Dakishimete

      Время подходило к назначенному Огавой часу, что сейчас стояла возле окна на первом этаже, думая о чем-то своём. А именно: как она вообще умудрилась сделать самую глупую вещь в истории человечества и остаться в живых после всего произошедшего? Может и Фукусима будет аплодировать стоя, вытирая выступившую слезу, когда услышит полную историю её сегодняшнего провала.       И где были её мозги в тот мом... – Огава-сэм-мпа-а-ай! – Умеко вздрогнула, когда кто-то, наклонившись, оказался на одном уровне с её лицом, весело поздоровавшись прямо над ухом. Девушка тут же обернулась, надеясь в глубине души, что он просто ошибся именем... и самим человеком, естественно.       Перед ней стоял Гошики. Парень, который незаметно подошёл сзади, прервав её от важного дела - думать о чем-то своём, краснея без причины, стоял сейчас с такой слащавой лыбой, словно смотрел на предмет своего воздыхания.       Эм, что? Он же перед Огавой стоит. – Гошики-кун? – второгодка внезапно вспомнила, что его сокомандники практически всегда обращаются к нему по имени, поэтому называть его по фамилии так... необычно? Притом, что знакомы они даже не месяц, не неделю, а, скорее, день. Она просто не привыкла, это же очевидно. – Огава-сэмпай, а что Вы здесь делаете? – а ещё больше непривычней то, что Тсутому обращается к ней так уважительно. Он, такая высокая гора (тут Умеко задумалась, почему первогодки очень высокие), обращается к ней - низкой и еле заметной, используя слишком уважительную форму. А ей слишком неловко от того, что приходится разговаривать с ним, как с младшим братом. Да, общаться с этим парнем не так-то просто. – Гошики-кун, может... не надо меня так называть? – Как? – первогодка склонил голову на бок, непонимающим взглядом смотря в янтарные глаза.       Он что, серьёзно? – Я имею в виду... Слишком формально?       Тут-то Тсутому уставился в одну точку. Прошло две, пять, восемь секунд... Огава помахала перед его лицом. Парень отреагировал, опустив взгляд на пол, и почему-то покраснел. – Хотите сказать... Чтобы я называл вас... Умеко-сэмпай? – темноволосый вспыхнул ещё больше, как только произнёс имя девушки. А теперь уже второгодка уставилась в одну точку, в следующую секунду присоединившись к Гошики, покраснев до самых ушей. – Нет-нет, я не про это! – замахала руками краснющая Умеко. Это так неловко: чувствовать посторонние взгляды окружающих в данный момент. Наверное, со стороны это выглядит немного глуповато. – Я, похоже, понял, – рассеянно улыбнулся Тсутому, почесав затылок, – и это ты меня извини, Огава-сан?       Черноволосая замерла на месте. Никаких подколов или неловкого молчания не последовало. Гошики понял её, даже если Огава и не начала объяснять. – Извини, что напугал при нашей последней встрече. Ты ушла, а я ведь не договорил, – Умеко отвела взгляд, вспомнив, что намеренно спряталась, пытаясь убежать от него (ну а что? Уж слишком эмоциональным он был в тот раз, ей нужно было скрыться в укрытии), – и на самом деле... Я хотел тебе кое-что сказать...       В очередной раз девушка застыла на месте. Сердце будто пропустило пару ударов. Что хочет от неё Гошики? Он её совсем не знает, откуда у него такая заинтересованность? А может это и вовсе не интерес? Если он скажет ей что-то странное или обидное, грубое?       Никогда не знаешь, чего ожидать от малознакомых людей...       Школьные часы, что были видны позади юноши, шли с ещё меньшей скоростью после этих слов, а сам первогодка стоял на месте, смотря на пол, заметно нервничая. – Гошики-кун? – решила осторожно позвать его черноволосая, лицо которой стало ещё расстерянней, после того как ответа не последовало. – Огава-сан, – чудо, кажется, всё же свершилось, – я... Я-я?... – Хотел бы... С тобой... ???       Что-то это всё подозрительно.       И вот, последнее слово, которое почти слетело с его уст, однако Гошики так безобразно перебивают, крича откуда-то издали, чей крик слышится на всю школу, а громкие шаги становятся всё ближе. – А ну отошёл от неё быстра-А-а-А!       Двое пар глаз смотрят на того, кто с устрашающей аурой бежал прямо на первогодку, уже приготовившись дать тому пару качественных тумаков, но увидев, что это тот самый Гошики Тсутому, останавливается, недоуменно смотря на этих двоих, а затем только на парня. – Ты-ы?! – Фукусима указывает пальцем на волейболиста, не парясь, что на неё сейчас смотрят пару десятков учеников и перевела взгляд на черноволосую, – а ты что здесь делаешь?.. с ним.       