Навсегда Верен

"Не передати, що діється з нами, Я знаю, як часом буває самотньо, До тебе півкроку, до тебе безодня, Якби докричався, якби ти почула, Навшпиньки, навпомацки, навпіл лечу я, Скажи, чи Нам з іншими буде так само, Руками, плечима, волоссям, вустами?"

Гермиона уже месяц пыталась выйти на связь с Джонатаном Коппером. Единственным магглорожденным волшебником, который не отвечал на ее письма и после вступления в силу закона "о чистоте крови", как его прозвали в газетах. Джо буквально вычеркнул магию из своего мира, переехав в Париж и занявшись фотографией. По правде говоря, у Гермионы не было, чего ему предложить, ведь она так и не смогла найти для него чистокровную пару, но все же стучала в эти двери. Она верила, что сможет убедить его вернуться. Она не могла смириться с тем, что оставался один единственный волшебник, выдворенный за пределы магической Англии. Гермиона привыкла все выполнять идеально, на пять баллов и ничуть хуже. Маниакальная необходимость быть отличницей усугубилась в этот период. Параллельно она практически на сто процентов возобновила свою практику в Визенгамоте. Вместе с Гарри они вели сразу несколько дел связанных с эксплуатацией домовых эльфов и обеспечением автономии Хогвартса. Гермиона каждый день консультировала адвокатов и разбирала входящие письма. Чем больше она погружалась в работу, тем меньше думала о том, что уже неделю не была наедине с Драко Малфоем. Она узнала от Тео о том, что он уехал в экспедицию за некоторыми артефактами, хранящимися в России. Это давало надежду. Надежду на то, что к моменту его возвращения она сможет привести свои чувства в порядок, собрав волю в кулак и забыть обо всем, что между ними было. Хотя казалось бы, два поцелуя едва можно было бы считать чем-то особенным. Она с каждым днем все больше сближалась с Тео. Он был для нее островком надежности, верным и преданным человеком. Он встречал ее после работы, угощал обедами, интересовался ее чувствами. С Тео они могли обсуждать все на свете и она абсолютно не сомневалась в его лояльности. Он давал ей почувствовать себя женщиной, делал комплименты, но в тоже время не форсировал развитие отношений. Иногда Гермиона думала, что нравится ему, но также замечала, как несколько раз в неделю он не ночевал в поместье. Она знала, что он ведет приватные переписки и поэтому не питала романтических иллюзий. Она не вдавалась в мысли об этом. Ей было все равно. Они оба получали выгоду от этих отношений и не только публичную, но и человеческую. Им обоим было с кем поговорить, скоротать дождливый вечер в библиотеке и скучный прием в Министерстве. Никто не задавал лишних вопросов. Сегодня Гермиона была в особенно хорошем расположении духа. Она наконец получила ответ от Джонатана и прочитала несколько занимательных статей, которые жаждала обсудить. Она собрала свитки с набросками по последнему делу Тео, в которое навязалась несколькими днями ранее и побежала в его спальню, босая и растрепанная. Она знала, что в это время он читает книгу в своем любимом кресле, перешедшему по наследству от прадедушки. Она постучала и Тео сразу же позвал ее внутрь. Нетерпеливо распахнув дверь, параллельно тараторя о своем, она побежала к кровати, не сразу заметив, что ее жених не один. - Мерлин, пол в этом поместье будто сделан из зачарованного льда, - она зарылась носками под махровое одеяло, предусмотрительно сложенное домовиком в углу кровати по просьбе Тео. Он сделал это после того, как она пять раз использовала в качестве грелки его махровый халат в комбинации с согревающими чарами. Гермиона подняла глаза и увидела в углу комнаты Драко. Он выглядел изумленным, все черты лица были напряжены и в глазах полыхало синее пламя. Она сразу же поняла, какие выводы он мог сделать судя по тому, как по-хозяйски она вела себя в этой спальне. По спине пробежали мурашки. Глубоко на задворках сознания появилось желание броситься ему на шею. Она чувствовала одновременно трепет и боль. Драко понадобилось буквально пару секунд, чтобы снова приобрести невозмутимый вид. - Грейнджер, - его голос звучал неестественно, особенно в комбинации с этим притворным безразличием. - Привет, - она пыталась казаться непринужденной, убирая за ухо прядь волос. Они снова забывали о том, что в этом мире существует кто-то еще, что