Back in Black: собрание сочинений

В этот день последним было удаление двадцать первого. Все бы ничего, если бы этот зуб ранее не был лечен резорцин-формалиновой пастой около пятнадцати лет назад – такие зубы очень тяжело выходят, они словно срастаются с костью. Клиент хмурился: шутка про профессиональный свист не зашла. Жаль: придётся поработать на впечатление подольше. Сергей тоже хмурился. У него поднывал бок и гудела голова. Парацетамол ждал его в рюкзаке. Впечатлять клиента заботливым небезразличным отношением пришлось десять потных минут. После короткой передышки в коридоре они оказались на ресепшене, и воевать пришлось вновь. - Врач не может принять меня сегодня? - К сожалению, все вечерние часы уже заняты. - Риточка заклацала мышкой. Сергей вытер горячий лоб и прислонился к стойке. Внутри у него гудело от нетерпения. - На следующей неделе есть понедельник, среда... - Мне нужны вечерние часы. - До понедельника вы не дотянете. - Вклинился Сергей. - Вечером в воскресенье или раньше. Ещё десять минут спустя он дополз до кухни. - Афродита Фёдоровна, я тебе работёнки на вечер воскресенья подбросил. - Проговорил он, тяжело опустился на стул и полез в рюкзак. - Фейчаф допью и получиф. - Родя, хирург-стоматолог, жевала овсяное печенье. - И за первое и за... Та-ак, и что у тебя? Сергей покосился на неё и закинул в рот таблетку. - Ничего, температура подскочила. Родя уставилась на него, как на умалишённого. Повисла пауза. Сергей запил парацетамол и откинулся на спинку стула. - Я это слышу сотый вечер подряд. - Наконец выдала Родя. - Мне это надоело. Я пишу Славе. - Я тебя умоляю... - Взвыл Сергей. В боку заныло сильнее. - Сам я, по-твоему, не доеду? - В твоём случае только вперёд ногами. - Телефон пиликнул. - О! Хватай манатки, через десять минут карета будет у нас. Сил сопротивляться не было. "Вот и занятие на вечер..." Везли его с дискотекой. Слава хохмил всю дорогу, а Сергей думал, как будет благодарить его за лишние мотания по городу. Терзался: наверняка есть несчастные с проломленной головой, а он всего-лишь с покалыванием в боку занимает целую скорую. - Спасибо, что подвёз... Не знаю, когда бы сам доехал... - В завещании отблагодаришь! "Выпишут мне пару таблеток, зря только время потратили..." - У стойки регистрации в больнице на Сергея напало раздражение. Если у меня всего-лишь запор, тебе не жить. - Написал он Роде, сидя в очереди. Слава богу, перестану видеть твою потную рожу. Сергей фыркнул и убрал телефон в карман.

***

- У вас язва, товарищ Сахаров. - Заявил эндоскопист и постучал планшетом для бумаг по бедру. - Хорошая такая. Лечить вас будем. Пойдёмте оформлять госпитализацию. Сергей посмотрел Анатолию Геннадьевичу в лицо. Нет, не шутит. "Са-а-ам виноват. Надо было ра-аньше..." - Тут же завелась пластинка у него в голове. - Это надолго? - Неделя, не меньше. - Хмыкнул тот. "А свои часы я как отрабатывать буду?" Когда врач ушёл, Сергей залез в телефон. Выдохнул: ежемесячный платёж по кредиту пройдёт без проблем. Глядишь, и матери писать не придётся. Сергей не мог себе представить, что бы он сказал. "Извини, мам, в этом месяце у меня язва, не смогу оплатить твою опухоль"? Родя притащилась на следующий день и вручила ему - Сергей не поверил своим глазам - ананас. - Ты совсем обалдела? Мне нельзя. - Чтоб запомнил, почему нельзя! - Сказала она и улетела. - И что мне с тобой делать?.. - Пробормотал он, глядя на фрукт в своих руках. - Мне отдай, у меня простатит! - Сказал дед, сосед по палате, и закряхтел от смеха. - Обойдётесь. Ананас отправился на прикроватную тумбу. Там он и встретил Сергея после операции. Тот, правда, был не в состоянии оценить фруктову верность: под наркозом он не слишком хорошо соображал. Его уложили на постель, и он лежал, глядя перед собой и стараясь держать рот на замке. Свет слишком яркий. В горле сухо, тело онемело и болит голова. Он хотел встать, уставший лежать, но не мог: хотелось лежать и не двигаться. Пришёл санитар. - Что это у вас за продукт на тумбе? - Спросил он. - Не п'ложено? - Да нет, почему же. Любите ананасы? - Не знаю. Сладк'. Сл'шком. - Старательно выговорил Сергей. - Ясненько. Дотянули небось, с язвой-то? Сергей нахмурился. - Деньги н'жны. Для матери. - Какой вы хороший человек! И на каких книгах такие люди вырастают?.. Сергей промолчал. Он пытался разглядеть, действительно ли у санитара ананас вместо головы, или ему кажется. - Вот что вы читали, когда были маленькие? - Три... нет, два к'питана. Туда и обратн'. А что? - Понимаете, мне интересны люди. Поэтому я здесь и работаю. Сергею перестало казаться, что у санитара голова-ананас. Теперь это было обычное лицо с узкими прямоугольными очками на носу. - Меня давно мучает вопрос. Я много кого спрашивал, все отвечают по-разному. Хотите, и вас спрошу? - Что з' в'прос? - Я вам опишу ситуацию. - Санитар взял стул и сел рядом с кроватью. - Ваши друзья погибли. У них остался ребёнок. Вы знаете, кто их убил - это был ваш общий друг. Вы можете поехать и забрать ребёнка к себе. А можете поехать и разобраться с предателем, из-за которого ребёнок остался сиротой. Что вы сделаете? Сергей закрыл глаза. - Я п'звоню в п'лицию. Пусть ищут. П'забочусь о ребёнке. Пр'крою спину. У него есть родственники? - Есть, они могут поставить ребёнка на ноги. Но вы им не доверяете. - П'чему? - Они... другие. Снобы. Вы им, кстати, тоже не нравитесь. - У м'ня есть ещё др'зья? Которые могут пред'ть ребёнк'? - Нет. Но есть толпа недругов, которые очень хотят с ним расправиться. - Т'м более. Я нужен рядом. П'лиция разберётся... - А если не разберётся? Если предатель проникнет в ваш дом, чтобы убить ребёнка? - Кто ему это п'зволит... - Всё ясно. - Санитар вздохнул. - Вы, я вижу, и умрёте, если потребуется? - Так требуется же... - Вы стоматолог, а-лё! Полевой хирург, блин! Сколько вам?.. Тридцать? - Санитар залез в медкарту на тумбе у кровати. - Риторика не соответствует. Н-да... - Не трогайте мои документы. - Прошипел Сергей и приподнялся на кровати. - Всё-всё, ухожу. А, позвольте, лоб ваш потрогаю, врачу надо передать... Что-то коснулось его лба, и глаза немедленно потяжелели. Сергей прерывисто втянул носом воздух. Ему стало солоно.