На дне картонной коробки

      Утро встретило парня, разрывающей болью в висках, и верещащим на всю крохотную комнатку будильником. Сегодня Майкл спал неприлично долго, аж целых 4 часа. Но за двое предыдущих суток, на сон он потратил от силы 5-6 часов. Голова гудела, словно пустой железный чан, во рту пересохло, как в пустыне Сахаре. Было такое чувство, что накануне парень безбожно веселился не ограничиваясь, и теперь страдает жестоким похмельем.       - “Нужно срочно попасть в душ, иначе я развалюсь, как старый поношенный башмак”, - думал блондин, заползая в облезлый железный поддон и откручивая вентиль старого ржавого крана. Тонкие неровные струи, едва тёплой воды, быстро привели парня в надлежащий вид и подняли боевой настрой.       Сегодня у него было много дел: с 6 до 11 он договорился подработать на стройке, разгрузить мешки с песком и сваи. За это обещали неплохо заплатить, хотя в соотношении тяжести такого труда, зарплата была мизерной. Потом у Майкла было 3 часа на то, чтобы заскочить домой, быстро посетить ванную комнату и собраться, чтобы к 14:00 оказаться на стажировке в ресторане. Сегодня он будет торчать там до самого вечера, практикуясь в сервировке и обслуживании, изучать меню и знакомиться с другими тонкостями работы, и так будет продолжаться 5 дней, после чего его либо вышибут за дверь, либо примут окончательно.

***

      Жара убивала, тюкая по голове и заставляя задыхаться от раскалённого воздуха, обжигающего лёгкие, стачивая под корень весь позитивный настрой парня, добытый таким трудом сегодня утром из недр своего сознания. Он буквально ложечкой выскреб его по стенкам, чтобы широко улыбаясь, появиться на разовом рабочем месте.       Остальные мужчины не разделяли его энтузиазма, но благоразумно промолчали, считая новичка странным. Пока солнце не взошло окончательно, работать было гораздо легче. Но с появлением слепяще яркого, агрессивно палящего светила, грузчики разом сбавили обороты, превращаясь в нескончаемый поток медленно ползущих созданий.       Майкл ускорился, хватая сразу по два мешка. На все предупреждения бывалых работяг, что он может сорвать спину, парень только отмахивался. Ему нужно поскорей закончить, чтобы успеть забежать домой, иначе пыльного и воняющего пóтом, его тут же выкинут за дверь ресторана.       Успев в срок, блондин понёсся в сторону дома, не обращая внимания на тянущую боль в пояснице. Максимально быстро приняв душ, Майкл направился в “Лазурит”.       В целом, ничего нового он не узнал. Единственное, что действительно поразило, так это сборник того, что делать ЗАПРЕЩЕНО. Пробежав глазами по страницам, парень пришёл к выводу, что проще перечислить то, что позволено, и для перечисления хватило бы пальцев одной руки. Некоторые пункты слегка попахивали маразмом, но мнения блондина никто не спрашивал, и его пришлось оставить при себе.       Выбора нет, и придётся терпеть, за зарплату, которую ему обещали, можно многое стерпеть. Здесь, хотя-бы будут кормить один раз в смену, а также не будет таскаться всякий сброд, от которого одни проблемы. Чаевые здесь оставлять не принято, и это конечно огорчает, но если не нарушать правила, то раз в неделю выдаётся премия, в греющем душу денежном эквиваленте.       Правда пришлось разориться, чтобы выкупить униформу, но и это не слишком расстраивало. Такие траты окупятся через 2-3 смены.       Уже на третий день, Майклу сообщили, что он принят в штат и может приступать к своим обязанностям. Нужно только составить график и согласовать его с администратором зала, который отвечает за официантов.       Администратором была с виду милая девушка Сьюзи, которая на деле оказалась пираньей, готовой откусить голову любому, кто посмеет ее подвести или ослушаться. Каждый в ресторане знал, что Сьюзи любовница главного и ей позволено практически все, чем девушка пользовалась в полной мере.       Весь персонал, хрупкая с виду девушка, держала в железном кулаке, штрафуя за малейшие провинности и увольняя, несмотря даже на наличие детей или других трудностей в жизни подчинённых. В ее лексиконе отсутствовало слово "СОЧУВСТВИЕ".       Шеф держал ее возле себя не только за красивое лицо и умелую имитацию оргазма в постели, но и за то, что она была отличным управляющим. Жёстким, принципиальным и проверенным. Она не любила босса, но очень уважала и ценила его благосклонность. Поэтому, проявляла все своё рвение к рабочему процессу, отдаваясь на 100% и требуя того же от остальных.       Обо всем этом Майклу рассказал Диего - высокий симпатичный брюнет, с ослепительной улыбкой и милейшими ямочками на щеках. Он сразу отнёсся к новенькому по-доброму, помогая во всем, подсказывая и направляя.       Здесь не принято было дружить или общаться вне работы, поэтому Майкл ничего толком не знал об этом экзотическом красавце, кроме имени и возраста. Парень оказался чуть старше, ему было 27, но лицо было словно у двадцатилетнего, по-детски распахнутые почти чёрные глаза и широкая открытая улыбка.       Несколько лет назад он переехал в Штаты из Испании, в поисках лучшей жизни и сбегая из-под опеки экспрессивных родителей, задушивших его своим вниманием и нравоучениями. Больше он ничего о себе не рассказывал, да и времени проговорить, не было совсем.       В месте, где тебя никто не знает, Диего стал глотком спасительного воздуха, как первый весенний дождик, смывающий зимний холод. Майкл был искренне ему благодарен за поддержку и подсказки, которые позволили освоиться быстрее, а следовательно, заполучить это место окончательно, даже раньше завершения испытательного срока.

