Violent

Я продолжала неотрывно наблюдать за "привалом" товарищей, в то время как Лат, отлучившись ненадолго, вернулся в теплой куртке и продолжил жарить мясо. Я немного поколебалась, но увидев, как ёжится от холодного порыва ветра Лат, прячась от косого дождя, все же не выдержала и пошла в хозяйскую спальню. Выбрав в гардеробе кожаную куртку, а также прихватив пару теплых пледов у себя в комнате, я укуталась в уютный мохеровый кардиган и, тихо спустившись в зал, направилась прямиком на террасу. Как только я приоткрыла стеклянную панель, мужчины тут же резко повернули головы в мою сторону, и в воздухе повисла тишина, нарушаемая дождем, порывами ветра и шипящим мясом на гриле. — Холодно на улице. Я теплые вещи принесла, — тихо, но уверенно произнесла я, положив пледы рядом с мужчинами, и решительно направилась к Ричарду. Опустив куртку на подлокотник его кресла, я почувствовала волну недовольства. Тем не менее, Барретт ничего не сказал, а мужчины все это время молчавшие, будто ожидавшие его реакцию, оживились. — Ну все, с понедельника начинаю бриться и искать себе девушку, — пошутил Мерфи, почесывая бороду. — Ты сперва со своей радисткой разберись, а то от нее весь взвод воет, — парировал Эврика, а я, чтобы не мешать дальнейшему разговору, уже собиралась уйти, как внезапно услышала голос Лата: — Кун Лили, вам положить горячего барбекю? Ваше уже остыло наверное… — Нет, спасибо, — отказалась я, а Эврика вдруг неожиданно обратился к Барретту: — Рик, пусть твоя девочка посидит в нашей компании, если не возражает, — и, переведя взгляд на меня, добавил: — Ругаться мы не будем… — Чесслово, — поддержал его идею Болт. Барретт бросил взгляд на мужчин, которые, определенно, хотели рассмотреть меня получше, и кивнул, давая молчаливое согласие, а я была и рада и не рада такой возможности. С одной стороны, я тоже хотела ближе узнать друзей Ричарда, его военное прошлое, но с другой стороны я осознавала, что это все-таки не светская вечеринка на "Нарушителе", и лишнего такие люди болтать не станут, а значит, больше будут изучать меня, чего совсем не хотелось. Лат, вероятно видя мои колебания, тут же поставил на низкий стол еще одну тарелку с шипящим мясом, придвигая кресло, чтобы у меня было меньше поводов уйти, и я решила остаться — может, что-нибудь и узнаю из общих разговоров. Поплотнее кутаясь в мохеровую кофту, я присела на мягкое кресло рядом с Ричардом, а он, увидев, что я озябла, тут же передал мне куртку. Я отрицательно покачала головой, но почувствовав тяжелую волну, куртку все же взяла, считая неправильным спорить с Ричардом на глазах у его друзей: как говорила когда-то мама своей подруге Лидии "Никогда не спорь со своим мужем при посторонних. Его перестанут уважать", и сейчас я ее понимала и была с ней согласна. Осознавая, что меня пригласили не случайно, я отпила апельсинового сока в ожидании хитрых вопросов от спецназовцев, но, как ни странно, разговор пошел совсем в другом русле. — Ну что, Стив, как твои орлы? — внезапно спросил Мерфи. — Парят, — усмехнулся Сандерс. — И Философ? — по-доброму подмигнул Эврика, и я вспомнила, как Мэттью мне говорил, что боится высоты. — Как он, кстати? — В норме… — кивнул Сандерс, и тут же добавил: — Но чтоб больше его не катали. — Ну он сам попросил… — попытался оправдаться Мерфи — Да и держался достойно, даже когда в штопор вошли. Из чего я поняла, что Философ, в очередной раз чувствуя непреодолимую тягу к небу, напросился на полет. — Молодец… — кивнул Лойд, и я с ним была полностью согласна — Мэттью был достоин уважения, не оставив свою мечту о полёте, и