Дворовые драмы

Запах крабового салата выплывал из кухни, и просачиваясь в каждый уголок квартиры, причаливал у носа восторженного мальчишки, что разглядывал елочные украшения. Звонкий смех доносился аж до нижних этажей новостройки, стоило только Ромке взять в руки большой пластмассовый шар, в отражении которого его лицо растекалось словно блин. Поднося к носу еловые ветки, он закрывал глаза и жадно вдыхал запах хвойного леса. Его покой нарушил громкий звонок в домофон. – Мамочки! – вскрикнул он и кинулся в коридор, – О нет, черт, нет, опаздываю! – голосил Ромка, разъезжаясь по паркету и снося всё на своем пути. – Это я! Уже выхожу! – быстро проговорил он в трубку, с трудом балансируя на одной ноге, пытаясь натянуть желтый ботинок. – Не забудь подарок, – с теплой полуулыбкой сказала мама, наблюдая за этим марафоном. – То-очно, – протянул Ромка и схватил яркую коробку, выбегая из квартиры. В полете между пролетами, что были украшены мишурой, он хватался за перила свободной рукой, чуть ли не падая, и продолжал бежать. – Ми-ишка!!! – кинулся на него Рома, стоило только открыть подъездную дверь, – Я тебе такое подарю щас! Ты просто не поверишь! Держи, – запыхаясь, он протянул своему другу большую коробку, – я очень-очень-очень долго выбирал сегодня днем с мамой в магазине, хотел убедиться, что тебе понравится. Неуверенно поднимая крышку, украшенную наклейками с роботами и машинками, он посмотрел внутрь. Заполняя все пространство коробки, в ней лежала мягкая игрушка, в виде светлого пса. Он перевел взгляд на Рому. – Ну, знаешь...– опустив взгляд вниз, Ромка замялся, – вчера ты спросил, почему я дружу с тобой. Я вспомнил, что когда увидел тебя во дворе в первый раз, ты сидел в песочнице, обнимая какую-то ничейную собаку, вы так весело играли, и я тоже хотел поиграть с вами, но она убежала. Ты остался в песочнице совсем один, – он сделал паузу и продолжил, – и так расстроился, что наелся песка и заплакал. Мишка, ты помнишь? Я тогда подошел тебя развеселить, но у меня в руках был только компот, – Рома поднял глаза, – но ты был рад компоту. Ты просто был рад компоту и мне! И перестал плакать! Я тогда понял, что хочу быть твоим другом, чтобы у тебя всегда был я и компот, который варит моя мама, – вздохнув, он тихо добавил, – и моя мама сказала, что эта собака будет хорошим подарком, потому что это как… – он стал жевать одно и то же слово – как сиво… симо… симво… А! Символ! Она сказала, что символ — это простая вещь, которая много значит. Миша постепенно обмяк и отвернулся. Через мгновение послышались всхлипы. – Тебе не нравится подарок? – расстроенно спросил Ромка. – Ну вот, из-за меня ты теперь грустишь, – он совсем помрачнел. Коробка упала на снег и Миша резко обнял его. Вцепившись ладошками в теплую куртку Ромы, он пытался сдержать слезы. – Нет! Мне нравится твой подарок! – произнес он, срываясь на крик. – Но у меня для тебя совсем ничего нет! Ничего-ничего нет!!! – Миша размазывал по щекам слезы вперемешку с соплями. – Я плохой друг! – Мишка, – сжал его Ромка в ответ. – Ты хороший друг! Ты всегда защищаешь меня от Сашки Петрова из второго подъезда, когда он начинает кидаться землей и червями. Я бы не променял тебя ни на какие конфеты и игрушки во всем мире! – он вдохнул побольше воздуха и закричал. – Если ты будешь плакать, то я тоже буду!!! Неторопливо шагая в сторону дома, взрослый сосед Миши, Пашка, доедал свою шаурму и наблюдал за мальчишками. Стирая майонез с бороды, он остановился дослушать разговор. – Ты мой самый лучший друг. – сказал Ромка, сияя изнутри. – А ты мой самый лучший друг на свете! – ответил Миша, поднимая подарок со снега. – С такими дворовыми драмами нахрен я кабельное подключал, – сказал себе Пашка и зашел в подъезд.