Лунные Сонаты

— Мелоди? — за завтраком обратился ко мне Орион, сидевший напротив. — Да? — отозвалась я. — Не хочешь сегодня побыть гостьей дома Гринлэнд? Мы с Деймосом, — и он молча кивнул головой, подтверждая слова брата, — приглашаем тебя. Ну, пока нас не утащили на репетиции. Войс, на которого кивнул Орион, нейтрально хмыкнул в ответ. А я на секунду задумалась. Грета снова уйдёт «учиться». Быть ходячей вешалкой для Фрайхарт, при всей нашей дружбе, не очень-то и хотелось. Аликорны снова пропадут. Идея провести день с братьями казалась не такой уж плохой. — С удовольствием, — кивнула я другу. — Прекрасно. Мы хотим направиться прямо после завтрака. Тебе время нужно для чего-то? — спросил тот в ответ. — Не думаю. Я готова, в принципе. — Прекрасно, — тихо хором отозвались братья. Наша группа оказалась в трапезной первой, поэтому, когда пришли Лайна с Арданом, а за ними по очереди и все аликорны, мы слегка затихли. Но втянулись в общий лёгкий разговор про утреннюю стряпню и дела, которые нас ожидали сегодня. Позавтракав, я присоединилась к братьям и, попрощавшись со всеми, вместе с ними вышла из Замка и направилась в город. Их дом, как они сказали, был на Кантерлотской Равнине, поэтому так или иначе из города придётся выйти. Впрочем, долгая прогулка никому никогда не вредила. Большие улицы, маленькие улочки, яркие и пёстрые магазины и всяческие рестораны, салоны красоты и всякое такое — город дышал и жил, местные жители наполняли его, направляясь по своим обыденным делам. Высокие комплексы вычурных зданий и двухэтажные «типичные» постройки медленно проплывали мимо нас, пока мы шли к выходу из города. Завязался разговор о доме братьев, они с упоением стали рассказывать про плантации и как их семья разрослась в плане бизнеса за последние пару лет. И примерно через час неспешной прогулки мы оказались на Кантерлотской Равнине у дома Гринлэндов. — Прошу, миледи! — Орион открыл калитку и пропустил меня первой. Из небольшой будки у входа вышел пони и направился было к нам, но увидел братьев, кивнул и вернулся обратно. Охрана, серьёзно? Прямая дорога вела к большому трёхэтажному дому. К огромному дому, с десятками окон на каждом этаже. Такие дома содержать могут лишь действительно богатые семьи, которые занимаются огромным семейным бизнесом и живут все вместе. А обычные пони разбегаются от семьи в другие дома и даже города, начиная свою, отдельную от родителей жизнь. Впрочем, судя по тому, как много времени братья проводят в Понивилле, они являются неким исключением. Слева и справа были частые ряды небольших грядок. Было заметно, что совсем недавно на них рос чай — то тут, то там лежали кучки голых зелёных веточек, которые не успели убрать после сбора урожая листьев. Я догадывалась, что увидела далеко не все чайные посевы и где-то рядом должны быть огромные пустые поля, с которых уже всё собрали. Этими мыслями я поделилась с Деймосом, который шёл справа от меня. — Да, буквально триста метров за домом. Их прекрасно видно из окон. Ну, с той стороны, — подтвердил он мою догадку. — Но здесь растёт всего процентов десять от всей нашей продукции. Мы едва успели подойти к лестнице у входа, как дверь открылась и к нам вышел тёмно-красный пегас. — А я вас жду, ребят! О, а вот и обещанная гостья! — он приблизился ко мне, протягивая копыто в приветливом жесте. Жеребец улыбался, но не наигранной и широкой улыбкой, а спокойной, уверенной и доброй. — Разрешите представиться, я Чарльз Гринлэнд. Нынешний директор семейной компании «Гринлэнд» и отец этих двух сорванцов. — Мелоди Гленн. Очень приятно, — я цокнулась в ответ и улыбнулась ему. Чарльз сразу же пригласил нас пройти в дом. Дом изнутри выглядел так же, как и снаружи — дорого. Строгий кантерлотский кабинетный стиль, даже чуточку старомодный, много красивой деревянной мебели в виде тумбочек, журнальных столиков и шкафов со стенками, заполненными книгами. Множество всякого декора, дополнявшего общий вид этого места. Тёплое освещение, делавшее это огромное место уютным. Лакированный деревянный пол, в котором, если постараться, можно было