боролся со своими страхами самым радикальным способом. — Ну помандражировал малёха, так с кем не бывает, — поддержал Мерфи. — Ребят после первого кровяного допинга и не так пронимает. — Что такое кровяной допинг? — мое любопытство взяло вверх. — По вене пускаешь свою же кровь, только консервированную, — внезапно заговорил Сандерс и, видя немой вопрос в моих глазах, продолжил: — Она ускоряет доставку кислорода к мышцам, тем самым увеличивает их производительность и повышает выносливость. Я кивнула, понимая, что, вероятно, спецназовцы иногда прибегают к таким видам стимуляции на некоторых заданиях из разряда "Умри, но сделай". — И как кровь консервируется? — продолжила я расспросы. — Хранится в холодильнике. — Это не опасно? — Подобные методы можно применять только физически подготовленным людям, — ответил Барретт. — Ну среди них тоже есть ид… — и Эврика, посмотрев на меня, перефразировал, — недалекие. Вспомни Фила из пятого. — Да уж… — щелкнул языком Мерфи. — Его тогда еле откачали. Митчеллу респект. Толковый док. — Что произошло? — насторожилась я. — Сглупил. Ввел несвежую кровь. Пошел криз отторжения, — коротко пояснил Сандерс. — Хорошо, мотор у него крепкий, — кивнул Мерфи, — ребята-парамедики рассказывали, на него весь госпиталь ходил смотреть — сердце сто шестдесят выстукивало трое суток. Я, понимая, что такое гипертония, нахмурилась, а Мерфи, посмотрев на меня, и, вероятно, видя мою сосредоточенность, улыбнулся и добавил: — Но вы не беспокойтесь, на самом деле все не так страшно, и Фил жив-здоров. Я кивнула и, чтобы показать, что я совсем не боюсь подобных историй и вообще не из тех кисейных барышень, которые падают в обморок при упоминании о крови, пошутила: — Я бы после такого происшествия Фила Ван Хельсингом назвала. Кровь у него испорченная, вампиры должны его бояться. Мужчины одобрительно кивнули, и Эврика добавил: — Говорю же, сообразительная. — Ну его друг и окрестил Блейдом, — усмехнулся Мерфи, — прижилось. — Ты знаешь, что Эндрю в прошлом году получил Пурпурное Сердце, как и у тебя, — внезапно сказал Эврика. — Мы с Сандерсом его поздравили, — кивнул Барретт, а до меня внезапно дошел смысл сказанного, и я непроизвольно выпалила: — Я не знала, что у Ричарда есть военная награда… — Что значит награда? — оскорбился Мерфи. — У него их много. Дважды удостоен… — А не заткнуться ли тебе, — жестко прервал его Барретт. — С чего это? — возразил Эврика и, подхватив эстафету друга, продолжил: — Дважды удостоен Серебряной Звезды и дважды Бронзовой. — Медаль за выдающиеся заслуги… Пока мужчины перечисляли военные заслуги Ричарда, я лишь тихо сидела и впитывала каждое слово, стараясь все запомнить и не эмоционировать, а Лойд неожиданно меня спросил: — Вы видели военные фото Ричарда? Я отрицательно покачала головой, а он, кивнув с видом "так я и думал", посмотрел на Сандерса. — У меня с собой нет… Тот, поняв друга без лишних слов, вытащил из нагрудного кармана свой бумажник и начал в нем что-то искать. Я с замиранием сердца наблюдала за его движениями и даже не смотрела на Ричарда, опасаясь, что он сейчас меня вообще выведет с террасы, а через несколько секунд Стивен выудил из потаённых недр маленькую потертую фотографию, определенно, из личных архивов, и молча протянул мне. Я аккуратно, будто реликвию, взяла выцветший листок и погрузилась в этот "омут памяти". На фоне скалистых гор и скромной зеленой растительности, в окружении пыльных камней стояли пятеро мужчин — Ричард, Сандерс, Лойд, Мерфи и еще какой-то смуглый плечистый парень. Все они были в головных уборах, бородаты и суровы, с