До последнего вздоха

Глава 7 День шестнадцатый 26.05.2040

Впервые со времени активации Коннор не стал задерживаться на работе после окончания смены и сразу рванул к Гэвину, перед этим обсудив с Хэнком, как с более опытным, большинство аспектов поведения с неизлечимо больными. Андерсон посоветовал не париться и вести себя, как обычно, а то Рид «имеет свойство выебываться, когда ведешь себя с ним, как с человеком». Утром, перед уходом на работу, Коннор уговорил его присылать ему сообщения, если что-то пойдет не так, и Гэвин, что странно, дважды отписался ему, что все в порядке. Правда, в своей манере, но начало уже положено, а там и до ума довести его манеру выражаться не сложно. Дверь Ридова дома оказалась не заперта, поэтому Коннор беспрепятственно попал внутрь, но мужчины на первом этаже не обнаружил и заволновался. Он набрал номер его телефона и уловил чуткими датчиками звонок со второго этажа, прямо из его спальни. Но и там Гэва не оказалось, зато из ванной доносились вполне себе характерные звуки. — Гэвин? — Коннор постучал костяшками пальцев по двери. — Что произошло? — Легкий… приступ… — Его снова стошнило. — Сейчас отпустит. — Гэв… — Отвали, придурок. — Я хочу войти. — Нет! Но было поздно, Коннор уже вошел. И даже не замер при виде обнимающегося с унитазом Рида. Его рвало кровью, по щекам бежали слезы, футболка, висевшая на плечах, как на вешалке, прилипла к телу от пота. — Уберись отсюда! — рявкнул Рид на вошедшего андроида. — Не прогоняй меня, — попросил Коннор, присаживаясь рядом с ним, и положил ладонь на плечо. — Я ведь обещал быть рядом. — Он улыбнулся, придерживая мужчину при новом приступе. — Я сейчас… все внутренности выблюю, — пожаловался Гэвин. — Больно очень. — Я наберу горячую ванну и принесу лекарства, — сказал RK800 и, поцеловав его в висок, поднялся на ноги. — Тебе станет легче. Через пятнадцать минут Рид сидел в ванной, прижав колени к груди, и сверлил пустым взглядом стену напротив, а андроид мягкими движениями втирал шампунь в его волосы. Слабо пахло корицей и ванилью. Морщинки вокруг потухших серых глаз говорили о безумной боли, что испытывал сейчас хрупкий человек, но лекарства обещали подействовать быстро. Рвота с кровью. Завершающая стадия. Конец близок. Коннор сморгнул с глаз непрошеные слезы и закусил губу, ощущая безвкусный тириум на языке. Он намылил губку и принялся намывать худую шею с проступающими венами, острые плечи. Гэвин никак не реагировал на его прикосновения, поэтому Коннор взял на себя смелость нарушить тягостное молчание: — Ты хочешь чего-нибудь? Может быть, чего-нибудь особенного? — Хочу, чтобы боль ушла, — равнодушно ответил мужчина. — Я понимаю. Но я имел ввиду другое. — Андроид вытянул его руку, оглаживая губкой и попутно массируя. — Может, съездить куда-нибудь? У тебя есть мечта? Гэвин задумался. — Была когда-то, — ответил он спустя какое-то время. — Стать сержантом. А сейчас… — он замолчал. — Я возьму отпуск. — Рид резко обернулся к нему. — Это даст нам немного больше времени вместе. — Идиот. — Человек ударил ладонью по воде и рассмеялся. — Коннор, ты тупой придурок. Какого хуя ты вообще сидишь здесь, когда на самом деле должен зажигать с каким-нибудь молоденьким здоровым пареньком? — Я уже говорил, — ответил RK800, старательно отводя взгляд, разглядывая острые коленки Рида, торчащие над водой. — Точно. Ты влюблен в меня, — насмешливо припомнил Гэвин, издевательски скалясь. — Я расскажу тебе кое о чем. О нашем ближайшем будущем. Моделируй. — Он глубоко вдохнул. — Мне осталось немного, ты сам знаешь. Вот, представь, мне плевать на тебя, да? И вот я на больничной койке, постоянно проваливаюсь в беспамятство в надежде на избавление от боли, я прихожу в себя на пять минут, но не узнаю тебя. Ты никто, просто силуэт. — Коннор упрямо молчал, не переставая с особой осторожностью намывать худое тело перед собой. — И никуда не уйдешь. Ты просто не сможешь уйти, будешь сидеть днями и ночами напролет, будешь смотреть на меня и плакать, не останавливаясь. Потому что ты любишь меня, потому что не хочешь, чтобы кончалось все так. А оно все. — Гэвин взмахнул рукой, едва не задев андроида по лицу. — И однажды, перед самым концом, знаешь, как в насмешку над тобой, я приду в сознание и даже узнаю тебя, вспомню твое лицо, твое имя, теплые руки, просто вспомню. Ненадолго. Ты все будешь плакать, а я рассмеюсь тебе в лицо и скажу: «Ты сам виноват, Коннор. Тебя предупреждали, а ты все равно полез, идиот пластиковый. Только ты во всем виноват». Рид обхватил колени руками и уткнулся в них носом, сгибаясь еще