южных Морей. Сирине не положено быть там, где решались столь важные политические вопросы, свои возможные выходы в свет она исчерпала на данный момент. Поэтому и оставалось, что сидеть в комнате и думать о вчерашнем. Хотя если бы не было и этих воспоминаний, в ее распоряжении остались бы только книги. Блейн ей казался таким уверенным, сильным и до жестокости прямолинейным, ну или это и была жестокость. Он ей казался самовлюбленным до безумия и до безумия надменным. Но таким он ей лишь казался. Когда они разговаривали, безумие куда-то пропадало. Сирина до сих пор не могла принять то, что Блейн, возможно, не ценит свою жизнь. У него может быть множество причин для нелюбви к себе, но этот человек совершенно не выглядит как тот, кто ненавидит свою судьбу. Не выглядит, не ведет себя так. Захотелось узнать, почему так. В прошлый раз лишь Сирина рассказывал о себе, о своем народе, теперь хотелось услышать его историю. Время так быстро летит… уже вечер. Не дожидаясь ночи, девушка решила не мучить себя больше, тихая тьма поможет освободиться от глупых мыслей, а сон, возможно, подарит покой. Сирина только начала подготавливаться ко сну. Стук в дверь. Громко и спокойно, так звонко и противно, кажется, сердце поменяло ритм. Идти босым ногами по холодному полу не слишком уж приятно. Она открыла дверь. Это был он. Наверное, уже пора привыкнуть к его появлениям, но сердце привыкнуть даже и не пытается. - Добрый вечер, ваше высочество, извините за столь поздний визит, но другого шанса попрощаться не будет, – он стоял совершенно спокойный, с лучезарной улыбкой и цветами в руках. – Я думал, что вы проявитесь в том саду, но глупо было рассчитывать, что вы придёте туда именно тогда, когда я жду. Это вам, – букет Сирина аккуратно притянула к груди, но на пол все же упало несколько цветов. Блейн незамедлительно опустился поднять их, чтоб вернуть девушке. - Добрый вечер, сэр. Спасибо, - Сирину веселила эта ситуация, но она не спешила отвечать, лишь внимательно наблюдала. – Сегодня я не спускалась в Северный сад. Проходите, пожалуйста, – она пропустила гостя в комнату. В чужие покои Блейн вошёл как в свои собственные: начал осматривать всё вокруг, взял яблоко из вазы на столе, потрогал какие-то предметы на том же столе, уселся в кресло. Если честно, то именно это Сирина и ожидала, немного обождав у двери и поразмыслив о правильности содеянного, она вернулась к постели, что находилась как раз напротив вышеупомянутого кресла, устроившись на краю, принцесса посмотрела на рыцаря, цветы она положила рядом с собой и теперь заботливо перебирала каждый листик. - Я обязан поспешить объясниться. Дело в том, что завтра я отправляюсь в Каслхейвен. Сейчас не известно вернусь ли я в страну Южных морей или нет, но я буду о многом жалеть, если не попрощаюсь с вами, - он ненадолго замолчал. – Но это не всё, что я хотел сказать. Сирина, если позволите, я бы хотел поделиться с вами своими чувствами. Блейн встал с кресла и подошел ближе к принцессе. Его слова ошарашили её, из-за чего она нервно отрывала от умирающих цветов многочисленные лепестки и не смотрела на парня. Блейн внимательно наблюдал за действиями девушки какое-то время. Именно они, действия, заставили молодого графа заволноваться и медлить, но ведь это недопустимо. - Возможно, вы не примите мои слова за чистую монету, это ваше право, как и право отвергнуть меня. Сирина, мне не привычно принимать свои ошибки или спокойно признавать себя виновным в чем-либо, но я готов учиться. И всё это, лишь потому, что я хочу стать ближе к вам. Увы, упустил момент, когда стал зависим от вашего голоса, а что важнее: от наших бесед. – Парень присел на корточках так, что бы оказаться в поле зрения девушки, ведь она так и не решилась поднять глаза. – Томится ли во мне любовь? Я не знаю ответа. Но подчиняюсь желаниям, которые только и твердят, что должен искать вас, слушать вас, видеть вас. Неужели… Граф непроизвольно сокращал расстояние между их лицами, медленно и плавно, но как только Сирина почувствовала чужое беспокойное дыхание, перебила его. - Блейн прошу вас, вы слишком близко… - она попыталась отодвинуть его тело, ставшее настоящей преградой: положив руки ему на плечи, немного толкнула назад, он не поддался. А от всех этих действий потрепанные растения попадали с перин на пол, принцесса обреченно села обратно, смотря лишь в их сторону. - Что плохого в близости? – Без какого-либо смысла прошептал Блейн и поднял лишь один цветок василька. Он заторможено разглядывал синие лепестки, а Сирина не удержалась и прыснула от смеха, чем привлекла внимание. - Почему вы взяли именно его? - Мне нравится этот цвет. - Мне очень нравятся васильки. - Они безумно вам идут. – Наконец цветок оказался в руках принцессы. Блейн поднялся с колен, синхронно с ним встала Сирина. Он хотел уйти, а она хотела его остановить. Граф немного врал, ему было непривычно не только признавать свою неправоту, но и признаваться в чувствах. На самом деле, для него это было впервые. Но даже так он понимал, что не может требовать от нее ответа или даже напомнить, что ждет ответ. Поэтому уйти сейчас – самое правильное. В его голове даже созрел отличный план, как именно он это сделает. Первое – улыбнуться, второе – небольшой поклон и наконец – покинуть покои. Но все рухнуло на первом этапе. Сирина в ответ на его улыбку улыбнулась так, что всё рухнуло. Не только план, но и уверенность, на которой и держался Блейн. - Я хочу знать кое-что, - он готов ответить на любой вопрос сейчас, потому что даже не задумывается. Просто готов, ко всему. – Вам нравится Северный сад? – И это всё. Почему-то именно сейчас смущение проступило румянцем на его бледном лице, чувствуя неприятный жар на лбу и щеках, он поспешил отвернуться, а после засмеялся. Сирина подхватила смех, но постаралась сдержаться, прикрываясь руками, все еще не отпуская цветок. Блейн заметил это и убрал её руки от лица. - Вы можете поцарапать кожу об него. Как хорошо, что это не розы, а всего лишь… - Я, кажется, люблю вас Блейн не сразу понял фразу, потребовалось некоторое время, но совсем незначительное. А после понадобилось время для того, чтоб распирающая радость разлилась по всему телу плотным слоем. Совершенно нерегулируемая улыбка захватила лицо. План, наконец, всплыл в голове, и теперь он улыбнулся, поклонился, направился к дверям. - Доброй ночи. – Блейн ушёл. Сирина, медля, прошептала ответ в пустоту, а потом принялась собирать цветы, которые после заняли место на столике напротив кровати, василёк она засушила.