в этой комнате находится третий человек и о том, что была неделя разлуки. Они смотрели друг на друга, не отрываясь, пока Тео дописывал на коленках какую-то записку. Когда он закончил, эти двое уже неловко делали вид, что не замечают друг друга. Драко почему-то выглядел более сердитым и напряженным, он буквально выхватил клочок пергамента и наспех попрощался. Последний месяц Тео замечал его странное поведение, но ему казалось, что лучший друг наконец обрел внутренний покой. Он не стал шантажировать древний российский магический род грязным компроматом, в попытках выкупить у них редкое ожерелье правды. Он вел переговоры вот уже семь дней, терпеливо посещая приемы и ведя светские беседы. Когда они встречались где-то в Европе, Драко угощал его выпивкой и отправлялся спать в одиночестве, даже после флирта с молоденькими волшебницами, намекающими на возможную близость. Это было непохоже на Малфоя. Сейчас же он был практически в своем фирменном амплуа раздраженного аристократа, и это наоборот должно казаться нормальным. Но всеми фибрами души Теодор чувствовал, что что-то происходит за его спиной. Особенно после того, как оставшийся вечер Гермиона была невнимательной и расстроенной. Когда Драко услышал ее голос за дверью спальни своего лучшего друга, то ощутил, как сильно забилось сердце. На него будто вылили ведро холодной воды вместе с осознанием того, что Гермиона Грейнджер обручена с Теодором Ноттом. Его однокурсником, лучшим другом и единственным человеком на этой планете, которому он мог доверять. Все это время он думал о ней лишь как о квинтэссенции тепла и яркой светлой энергии. Мысли о Гермионе вдохновляли, придавали сил и будоражили. Он понимал, что это неправильно, что он не должен искать встречи, что обязан похоронить надежду на взаимность, но никто и ничто не могло отобрать у него фантазии. Он снова и снова прокручивал в голове каждую минуту, проведенную с ней, придумывал сценарии, как бы он мог себя повести, что еще мог сказать или сделать. Но никак не рассматривал ее в качестве невесты Теодора Нотта. Он даже не мог предположить, что у нее могут быть отношения с ним, что она вот так может явиться к нему в спальню, в обтягивающей пижаме, запрыгнуть на кровать, как на свою собственную и по-хозяйски натянуть одеяло. Не сложно было догадаться, что она была здесь не впервые, что это одеяло в углу было специально приготовлено для нее, ведь оно не сочеталось с остальным постельным бельем. Это приводило в бешенство. Он хотел ударить ее, именно ее, завладевшую его сердцем, отравившую ее душу, заставляющую его предавать своего лучшего друга. Он метался по библиотеке круша антикварную мебель, словно она была сделана из бумаги. Пусть так, с синяками и хаосом, чем думать о том, почему он чувствовал эту дикую злость. "Ты должен признаться, трус". "Скажи это!". "Скажи. Что. Ты. Сходишь. С. Ума. Из-за. Грейнджер!" Он никогда не позволит себе этого. Он должен это убить.

***

Гермиона вышла в сад на заднем дворе огромного дома. За спиной слышался заливистый смех и звуки звенящих бокалов с шампанским. Она впервые посещала вечеринку друзей Тео. Он без проблем нашел общий язык с Гарри и Джинни, Невиллом и Луной и даже некоторыми представителями семейства Уизли. Они несколько раз обедали все вместе и устраивали ужины в поместье. Она искренне хотела отплатить ему тем же, но это было гораздо сложнее ведь в ее случае речь шла о компании слизеринцев. Гермиона заблаговременно узнала о том, что Драко снова уехал в Россию и приняла приглашение. Вначале она жутко переживала, несколько дней выбирая наряд и доставая своего жениха расспросами о его друзьях. Но он лишь ласково улыбался, безустанно отвечая на ее вопросы и затем заверяя в том, что все пройдет как по маслу. Сейчас Гермиона могла с уверенность сказать, что Тео оказался прав в сотый раз. С первой же минуты Паркинсон отпустила несколько шуток, насколько неловким будет этот вечер, немного разрядив обстановку и показав свой миролюбивый настрой. Кроме нее девушек в компании не было и Гермиона сразу же обзавелась надежной союзницей. Весь вечер они болтали за бокалом шампанского и Пэнси здорово ей помогла с остальными членами "братства Слизерин", как они сами себя называли. Паркинсон была беззаботной и легкой на подъем, она заливалась