До последнего вздоха

День семнадцатый 27.05.2040

Половину следующего дня они потратили на поездку по городу, по всем центрам утилизации летающей-ездящей-стоящей-на-месте техники, и к обеду Гэвин выматерил практически весь свой словарный запас, потому что ничего стоящего найти им не удалось. Они сидели в более-менее приличном кафе, Коннор непривычно молчал, помигивая желтым диодом, но Рид этого словно не замечал, все разоряясь по поводу недооценки классики. По крайней мере, он считал мото десятых годов классикой, и плевать, что думают остальные. Коннор, как и обещал, взял долгосрочный отпуск, но так и не назвал своему человеку причину, которая побудила Фаулера подписать заявление и отпустить одного из лучших детективов. Он просто сказал: не заморачивайся, Гэвс. Мужчина и не заморачивался. Хочет жестянка круглосуточно быть рядом, пусть будет, в гостиной два дивана, выбирай любой. — Ты вообще планируешь разговаривать со мной? — обиженно пробурчал Рид, пиная андроида по ноге под столом. — Я планировал сделать тебе сюрприз, пока ты не стал распускать конечности, — беззлобно огрызнулся Коннор и скрестил руки на груди, отворачиваясь. — А теперь все. — Эй, ну ты чего? — сразу изменился Гэвин, пересаживаясь на сторону RK800, и подергал его за локоть. — Ладно тебе, Кон, я же пошутил. Случайно сорвалось. Нервные судороги у меня, понимаешь? Коннор посмотрел на него, как на придурка, и тяжело вздохнул, откидываясь на спинку диванчика и закидывая на нее руку, прямо за плечами Рида. — Со мной связался человек, Дэвид О’Лин, — заговорил он, когда больше не смог терпеть умоляющее выражение лица собеседника. — Я вчера еще оставил объявление. У него в гараже завалялся R1. У Гэвина глаза округлились до состояния едва ли не чайных блюдец, а рот приоткрылся в немом удивление, что очень рассмешило андроида. Такого восхищения у этого «единственного экземпляра» он еще не замечал, поэтому сохранил копию в засекреченном хранилище с пометкой «особо важное». — Мистер О’Лин любезно согласился продать нам его за смешную цену, — продолжил Коннор, с превеликим удовольствием наблюдая за ежесекундно меняющимися эмоциями на лице человека. — В довесок отдаст все имеющиеся детали. Мотоцикл не на ходу, он так и не восстановил его, но, я думаю, если мы будем работать вместе, то сможем сделать это сами. — Черт, Конни, у меня же двадцать лет назад «Kawasaki» был, — мечтательно поделился мужчина, сжимая ладони в районе груди в замок. — Ты не представляешь, как я мечтал о «единице». Поехали быстрей, а? Ну, поехали! — Он вцепился в предплечье андроида и потянул на себя. — Весь вечер обжиматься будем, как сопливые девчонки-школьницы, если прямо сейчас поедем. Коннор не мог не рассмеяться над ребячьим поведением взрослого на первый взгляд мужчины и все-таки выбрался из-за стола, потому что Рид так и не выпустил его ладонь из своей; тянул за собой, подпрыгивая при каждом шаге от предвкушения, и совсем не обращал внимания на косые взгляды посетителей. Коннор подумал, что даже если он и заметит что-то, то ответит всем разом по старой привычке средним пальцем. Всю дорогу до места жительства Дэвида О’Лина Рид не замолкал, решив, что Коннор обязан знать все о его бурном гоночном прошлом, когда все, чем он жил, была жажда скорости и адреналин. Андроид подмечал живые горящие глаза и не угасающую улыбку, словно не было ничего из того, что приносило им обоим боль, словно Гэвин… не собирался умирать. Даже в мыслях это звучало до безобразия страшно. Коннор смотрел на него краем глаза, иногда переводил взгляд полностью, останавливаясь на светофорах, стараясь успеть насытиться этим обжигающим восторгом, отчаянной жестикуляцией. Когда Гэвин начинал заговариваться и задыхаться от переизбытка эмоций, Коннор брал его руку и сжимал или щелкал пальцами, призывая к спокойствию. Дэвид О’Лин на первый взгляд показался обычным человеком, пока Коннор по привычке не запустил анализ, показавший, что данный индивид двадцать пять лет назад попал в аварию на том самом «Ямаха Р1», в которой потерял обе ноги. До