сильнее, отчего позвонки на спине проступили до ужаса сильно. Мужчина задрожал и на секунду Коннор решил, что вода остыла, но она все еще была приемлемой температуры. Симптоматика предупреждала о возможностях замерзания пациента без видимых на то причин, поэтому андроид решил заканчивать, чтобы быстрее укутать Гэвина в одеяла и согреть чаем. Но остановился от прозвучавшего задушенного голоса: — А потом я сам разревусь, как ребенок, потому что… — он продышался, — потому что не захочу умирать, потому что мне больнее будет видеть твои слезы, страх в твоих глазах, потому что я буду без ума от тебя. Буду постыдно выть в голос, цепляясь за тебя, за единственного человека, которому я дорог по-настоящему просто потому, что я — это я. И безумно буду бояться оставлять тебя одного. — Почему? — тихонько спросил RK800, пораженный его словами. — Потому что девианты склонны к саморазрушению в особо стрессовых ситуациях, — припомнил Гэвин когда-то сказанные самим Коннором слова. Андроид крепко задумался, пока тщательно вымывал пену из волос человека. — Не бойся этого, — наконец, заговорил он успокаивающим тоном и улыбнулся чуть грустно, но все же уверенно, когда Рид посмотрел на него красными глазами. — Да, когда ты… уйдешь, мне будет очень-очень больно, я буду рыдать до истощения систем, до желания вырвать тириумный насос из груди, но я не умру. Я знаю, ты этого не хочешь. Я могу никогда больше никого не полюбить, я могу больше ни с кем не сойтись, но я буду продолжать жить, даже если мир померкнет в моих глазах, потому что моя любовь к тебе безгранична и я обязан пронести ее до логического конца. — Коннор улыбнулся, искренне по-доброму в этот раз. — Я не хочу, чтобы ты зацикливался на мне, — пробурчал Рид, снова пряча нос в руках, выглядя при этом, как обиженный ребенок. — А я не хочу, чтобы ты зацикливался на том, чтобы я не зацикливался на тебе, — ввернул андроид, нагло улыбаясь. Рид покачал головой, тихонько посмеиваясь себе под нос, и развернулся к Коннору всем телом, пряча коленки под воду, склонил голову к плечу, как часто делал сам андроид, и выжидающе уставился на него. RK800 вопросительно приподнял бровь. У Гэвина не было встроенного детектора лжи, но почему-то он верил в то, что говорил Коннор. Может быть, потому что он уже полтора года с ним работал и знал, что андроид так и не научился врать, или потому, что ему отчаянно хотелось верить в это, в то единственно-хорошее, что, наконец-то, с ним произошло за долгие десять лет со дня смерти его семьи. — Хочу мотоцикл, — громко заявил Рид, хлопая ладонью по поверхности воды, которая каплями окатила засмеявшегося андроида. — Хорошо, завтра же сходим в салон, — предложил он, поднимаясь за полотенцем. — Не, не в салон. — Гэвин нащупал под водой заделку для слива и вытащил ее, чтобы спустить воду. — На свалку поедем. — Коннор непонимающе нахмурился, помогая ему подняться на ноги и придерживая, чтобы он не поскользнулся, пока выбирался из ванной. — Я не хочу ездить на этом летающем дерьме. Во времена моей молодости мото ездило по земле на двух колесах, а не летало в полутора метрах над ней. Коннор рассмеялся над словами человека о временах его молодости, потому что по статистике считалось, что детство мужчины заканчивалось где-то в районе пятидесяти четырех, а быстрый поиск по сети вывел в угол поискового экрана фотографии спортивных мотоциклов за 2019–2022 года. Весьма внушительно и опасно они выглядели, надо признаться. Гэвин все еще был слаб после неожиданного приступа, поэтому Коннор помог ему дойти до комнаты и одеться в мягкую просторную одежду, после чего они вместе спустились на кухню, чтобы андроид смог приготовить ему ужин. Они болтали о пройденных Коннором делах, об интересных расследованиях, лишь бы не молчать. Рид проявил крайний интерес и только и успевал, что вопросы задавать, где-то смеялся, где-то просто улыбался, но по большей части подпирал щеку кулаком и просто слушал рассказы андроида, пока его не заставили резать овощи. Проходя мимо шинкующего морковку Рида, Коннор поцеловал его в щеку и на несколько секунд прижался к его спине грудью, стиснув обеими руками поперек груди, чем вызвал издевательский смешок у человека. — А ты вообще, как, чувствуешь мои прикосновения? — поинтересовался Рид, когда андроид вернулся к плите. — Если бы я их не чувствовал, Гэвс, я бы и не стал прикасаться к тебе так часто, — усмехнулся Коннор, не глядя на собеседника. — Знаешь, моя бы воля, я бы обнял тебя и не отпускал бы ни на секунду. Рид фыркнул в ответ. — Сопливый ты все-таки, Кон. Они рассмеялись друг над другом.