разглядеть своё отражение до мелочей — настолько тщательно он был отполирован. И дом кипел жизнью. Мимо ходили, мелькали в открытых дверных проёмах пони, много пони, не ожидаешь увидеть столько сразу в доме. Они о чём-то говорили, что-то обсуждали, куда-то спешили. Те, кто заметил нас, направились к нам для приветствия. — Доброго денька, салаги. Оу, миледи, доброго дня! Рады видеть вас в нашем доме! — подошёл к нам взрослый земной жеребец, очень похожий на Чарльза, только чуточку светлее, и грива у него была не чёрная, а шоколадного цвета. — Привет, дядь, давно не виделись! — Орион и Деймос вышли вперёд, чтобы цокнуться с дядей. После чего тот приблизился ко мне. — Милейшая, позвольте узнать ваше имя? И позвольте представиться, Райли Гринлэнд! — он протянул ко мне копыто, расплывшись в фирменной широкой улыбке. — М-мелоди Гленн, — я на мгновение запнулась и, чтобы не растеряться, уверенно цокнулась в ответ. — Оу, та самая Мелоди? Мои племянники пару раз говорили, что вы обладаете уникальным даром. Дескать, можете копировать подчистую голоса других пони! — в отличие от Чарльза, Райли специально говорил насыщенными интонациями фразами, словно выступал перед публикой. Что я и скопировала, рассказав его голосом «о прекрасной погоде за окном и о наступающих праздниках». — Воу! Воистину, племянники были правы! Во имя Селестии, я словно перед зеркалом поговорил. Даже немного не верится, — восхитился он. Повисла небольшая пауза, но через пару мгновений Райли обратился к Чарльзу: — Слушай, будет время — я там отчёты и сметы сделал о поездке к якам. Ты даже не представляешь, как они выращивают под снегом их крепчайший чай! — Вечером, ладно? Видит Луна, я очень хотел бы этот денёк отдохнуть от дел. Тем более, что мы почти всё собрали и часть уже пустили на рынок, — чуточку жалостливым голосом ответил Чарльз. — Как скажешь. Ну, а я тогда пойду. Рад знакомству с вами, милейшая Гленн! — напоследок Райли даже сделал совсем короткий поклон в мою сторону и поспешил куда-то в дом. Две молодые кобылки, чуть старше меня, стоявшие и ожидавшие своей очереди неподалёку, приблизились к нам. — Рады приветствовать вас в доме Гринлэндов, Мелоди Гленн. Я Эмили, а это Мия. Дядя Чарльз, можно отвлечь на несколько минут? Мия буквально недавно вернулась из Кантерлота с новым официальным заказом… — Хорошо, конечно, — Чарльз мягко перебил Эмили, вскинув копыто к груди и махнув им. После чего обратился к своим сыновьям: — Ребят, отведите нашу гостью в зал отдыха. И попросите прислугу заварить нового чёрного чая. Клянусь своим языком, эксперимент удался! Угукнув в ответ, братья позвали меня пройти вместе с ними. Мы направились вглубь дома. — Забавно, правда? — спросил у меня Орион. Я растерянно и кратко промычала в ответ. — Ну, у нашего дяди родились две сестрёнки, а у его брата — мы, — уточнил за него Деймос. И вправду. Забавно вышло. Я хмыкнула. Эмили и Мия были куда светлее, чем другие Гринлэнд, которых я встретила, но походили друг на друга, как сестрёнки. До этого я допёрла только сейчас, настолько я растерялась от темперамента Райли. Мы поднялись по лестнице на второй этаж и зашли в третью дверь слева, оказавшись… в просторном зале. Строгий стиль здесь потерял свою власть, помещение приятно пестрило сочными и мягкими красками зелёной палитры. А три стеклянных столика с декоративными узорами на них и мягкие зелёные кресла рядом с каждым столом гармонично вписывались в дизайн. И чем больше я осматривала комнату, тем больше замечала нового. Два дивана, книжный шкаф, несколько горшков с разными растениями тут и там. Большие окна, из которых лился яркий солнечный свет. Старомодный музыкальный аппарат, на небольшой тумбочке с другой стороны — солидный граммофон. Действительно, полноценный зал отдыха. От комнаты веяло расслабленностью и спокойствием, так всё в ней было гармонично. — Мел, не зависай. — Братья уже сели за стол, а Деймос положил копыто на пустое кресло, приглашая сесть рядом с ним. Я поспешила занять предложенное место. Буквально через пару десятков секунд к нам зашла прислуга. Обычная кобылка