На дне картонной коробки

      - Мам, мне пора. Извини, но я опаздываю на автобус.       - Сынок, прости, что ничем тебе не помогаю. Мне так жаль, - женщина обнимает молодого парня, слегка приподнимаясь на носочках.       - Ма, перестань, так сложились обстоятельства. Не думай об этом, береги себя и папу. Я пошёл, - парень крепко обнимает льнущую к нему женщину, слегка склоняясь, чтобы ей было удобнее.        - И ты береги себя, прости нас, сынок, - в глазах светловолосой дамы стоят слезы, готовые вот-вот пролиться из потускневших глаз.       Сердце паренька сжимается от тоски и сочувствия, когда он видит ее такой уставшей и обвиняющей себя. Каждый раз, покидая этот дом, он чувствует себя подавленным и разбитым.       Так было не всегда. Когда-то здесь было светло, уютно и очень хорошо, но три года назад все круто поменялось. Из светлого и тёплого, дом родителей Майкла превратился в унылое холодное жилище, из которого всегда хотелось сбежать.       Все вокруг было наполнено отчаяньем и скорбью, которые окружали семейство Фостер. Отсутствие денег чувствовалось в каждой детали интерьера: начиная со скромного набора продуктов в холодильнике, заканчивая минимальным набором самых дешёвых гигиенических принадлежностей.

***

      - Итак, Майкл Фостер, ты хочешь устроиться к нам на подработку?       Весьма габаритный мужчина, с сальным лицом и маленькими глазками, внимательно изучал человека стоящего перед ним. Его крысиные глаза скользили по фигуре и лицу молодого парня, словно помечая все плюсы и минусы, сканируя чужое тело. Было такое чувство, что даже его внутренности сейчас перебирают эти потные толстые пальцы, жмут, вертят и подкидывают, проверяя на прочность и равность пропорций.       И судя по его довольной ухмылке, то, что он видел, ему нравилось: высокий, светловолосый красавец с небесно-голубыми глазами, весьма стройной, но подтянутой фигурой, явно кричащей, что ее владелец не пренебрегает спортзалом, длинные ноги, узкие бедра и не слишком широкие плечи, тем не менее, внушающие уважение. Одним словом загляденье, и это неоспоримый факт.       - Да, сэр, - кивнул мальчишка. - Мне бы очень хотелось работать у вас.       - Хорошо, - мужчина ухмыльнулся и, откинувшись в кресле, сложил руки в замок, подпирая разом все свои подбородки. - Можешь приступать с завтрашнего дня, зарплату ты знаешь, график с 9 вечера до 2-х ночи, 3 раза в неделю, плюс по необходимости нужно будет обслуживать банкеты. К нам часто обращаются ВАЖНЫЕ клиенты, которые ценят наш ресторан за отменную кухню и высококлассный персонал. Ты не просто официант, ты лицо заведения, запомни это. Малейший недочёт с твоей стороны, и вылетишь отсюда со скоростью пробки от шампанского. Понятно?       - Хорошо, сэр, я понял, - снова подал голос блондин. - Я могу идти? - Майкл уже томился от общества этого пренеприятнейшего человека, но работа нужна была позарез.       Кроме этого ресторана, он ещё вкалывал разнорабочим и выгульщиком собак. Зарплаты с двух предыдущих мест работы не хватало катастрофически. А тут подвернулась отличная возможность.       Ресторан “Лазурит” был известен на весь город. Все сливки общества кормились именно здесь. Попасть сюда было сложнее, чем на подиум в Милане. Отбор официантов и официанток был невероятно строгий, многие отсеивались, даже не добравшись до кабинета руководителя.       Претендентов, только что с сантиметром не измеряли, подгоняя под какие-то одним им ведомые стандарты. Девушки должны были иметь практически идеальные пропорции, приятную внешность, подтянутую фигуру и ровную улыбку, собственно, как и парни, которые помимо этого, должны были быть ещё и ростом от 170 до 180 см. Так же, каждый работник должен был иметь чёткую речь и уметь молчать, когда это требуется.       Майкл был слегка в шоке от таких требований, но здесь хорошо платили, и он подходил по всем критериям. Парень не мог потерять эту работу, она значительно облегчила бы ему жизнь.       Все деньги заработанные родителями, уходили на погашение коммунальных платежей и содержание жилища в приличном состоянии, остатки тратились на еду и самые необходимые вещи.       Возвращаясь в свою крохотную съёмную студию, все, о чем мечтал Майкл, так это поскорее упасть на кровать и забыться сном. Он давно не ел нормальную пищу, под глазами залегли мешки, а щеки провалились. Но пойдя на собеседование, он воспользовался советом знакомого парикмахера, и слегка замаскировал все лёгким макияжем.       Крохотная квартирка, общей площадью всего 13 кв.м, встретила его холодом и темнотой одиночества. Парень не стал зажигать свет, и на ощупь, пробравшись к столику, включил тусклую настольную лампу.       Узкая кровать, небольшой коврик, два комплекта постельного белья, один из которых был постелен на кровать, а второй сушился в крохотной прихожей, небольшой журнальный столик, пара чашек (хозяйских), несколько тарелок, ложек с вилками и ножами, маленький холодильник в углу возле раковины, отключённый за ненадобностью, поскольку еды в этом доме водилось мало, облезлые обои, которые застали ещё прошлый век. Вот и весь скромный скарб, которым гордо владел блондин.       Приняв душ, Майкл рухнул в кровать, облегчённо выдыхая, и закрыл глаза. Спать хотелось безумно, но через 2 часа нужно было ехать на другой конец города, чтобы выгулять небольшую стаю разномастных псов и получить свои "кровные".       На всякий случай, парень завёл будильник на своём стареньком телефоне и прикрыл тяжелеющие веки.

