ПАРИ

POV. ДРАКО МАЛФОЙ. * * * После того, как Гарри ушел в свой номер, я остался один. Прежде всего надо принять ванную, а после обработать свой зад. Благо, я положил в чемодан магическую мазь, которую приготовил ещё в Англии, специально предназначенную для таких вот случаев. Я не о чем не жалел, наоборот, если бы время перенеслось назад, я бы снова сделал это. Я сел на диван после горячей ванной и заказал в номер молочный коктейль с бананом и яблоками, а ещё кофе, кусочек торта и несколько зелёных яблок на потом, чтобы перекусить. После всех проделанных процедур я почувствовал себя более-менее нормально. Зад не так горел, поясницу уже не так тянуло и простреливало. Как же Поттер был одновременно ласков со мной и страстен, как всепоглощающий ураган. Как он двигался во мне… просто сказка. Я застонал, вспомнив его ласки. Казалось, он хотел весь проникнуть в меня, с головой. А как брюнет просил прощение за то, что в момент оргазма выкрикнул моё настоящее имя. Да, Гарри, кричи, зови меня, как я звал тебя все эти годы. Как я страдал от твоего безразличия. Ты игнорировал меня с одиннадцати лет. Любимый, я простил тебя, конечно же, давно простил, когда понял, что и ты тоже любишь меня. Не так безнадёжно и отчаянно как я, но любишь. Ты мне сам признался на выпускном. Ещё немного потерпи, Поттер, совсем скоро ты узришь моё истинное лицо. Как же мне хочется увидеть твою реакцию, когда я откроюсь, что никакой я не Альмейда Леонардо Эрнесто, а твой Драко Малфой. Я проснулся после полудня и понежился в кровати. Так хорошо спать без маски, кожа лица дышит и отдыхает. Я неторопливо встал с постели, приятно осознав, что у меня больше не болит ничего. Интересно, в «Орхидее» есть бассейн? Я бы с удовольствием поплавал. Держать в тонусе свое тело — это главное для модели и актёра. Я позвонил администратору отеля и он меня приятно успокоил — в «Орхидее» действительно был не только превосходный бассейн, но целый спортивный зал. Провести в нем часа два — вот это то, что мне сейчас нужно. Я надел на себя спортивную форму, на лицо — маску, мало ли чего, вдруг Гарри появится, он любит неожиданности. Сначала я побегал на дорожке, кардио тренировки нужны для сердца, а затем немного позанимался силовыми упражнениями, отжиманиями и закончил велотренажёром. Я вынул из пакета бутылочку с водой с все пол литра выпил залпом. Ну, а теперь пора идти в бассейн. Я замечательно провел время в фитнес-зале и вернулся в свой номер довольным. Я немного утомился, но был рад приятной усталости. Я заказал в номер обед: омлет с овощами, салат из морепродуктов, зеленый ароматный чай с лимоном и кусочек хлеба из отрубей. Этого вполне будет достаточно до ужина. За эти дни Гарри слишком много и сытно кормил меня, такими темпами я скоро стану толстым. После обеда я сел в кресло и принялся читать книгу по темным заклинаниям и зельям. Не знаю почему, но я не мог не читать магических книг, хоть и ушел из моего мира шесть лет назад. Время пролетело быстро. Незаметно я уснул в кресле и проснулся от открывшейся двери моего номера. Поттер. Хорошо, что маску я положил рядом на столик и пока он заходил в прихожую, успел её надеть, а книгу убрать в сумку. Гарри уверенно вошел в зал и вид его был суровый. — Какого Мордреда! Ты хочешь свести меня с ума, Леонардо? — спросил брюнет. — Добрый день, синьор Гарсиа! — поздоровался я. — Ты обеспокоен чем-то? — Где твой телефон? — возмутился Поттер. — А зачем он тебе? — удивился я. — Что с тобой, Генри? Поттер подошел ко мне и порывисто обнял. Моё тело само прильнуло к Гарри и я ответил на горячий поцелуй зеленоглазого парня. — Чёрт! Твоя маска, она не дает целовать мне твоё прекрасное лицо, Леонардо. Я звонил тебе тридцать раз за последние три часа, послал десять смс-сок, но не получил ни одного ответа. Где ты был? Я освободился из объятий брюнета и вынул из халата телефон. Он был отключен, вернее, разрядился и выключился. — Прости меня, Генри, зарядка закончилась и телефон вырубился, — ответил я. * Дон Гарсиа повел меня на очередной светский приём, посвящённый благотворительности, где он, конечно был самым прекрасным и щедрым миллиардером. Я и не знал, что мой Гарри Поттер спонсирут и полностью содержит два детских дома в