в форме горничной, с серой шёрсткой и соломенного цвета гривой, спрятанной под чепчиком. Непритязательная, совсем как я. — Добрый день, уважаемые господа. Меня зовут Нейла, — представилась она. — Добрый. Нейла, будь добра, организуй нам чаепитие на четверых, — заговорил с ней Деймос. — Да, конечно, сэр. Какой сорт чая заварить? — чуточку отрешённо отозвалась кобылка. — Экспериментальный. И… Не знаю, кексики наши на кухне есть? Если есть, будь добра? — Я поняла вас, сэр. Да, кажется, их недавно приготовили. Сию минуту, — она быстро поклонилась и ушла из помещения. Братья переглянулись, словно что-то поняли, и жестами и движениями подтвердили друг другу мысли. — В первую смену вышла, — заговорил Орион. — Вы её раньше не видели? — высказала я свою догадку. — Не только. У нас не обращаются к членам семьи «сэр», «мэм». Мы как-то привыкли к прислуге уважительно относиться, — пояснил Деймос. — И не требуем нас величать никем в разговоре. Да и знаешь… Приятнее, когда садовод душу вкладывает в сад, а не хочет побыстрее отделаться от работы. Дважды приятнее, если с ним можно спокойно посидеть и поговорить ни о чём и он не чувствует себя скованно. Как-то так у нас. Спокойно и дружелюбно. — Не так, как у других, да? — ухмыльнулся Орион. Его брат хмыкнул. — Ты про Дастов? Ничего не говори. Ты сам видел, как на беднягу орали тогда просто ни за что, — Деймос расслабился и откинулся на спинку кресла. Я поступила так же. Кажется, я смогу узнать совершенно случайно немного информации про эту семью… — Да мне кажется, они просто злобу так срывают. Чувствуется, что не всё у них хорошо в бизнесе. Их вечера стали такие… Фальшивые? Они вкладывают туда кучу денег, чтобы показать, что они всё ещё выше всех, но при этом выжимают из вечера максимум пользы и связей. Так надоедать просто так нельзя! — Орион замолчал. Надо попробовать продлить диалог! — Я, честно говоря, далека от этих вечеров и всего такого. Можете рассказать, о чём вы? — аккуратно вклинилась я. — Да… — задумчиво протянул Деймос, явно собираясь с мыслями, — Ну, как тебе сказать. Богатые семьи, которые служат Замку и ухаживают за своими регионами, начнём, так сказать, с основ, любят собирать вечера такие праздничные. Цель этих сборов ясна — новые связи, взаимовыгодные предложения в приятной обстановке под небольшой градус алкоголя, да и в принципе глаза снова помозолить друг другу. Дома семей порой находятся далеко от регионов, не всегда пони могут даже при желании встретиться, мы тому пример. У нас мама и тётя тусуются большую часть времени у джунглей в нашем регионе, Биламере, уже третий год, сидят там, выращивают основной оборот нашего чая и регион развивают. Пока их жеребцы тут решают проблемы непосредственно с бизнесом и Замком. Селестия же не только помогает нам, но и иногда мешает, не давая расти слишком резко и позволяя другим с нами конкурировать. Мудро для Эквестрии и головная боль для нас. Вот мы и крутимся, как и все семьи, где что быстрее и как с кем договориться, чтобы где-то что. Ну, ты поняла. — Да, поняла. А у Дастов что-то не так? — продолжила я. — Честно говоря, Дасты не наш профиль. Мы больше знаем про семьи, которые занимаются чаем и всяким таким. Лонгвэй там, Теадарки, это те, кто занимаются элитными чаями. Эти, как их… Гербы, во, кто на травяных в основном. Вот про них и других таких можем рассказать подробнее. Но Дасты же у нас золотодобывающие, мы мало общаемся с такими, — подхватил Орион. — Но тем не менее, — продолжил Деймос, — на их приёмах вот чувствуется, что они пускают свою золотую пыль в глаза и одновременно прям навязываются на общение с гостями. Обычно всё как-то немного непринуждённо, потому что серьёзные дела заключаются при личной встрече, а там только начинаются договорённости. Но они лезут всем семейством к каждому, от кого у них может быть выгода. В любой диалог, без капельки такта. Так не принято себя вести в высшем обществе. А они себя ведут, ко всему прочему, так, словно говорят: «Слушай, мы такая богатая семья, ты чувствуешь, какой шикарный вечер мы тут устроили? Чуешь, что у нас столько