Навсегда Верен

-Не слишком ли много боли для одного человека? -Нет! Ровно столько, насколько ты выдержишь, И когда твоя душа станет твоей Меккой, Ты сам из себя все эти колья выдернешь: Из дырявого сердца, из чрева и со спины. Из сердца отдай любимой -с прощеньем ей вины, Со спины -друзьям за предательства, Но без почестей и ругательства- Я сам всем воздам по заслугам. И, поднимая свои рваные прямо колени, Прочие дай Дьявола слугам: Корысти, зависти, ярости и лени. И не забудь поблагодарить за его тщетные Коварные попытки, что ты одолел, А я буду смотреть на тебя сверху, радуясь честно, Что однажды послал твою сильную душу в твоё хрупкое тело.

5 лет назад

Драко Малфой стоял прямо напротив Гарри Поттера, его спина как всегда была идеально ровной, но плечи немного опущены. Хоть Гарри не знал его слишком хорошо, но все же заметил эту необычную особенность. Малфой выглядел чрезвычайно измотанным, его глаза потускнели и, словно два серые леденца, еле виднелись из-под припухших век и терялись среди темно-фиолетовых синяков. Решение далось ему сложно, Гарри мог это понять, как и то, насколько безжизненным выглядел его собеседник. Малфой протянул руку, держа диадему Кандиды Когтевран так, словно это была самая грязная вещь на свете. Он не требовал от него гарантий, не давал обещаний. Гарри не знал, зачем он это делает, вероятность того, что Волан-де-Морт успеет вычислить предателя и наказать его, очень высока и для Малфоя и его родителей мало шансов выжить. Но он все равно назначил с ним встречу и пришел. Они перекинулись всего парой слов за все время и сейчас Драко уже собирался уходить, когда Гарри задал ему вопрос. - Почему? - Малфой застыл в дверном проеме и не спеша повернулся. Он всматривался в лицо Поттера какое-то время и молчал. Гарри уже даже не надеялся, что тот что-то скажет, но все же он заговорил. - Мне нечего терять. - После этого он развернулся и вышел. Драко аппартировал в арендованную квартиру в центре Лондона. В полумраке унылых комнат выделялись только панорамные окна. В них танцевали разноцветные огоньки вечернего города, переливаясь золотыми и красными цветами. Он знал, что Темный Лорд не станет искать здесь тайное убежище предателей. Из сумрака соседней комнаты вышел Тео, он передвигался осторожно среди магловских предметов. - Ты уверен, что хочешь этого? - Он пытался отговорить своего лучшего друга на протяжении последнего месяца, но сейчас, казалось, смирился с его выбором. Драко ничего не отвечал. Лишь молча смотрел в окно. - Ты мог бы остаться здесь и переждать. - Он найдет меня с помощью темной метки и тогда пострадают все. - Драко развернулся и принялся давать последние указания. Было несколько вариантов инструкций и все они предусматривали летальный исход для Малфоя. Когда Тео спросил, как Драко сообщит ему в случае, если выживает, тот лишь слегка улыбнулся и вернулся к отрепетированной речи, передавая завещание и ключи от тайных семейных хранилищ. Тео понимал, что Драко прав и поэтому спорил. Они провели последние минуты встречи в тишине, наслаждаясь спокойствием и умиротворенностью. Драко позволил ему быть рядом и видеть страх в своих глазах, без маски безразличия. Последний раз тяжело