Наш век

– Ви! — Парень в синей олимпийке активно помахал рукой в сторону рыжеволосой девушки, напряжённо и слегка прерывисто дышащей, подергивая плечами от непонятного дискомфорта, острым комом засевшего внизу живота. Объятый весельем и чувством предвкушения, брюнет подбежал к своей возлюбленной и крепко обнял. Но не почувствовав ответных прикосновений, отстранился и обеспокоенно оглядел ее с ног до головы. — Ты замёрзла? Или нервничаешь? Не нужно! Это всего лишь очередные небольшие тренировочные, — девушка только как-то неопределенно покачала головой. Говорить совсем не хотелось. Она мечтала лишь о том, чтобы этот дурацкий день поскорей подошёл к концу, и с очередной золотой медалью в сумке можно было понежиться в горячей воде с ароматом лаванды и меда. Дом. Там, где так хорошо и уютно. Где всегда пригрето место на постели. Где по-настоящему любят и ценят. Где верят и ждут. Возвращаться домой после тяжёлых университетских будней и изнурительных занятий по плаванию, видеть, что всюду горит свет, а на кухне ждет готовый ужин. Лучше не бывает! Вокруг, туда-сюда сновали тренера со своими подопечными, но совсем скоро участников попросят встать на места, ведь прибудут суровые тетки и дядьки слегка за тридцать или сорок в строгих брючных костюмах, корчащие из себя невесть кого из-за своего комплекса неполноценности и обиды на весь мир, ведь их срок годности в спорте уже истек. Иначе, члены жюри. — Эй, ну ты чего такая грустная? И кстати, вот, возьми мою куртку, не хочу, чтобы ты мерзла... ******** Как только она услышала знакомый звук выстрела, ее тело молниеносно сорвалось с трамплина, и по привычке задействуя все силы, она поплыла, за доли секунды наполняя лёгкие воздухом. Сердце пропускало удары один за другим, голова шла кругом, а перед глазами, спрятанными за очками то и дело мелькали голубая мозаика на дне бассейна, ледяной свет и яркое табло – через пару секунд покажет привычный результат. — Давай! Ты сможешь, Ви! Да, это моя девочка, — с дальних рядов доносились задорные крики и подбадривания парня, чьи старания нельзя было не заметить. Он искренне переживал за "свою девочку". В одно мгновение периферическим зрением девушка заметила фигуру в до боли знакомом голубом свитере, который подарила ей на пятнадцатый день рождения бабушка. Тогда ещё живая миссис Данн бывало становилась невольной свидетельницей семейных скандалов и разборок. Она не обращала внимания на взрослых и лишь тихонько стучась в детскую, утешала плачущую внучку, прижимала кудрявую голову к груди. Малышку тогда обдавало приятным запахом трав вперемешку с домашним мылом, а все проблемы растворялись в момент, когда мягкие старческие руки плавно поглаживали волосы. Электрический ток разошелся по всему телу от груди до самых кончиков пальцев, затрагивая самые давние боли, раскидывая и путая все в голове, выворачивая душу наизнанку. Необъятный ужас буквально парализовал, не позволял плыть дальше, сковав ржавыми цепями, которые буквально тащили на дно с неимоверной силой, с упоением впивались в нежную кожу острыми шипами. Как больно... И страшно. Кажется, я сейчас умру. Майк, где же ты сейчас? Ты же обещал, что мы не оставим друг друга? Я не готова умирать! Ещё слишком рано... Слишком рано! Конечно, несколько человек уже бросились за девушкой, вытащили из воды и положили на бортик бассейна, но ее сознание все быстрее растворялось в манящей темноте. Как бы ни пыталась она собрать последние крупицы сил, их становилось все меньше и меньше, пока они не исчезли окончательно. И прежде, чем отдаться пустоте, девушка смогла расслышать свое имя откуда-то из дальних рядов: - Вивиан!