***

      Домой блондин возвращался окрылённым и широко улыбающимся, вспоминая короткие моменты отдыха, в которые они с Диего непрерывно смеялись, над его историями из жизни суматошных родственников.        Майкл никак не ожидал встретить на своём пути преграду, в виде сидящего на его лестничной клетке мужчины. Он, привалившись к стене, рядом с входом в жилище блондина, курил какие-то вонючие сигареты, явно дешёвые и совершенно точно не полезные. Запах спиртного разносился вокруг, забивая ноздри и вызывая приступ тошноты. Майкл невольно скривился от этого запаха, отворачивая лицо от его источника.       Скорее всего, уставший и измученный парень прошёл бы мимо, но незнакомец вдруг выронил окурок из ослабевших пальцев, и медленно завалился, набок перекрывая вход в квартиру своими мощными ногами.       Первым желанием юноши было, со всей дури пнуть этого алкаша или наорать на него, но слабые хрипы, доносящиеся от неподвижно лежащего тела, пробудили в нем чувство сострадания. Да и к тому же, соседи вряд ли будут в восторге от потасовки на лестничной площадке. А если ещё, не дай Боже, миссис Льюис решит по обычаю пойти выбросить мусор, то беды в виде вызванных копов не миновать.       - Эй, сэр... - Майкл присел на корточки возле мужчины и потрепал того за плечо, - с вами все хорошо?       В ответ ему, что-то неразборчиво промямлили. Блондин разобрал лишь “плохо” и "жизнь - сука" . Закатив глаза, Майкл, уперевшись коленом в грязный бетонный пол, поднял нелёгкое тело и вновь привалил к стене.       Выудив из кармана ключ, он открыл дверь и, подхватив ночного гостя под мышки, заволок в своё скромное жилище. Приложив немало усилий, и без того едва держащийся на ногах Майкл, смог таки переправить мужчину в комнату, и свалить его тело на тоскливо скрипнувшую кровать.       Парень выдохся окончательно, казалось, что ноги вот-вот подломятся под тяжестью его тела, и руки отвалятся от такой нагрузки, а утром ему ещё нужно было вставать на очередную разгрузку на стройке.       Работы планировалось больше, но и заплатить обещали прилично. К тому же, завтра в "Лазурите" выходной, и он мог нормально отоспаться, а на заработанные деньги, купить себе в кафе за углом, что-нибудь вкусненькое, не ради того, чтобы насытиться, а просто получить удовольствие от пищи.       От воспоминаний о еде в животе заурчало, а желудок болезненно прорезало. Тоскливо вздохнув, парень, раздеваясь на ходу, поплёлся в ванну, а потом, выпив стакан воды и приготовив ещё один, для крепко спящего на его кровати человека, улёгся прямо на пол, лишь вытащив из-под тяжёлого тела одеяло.       Сейчас он так хотел выспаться, что уснул бы, наверное, даже стоя, как лошадь. Где-то в голове мелькнула мысль, что он засыпает рядом с незнакомцем, но она так же быстро испарилась. Проигнорировав очередное урчание в брюшной полости, блондин закрыл глаза, и тут же провалился в забытье.

