Сердце Зверя

      Эмиль брёл, не особо разбирая дороги, прямо через лес. После дня пути он вышел на дорогу, которую знал. Эта дорога вела в его родную деревню Ливенхем. Что его там ждало, он не знал. Однако особого выбора не было. Придётся вернуться, а там будь, что будет. Наконец, к ночи придя в селение, Эмиль безошибочно нашёл свой дом. К счастью, его никто не занял, воспользовавшись отсутствием хозяина. Дверь он отпёр своим ключом и зашёл. Все вещи стояли на своих местах, так, как Эмиль их и оставил. Неизменным оказался и запах родного жилища, запах дома, семьи. По началу, следовало немного отдохнуть, а потом уже браться за уборку пыли. Немного перекусив тем, что взял с собой в дорогу, Эмиль уснул в своей кровати, не ощущая ног. Известие о том, что Эмиль вернулся, облетело деревню со скоростью света. Не успел он навести в доме порядок, как явился старейшина в сопровождении двух здоровенных альф. — Доброго дня, Эмиль, — сказал старейшина Кассий. — И вам не хворать, — хмуро ответил Эмиль, подходя ближе к изгороди дома, возле которой стоял старейшина. Его появление, да ещё и в сопровождении двух амбалов – альф не предвещало ничего хорошего. Омега насторожился и был готов бежать в случае опасности. — С чем пожаловали? — Мне доложили, что ты прибыл, — начал старейшина. – Почему не явился ко мне? — А должен был? — А как же? Ты ушёл в прошлом году, никому ничего не объяснив. А меж тем, мы наши тебе подходящего альфу. — Потому и ушёл скитаться, лишь бы не быть выданным даже за самого лучшего альфу деревни, — ответил раздражённо Эмиль. Вопросы старейшины всё больше ему не нравились и наводили на мысли ошибочности возвращения в деревню. — Где ты всё это время скитался? — А вас это не касается, — решил не сдаваться Эмиль. — Ещё как касается! — возразил старейшина. – Альфа заплатил за тебя выкуп, а потому имеет право забрать к себе. — Я ему что, вещь какая? — не унимался Эмиль. Понятно, «без меня меня женили», пронеслось в голове у омеги. Однако просто так сдавать позиций он не хотел. – То, что он вам заплатил, не моя проблема, сами с ним и разбирайтесь, а меня оставьте в покое. — Не могу. Выкуп заплачен, значит у него все права на тебя. Всё это время он ждал, надеясь на твоё возвращение. — Мне всё равно, ждал он меня или нет. Я никому не принадлежу! И вообще, почему моё мнение вы не учитываете. Может, я сам не хочу замуж выходить? — А ты не забыл, что альфы и не обязаны омег ни о чём спрашивать, а омеги обязаны подчиниться! – гнул свою линию старейшина Кассий. — Я никому, кроме себя, ничего не обязан, уважаемый Кассий. Можете вернуть деньги альфы обратно, а я к нему не пойду! У вас всё? А теперь покиньте территорию моего двора, — заявил омега. Однако Эмиль жестоко ошибся в том, что старейшина просто так уйдёт. По его знаку, сопровождающие его альфы вломились во двор, разнеся калитку в щепки и быстро схватив Эмиля, повели в Медовый зал. Он не понял, почему не успел среагировать вовремя и удрать. Нет, попытка побега была, но альфы оказались довольно проворными и быстро схватили беглеца. Эмиль кричал, вырывался, требовал его отпустить. Вся деревня сбежалась посмотреть, как Эмиля Бурэ выдают замуж. Точнее, проводят обряд помолвки, а через три дня, готовилась и сама свадебная церемония. Оказалось, что выкупал его для себя альфа, которого Эмиль ненавидел всей душой – Флор. Всё детство, этот альфа травил его, презирал и обижал только за то, что он сирота при живых родителях. Просто за сам факт существования. Нетрудно предположить, во что превратится жизнь Эмиля с таким альфой. Тем более что один муж – омега у Флора уже был. Насколько Эмиль мог слышать ранее, Флор не был с ним ласков. Нет, вервольф по сравнению с этим чудовищем, просто ангел во плоти! Эмиля передёрнуло от той довольной улыбки, больше напоминаемый оскал зверя, которой одарил его альфа. Парень запротестовал громче. Хотелось закричать, что он уже меченый омега и уже не девственник, но не стал. Понимал, открой он рот, его самого на месте порешат, а того, кто пометил без разрешения и ведома старейшины, просто убьют. Чтобы унять истерику омеги, старейшина со всего маха ударил Эмиля по лицу. — Заткнись, неблагодарный, — прорычал сквозь зубы Кассий. – Тебе оказана честь выйти замуж за уважаемого в деревне альфу. Его мельница всю деревню кормит, а ты истерики устраиваешь? — Не всю! – рявкнул Эмиль. От обиды слёзы катились сами собой, но он старался сдерживать их, чтобы не показывать слабость. — Что-то я не помню, чтобы ел досыта хлеба. Ситуацию в руки взял Флор. — Теперь будешь! – возразил подошедший Флор. – Не упрямься, Бурэ. Я выкупил тебя у деревни. Теперь ты мой. Успокойся и прими всё как есть, пока мы свадьбу прямо сейчас не устроили. И поверь, тогда завтра, я не буду таким благосклонным к тебе. Мигом уму-разуму научу. Ты у меня послушней собачки будешь! А так, если ты согласишься на обряд