Лунные Сонаты

— Ты как, Нотка? — спросил у меня Войс, когда мы отделились от остальной группы. — Плохо, — честно ответила я. В голове всё ещё крутились мысли о том, правильно ли я поступила, что не дала Пощады Раверсу и Кварксу. — Они виновны. И должны быть наказаны за свои преступления. Это было не воровство, не драка. Они убийцы, Мелоди. Ты ведь сама могла лежать в том овраге. — Я понимаю. Возможно, ты и прав, — тяжело выдохнула я. Только мне от этого не было легче. — Слушай, предлагаю развеяться. Нам нужно купить скрипку для тебя. — Войс обогнал меня на несколько шагов и встал передо мной. Чтобы не врезаться в него, мне тоже пришлось остановиться. — Ты же вроде говорил, что инструменты мы все закупим там, в Понивилле? — Да, так и есть. Но скрипку… Я хочу, чтобы наша вокалистка и скрипачка играла на самом лучшем инструменте. А ты, как я помню, отлично справлялась с ней, поэтому и инструмент нужно выбрать подобающий. — Это было в детстве, Войс! — Да, я в детстве играла на скрипке в том кружке вместе со всеми. Получалось сносно. Но сейчас я вряд ли без тренировки смогу сыграть хоть что-то. — Идём. Я знаю один магазин, где мы точно найдём подходящий инструмент. Я кивнула головой. Другой выбор у меня вряд ли найдётся. Войс улыбнулся, повернулся и пошёл вперёд. — Путь неблизкий. Я поспешила за ним. Пройдя мимо аликорнов, Войс попрощался с ними. Я же постаралась сделать импровизированный поклон на ходу и чуть не упала. Замок, выход из замка. Улица, проулок, улица. Здания менялись от строгих, построенных в одном стиле, до абсолютно разношёрстных. Высокие, низкие, жилые, нежилые, белоснежные в цвет замка и разноцветные дома. Принц, идущий рядом со мной, рассказывал про интересные места, по которым мы проходили. Театры, музеи, всё неспешно пролетало мимо нас. — И вот мы на месте, — наконец сказал он, когда мы подошли к двухэтажному дому. Обычный жилой дом, ну, по сравнению с другими. Нижний этаж этого здания занимали магазины. И вывеска одного из них гласила: «Музыка когтей». — Прошу вас, Ме́лоди-и, — Войс открыл дверь этого магазина, отступил, чтобы я могла пройти, и растянул моё имя на последней букве, преклонив голову. Получилось весьма манерно. Я воспользовалась его предложением войти первой. В нос сразу ударил резкий запах полироли. Глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть к полумраку, царившему внутри магазина, после залитой солнечным светом улицы. Сколько же там было всего! На стенах висели скрипки, виолончели и контрабасы стояли в рядах на полу, барабаны кучковались в одном углу, гитары и несколько пианино — в другом. По стенам под скрипками протянулась почти вдоль всего магазина витрина с разной мелочью. Она прерывалась у двери напротив нас. И оттуда через несколько секунд вышел грифон. — Добро пожаловать в мой магазин… О, мой принц! — Едва он узнал Войса, тут же сделал поклон. Я присмотрелась к хозяину магазина внимательнее. Неяркие серые перья кое-где непослушно топорщились. Сероватые лапы покрывали морщины. Мощные когти выглядели грозно. Это был взрослый грифон, ближе к пожилому возрасту. Я могла бы дать ему лет тридцать пять, может, сорок. В среднем грифоны доживали до шестидесяти. — Добрый день. Нам бы подобрать этой особе самую лучшую скрипку, — ответил ему Войс. С поклона грифон двинулся в мою сторону, так резко, что я инстинктивно отшатнулась и прижалась к боку Войса. — Левша? Ещё и пугливая. Средний рост… Длина передних ног… — Он взял мою прижатую к груди правую ногу, которую я подняла в неосознанной попытке защититься, и потянул её, вытянув во всю длину. Она слегка заныла. — Да, в общем, средняя. Хм. Играем зубами или копытами? — У-универсал. Можно так сказать, — чуть ли не шёпотом ответила я ему на вопрос. — Интересно. Надо посмотреть. Пройдём? — Грифон махнул лапой в сторону скрипок. Войс шагнул первым, следом пошла и я, стараясь держаться поближе к нему. Я понимала, что этот грифон не причинит мне вреда, но психика считала иначе. — Посмотрим… Вот эта! — Грифон вспорхнул в воздух и снял с крючков одну из них. После чего аккуратно приземлился на задние лапы. — Попробуйте, как она вам лежит? Я взяла у него инструмент. Тяжёлая. Скрипку обязательно надо «примерить» на себе: каждая скрипка в той или иной мере уникальна, и музыкант должен подобрать инструмент так, чтобы он был ему удобен. Я вложила её на правое плечо со стороны груди, обхватила, как смогла, гриф, и