заразительным смехом и говорила первое, что приходило на ум. Возможно она не могла похвастаться высоким интеллектом, но подкупила Гермиону своей прямолинейностью. Когда Блейз прервал их общение, забрав Пэнси танцевать посреди комнаты, а Теодор с азартом принялся играть в покер с остальными мальчиками, Гермиона решила подышать свежим воздухом. Вечеринка проходила на первом этаже богатого поместья, в огромной гостиной, выходившей в сад. Она отошла достаточно далеко, чтобы не слышать шума, доносящегося из дома, затерявшись в зеленом лабиринте. Вдруг в противоположном конце коридора появилась тень человека. Гермиона поддаваясь панике хотела закричать и ринуться к дому. Ее палочка осталась в сумке. Через секунду человек вышел из тени и перед ней предстал Драко Малфой. - Драко? Ты жутко напугал меня, - она пыталась выровнять дыхание, но чувствовала новый прилив паники от его присутствия. - Чем же? Тем что посетил вечеринку своих лучший друзей? - Он сжал кулаки в карманах. Только несколько минут назад он вернулся домой и обнаружил записку от Тео о том, что он собирается знакомить Гермиону с "братством" и это повергло его в ярость. Почему он не прислал письмо ему в Россию, почему предпочел отправить камином записку, зная, что он прочитает ее слишком поздно. Но главное, какого черта они снова играли в идеальную пару? Перед кем? - Ты немного опоздал... - Она замялась, оборачиваясь в сторону дома. Она хотела оторвать взгляд мысленно умоляя себя не смотреть на него. - Я никогда не опаздываю. - И всегда приходишь через сад? Разве правила хорошего тона не предписывают гостю постучать в дверь? - Она не хотела его задеть, она всего лишь хотела понять. Она пыталась строить мост между ними, но в тоже время хотела убежать подальше. В ней боролось желание оказаться рядом и одновременно за сотню километров от Драко Малфоя. - Тебе ли учить меня правилам хорошего тона, - Ее брови взлетели вверх. Он закипал от того, насколько правильные вопросы она задавала. Но не мог же он сказать, что аппартировал сюда, чтобы шпионить из кустов как последний трус. - То есть мы снова играем в игру "Я ненавижу тебя Грейнджер". - Он не слышал этих слов. Он думал о том, как же ослепительно она выглядела сегодня . Он смотрел на узкое лаковое платье, ее выпрямленные волосы и жаждал подойти ближе, но даже здесь чувствовал этот кофейный пьянящий аромат ее духов. Ярость осела толстым осадком, вытесненная влечением. - Ты вообще слышишь меня? - Она сделала шаг вперед. Это было слишком сложно. Он бросился вперед, сгребая ее в охапку, как букет из роз. Драко не мог себя контролировать. Видит Мерлин, он не хотел этого. Он всего лишь хотел увидеть ее через окно. Убедиться в том, что она уже по уши влюблена в Тео. Но вместо это сейчас страстно целовал ее, опускаясь губами на шею, и ниже, ниже, еще ниже. Руки судорожно нащупали подол платья, обнажая нежную кожу и сжимая сильнее ее бедро. Она таяла в его руках, поддаваясь как горячий воск, издавая тихие стоны ему прямо в губы. Ей не было больно от этих грубых прикосновений. Желая большего, сжимая его плечо, кусая нижнюю губу, она хотела быть с ним здесь и сейчас. Она скучала, всю неделю она дико скучала по нему. Он приподнял ее, как в тот раз у поместья, прислоняя к старому дубу. Он резко прижал ее всем корпусом и она ощутила, как напряжены его мышцы. Она инстинктивно подалась бедрами вперед, ощущая дикое желание. Драко шумно выдохнул куда-то ей в шею, втягивая тонкую кожу. В какой-то момент страсть завладела их разумом и Гермиона обхватила его бедра ногами. Драко сжал крепче ее ягодицы и толкнулся вперед. Целый мир разбился внутри нее на тысячу осколков, разливаясь по телу сладкой нагой. Драко не давал ей времени привыкнуть к себе внутри, двигаясь все быстрее и жестче. Она зажала ладонью рот, чтобы не закричать, когда они оба содрогнулись в сладком оргазме. Спустя мгновение он поставил аккуратно ее на землю и с помощью палочки привел в порядок. Сейчас Драко вел себя нежно, молча убирая засосы на ее шеи и затем поправляя свою мантию. Он склонился над ней и снова поцеловал, на этот раз не спеша, смакуя поцелуй. Он не отдавал себе отчет о своих действиях, растворяясь в Гермионе на сто процентов. Здесь и сейчас, в моменте, он чувствовал себя живым, первый раз за очень долгое время.