золота в виде битсов, что мы можем себе позволить себе такие вечера хоть каждый день подряд? Чуешь? Прекрасно! А скидочку на чай нам можно? Ну пожалуйста!». Орион хихикнул над пародией брата. И продолжил разговор дальше. — Да не словно, спрашивали же у нас. Так льстили, так говорили, что наш чай любят, а у самих из чайников сквозит Лонгвэем. Но вечера у них и вправду отпадные, наша семья много раз подумает, прежде чем такой замутить. И едва Орион договорил, как дверь открылась. Это был Чарльз. — О чём болтаем, молодёжь? — он расположился в свободном кресле. — Дастам косточки перемываем, — ответил отцу Деймос. — Это дело знатное. Не люблю Дастов, честно говоря. Но пусть это останется между нами! — жеребец вскинул копыта к груди и помахал ими, усиливая полушутливую интонацию. И через несколько мгновений дверь снова открылась. Это была та служанка, на спине она несла поднос с чайником, чашками и объёмной корзинкой с выпечкой. Она дошла до нас, аккуратно сняла копытом и зубами со спины поднос и поставила его на стол. — К слову говоря, они вроде как устраивают вечер, и представьте себе, нас никого не пригласили! Это даже немно… Чарльза прервал звон посуды. Горничная наливала горячий напиток в чашки и случайно опрокинула вторую, разлив чай по столу. Все непроизвольно обратили внимание на неё. Она потеряла ранее созданный отстранённый вид и на мгновение испугалась и растерялась. Но потом залезла в нагрудный карман, достала оттуда тряпку и кинулась вытирать свою оплошность. Только на волне испуга и нервов она оторвала оба передних копыта от земли, отчего, конечно же, потеряла равновесие и пошатнулась вперёд. В попытках сохранить его она машинально поставила копыто на стол и задела первую чашку с горячим чаем. Кипяток ошпарил кобылку, и она рефлекторно дёрнулась, отправив чашечку в краткий полёт к краю стола. Сделав пол-оборота, посуда упала на пол и разбилась. — Чшш, чшш, Нейла, спокойнее, — Чарльз спохватился первым. Он спрыгнул с кресла, взял пока что сухую тряпку и накрыл ею копыто ошарашенной кобылки. Тряпка впитала в себя большую часть с шёрстки, и через пару секунд он снял её и бросил на стол в сторону лужи. — Не обожглась? — спросил он у горничной. Та была испугана, ожидая, что её начнут ругать. — Н-нет, вроде нет. П-простите меня, я, я не х-хотела, я сейчас всё уберу, и… — горничная поспешила вытирать чай, но Чарльз вскинул копыто, преграждая ей путь. — Тише. Мы всё уберём. Позови сюда другую горничную, скажи, что мы разлили чай и чашку уронили. И сходи в комнату медпункта. Под шерстью ожоги не видны, да и не сразу вылезают. — П-простите меня! — в её голосе начали пробиваться нотки истерики. — Я-я-я честно о-отработаю! Т-только не увольняйте… — Кого отработаешь? — спросил он у неё, подавшись вперёд. Нейла нервно мотнула висящей в воздухе ногой в сторону осколков. — А-а, чашку? Он обошёл горничную и подошёл к осколкам, начав небрежно двигать в них копытом, словно ища что-то. — П-п-пожалуйста, не выгоняйте меня, — жалобно запричитала кобылка. — Вычете с зарплаты её с-стоимость. — О, несомненно, — голос жеребца стал задумчивым. — Ты даже не представляешь, сколько времени тебе придётся отрабатывать эту уникальную, невероятно дорогую посуду. Эх-х, фарфор, ручная работа, да ещё и от мастера. Такой сервант убила! Нейла прижала ушки к голове и вздрагивала почти на каждом слове, сжимаясь, словно её били. Затем вдруг шмыгнула носом. — Знаешь, сколько тебе придётся отдать денег? — Чарльз поднял осколок с пола, подкинул его на копыте и пригляделся к чему-то, что было на нём. Горничная мрачно промолчала. — Смотри, тут даже написано, — жеребец подошёл и показал ей то, что рассматривал сам. Через несколько секунд кобылка смутилась, а затем на её мордочке появилось недоверие. — Это… — протянула она. — Это самая обычная чашка? — Ну, разумеется, — Чарльз расплылся в улыбке. — Ты, кстати, не от Дастов сбежала к нам работать? Это обычно у них там дорогая посуда. А мы больше за практичность. Ты только представь, сколько в нашем доме используется посуды. Неужели ты думаешь, что ничего не