выдохнув он аппартировал к стенам Хогвартса. Волан-де-Морт призывал Пожирателей. Это была жестокая битва, в которой страшной смертью погибали праведники и грешники. Драко Малфой не держался за жизнь. Он сражался на стороне Поттера, но это не вызывало в нем никаких эмоций. Он разбил сердца своих родителей сделав этот выбор. Они погибли на его глазах от руки Темного Лорда, взбешенного неожиданным предательством от мальчишки, которого ни ставил ни во что. И сейчас выпуская разноцветные лучи заклятий из своей палочки Драко надеялся только на скоропостижную смерть, желательно без мучений. Перед глазами стояло отчаянное лицо матери, кричащей от боли. Он ужасно боялся боли и сейчас старался не думать о возможных пытках. Вокруг лежали неподвижные тела погибших и раненных, но он не различал лиц. Он даже не мог определить личность своего соперника. Это был третий, может пятый Пожиратель, который с ним сражался. И он также, как и предыдущие, жаждал убить предателя. Но удача почему-то сопутствовала Малфою, хотя он и не хотел этого. В какой-то момент его живот пронзил режущий удар и он увидел на ладони темно-красную кровь. Теплая и вязкая она все сильнее покрывала его тело, стекая большими каплями по пальцам и кистям рук. Драко упал на колени, а затем повалился на спину. Первый раз в жизни он облегченно выдохнул и был готов к завершению. Он смотрел на бескрайнее черное небо, усыпанное сияющими звездами и одинокую луну. Она напоминала ему о беспечных ночах в Мэноре, когда он подолгу не мог уснуть и смотрел в окно своей комнаты. Драко мечтал о путешествиях и подвигах, рассматривая недосягаемые звезды. Представлял, как оседлает дракона и увидит заснеженные пики Анд, поцелует красавицу и сможет летать на метле сколько душе угодно. Драко улыбнулся и наконец закрыл глаза, но вдруг услышал, как кто-то громко произносит его имя. Он почувствовал легкое покалывание от сторонней магии, пронзающей тело. Только через минуту Малфою удалось поднять тяжелые веки и он увидел измазанные линзы поттеровских очков и карие глаза, внимательно всматривающиеся в его лицо. Драко пытался приказать ему уйти, но не мог вымолвить и слова, захлебываясь собственной кровью. Поттер еще некоторое время колдовал над его телом а затем зажмурился и прошептал что-то неразборчиво. Через секунду Драко увидел измазанную грязью Грейнджер, ее одежда бесцветными тряпками свисала на побитом теле. - Гарри, что случилось? - Помоги Малфою, я не могу залечить его ранения, - Драко видел, как глаза Грейнджер округлились от удивления и непонимания. - Черт возьми, просто сделай это, Гермиона. - Поттер не стал дожидаться ее ответа, поднялся с колен и отправился прочь, выкрикивая и запуская новые заклинания. У Драко не было больше сил оставаться в сознании и он снова закрыл глаза, ощущая тепло от тонких пальцев, растягивающих его мантию. В голове снова возникли воспоминания из того дня, когда она взахлеб смеялась, сидя напротив него в Большом Зале. Затем ее тонкие плечи в розовом платье на Святочном балу. Огромные снежинки на длинных черных ресницах и изящная шея, укутанная в красный гриффиндорский шарф. Все слилось в огромные разноцветные пятна и наконец он погрузился в кромешную тьму.

