Violent

Джулия сидела за кухонным столом и наводила красоту на без того идеальном лице перед рабочим днем. Она казалась спокойной, но вот уже несколько дней я чувствовала в ней какое-то напряжение. — Когда Макс приезжает? — спросила она, накладывая тушь на длинные ресницы. — Завтра. Я уже взяла выходной. — Ты сказала Кэтрин, что увольняешься? — Нет еще. Как назло, несколько дней тому приехал Гарри с важными людьми из Нью-Йорка, и она практически не появляется в галерее. Я даже не знаю, когда к ней подойти с этим. — Слушай, что ты дергаешься? Макс с ней сам разберется, как приедет. — Он так и сказал. Но мне бы хотелось решить этот вопрос самой. — Не парься, — махнула она рукой, уже не видя проблем в этом, и продолжила расспросы:- А с универом что? — Макс договорился с Голдсмидс. Мне, правда, нужно пройти экзамены и досдать некоторые предметы, но я готова к таким хлопотам, — улыбнулась я и добавила: — Мне даже не верится, что я там буду учиться… — Крутое место? — Одно из лучших высших учебных заведений, профилирующихся на искусстве и гуманитарных науках. Джулия присвистнула. — А с работой что? У вас же есть галерея в Лондоне. Может быть, тебя туда переведут? — продолжила она расспрашивать, и мне все больше казалось, что она хотела удостовериться — в Лондоне я буду полностью обеспечена всем необходимым. — Хороший вариант. Но там штат укомплектован. — Ну ты, вроде, тоже не с улицы. Они тебя сами выпестовали. Может, возьмут. — Я могу поговорить с Кэтрин, но, если честно, в этом нет большой необходимости. — Ты не хочешь работать? — и Джулия отстранилась от зеркала. — Нет, что ты. Как оказалось, жена Милтона знакома с руководством галереи Саатчи, и Макс уверяет меня, что я настолько понравилась леди Шарлотте, что она меня устроит туда работать, — ответила я, а про себя подумала: "теперь понятно, почему она меня расспрашивала и об этой галерее, и о личности самого владельца, и о группе "Молодые Британские художники", которые там и выставляются по большей части". Джулия внимательно посмотрела на меня и задумчиво произнесла: — Как же Макс хочет, чтобы ты переехала к нему в Лондон. — Да, пожалуй, — кивнула я и задумалась. С момента моего "да" прошла неделя, но все так быстро закрутилось, что я не успевала осмыслить и до конца поверить во все те изменения, которые планировались в моей жизни. Как оказалось, Макс уже получил предварительное согласие от Голдсмидс и от леди Шарлотты и "поставил на паузу" дальнейшие действия в ожидании моего ответа. Видя, как Джулия нервничает и чертыхается, пытаясь выровнять волосы, я подошла к ней и, взяв у нее из рук "утюжок", тихо произнесла: — Я тебе помогу. Джулия не возражала — она спокойно смотрела в зеркало, пока я приводила ее голову в порядок, и неожиданно усмехнулась. — Чему ты улыбаешься? — тихо спросила я, беря очередную прядку ее волос. — Помнишь, как я тебе укладывала волосы на вечеринку к Майклу, где ты и познакомилась с Максом. — Да, жизнь непредсказуема, — улыбнулась я ей в ответ. — Не знаешь, куда тебя выведет очередная дорога. — Кто бы сказал, что ты уедешь с ним в Лондон, — будто поймав мое философское настроение, так же задумчиво произнесла Джули. — Не поверила бы… В комнате воцарилась тишина, а Джулия вздохнула. — Джули, у тебя все в порядке? — все же спросила я. — Ты в последнее время немного нервная. — И как я теперь буду без тебя, Лилл? — внезапно произнесла она. Увидев в ее красивых голубых глазах грусть, я глубоко вздохнула и, присев на корточки, уткнулась лицом в ее колени. — Черт! Джули, прости меня за мой эгоизм, — тихо произнесла я, посмотрев снизу вверх. — На меня в последнюю неделю столько всего обрушилось, и я