разбивали? — Я… Простите, — расслабленно выдохнула кобылка. — Иди позови любую горничную, скажи, что мы разлили чай и разбили чашку эту злосчастную. Потом в медпункт. Не хватало ещё, чтобы ты в первый день с ожогами ходила. — повторился жеребец. — Спасибо вам большое, — Нейла закивала ему, и вышла из комнаты на трёх копытах, держа ошпаренное на весу. Чарльз цокнул, когда дверь закрылась. — Новички. Придумают тут, что все богачи мрази, и начинают бояться дышать рядом с нами. Ну случилась такая беда, зачем так убиваться-то? — посетовал он. Через минуту зашли две горничных. Одна из них, единорожка, несла в магическом поле небольшое ведёрко с водой, тряпки, щётку и совок. Чарльз перехватил тряпки и кинул в сторону Ориона и Деймоса. — Что расселись? Вытираем. Или вы перед гостьей красуетесь? — обратился он к своим сыновьям. Братья соскочили со своих мест и поспешили вытереть этот злосчастный чай вместе с прислугой и отцом, оставив меня затихшим и ошалевшим зрителем этой странной сцены. Вскоре стол был просто слегка влажным от воды, а оплошность ликвидирована. — Ладно. Мелоди, прошу простить за такой форс-мажор. Давайте вернёмся к чаепитию, — теперь сам Чарльз стал разливать чай заново. Братья неспешно вернулись на свои места, Деймос перехватил для меня чашку, так как я сидела дальше всех, и поставил рядом со мной. Я поблагодарила его. Наконец-то, все спокойно заняли свои места. Я подняла к себе чай копытокинезом. Принюхалась. Великолепно. Запахом похож на тот, что есть в Дубе. Но всё же немного другой. Сделала небольшой глоток. Всё ещё обжигающе горячий, но и я отпила совсем мало. Вкусный. Чуть более терпкий и крепкий, и я чувствовала посторонний привкус. Он дополнял напиток и не был противным, но я не могла понять, что это за вкус. Чарльз смотрел на меня с неким ожиданием. Я заметила это, и жеребец тоже понял, что я вижу его интерес ко мне. — Позвольте поинтересоваться, как вам мой эксперимент на вкус? — спросил он, мягко улыбнувшись. Я призадумалась, собираясь с мыслями. — Ну… Не могу точно сказать, но похожее я пила в Золотом Дубе. Но этот крепче. И есть какой-то привкус… Но вкусный. Очень, правда, мне нравится, — наконец выдала я свою оценку. Чарльз удовлетворённо хмыкнул. — Да, младшая династия периодически приходит к нам сюда за новыми видами чая, к нашей же радости. Такие милые ребята, честно говоря. А привкус — это сортовая особенность, мы селекционировали его. Так что вы меня успокоили и порадовали, Мелоди. Честно говоря, я боялся, что не потерявшему свежесть вкуса пони этот чай покажется на вкус как вода после тряпки половой! — братья тихо цокнули языками и хихикнули в ответ на фразу отца, словно вспомнив что-то своё, семейное. — Ни в коем случае. Чай очень вкусный, — повторила я, пригубив горячий напиток. — Радует, радует. Кстати, вы говорили про Золотой Дуб? Прошу прощения за такое любопытство, а не та ли вы Мелоди, из-за которой Понивилль на ушах стоял? — продолжил Чарльз. Я внутренне поёжилась от неудобного вопроса. Две недели город действительно был на ушах. Много стражи, много слухов, много догадок. И братья, конечно же, немного проговорились своему папе. — Можно и так сказать, — слабо протянула я. — Можно… — повторил за мной жеребец, а затем перевёл тему в другое русло. — Вы ещё, получается, и певица в группе принца Войса? Деймос нахваливал ваш талант. — Ты не представляешь, как часто ей говорят про этот талант, пап, — усмехнулся Деймос. — Принц Войс, конечно же, собирает в свою группу талантливых пони. Только всё никак не пойму, что вы там делаете? — скрыв ухмылку за чашечкой, сказал Чарльз своим сыновьям. — Ну па! Нормально же общались, ну что ты? — со смешком отозвался Орион. — Да люблю я вас, люблю. Играйте на гитарах своих, если умеете, — он отодвинул чашку от морды, расплывшись в ехидной улыбке. В дальнейшем разговор был спокойным и непринуждённым. Мы обсудили совсем простые и бытовые темы для пони, поговорили о чае и о премудростях его производства. Чарльз пригласил прогуляться до ближайших полей, и, ещё немного посидев в доме, мы отправились на улицу.