Нассау. Он пожертвовал всю первую выручку от открытия нового филиала и от первых продаж им. Два подписанных чека, Поттер передал присутствовавшим на приеме двум директрисам этих детских домов. На приёме мы снова танцевали с брюнетом и зеленоглазый, загорелый богач был безумно нежен со мной. — Ты меня приятно удивил, дон Гарсиа, — проговорил я. — Это удивительно, что такой как ты… богач… не пожалел кучу миллионов баксов на кинутых детей. — Лео, — ответил брюнет, — ты считаешь, если я баснословно богат, то являюсь снобом и жадиной? Не смотри на то, что деньги большие, эти детские дома нуждаются в перестройке, детей надо вывозить на прогулки и экскурсии, не сидеть же им только в серых стенах. Деток надо хорошо учить, а для этого нужна финансовая помощь. Я им помогаю дважды в год — весной и осенью, и поверь, денег едва хватает, — улыбнулся парень и сильнее притянул меня к себе. — Дела на сегодня все сделаны и я приглашаю тебя погулять со мной. Я обнял Гарри за шею и посмотрел в его колдовские глаза. — И куда ты хочешь повести меня? — спросил я. — Как смотришь на то, чтобы сыграть в бильярд? — улыбнулся брюнет. — О’кей, — ответил я и притянул Гарри за шею ближе к себе. — Я так понимаю, ты хочешь сыграть на что-то, любимый? — Я предлагаю тебе пари, Леонардо, — чмокнул меня в губы Поттер. — Пари, значит? Но ты уже как-то предлагал пари, что мы с тобой станем любовниками. Я твой, Генри, чего тебе ещё хочется? — усмехнулся я. — Чтобы ты снял эту чёртову маску, любовь моя, — ответил Гарри. — Маску, значит? — проговорил я серьёзно. После некоторого молчания я сказал следующее: — Хорошо, так и быть, дон Гарсиа, но и у меня есть ответное пари. Поттер нагнул меня и придержал за спину так, что я лег на его руки, которые меня держали, при этом, глаза его почернели от желания. Я всем существом, каждой клеточкой своего тела почувствовал, как сильно он возбужден. — Скажи мне, чего ты хочешь, мой хороший, и я исполню, — выдохнул мне в губы брюнет. — Лео, мой желанный. — Генри, ты снова увлекся, посмотри, на нас все пялятся, подними меня сейчас же, прошу тебя, — попросил я. Поттер поднял меня и прижал к себе, закрывая от папарации, от желтой прессы, которая любит подобные новости. — Любимый, — прошептал я, пока все присутствующие хлопали в ладоши и кричали, какая мы прекрасная пара, — уведи меня, пожалуйста, отсюда. Я попятился к запасному выходу, пока Гарри остался сказать прощальную речь, как всегда. Но за мной всё-же увязался один репортеришка. Он вышел следом и направил микрофон на меня. — К чему такая таинственность, мистер? — посыпались на меня его вопросы.- Кто вы? Откуда знаете ювелирного короля? Где познакомились? Как ваше имя и почему вы в маске? Что вас связывает с мистером Гарсиа? Вы тайно женаты или просто любовники? Я молчал и репортеришка пошёл на меня, следом за ним появилось телевидение. Я отвернулся от назойливых пройдох, молясь в душе, чтобы Поттер поскорее появился. Небеса вняли моей сердечной просьбе и Гарри появился. — Пойдем, — проговорил он, обнимая меня и уводя подальше. За Поттером вышли его четверо телохранителей и отстранили репортёров. Только в Мерседесе Гарри я смог отчасти успокоиться. Брюнет обнял меня, а я прижался к нему, словно доверчивый котёнок. Не сказать, что я испугался папарации, нет, конечно же, но пока ещё не настал час «X» для своего разоблачения. — Лео, хороший мой, — проговорил Гарри, — ты в порядке? Может, поедем в отель? — Нет, ты рядом и я в порядке. Давай, поедем туда, куда ты хочешь, — предложил я. — А ты уверен, что готов играть в бильярд? На кону ведь будет эта маска и тайна, которую ты не хочешь мне открыть? — Поттер отстранил меня чуть от себя и заглянул в мои глаза. Леонардо, малыш мой, подумай. — Мистер Гарсиа, куда ехать? — услышали мы вопрос водителя Поттера. — Поезжай к «Лестнице Елизаветы», а потом можешь быть свободен. Машину завтра приготовь к десяти часам утра, — дал распоряжение брюнет. — Все понял, мистер Гарсиа, — ответил водитель. * Часом позже. Я заставил Поттера надеть маску, чтобы в бильярдном зале к нам не налетели папарации. — Нет! — возмущался Поттер. — Как может этот парень играть лучше меня? — Что-то не так, милый? — рассмеялся я и провел рукой по груди