совсем не подумала, что мой отъезд может причинить тебе боль. Она наклонилась ко мне и уткнулась в мой лоб своим, будто желая передать мне все свои страхи и печаль. Но я настолько не планировала отдаляться от подруги, что даже не видела в этом проблемы. — Я ведь буду с тобой на связи, — попыталась успокоить я ее. — Это все фигня, — вздохнула она. — Я не верю в отношения на расстоянии. — Это не фигня, — настаивала я. — Мы с тобой не расстаемся, я всего лишь переезжаю в другой город и постоянно буду с тобой на связи. Честно. — Мне не по себе, — будто не слыша меня, продолжала Джулия. — Почему? — Я чувствую, что лишаюсь части каких-то очень важных эмоций с твоим отъездом, — она замолчала, подбирая слова, и, наконец, произнесла: — Без тебя я совсем разучусь любить. — Не разучишься. Это все в тебе, — сжала я ее ладонь, но Джули лишь отрицательно замотала головой. — Нет, я знаю себя. Я жесткая и стервозная. — Не говори глупостей. Ты добрая и очень отзывчивая. — Ну да… для очень малого круга лиц, — иронично усмехнулась она, впитывая салфеткой невовремя появившуюся слезу. — Ты меня не переубедишь. Я знаю, какая ты хорошая и настоящая. И я все равно буду рядом… — произнесла я, но Джули отрицательно покачала головой, — Нет. Это все не то. У тебя начнется своя жизнь, и я знаю, что она будет прекрасной. Вы с Максом поженитесь. Потому что по другому быть не может. Ты родишь ему двоих детей. Мальчика, а затем девочку. Вы переберетесь в уютный красивый дом, который Макс купит для вас, и все у вас будет отлично. — И жили они долго и счастливо… — улыбнулась я, не зная, что еще добавить. Сказать, что я не думала о будущем, каким оно будет вместе с Максом, значит соврать, но я не рисовала радужных картин, суеверно опасаясь, что надежды могут и не сбыться, как мне хотелось. — Ну у меня в мыслях я так далеко не заходила. Пока все остановилось на переезде и совместном быте, — усмехнулась я и, желая перевести наш разговор в шутливую тональность добавила: — Я вот думаю, как Тигр с Дэнни будут уживаться! Вот где проблема! Мой Агрессор ведь построит не только "Альбион" Макса, но и вообще весь туманный Альбион! Джули усмехнулась и, облегченно вздохнув, произнесла уже уверенным тоном: — Все у тебя будет хорошо, подруга, это я тебе пророчу. — И я тебе пророчу, — сжала я ладонь Джулии, — ты тоже будешь счастлива. Тебя ждет много всего хорошего впереди. С Энди или с другим парнем, который всегда будет поддерживать счастливый огонь в твоих глазах. Джулия кивнула и, вскинув голову, бодрым голосом заговорила: — Предлагаю перед отлетом в Лондон отметить как следует твой отъезд девичником. Я позвоню Эмили, и мы оторвемся по полной в каком-нибудь навороченном клубе! — Думаешь, Мэт, Макс и Энди будут не против? — скептически повела я бровью, но больше в шутку, чем всерьез. Я понимала, что подруга хотела устроить мне праздник, и совсем не возражала. — Они нас красивых будут охранять от приставучих мужиков! — Звучит, как план, — улыбнулась я и, встав с корточек, поцеловала Джулию в щеку. Мы с подругой вышли из подъезда, и я машинально сделала шаг по направлению к автобусной остановке, но Джулия меня остановила: — Ты куда, подруга? — Черт, постоянно забываю, — и я направилась к паркингу, где рядом с Тойотой Джули была припаркована машина Макса. Вот уже несколько дней, как я ездила на спортивной БМВ, которую Макс решил сдать в салон на продажу перед нашим с ним отъездом. — Сколько она выжимает? — спросила Джулия с видом профессионала. — Понятия не имею. — А какой у нее объем движка? — Джулия, ты меня сейчас спрашиваешь о таких вещах, которые я даже под дулом пистолета не смогла бы запомнить. — Ладно, приедет