***

      Звон будильника в очередной раз разрезал тишину квартирки, вызывая лишь желание разбить этот чёртов телефон об стену. Майкл хотел сесть, но все тело протестующе заныло, напоминая о его вчерашних трудовых подвигах. Парень совершенно забыл, что спит на полу, и лишь через несколько минут соображает, в чем причина такого неудобного положения для сна, и что в квартире, по идее, он должен быть не один.       Блондин вскакивает, игнорируя затёкшие конечности с хрустнувшей спиной, и смотрит на кровать... пустую кровать...       Минуточку, как это пустую?       Брови парня взметнулись вверх, а глаза забегали по комнате. Он же не сошёл с ума и ему не привиделся ночной посетитель, бесцеремонно свалившийся у его двери прошлым вечером? Оперевшись на руки, Фостер встаёт на колени и протягивает руку, чтобы коснуться смятой простыни. Здесь явно кто-то спал, и это был точно не Майкл.       На журнальном столике стоял пустой бокал, в котором накануне совершенно точно присутствовала вода, рядом лежала записка.       “Прости за вчерашнее. Спасибо, что не оставил замерзать в подъезде. Я обязательно тебя отблагодарю.”       И все, больше ни слова. Даже имени не написано, только благодарность. Но почерк был твёрдым и ровным, словно выставлял напоказ, что его хозяин стабилен и мужественен.       В том, что мужчина был весьма брутален, сомнений не было. Времени рассмотреть его внимательно, было мало, да и темнота ночи этому не способствовала, но судя по длинным ногам и поджарому торсу, это был высокий и спортивный человек. Лицо его украшала щетина, тёмные волосы слегка вились, но были аккуратно подстрижены. Это означает, что у него побывал не совсем отчаявшийся житель этого города.       Времени рассуждать о причинах такого состояния кого-то, кого Фостер даже не знает как зовут, было некогда. Цифры на экране телефона вопили, что он опаздывает, а за это по головке не погладят. Наспех помывшись и одевшись в рабочую робу, Майкл понёсся в нужном направлении и к счастью, оказался на месте вовремя.       Все уже были в сборе, ожидая отмашки прораба. Непонятно для чего, блондин, то и дело озирался по сторонам, словно выискивая кого-то знакомого, а точнее, тёмную макушку высокого молодого мужчины.       Поймав себя на этом занятии, Майкл мысленно выругался. С чего он вообще решил, что может встретиться с ним здесь? Он может быть кем угодно, и не обязательно судьба сведёт их снова вместе.       Почему он так зациклился на нем? Возможно потому, что в его жизни было одно сплошное одиночество? Впервые, кто-то кроме него самого, переступил порог его жилища, пусть и чисто технически. Было немного обидно, что ночной постоялец сбежал, оставив лишь записку с ничего не значащими словами, о которых он, скорее всего, уже забыл. И все же, стоит просто забыть об этом, раздумья отвлекают, и вносят раздрай в душевную стабильность.       Отмахнувшись от глупых мыслей, Фостер усердно взялся за работу, которая вскоре вытеснила все мысли о ночном происшествии. Солнце пекло сильнее, чем обычно, словно издеваясь над людьми, оказавшимся под его прессингом, несмотря на конец лета. Скоро наступит осень и станет чуть легче. Правда придётся разориться на новую тёплую обувь, старую пришлось выбросить весной, поскольку носить ее было уже просто стыдно.