брюнета. — Ты клялся и божился, что являешься докой в игре в бильярд. Не ты ли с усмешкой сказал, когда мы вошли в этот зал, что тебе как два пальца об асфальт, так ты меня уделаешь в два счета? — Ты не можешь так хорошо играть, Лео! Я просто обязан выиграть у тебя сегодня, — возразил Гарри. — Любимый, не переживай, три партии и все в мою пользу, но… — Я наклонился к уху Поттера. — Но ты получишь в эту ночь меня. Я хочу дать тебе это в замен на твой проигрыш. — Лео, — Поттер обнял меня, — дай мне ещё один реванш, всего один, мой сладкий. — Его губы прижались к моему лбу. — Генри, любовь моя, хоть десять раз пробуй, но тебя ждёт проигрыш. — Гарри смотрел на меня такими щенячими глазками, что я не выдержал и обнял его. — Хорошо, но это будет последний раз. — Я взял его руку и опустил на свой пах. — Посмотри, я с ума схожу по тебе, Генри, твои глаза, просящий голос, пересохшие губы, которые ты от волнения облизываешь постоянно… Это так меня заводит и сводит с ума. Генри… Поттер застонал и поцеловал меня, обняв до хруста костей. — Один раунд и мы поедем в мой номер, — прошептал Гарри, пожирая меня глазами, — где я буду всю ночь любить тебя то нежно, то страстно, то жадно, то медленно, то неистово, — прорычал тихо брюнет и перешел что-то шептать на парселтанге, от чего мой член стал каменным. — Я не могу больше, — прошептал я на ухо Гарри, — хочу тебя. — Один раунд, желанный мой, — улыбнулся брюнет. Я понимал, что он решил таким образом сбить меня с толка, усыпить бдительность и выиграть, возбудив до предела. Ну уж нет, мой сладкий. У меня от этого осознания чуть спала эрекция и я рассмеялся. Четвёртый раунд Поттер тоже продул. Я нежно обнял Гарри и похлопал его по напряженной спине. — Сегодня не твой день, родной мой, — сказал я, а он снова что-то прошептал на парселтанге и повел меня на выход. Дон Гарсиа даже пиджак свой забыл и я в последний момент успел его захватить с бильярдного стола. Гарри был расстроен настолько, что когда мы вышли из заведения, он обнял меня и… аппарировал в свой номер. Мерлин Великий! А если сейчас сюда нагрянут авроры Испанского Министерства Магии?! Поттер-то ладно, ему море — по колено, но что будет со мной? Брюнет поднял меня на руки и понес в спальню. — Генри, — проговорил я, отползая к спинке кровати, — как мы тут оказались? — По волшебству, — ответил брюнет, — хочешь, я открою тебе свою тайну? — Да, уж, просвети, будь любезен! — воскликнул я. — Ты обнял меня на пороге казино и нас закрутило в какой-то хренотени. Что это было? Меня чуть не вырвало, — солгал я. — Скажи, Генри, как ты это сделал? — Хочешь, покажу тебе что-то, любимый? — Я кивнул в ответ. — Вот смотри… Поттер щелкнул пальцами и свет в номере из тёплого превратился в голубой, потом стал меняться в красный… и так во все цвета радуги. — Фокусы, Гарсиа? А если сейчас сюда, как в Средние века прикатит святая инквизиция и нас сожгут на костре, или того хуже… — Так хотелось сказать, что нас, вернее, меня приговорят к Поцелую дементоров, как бывшего Пожирателя Смерти. — Нет, милый, инквизиция сейчас уже, слава Богу, не та. Больше не сжигают на костре за то, что ты маг. Все в прошлом. — Значит, ты маг? И что ты ещё можешь? — спросил я. — Все, что захочешь, Леонардо, — ответил Гарри. — Не бойся, меня не арестуют за детские шалости. Иди ко мне, малыш мой, не томи меня. — Нет, увидимся завтра, когда я пойму, что ты в порядке, — проговорил я. — И ты позволишь инквизиторам, если это случится, забрать меня, Лео? — воскликнул брюнет. — Нет… Конечно же, нет, Гар… дон Гарсиа, я хотел сказать, — крикнул я. Он снова взмахнул рукой и прочёл заклинания, запирающее двери и окна, заглушающие и отводящие чары. — Теперь нас никто не найдёт, не обнаружит и не услышит, — улыбнулся брюнет. — Но, Лео, я жду, что ты когда-нибудь тоже откроешь мне свои тайны. Я честен с тобой, мой хороший, прошу и тебя в ответ быть честным со мной. — Хорошо, Генри, — ответил я, — ты получишь ответы на все свои вопросы, но не в Нассау, а когда мы вернёмся домой, когда ты будешь любить меня в своем доме на шелковых простынях. — Мы улетаем с тобой завтра в Буэнос-Айрес и я сразу введу тебя в свой дом, что стоит на берегу моря. Нам будет хорошо, а сейчас иди ко мне, я хочу