Макс, и мы с ним погоняем и посмотрим, кто быстрее, — в глазах Джулии блеснула искра азарта. — Макс профессионально гоняет, — улыбнулась я. — Ты откуда знаешь? — В Лондоне мы поехали на автогонки, даже что-то выиграли, но не суть важна. Там недалеко был картинг, и мы, все еще на кураже после гонок, потом ещё немного покатались, — и я улыбнулась, вспоминая наши с Максом дурачества на маленьких, но очень юрких машинах-картах. — Со мной вы даже вдвоем не справитесь, — усмехнулась Джулия. — Ты хочешь сейчас проверить? — пошутила я, не планируя ничего такого. — Сейчас мы встанем в одной большой пробке, — махнула она рукой, что собственно и оказалось правдой. Чтобы на работе было поменьше сплетен, пока я не поговорила с Кэтрин, я парковалась за квартал до галереи и потом шла на работу пешком, что меня вполне устраивало. Вот и сейчас, наслаждаясь первыми осенними днями, я, не торопясь, шла на работу, когда в сумке послышалась трель телефона. Увидев на экране имя "Эльза", я улыбнулась, и моя память перенесла меня на неделю назад. * * * Я сидела на кухне Эльзы, пока она хлопотала у стола, заваривая чай. С Максом мы договорились, что известие о моем переезде я ей сообщу сама, лично, а не по телефону. Наблюдая за ее натянутой спиной, я понимала, что она догадывается о цели моего визита — она лишь не знала, какое решение я приняла. Она подала мне чашку из чайного сервиза, который я ей привезла из Лондона, и, присев на краешек стула, внимательно посмотрела на меня. — Я согласилась поехать к Максу в Лондон, — тихо, без вступления начала я с главного. Эльза застыла и, затаив дыхание, внимательно смотрела на меня. — Я хорошо все обдумала, — добавила я, видя тревогу в ее глазах. Она еще некоторое время смотрела на меня, а потом громко выдохнула и, внезапно закрыв лицо руками, произнесла, раскачиваясь из стороны в сторону: — Господи… Испугавшись, что ей стало плохо, я вскочила, но она отстранив мои руки, замотала головой и тихо произнесла: — Я в порядке, не волнуйся. Просто… Я изучала ее встревоженные глаза, в которых все еще отражалось недоверие, и грустно улыбнулась: — Просто вы не верили, что у нас получится… — Да, не верила, — подтвердила она и уже другим тоном произнесла: — Но мой сын оказался сильнее, чем я могла предполагать. — Я тоже не могла предполагать. Только вы должны верить, что я не ищу удобства в этих отношениях и не бегу от одиночества. Меньше всего на свете я бы хотела использовать дорогих мне людей. Меньше всего на свете я хочу врать вам или Максу. Она подняла на меня взгляд и, изучая мое лицо, произнесла: — Я знаю, что ты не врешь. — Спасибо, — с волнением и в то же самое время с облегчением выдохнула я. — Я вижу в твоих глазах решительность, но и тревогу. Чего ты боишься, моя хорошая? — Это страх перед неизвестным. Я чувствую, что нахожусь на пороге больших перемен в своей жизни, и мне хочется подтверждений, каких то Знаков, что принятое мной решение приведёт нас с Максом к счастью. Не обращайте внимания. Это глупость, детский каприз. — Я тебя понимаю, — улыбнулась она, а я, видя в ее глазах поддержку, продолжила: — Это как первый раз лететь на самолете. Вот ты сидишь в кресле, пристегнутая ремнем безопасности. По салону ходит бортпроводница с уверенной улыбкой на лице, экипаж корабля во главе с командиром приветствуют тебя на борту, и его голос не дает усомниться в профессионализме и успешном полете, но чувство, что ты сейчас зависнешь в тридцати тысячах футов над землей, до чертиков страшит тебя. Потому что ты понимаешь, что не все зависит от тебя, командира, экипажа и исправной техники. В полете может случиться все, что угодно. — Поняла тебя, — похлопала