The Stars

Ён плюхнулась на диван между двумя соседками по квартире. Все трое начали бормотать и толкаться, и это продолжалось до тех пор, пока они не устроились удобно на маленьком изношенном диванчике. — Что по телику? — спросила Ён, пока кричащая реклама убеждала её купить товар. — Обычный ночной бред, — объявила Хёджин голосом, прибитым усталостью. — Ток-шоу, — ответила Хвиин. — Ох, отлично, — фыркнула Ёнсон, но не стала менять канал. Они все так устали за эти дни. Они решили, что было бы неплохо взять дополнительные уроки танцев, как будто их университетских уроков было недостаточно, чтобы подготовиться к предстоящему конкурсу на стипендию. Если бы хотя бы одна из них выиграла стипендию, они могли бы позволить себе квартиру побольше, а это значит, было бы больше места для практики. Только когда Ён услышала знакомый смех, она начала понимать, что шло по телевизору. Сидевшей на красном диване, намного большем, чем тот, на котором развалилась Ён, была Мунбёль. Мунбёль прославилась в прошлом году благодаря синглу, который взорвал чарты по всему миру. Теперь она была обладательницей громкого имени, её лицо было на рекламах чего угодно от косметики до мотоциклов. У неё даже было несколько камео в громких премьерах этого года. Сейчас она сидела на красном диване в черном костюме с четырьмя белыми полосами вокруг рук и ног, которые сигнализировали о бренде, позволить себе который Ён не могла даже мечтать. Мунбёль смеялась, дразня зрителей новым альбомом. — Итак, Вы собираетесь выпустить новую музыку к концу года? — спросил ведущий. — Думаю, мне позволено обещать так много, — Мунбёль дерзко улыбнулась, а толпа разразилась смехом. — Полноформатный альбом? — ведущий просил больше деталей. — Может быть, а может быть и нет, — она улыбнулась своей идеальной улыбкой, её лицо не показывало никаких признаков ответа. — Полагаю, вам придётся пригласить меня снова, чтобы узнать это, — она лениво подмигнула ему, и он покраснел. — Что ж, я могу это пообещать, — ответил он, отдышавшись. — Ён! — Хёджин махнула рукой перед глазами Ёнсон. Та моргнула и повернулась к ней. — Хвиин только что спросила тебя три раза, хочешь ли ты пить, — объяснила Хёджин. Ён слегка покраснела и посмотрела на Хвиин. — Нет, спасибо, прости. Хвиин и Хёджин, обменявшись взглядами за головой Ён, тихо хихикнули. Ён решила проигнорировать это и повернулась к телевизору, шоу тем временем заканчивалось. В конце сегмента Мунбёль начала исполнять свой невероятно успешный сингл, «Mirror». Как только Мунбёль подошла к микрофону, экран потемнел и Хёджин встала. — Нам пора ложиться спать. Завтра снова рано вставать. — Я вообще-то смотрела! — возразила Ён. — Мы знаем, — взгляды Хвиин и Хёджин встретились, и они ухмыльнулись. — Ой, заткнитесь, — Ён прошла мимо них и хлопнула дверью своей спальни. Она знала, что подруги просто подкалывали её, но смущалась от того, насколько очевидным было её увлечение Мунбёль. Это была просто влюблённость в знаменитость, не более того. Она не преследовала Мунбёль в аэропорту, не пыталась найти её личный аккаунт в Фэйсбуке, нет. Она просто оценила талант девушки... и лицо. В её крошечной комнате висел один плакат с Мунбёль, который шёл в комплекте с мини-альбомом, который она купила в прошлом месяце и который сейчас аккуратно расположился на её полке. Она совсем не была помешана, как любили говорить Хвиин и Хёджин, и её комната была свидетельством этому. Там не было святыни Мунбёль.

***

На следующее утро они встали рано, чтобы отправиться в танцевальную студию. Они записались за несколько часов до утренней лекции Ён. Она изучала музыкальный бизнес уже два года; её родители не особо хотели, чтобы она следовала за своими мечтами, поэтому она пошла туда, куда они хотели, но с дополнительным бонусом музыки. Если бы она могла делать всё, что ей хотелось, она бы прошла прослушивание, чтобы начать карьеру в музыкальной индустрии. Но реальность такова, что ей нужны деньги её родителей, чтобы выжить в столице, а они не смогут финансировать её мечты. Танец, который они тренировали, был под песню Рианны, в основном к радости Хёджин, и хореографию ставили они сами, вплоть до малейшего движения. Ён должна была признать, это было впечатляюще. Они двигались в идеальной синхронности, три пары бёдер попадали точно в ритм. Каждая из них привнесла что-то своё в танец, изюминку, которая украсила готовое произведение. Когда они закончили, Ён залила себя дезодорантом и посмотрела на часы в телефоне. Она выругалась, поняв, что у неё есть десять минут, чтобы добраться до аудитории, в то время как дорога занимала двадцать минут. — Увидимся! — крикнула Ён остальным девушкам, прежде чем выбежать из двери. Она пробежала трусцой по коридору мимо фотографий успешных выпускников и кабинетов с наградами, затем вырвалась на улицу. Она снова побежала. Ён почти добралась, уже виднелось здание университета. Она чувствовала, как её светло-розовые волосы прилипли к потному лбу, но ей было всё равно. Девушке нужно было во что бы то ни стало получить отметку о посещаемости. Она схватилась за ремни рюкзака, как за парашют, толкнулась и побежала быстрее. Она свернула за угол и заметила человека слишком поздно. — Боже! Смотрите, куда идёте! — заворчала девушка, оттащив своих собак от Ён. На девушке были маска и кепка, скрывающая почти все черты лица, кроме прядей серебряных волос и идеального изгиба коричневых бровей. Её взгляд, казалось, был пропитан раздражением, когда она уставилась на Ён. — Простите, пожалуйста, — пробормотала Ён, прежде чем отвернуться и продолжить свой неистовый бег. У неё не было и задней мысли об этой встрече, даже когда одна из трёх корги девушки начала лаять позади неё.