тебя. — Скажи мне ещё вот что, дон Гарсиа, — проговорил я, — что ты там в бильярдном зале шептал на каком-то выдуманном языке? — Это змеиный язык, Лео, я им обладаю с младенческих лет. Хочешь узнать, что я говорил на нем тебе? — Поттер уже разделся и сейчас меня начал раздевать, на каждом слове целуя, куда придётся. Он присосался к моей шее и обнял. Я растормашил брюнета. — Ммм? — недовольно промычал Гарри. — Так что ты там шипел на змеиный языке, Генри? — переспросил я, улыбаясь и нежась в объятиях Поттера. — Ах, да… Я говорил, что с ума схожу по тебе. По твоим губам, шелковистым волосам, по серым глазам, по нежной шее, — и снова жадный засос чуть ниже уровня мочки. Я застонал тихо от желания, — по твоим длинным пальцам, по безупречному и такому желанному телу… — Генри… — прошептал я, — пожалуйста… — Да, любимый, скажи мне, что ты хочешь? — тихо спросил меня Поттер и положил задницей на пару подушек. — Возьми меня, пожалуйста, — попросил я, прерывисто дыша. — Не могу больше, Генри, возьми меня скорее. — Я обещал тебя любить всю ночь, сладкий мой мальчик, готовься. Я зарычал от того, что Поттер медлит и сводит меня с ума этим. Я притянул его к себе и укусил за губу, жадно вылизывая его рот в перемешку с кровью. — Леонардо, а ты оказывается потомок графа Дракулы?! — усмехнулся брюнет. — Или ты потомок испанского вампира, графа Вролока? Знаешь, в Жироне, на севере Каталонии, жил в двенадцатом веке герцог Гифред Эструк, по легенде он тоже был вампиром. Так чей же ты потомок, любимый мой, кровожадный Леонардо? — Бл*дь! — зарычал я громко. — Если ты меня сейчас не трахнешь, я тебя снова укушу и теперь уже в самое уязвимое место, Гарсиа! — Хорошо, вижу, что ты уже готов к ночным раундам? — прошептал Гарри и жадно меня поцеловал. Поцелуи вышибали мою душу, расстворяли в себя, сжигали остатки неловкости и скованности. Хотелось полностью впитаться в тело, в кровь, в молекулы Поттера и никогда не возвращаться назад. Он положил мои ноги на свои плечи и прижался ртом к моему входу. Я за минуту до этого почувствовал небольшой озноб по всему своему телу — заклинание очищения, а сейчас его горячий рот прижался ко мне и Гарри стал ласкать мой анус. Я закричал от переполнявших меня чувств и содрогнулся, бурно кончив на свой живот. Это было волшебно и горячо — неистовая страсть Поттера. Но брюнет не остановился на этом, он продолжил сладкую пытку ртом и языком. Мой член снова налился желанием и я возбудился, а Гарри то сосал мой сокращающийся анус, то трахал его своим языком. Он наколдовал, чтобы его язык немного удлиннился и теперь он непрестанно задевал и надавливал на мою простату внутри. Я уже хрипел и задыхался от восторга. Голос пропал и я как рыба только и мог то закрывать, то открывать свой рот и комкать простыни под руками. Три оргазма один за другим. Ох, как же хорошо. Больше не было сил, и это он ещё по-настоящему меня не взял. Гарри перевернул меня на живот, поставил в коленно — локтевую позицию и принялся ласкать. Он подлез под меня, чтобы было легче ласкать языком и стал вылизывать мой гладкий пах, мои яички и сосать член. Я только рычал шёпотом, так как голос пропал. Я содрагался всем телом непрестанно от импульсов в своем теле и пару раз кончил на лицо любовника и глубоко в его рот. Я схватился за спинку кровати и трахал рот Поттера своим членом, а он обнимал руками мои бедра и пальцами растягивал мой почти готовый вход. Я уже плакал и скулил от переполнявших меня эмоций, когда Гарри, наконец, вошел в меня, перевернув на спину. Я блаженно застонал и выгнулся весь, сильнее насаживаясь на член брюнета и шире разводя ноги. Гарри склонился ко мне и стал целовать мои губы, соски, грудь, шею, оставляя засосы. Я жадно отвечал на поцелуи и сам также метил моего любимого. Десять оргазмов за ночь. Поттер уснул на рассвете, когда ночь уже час как отступила, пропустив вперед утро и уступив законные права, а я тихо сполз с кровати и накинул на себя, на подобие туники простынь, и тихо вернулся в свой номер. Все тело ныло и сладко болело, было лёгким и невесомым от того, что произошло. Я пошёл в душ, снова после него смазал свой анус и провалился в сон, поставив будильник на восемь часов утра. Маску я положил рядом с собой.