помолвки, то участь, сея, ждёт тебя только после свадьбы, через три дня. Эмилю ничего не оставалось, как успокоиться. Хотя бы временно. Он понимал, дедушки нет, папе он давно не нужен, поэтому придётся что – то придумывать самому. На это нужно было время. Проявив наигранную покорность, Эмиль сдался. Флор удовлетворённо кивнул старейшине и тот начал обряд помолвки. Собственно, сам обряд был простым. Потенциальных женихов посадили за стол и поставили перед ними миску с гороховой кашей, ложку по обычаю дали одну. Рядом стоял графин с яблочным сидром и один бокал. Ясное дело, что под всеобщее внимание женихи должны были накормить и напоить друг друга, а потом разбить посуду, ударив об пол. Затем, старейшина надевал на левые запястья женихов специальные браслеты. На этом помолвка считалась совершённой. Надо ли говорить, что пока Эмиль ел кашу и пил сидр, который пихал ему Флор, его чуть не вырвало. Сам он также испытал массу неприятных эмоций, когда кормил и поил Флора. Тот лишь терпел, в ответ ехидно улыбался и шептал, что за такое неуважение Эмиль обязательно отхватит от него после свадьбы.       Для подготовки нехитрого свадебного торжества отводилось три дня. На это время было решено запереть Эмиля в доме старейшины, в одной из свободных комнат. Это была беда! Настоящая беда! Находясь под круглосуточной охраной, сбежать из-под ареста не представлялось возможным. Эмиля грубо втолкнули в комнату и оставили одного, пожелав приятного времяпрепровождения. Эмиль, оставшись один лихорадочно начал думать, как избавиться от Флора и снова сбежать. Куда? Да хотя бы к Хантеру! Он хоть и выгнал один раз, второй раз точно не выгонит. А ещё он говорил, что его можно позвать, тогда он придёт, где бы он, Эмиль, не находился. Так, стоп! А придёт ли, если тот его выгнал?! Пусть так, сам доберётся до логова вервольфа. Тут главное выбраться из дома, а лес рядом. Так ничего не решив, Эмиль улёгся спать. Сколько бы он себя не жалел, а силы оставляли его и хотелось просто отдохнуть. Засыпая, он ещё раз пожалел, что вернулся в деревню, где будет нужен только как инкубатор для детей. А ещё раб и вещь, которой пользуются, как хотят. По крайней мере, это ему было обеспечено в семье Флора. Не сказать, что так, как Флор, жили все. Нет, были и хорошие семьи. Просто Флор от природы такой жестокий. Поговаривали, что он даже руку на своего папу – омегу поднимал.       Наконец, провалившись в беспокойный сон, Эмиль задремал. Сколько бы днём он пытался не думать о Хантере, его образ не выходил из головы. И что он плохого сделал в этой жизни, что даже проклятье Анзуйского леса, как называли в деревне Хантера, отказался от него? В полусне стояли перед ним грустные, полные боли глаза Хантера. Сколько Эмиль прожил в доме Хантера, а счастье в этих глазах видел редко, и то мельком. Так, в тревожном сне прошла вся ночь Эмиля.       На утро, пришли омеги семьи старейшины Кассия. Их обязанностью было проверять девственность всех омег, выдаваемых замуж. Это было чистой воды унижение. Двое вышеупомянутых альф распластали Эмиля на постели, а омеги, раздвинув и удерживая ноги, полезли своими пальцами проверять, девственник ли он? Один омега держал ноги, а другой ввёл палец в проход. И, как бы Эмиль не сопротивлялся, его держали крепко. Спасибо, что хоть омеги грубыми не оказались. Старший ласково сказал: — Не бойся, маленький, я осторожно. Только введу палец, и кое-что проверю. Больно не будет. — Не трогайте меня! – завопил Эмиль, пытаясь вырваться. — Не кричи так, — спокойно осадил младший из пришедших омег. – Какой ты шумный! Ничего особенного в этом нет. Всех омег смотрим, чтобы удостовериться. Вот и всё! — Да пошли вы… — огрызнулся Эмиль. Тем не менее, этот унизительный осмотр был проведён. Старший омега, промывая руки в поданной младшим чашке произнёс: — Вот позор – то на голову Флора! Его жених уже не девственник и, кажется в положении. Нда-а-а-а, будет брать омегу с приплодом! — Надо Кассию сказать, пусть сам с Флором разбирается, — ответил второй омега. — Скажем, непременно, скажем, — согласился старший омега, поглядывая на Эмиля. Тот лежал всё так же распластанный на постели с раздвинутыми ногами. Его по-прежнему удерживали альфы. – Надо проверить, не меченый ли он? — А если мечен? – не унимался младший омега. — Тогда, Флор волен сделать с ним что угодно. Ещё бы найти того, кто метил. И где же тебя всё это время носило, Эмиль? Кто посмел испортить омегу, за которого выплатили оброк ещё до того, как он сбежал? — Не ваше дело! – огрызнулся Эмиль. — Ну, ну, позубоскаль, милый, — усмехнулся старший омега. – Посмотрю я, как ты будешь язвить, когда придёт Флор, чтобы наказать тебя за это. — Мне нечего вам сказать на это. А теперь, если вы удовлетворены осмотром, покиньте комнату моего заточения, — выдал Эмиль. Омеги фыркнули и удалились. Альфы, наконец, отпустили его и тоже вышли.