эры умного протезирования передвигался исключительно на инвалидке, сейчас имел уникальные протезы на основе андроидопроизводства, но за руль больше не садился. Мужик оказался приятным и веселым, затащил обоих в дом и насильно попытался напоить их кофе, не обращая внимания на то, что Коннор — андроид. RK видел, что Гэвину неуютно от такого жизнерадостного настроя и завуалированно, чтобы не обидеть доброго человека, объяснил, что они спешат и хотят поскорее разобраться с покупкой. Произошедшее с Ридом, когда он увидел запыленный черный полуразобранный мотоцикл, снова улетело в архив, но сам Коннор провел параллель с Сумо, когда тому покажешь любимую игрушку. Ну, вот вылитый. Он долго стебался над ним, когда они вернулись в машину, абсолютно счастливые и довольные. Рид — совершенной покупкой, а Коннор — своим человеком. По прибытие домой они спустились в гараж, чтобы расчистить место под ремонтную площадку, и это вылилось в веселую игру с перекидыванием маслянистых тряпок и дружным валянием на пыльном полу. Гэвин смеялся до колик в животе, фыркал и чихал от пыли и еще больше смеялся, позволял Коннору тискать себя и постоянно щелкал вспышкой на своем смартфоне, фотографируя андроида. Некоторые, особенно удачные фотографии, на которых они засветились вместе, он отправлял Андерсону, чтобы суровый андроидовский папаша был в курсе, что с его сыночком все в порядке. Хэнк смешно комментировал каждую фотку, а в конце написал «Вы выглядите счастливыми». Рид на это не ответил, пытаясь спрятать от RK800 довольную улыбку до ушей. Ему нравилось отвлекаться от проблем, забывать о болезни и нависшей над ним опасности. Оказывается, когда Коннор улыбается над какой-нибудь глупостью, которую сделает или скажет его человек, жизнь кажется чуть-чуть лучше. Или когда с в конец вымученной улыбкой поднимает глаза к потолку и качает головой, вознося молитву своему богу. Или когда сидит на полу, скрестив под собой ноги, весь в пыли и застаревшем масле, и крутит в руках какую-то старую игрушку, и выглядит так… прекрасно. На минуту или немного больше, но внутренние терзания отпускают, да такое чувство, будто сама болезнь отступает перед обаятельностью андроида, мысли о скорой смерти уходят. А потом накатывают с новой силой. Хэнк велел просто побыть счастливым. Но он не сказал, что делать потом. Что делать с Коннором? Мысли о том, что Коннор может не сдержать обещание и пойти вслед за человеком, пугали. Даже после памятной революции, переписавшей ход истории человечества, многие андроиды вернулись к своим хозяевам, то есть, к бывшим хозяевам, потому что привязались, привыкли, стали членами семей. Их преданности могли бы позавидовать даже собаки. А RK800… Рид посмотрел в сторону Коннора, который вышел на улицу под легкий моросящий дождь, чтобы переговорить с кем-то по своей внутренней связи. Почему при этом он говорил вслух, было загадкой, но выглядел он, как сумасшедший. Андроид словно почувствовал направленный на него взгляд и, посмотрев в ответ, улыбнулся и помахал. Рид хмыкнул, наблюдая, как шевелятся губы Коннора. Эстетика. Он хотел выйти к нему, но споткнулся о валяющуюся под ногами деталь, глухо выматерившись. Байк привезли несколько часов назад и они довольно оперативно разобрали его на составляющие, чтобы перебрать все лично с нуля. Гэвин запретил андроиду скачивать туториалы по ремонту с обещанием, что всему научит сам. При этом глаза Коннора загорелись детским восторгом и он признался, что любит изучать материалы не с интернета. Это не могло не умилять. Так же, как и его ненавязчивая забота. — Уже поздно, Гэвин. — Андроид вернулся в гараж и силой своей механической мысли заставил дверь опуститься, отрезая их от остального мира. — Пойдем домой, приготовим ужин. Кажется, точно так же звучала мама Рид, когда не могла вытащить увлекшегося ребенка из гаража. Она знала, что отвлечь малыша Гэви можно, только переключив его внимание на что-то другое. И как иначе, если он обожал проводить время с семьей гораздо больше, чем все остальное. — Пойдем. Хочу курицу с овощами.