***

Нет, семья Фостер не всегда жила в такой нищете. Когда-то отец Майкла имел небольшую фирму, занимающуюся мелкими строительными работами, где выступал подрядчиком для крупных компаний. Денег она приносила не слишком много, но достаточно для того, чтобы жить в достатке и считаться близкими к элите маленького города.       У маленького Майки было все, чего он хотел: любые игрушки, велосипеды, приставки и все остальное, что он желал получить. Все мальчики и девочки в округе мечтали быть его другом, а их родители завести знакомство с его семьёй.        Но больше трёх лет назад, когда отец пошёл на поводу у давнего партнёра, вляпался в крупные неприятности. По классике жанра, компаньон сбежал с приличной суммой денег, однако все основные договора были подписаны именно Сэмом Фостером, и по закону отвечать должен был именно он. Все долговые обязательства легли на его маленькую компанию, которая, конечно же, не смогла все это вытянуть, вскоре утонув в бесчисленных нулях на долговых документах.       Бизнес пришлось продать, но даже это не смогло покрыть огромных долгов. Родители Майкла обратились за помощью ко всем своим друзьям и близким знакомым. Однако откликнулись единицы, чья помощь была каплей в море, но сам факт помощи был важен, как моральная поддержка.       Многие, так называемые близкие друзья, просто испарились, избегая любого упоминания о знакомстве с Фостерами. Отворачивались на улице или магазине, делая вид, что не замечают, совсем недавно таких горячо любимых и ценных знакомых.       Мама переживала это острее, чем отец. Все её вчерашние подруги растворились в небытие, словно и не было бесконечных телефонных звонков по вечерам, совместных походов в дорогие магазины, и многочисленных подарков для них из заграничных поездок.       Это конечно банальная история, когда ты слышишь о ней от знакомых или читаешь в книгах. Но вот, когда это происходит с тобой, то действительно оставляет неизгладимый след в душе и рушит веру в человечество, засвечивая в памяти горький осадок продажности людей в этом мире.       Все те, кто когда-то с удовольствием отжигал с тобой, катался на твоей тачке по ночным улицам, пил за твой счёт, хохоча над твоими шутками, в одно мгновение пропадают с горизонта, а при встрече испепеляют взглядом полным презрения, словно ты мерзкий червяк или пупырчатая болотная жаба, к которой противно прикасаться.       Даже тот, кого Майкл считал своим лучшим другом, попросту перестал брать трубку, звать на очередную вечеринку, а при встрече старался поскорее отделаться от бывшего товарища. Джим самолично провозгласил себя лучшим другом Майкла и кружился поблизости, бесконечно восхваляя блондина, который не оспаривал факта близкого общения с Джимом.       Девушка, с которой Майки встречался со средней школы, как только узнала, что ее бойфренд теперь банкрот и не сможет водить ее по полюбившимся магазинам, заваливая покупками, тут же сделала ему ручкой, падая в объятия, все того же пресловутого лучшего друга.       