***

Гермиона Грейнджер стояла на ступенях полуразрушенной главной лестницы замка в Хогвартсе. Прошло всего пару дней после финальной битвы и все ученики, которым посчастливилось выжить до сих пор находились в этом месте, получая помощь от колдомедиков и приходя в себя. Она смотрела куда-то вдаль, когда до ушей донесся еле уловимый шорох за спиной. Гермиона молниеносно развернулась, увидев Теодора Нотта. Она не узнала его сразу, молодой человек без единого увечья или синяка, был дорого и опрятно одет и сейчас расслабленно смотрел на нее, опираясь на каменную колону. - Что ты здесь делаешь? - Она всматривалась внимательно в его лицо, пытаясь вспомнить имя этого слизеринца. - Меня зовут Теодор Нотт. Я прибыл забрать Драко. - Гермиона напряженно сжала палочку в кармане. Тео проследил за этим жестом взглядом. - Слышал, ты спасла ему жизнь. - Меня попросил Гарри. - В любом случае, спасибо. - Он развернулся и зашагал прочь. Почему-то Гермиона почувствовала жгучую ненависть к тому, насколько он был спокойным и уравновешенным. Очевидно, что война не оставила на нем своих шрамов. У нее совершенно вылетело из головы спасение Малфоя, как и то, что он почему-то теперь был на их стороне. Она глубоко вдохнула и снова отбросила мысли об этом. Удаляясь во тьму коридоров Тео улыбался себе. Он не видел ее всего год, но успел забыть тонкий силуэт, лишь запах кофе остался в сердце, напоминая о детской любви. Только увидев ее издалека, он сразу же захотел подойти, прижать к себе, успокоить, согреть. Только сейчас он осознал, что Драко Малфой подарил ему шанс. Шанс с девушкой-мечтой, девушкой-призраком, девушкой-героиней. А ведь даже узнав о победе, Тео не спешил приходить на помощь своему лучшему другу, сомневался. У него не было от Малфоя инструкций на этот случай. Он совершенно не горевал о смерти отца. Но ждал, чем обернется для волшебного мира триумф Гарри Поттера. Спустя несколько дней выбрался с убежища, чтобы забрать Драко домой и увидев ее на расстоянии вытянутой руки и наконец ощутил привкус победы. Спустя пару месяцев они вновь встретились в стенах Министерства Магии. Тео не мог поверить своему счастью. Она стояла перед ним, как чистый лист, открытая, светлая, почти веселая. Гермиона относилась к нему без предубеждений, ей не было в чем его винить, кроме богатства, но разве это удел? Пока Драко читал книги, Тео отлично читал людей. Он видел ее боль, но также видел и надежду в больших карих глазах. Она стремилась доказать всему миру и, в первую очередь себе, что не все слизеринцы плохие. Ловила в нем любой намек на доброту, надежность, искренность. Она зарядила его мотивацией и Теодор оставил свои планы по переезду во Францию. Он был готов ждать и наблюдать. Эта игра приносила ему необыкновенное удовольствие. Пока.. Драко Малфой отлеживался с Мэноре максимально долго. Он не ощущал ничего кроме опустошения долгие дни, которые сливались в недели, а затем месяцы. Мимо него прошел переходный период в волшебном мире, установление новых героев и авторитетов, успехи на профессиональном поприще лучшего друга. Он прятался за толстыми стенами, пока наконец не получил письмо от Поттера. В сухой и сдержанной манере тот выкладывал суть дела, которая состояла в том, что Гарри необходима была помощь Малфоя. Драко не сразу ответил, обхаживая несколько дней письмо, как бык красную тряпку. Но все же он ответил. Так завязалось их сотрудничество. Они спасли друг другу жизнь и скрывали свою связь. Сначала это вышло непроизвольно, а затем они решили, что немного секретности пойдет лишь на пользу общему делу. Драко наконец мог путешествовать, он искал приключений по всему миру, закрывая глаза на то, как волшебная Англия снова погружается в мрак. Малфой чувствовал пустоту. Как она медленно поглощает его. Как вино и еда теряют свой вкус, музыка не прельщает и не веселит, женщины кажутся пустыми куклами, люди - всего лишь животными. Малфой черствел. Он устраивал пышные празднества в поместье, он льстил, лицемерил и лгал. Он делал все то, что Поттер не мог или не смел. Они нашли друг друга в этой битве. Они были партнерами, врагами и странниками. Они понимали друг друга и ненавидели. Их дороги никогда не пересекались, но все же шли в одном направлении.

1 год назад

Теодор Нотт сидел в широком бархатном кресле. Он держал в руках тонкую папку. В его взгляде не было ничего, кроме спокойствия. - Вы уверены, что это сработает? - Пожилой мужчина напротив рассматривал своего собеседника с недоверием. - Министр, неужели вы сомневаетесь в моей компетенции? - Холодный голос Тео звучал твердо и напористо. - Ну что вы, мистер Нотт. Я больше сомневаюсь... - Пустые старческие глаза забегали по дорогому костюму Теодора, - в ваших намерениях. - Это то, что должно волновать вас в последнюю очередь. Поверьте, в этой ситуации наши намерения совпадают. Молодой человек поднялся с кресла и направился к двери. Пришло время, когда он устал ждать. Он готов был взять ситуацию в свои руки и сейчас с холодным расчетом собирался наконец получить свой главный трофей. Он двигался плавно, ничего не выдавало, переполняющие нутро чувства. Тео был уверен в том, что глупый старик сделает все именно так, как ему было нужно. Он достаточно долго следил за ним и копался в его грязных мыслях. Тео едва поморщился от этих мерзких воспоминаний. Теперь все позади. Осталась самая приятная часть. Министр Магии проследил за закрывающейся дверью и откинулся в кресле. Он бросил взгляд на стол и призвал коричневую папку, начиная читать содержимое. Наконец он сможет приступить к главной, по его мнению, проблеме магической Англии. Он даже не представлял, что эти мысли были искусно трансплантированный в его сознание, вместе со всем планом. Кукловод на самом деле был лишь жалкой безвольной куклой в жестокой игре ради одного единственного зрителя.