она меня по ладони и тихо произнесла: — Мы не можем знать наперед, что произойдет в результате принятых нами решений. Но я вижу твое желание лететь на этом самолете. Я вижу что, несмотря на этот "страх высоты", ты настроена решительно преодолеть этот путь. Я вижу в твоих глазах теплоту и нежность, когда ты отзываешься о моем сыне, и для меня все это — и есть Знаки. — Да, скорее всего это и есть Знаки, — облегченно вздохнула я. — Как говорила моя мама папе "Глаза боятся, а руки делают". Я помню фото твоих родителей еще с базы, — улыбнулась она и спросила: — Как они познакомились? — Они вместе учились с начальной школы, но долгое время мама не обращала внимания на отца, — улыбнулась я. — Поверю, — кивнула Эльза. — Твоя мама видится мне фонтаном энергии. Таких я называю "звездочками", творческими людьми. Они принимают активное участие в жизни социума, а, учитывая мамино врожденное обаяние и шарм, уверена, у нее не было недостатка во внимании, и не удивительно, что она не замечала твоего папу, — усмехнулась миссис Хоуп. — А твой отец… — и она задумалась, — интересный внешне мужчина, но по характеру скромный и тихий человек, полная противоположность Паолине в эмоциональном смысле. — Вы так описали моих родителей, как будто знали их всю жизнь, — изучая глаза Эльзы, сказала я. — Да, иногда отец сдерживал порывы мамы. Она называла его "своим эмоциональным гармонизатором". — Верное название, — согласилась Эльза и спросила: — Как твой отец обратил на себя внимание "звездочки"? — В старшей школе мама сильно заболела. Пневмония с осложнениями. Папа не отходил от нее. Он ночевал в больнице и не спал, наверное, месяц, — вздохнула я, вспоминая рассказ мамы. — Можно сказать, так и познакомились, хотя и учились вместе до этого почти десять лет. В комнате повисла тишина, а Эльза, так и не отводя взгляда от меня, неожиданно произнесла: — Забавно, не находишь, что ты тоже долгое время не замечала Макса? — Да, вы правы, — сама удивилась я схожести ситуаций, вспомнив, как Макс приходил ко мне, когда я болела на базе, и, осознавая эту простую истину, задумчиво посмотрела на миссис Хоуп. — Все у вас будет хорошо, — улыбнулась Эльза и, встав, поцеловала меня в лоб, как когда-то целовала меня мама. * * * Я нажала на зеленую кнопку "принять звонок" и, улыбнувшись, произнесла: — Доброе утро, Эльза. — Здравствуй моя хорошая, я тебя не отвлекаю? — Нет, как раз припарковалась и иду на работу. — Учеба в университете разве еще не началась, или ты решила манкировать в связи с переездом? — Учеба — это святое! — в шутку выпалила я и уже серьезно добавила: — Нет, манкировать я ничего не планировала, просто занятия начнутся только со следующей недели. У вас все в порядке? — Да, моя хорошая. Все в полном порядке. Только хотела спросить, во сколько завтра Макс прилетает и каким рейсом, а то я нечаянно стерла его СМС-ку. — Я вам сейчас перешлю. — Нет уж. Лучше скажи, я запишу. Не доверяю я этим новым смартфонам. — Вы как мой отец, — рассмеялась я и продиктовала информацию, которую знала наизусть. — Он как появится у тебя, дай мне знать, что долетел благополучно. — Конечно! И позвоним, и приедем! — пообещала я, понимая, насколько она соскучилась по сыну. — Вам будет не до меня, — улыбнулась она. — Мы приедем вечером. Хорошо? — Хорошо, — улыбнулась она и добавила: — Спасибо тебе, моя Родная. Я попрощалась с Эльзой и зашла в галерею — предстоял еще один нелегкий рабочий день. Увидев кабинет Кэтрин открытым, я бросила вопросительный взгляд на Молли, а она кивнула, давая понять, что директор на месте. Понимая, что у меня может и не быть другого случая, я набрала воздуха в грудь и, постучавшись, зашла в кабинет.