Как оказалось, они уже давно встречались за его спиной, а Майкла использовали для удовлетворения своих финансовых нужд.       Дело не в том, что парень был глуп, просто не зацикливался на мелочах и не копал глубже. Он привык быть в окружении пресмыкающихся людей. Видел это и по отношению к родителям, и к себе. Это стало само собой разумеющейся вещью. Да и не любил он Эн настолько сильно, чтобы страдать по преданным чувствам.       На самом деле, Майкл относился к этому философски. Эта ситуация вполне себе показала, кто окружал его все это время, и как бесцельно он тратил свою жизнь. Выявил весь парад лицемерия, на который способны с виду приличные люди, улыбающиеся тебе изо дня в день.       Семья Фостер оказалась в пагубном состоянии, практически в одиночестве, один на один с кредиторами, жадно потирающими руки в предвкушении, стянуть с главы семьи последнюю рубашку.        Мать устроилась простой продавщицей в продуктовый за углом, отец разнорабочим, а Майкл уехал в более крупный город и пахал, как проклятый, чтобы помочь родным поскорее погасить все ссуды и кредиты, которые брались под залог их небольшого дома.       Он не мог позволить коллекторам заполучить оставшийся островок памяти - скромный коттедж в спальном районе. Отец никогда не перебарщивал с благами, приучая сына к труду с раннего детства, поднимая его с рассветом даже в выходной, таская по стройкам и заставляя физически трудиться. Теперь, Майкл был ему за это безмерно благодарен, оценив все его строгие взгляды и нравоучения.       Вместо того, чтобы учиться, 17-летний парень носился с одной подработки на другую, спал по несколько часов в сутки, иногда даже не ел по 2-3 дня, обходясь буквально водой и хлебом, а порой и вовсе голодая.       После уютной, напичканной всевозможной техникой комнаты в просторном доме, он оказался в конуре, где даже телевизора нет.       Майкл забыл, когда последний раз элементарно смотрел футбол или баскетбол, которые безумно любил, даже последние новости, он узнавал из разговоров с коллегами.        Пришлось забыть обо всем и удариться в работу. Мать переживала, что сын вместо образования, бегает по непонятным местам и работает, как проклятый, но без него, они с отцом понимали, просто не справятся.

***

      Противный пищащий звук будильника, вырвал Майкла из тревожного сна. С тихим стоном, он сполз с кровати и, ссутулившись, направился на выход. Впереди его ждало несколько часов борьбы с неугомонными животными, которые будут словно тряпку, таскать его за собой по улицам и гадить, гадить, гадить... А Майкл, стараясь не думать о дерьме, будет отскребать все это от тротуаров и газонов.       Какое же счастье, что попав в “Лазурит”, Майклу можно будет уволиться с этой собачьей во всех смыслах подработки. Сегодня последний рабочий день, что воодушевляло и смиряло его с предстоящим испытанием.