постаралась смычком сыграть простую мелодию. Получилось так себе. Мне было неудобно зажимать гриф, да и её корпус мешал мне наклонять скрипку, что было очень важно при игре на таком инструменте, отчего простая мелодия скатилась в «какофонию звуков», как сказала бы одна из моих прошлых преподавательниц музыки. Или это я совсем разучилась играть? — Нет, не то. Вам явно неудобно. Позвольте? — Грифон аккуратно забрал её и вернул на место, после чего снова стал метаться по воздуху, перелетая от скрипки к скрипке. Спустя некоторое время он негромко щёлкнул клювом. — А если эта? — Он снял другую и подал её мне. Эта же, наоборот, оказалась лёгкой. Но теперь я сразу же обхватом перекрывала весь гриф. Отчего глушила все струны, а стоило мне сдвинуть копыто, как скрипка начинала скользить у меня в захвате. — Хорошо. Давайте, может, эту? Третья скрипка. Четвёртая. Пятая. Все они были в той или иной степени неудобны мне. Наконец грифон убрал шестой образец и задумался, осматривая с земли стену. — Хм… Наверное, да. Подождите минуту, я сейчас. — Он двинулся в подсобку. Некоторое время оттуда раздавались шорохи и стуки коробок. Наконец продавец вышел с одной коробкой на спине. — Я долго думал, кому может достаться эта скрипка. Прошу, попробуйте! — Грифон открыл коробку, достал оттуда инструмент и протянул его мне. Обхватив её, я поняла, что скрипка лежит идеально. Мне было удобно её держать, двигать копытом, наклоняя её, да и сама она не была столь тяжёлой. Взяв в копыто смычок, я начала играть. Да, это определённо она. Я могла издавать нужные мне звуки, скрипка «слушалась» меня, отвечая ощутимой вибрацией, поэтому я даже сыграла несколько разных мелодий, скользя между растянутыми нотами и резкими проигрышами. — Я смотрю, она определённо вам понравилась, — улыбнулся краями рта грифон, насколько позволял клюв. — Сколько? — спросил Войс. Продавец замялся. Было видно, что он боялся сказать цену. — Ну, это уникальная скрипка, такая пока сделана мной только в одном экземпляре, и она из очень редкого дерева, поэтому и цена… — Сколько? — перебил его принц, повторяя вопрос. — Восемьдесят. Восемьдесят тысяч, — выдохнул грифон. Я вздохнула, услышав такую цифру. Восемьдесят тысяч?! Это очень дорого. Это невероятно дорого! За три сотни тысяч, к примеру, можно было купить хороший двухэтажный дом в Понивилле пять лет назад! Да я в жизни столько не заработаю! Это… Это буквально тринадцать с лишним лет моей прошлой работы, если отдавать все деньги без остатка! — И какое же дерево использовалось? — голос Войса не выражал удивления от такой цены. Напротив, жеребец был заинтересован скрипкой. — Розовое дерево, мой принц. Из леса рядом с Квинстар. — Грифон вдруг неожиданно сжался, опустил голову вниз, словно ожидая, что принц сейчас ударит его. — И струны, судя по всему, из нитей, я угадал? Неплохо, неплохо. Ладно, мы покупаем её. Договор о передаче есть? — Аликорн никак не отреагировал на его слова. Но в разговоре я почувствовала напряжение. Что-то должно было произойти. Грифон закивал головой и поспешил обратно в подсобку, откуда через несколько секунд принёс бланк договора. Войс впервые с того момента, как мы подошли к скрипкам, сдвинулся с места и подошёл к витрине, чтобы заполнить бумагу. — Распишитесь тут, — сказал он, когда заполнил документ предложенным пером. Грифон повернул документ к себе, занёс перо, но вдруг синяя магия с силой прижала лапу к краю витрины. Хозяин магазина испуганно вздохнул, после застонал от боли и перевёл взгляд на жеребца. — Не стоит заниматься изготовлением вещей из контрабандного товара, Сероклюв. Особенно такого. Помимо того, что это дерево было спилено на территории заповедника, который создала лично Селестия, так ещё и не один пони расплатился своей кровью за эту древесину. — Войс с каждой секундой всё сильнее давил на лапу грифона, отчего тот стал прерывисто клекотать от боли. — Мой принц, я больше никогда!.. Никогда не прикоснусь к… Ай! К нему! — чуть ли не кричал он. И вдруг принц отпустил его, развеяв магию. Сероклюв тут же прижал к себе лапу, аккуратно разминая её другой. Жеребец же выражал абсолютное спокойствие. — В течении тридцати полных дней можно будет обратиться в банк для перечисления битсов. Но, думаю, вы это знаете. Спасибо вам за помощь. Мелоди, идём! — Скрипка, лежавшая рядом со мной, аккуратно переместилась в футляр. Магия захлопнула его. Я поспешила за ним.