Огава решила действовать быстро и решительно: высказать всё в своей голове, ожидая, пока остальные выслушают и одобрительно покивают головой. Но... перед ней стоит всё та же Мейзуми, прожигая её взглядом. В отличии от Умеко, что стоит со своим привычным лицом "что-происходит", мысли светловолосой можно легко прочитать. Примерно: Ну и? Тебе придётся всё мне объяснить, милочка, иначе тебя сегодня ждёт долгий расспрос, что за шашни у тебя с каким-то высоким парнишей, который, ко всему прочему, младше тебя. – Фукусима, я... – без понятия, что хочет от меня этот парень, сказала бы Огава, но в присутствии "этого парня" как-то неудобно. В надежде свалить на другого все объяснения, она посмотрела на Гошики. Темноволосый сделал тоже самое. Затем глянул на Фукусиму. Кажется, вспотел. Опять на Умеко. Помялся немного, и неожиданно схватил Огаву за запястье, быстрым шагом, практически бегом направляясь в противоположную сторону. – Э? А ну вернись! – крикнула светловолосая и обратилась к Огаве, – предательница, как ты могла?!       Умеко могла бы остановиться и объяснить всё подруге, но опочему-то ей захотелось послушать этого странноватого (но выглядит достаточно мило, успела заметить девушка) юношу. Ну а что, они похожи - оба тупят на важных моментах. Поэтому желание послушать похожего на неё (хоть и капельку) становилось всё сильнее. Посмотрев на Мейзуми, второгодка, пытаясь не споткнуться о собственную ногу, предупредила: – Я ненадолго.       Фукусима замерла на месте, молча наблюдая, как подруга смотрит на неё иным взглядом, а затем отворачивается, догоняя Гошики. Взгляд, несвойственный ей. Неужели она к чему-то проявила интерес? К кому-то? Может быть, третьегодка и была бы рада за неё, так как всё время хотела, чтобы её близкая подруга расширила свой круг общения, но сейчас светловолосая чувствовала лишь тяжесть где-то в области груди. Что это? Она же сейчас, по идее, должна быть выть от счастья,       Но...       А может это из-за того, что уводит её Тсутому? А кто тогда должен? ...крашеный? (а он где вообще ходит?)       Нет, даже не из-за них. Слишком поощряя её общаться с другими, Фукусима рисковала потерять близкие отношения с Умеко. Наблюдая за тем, как она уходит, становилось непривычно пусто. Может ли случиться так, что она начнёт тесно общаться с другими, забывая про неё? ***       Огава, еле успевая за первогодкой, ловила на себе взгляды проходивших мимо зевак, смущаясь от такого внимания. Как бы... а что такого? Интересно же. Однако это до жути непривычно для неё. Тсутому, видимо, хотел поговорить наедине, но всё еще куда-то шёл, хотя они отошли от Фукусимы на приличное расстояние. Его рука крепко сжимала запястье второгодки, даже через кофту хватка была чересчур сильной. – Куда ты меня ведёшь? – осторожно задала вопрос черноволосая, ведь не каждый день ей приходится сталкиваться вот с такими людьми, от который ожидать можно что угодно. А парень, конечно же, промолчал. Тогда Умеко решила тоже тихо молчать в воображаемую тряпочку и активно изучать взглядом не очень белоснежный пол.       Тсутому остановился где-то через минуту, возле стены, где висели различные объявления и типичные "мотивирующие" плакаты а-ля "долой лениться - давайте учиться!", на которые обычно никто не обращал внимание. Но речь вовсе не об этом. Первогодка, к счастью, отпустил руку Огавы и перестал пялиться на пол, как это делала девушка некоторое время назад. Гошики набрал воздух и... – Огава-сэмпай, приходите на наш матч! – ...неожиданно, поклонившись, закричал. Люди поблизости вроде не услышали.       Не, ну волнуется человек, с кем не бывает. – Кхем... Ты только поэтому меня сюда привёл? – Гошики выпрямился как струнка, смотря на сэмпая так, словно он сейчас на важном допросе, от которого зависит его жизнь. – На самом деле нет... – почесал затылок парень, опять из-за чего-то смутившись, и отвел взгляд, – я надеялся, что ты будешь приходить к нам чаще. – Эм? – Ну, к нам... Чаще... – Гошики измученно скривился, – я увидел тебя впервые, когда ты пришла к нам в зал и в тебя полетел мяч, а потом я заметил тебя на улице с Семи-саном, и это было очень неожиданно! Но дело совсем не в этом, – а может и отчасти в этом, – приходи на нашу игру, пожалуйста. Ах да, и с... Фукусимой-сан? Так же её вроде зовут?       Гошики никогда не приходилось настолько сильно краснеть, предлагая девушке прийти на их игру. Конечно, одноклассницам он говорил, но в таких случаях они сами расспрашивали. Ему впервые приходится предлагать ей, которая старше его на год, прийти как-нибудь на матч. Единственное, что его воодушевляло - это то, что все будут удивлены, а особенно Семи. – Гошики-кун, а ты странный, – подтвердила свои мысли вслух черноволосая, на лице которой появилась растерянная улыбка, – мог бы нам с Фукусимой сказать ещё на том месте... Я поговорю с ней. Наверное, мы придем. – Да? – и вновь эти глаза с искорками надежды и наивности. – Да... Надеюсь.       