массивными автоматами в руках и в бронежилетах с полной амуницией. Я, забыв как дышать, перевела взгляд на молодого Барретта. Уверенно сжимая в руке своего боевого друга — автомат, бородатый Ричард в бандане цвета хаки смотрел на меня из прошлого внимательно и спокойно. Казалось, я могла изучать эти слегка прищуренные от солнца и пыли глаза вечно, в них было столько жизненного опыта и какой-то мужской мудрости, которые проникали глубоко в душу и не отпускали. Мужчины молчали и, вероятно понимая, что сейчас я прикоснулась к прошлому своего любимого, не мешали мне знакомиться с молодым Ричардом. Я осторожно провела фалангой большого пальца по бандане, по родным чертам лица и фигуре, желая запечатлеть этот образ из прошлого в памяти навечно, но осознавая, что не могу злоупотреблять временем людей, бесшумно прочистила горло и спросила, все еще не отводя глаз от фото: — Кто этот смуглый парень? — Уилл, — услышала я голос Лойда, и в воздухе повисла ватная нехорошая тишина. Мое сердце кольнуло — скорее всего этого человека уже не было в живых, и я, понимая, что нечаянно затронула не самую приятную тему, перевела разговор в другое русло. — Где было сделано это фото, если не секрет? — Афган, — пояснил Сандерс. — Здесь Барретт еще Петти. Чуть позже, когда Ричард окончил офицерскую школу, он возглавил взвод в звании лейтенанта, — добавил он, желая подчеркнуть продвижение по военной карьерной лестнице друга. — Вам бы в контрразведке работать… — недовольно произнес Барретт, — все рассказали, показали, объяснили… — Воинские звания и регалии — официальная информация, а этой "картинке" уже сто лет, и она давно не для кого не секрет — так что не рычи, Тигр, — резонно парировал Эврика. — Спасибо, — поблагодарила я, нехотя отдавая фотографию, и внезапно поняла, почему мужчины попросили меня остаться. Их целью было не только рассмотреть меня — собственно, мне не было задано ни одного вопроса — они, зная Барретта и его молчаливость, хотели рассказать мне немного о нем. В уме крутилась сотня вопросов о прошлом Ричарда, но я прекрасно понимала, что мне выдадут ровно столько информации, сколько мне положено знать, не переходя черту, поэтому приставать с расспросами я посчитала лишним. — Всегда обращайтесь, — улыбнулся Эврика, и внезапно в кармане Барретта раздался звук сотового — это был Пол. Перебросившись с ним парой фраз, он завершил разговор, а Мэрфи с Лойдом внезапно засобирались, посмотрев на свои увесистые будильники — наручными часами это сложно было назвать. — Ну, собственно, нам пора, — коротко проинформировали они, вставая с дивана. Увидев, как Барретт набрасывает куртку и что-то говорит Стивену, я поняла, что он тоже планирует отлучиться, вероятно, в офис, но лишних вопросов задавать не стала. Я попрощалась с гостями, и мужчины, выйдя на гранитное крыльцо, направились к своим машинам с надписью "Хаммер" на капоте. Джино тем временем подогнал из гаража почти такой же черный джип, и я улыбнулась — Ричард не хотел забывать свое военное прошлое и, вероятно, поэтому предпочитал использовать для личных целей такую же автомарку, только более усовершенствованную, сделанную на заказ. Пока Барретт отдавал распоряжения Лату, я подошла к своему мужчине и, встав на цыпочки, прильнула к его шее. — Тебя ждать к ужину? — тихо спросила я, целуя в щеку. Барретт промолчал и, как только мои губы коснулись его скулы, вышел вслед за товарищами. Спустя несколько секунд он запрыгнул на водительское сиденье своего "танка", и три машины уверенно направились к видневшимся вдалеке массивным воротам, где возвышался КПП с охранником.