Так и остались они вдвоём стоять на месте, каждый с разным, но похожим лицом: у одного всё светится от счастья, а у другой... всё также - сконфуженная мина. В итоге никто из них не смог развеять это неудобное молчание, поэтому первым набрался решительности Тсутому: – Так значит... поговорить? – парень, получив кивок со стороны собеседника, вспомнил ту темную ауру её подруги, когда они в последний раз встречались. И как бы он не успокаивал себя, неприятный холодок всё-таки пробежал по спине. Ох уж эта третьегодка... Вроде милашка, а внутри такая вредная. – Тебе не о чём беспокоиться. « – И как эти две личности могут дружить?» – на самом деле, Огава бы и сама хотела узнать ответ на этот вопрос. – Что ж, тогда увидимся? – и опять кивок со стороны черноволосой. Гошики помахал рукой и, развернувшись, пошёл в другую сторону, иногда оборачиваясь, проверяя, не ушла ли ещё Умеко.       Проблемы потихоньку начинали отходить от девушки... как ей тогда показалось на мгновение. Не успела она спокойно и вздохнуть, как тут же в голове всплыли недавние воспоминания... Хах, кажется, кому-то несладко придётся. ***       Пришлось идти. Идти на встречу к той, что сейчас стояла с самым обиженным и недовольным лицом, облакотившись на локоть, смотрела в окно и стучала пальцем по подоконнику. Огава подумала, что надо бы извиниться перед подругой за то, что так некрасиво поступила, бросила, когда сама её звала поговорить. – Фукусима, я... – третьегодка кинула на неё фальшивый и тщательно скрываемый равнодушный взгляд, – извини, что ушла. Ты обиделась? – молчание. Значит обиделась.       Черноволосая тихо вздохнула и стесненно завела руки за спину. Такие случаи бывали, но чтобы вновь вернуть подругу в нормальное состояние, приходилось идти на жертвы. И порой не совсем лёгкие. Совет первый: оправдание объяснение. – Тут такое дело... Гошики-кун хотел пригласить нас на их игру... А при тебе он, как бы сказать... кхм, ну, не осмелился, – а вот последнее было лишним. Явно лишним. Светловолосая раздражённо цыкнула. Ситуация становится критичнее. Совет второй: заманчивое предложение. – В принципе, я могу пойти на их матч, хотя ты бы зна-а-ала, как мне не хочется, – намекает школьница на её смелые жертвы ради подруги, – ты пойдёшь?... Там Ушиджима-сан будет, – ой, кажется, сработало. Но не слишком ли уверенно сказано? А вдруг он не придёт? Однако Фукусиму уже как-будто подменили - взгляд стал заинтересованным, и лицо уже не напоминало грозовые тучи. – Пойдёшь, говоришь, – хмыкнула Мейзуми, хитрым взглядом посмотрев на побледневшую Умеко. Зря она это затеяла... – Н-ну, ч-что не сделаешь ради такой подруги, как ты. – У-у-у, какая ты милашка, Огава-чан, – Фукусима полностью растаяла от таких слов и подлетела к черноволосой, повиснув на её шее, и после того, как она её чуть не задушила, вновь встала ровно, смотря в лицо подруге, – только до того, как ты переключишься на мальчиков, я тебе вот что скажу... – кхе-кхем, что, простите? – не оставляй меня до конца своей жизни, ведь я... я... Ценный советчик! Да! У меня много о-о-опыта, я могу разрулить любую ситуацию, Огава-чан, слышишь? Положись на меня, окэ? – Звучит как жалкое оправдание... Ты что-то сделала и не хочешь сознаваться? – Умеко склонила голову на бок. – Да нет же! Как же ты не понимаешь... Почему до тебя никак не дойдёт? – Может, потому что ты не сказала, в чем проблема?       Мейзуми, зажмурив глаза и вздохнув побольше кислорода, вцепилась в плечи второгодки и выдала: – Если ты с кем-то начнешь общаться, не забывай про меня, Огава-чан!! Я не хочу оставаться одно-ой, – голова светловолосой опустилась на плечо ошарашенной Умеко и Фукусима откровенно принялась хныкать, как маленький ребёнок. – Ну всё-всё, успокойся, на тебя люди смотрят... Но, кстати... У меня и мысли не было, что я найду тебе какую-либо замену. Ты хороший человек, Фукусима. Ты часто помогаешь мне в трудных ситуациях... Помнишь, в прошлом году в столовке я врезалась в какого-то старшеклассника и его еда оказалась на моей блузке? Ты тогда мне одолжила свою спортивную форму. А ещё я тогда не знала свой класс, и случайно занималась не с теми ребятами на физкультуре почти весь урок. Всё время думала: почему они на меня так странно смотрят? Повезло, что это был твой класс, хотя ты сама опоздала. Ты ещё тогда надо мной долго смеялась.       Третьегодка усмехнулась, оставаясь в таком же положении. Да, за прошлый год случалось много чего интересного. Огава была на первом году обучения, поэтому Мейзуми приходилось за ней присматривать, несмотря на то, что она стала вице-президентом и часто была занята. – Кстати, о чём ты там хотела поговорить?