До последнего вздоха

День двадцать первый 31.05.2040

Гэвин встретил вернувшегося с работы Коннора на пороге дома с округленными в ошарашенном удивлении глазами, как будто вместо вредного андроида увидел его давно почившее приведение. На секунду испугавшись, RK800 успел смоделировать кучу неприятных ситуаций, способных вызвать такую реакцию у человека, шагнул вперед, стремясь как можно быстрее взять слюну на анализ, обнял лицо Рида ладонями, поцеловал, сразу проникая юрким языком между приоткрывшихся от еще большего удивления губ. Рид замычал, уперся руками в грудь андроида, пытаясь оттолкнуть, но проще машину в гору собственноручно затолкать, чем отобрать у ходячего процессора что-то, что взбрело ему в центральное ядро. Или куда там еще? Коннор сам отстранился, когда убедился, что со здоровьем его человека все относительно в порядке. — Что случилось? — решил он действовать словами. — Ко мне Фаулер заходил. — Рид вцепился в ладонь андроида, утащил в гостиную на диван. — Зашел такой, что да как, да выспросил все-таки, почему я с работы уволился. Пришлось рассказать. — Коннор с улыбкой слушал, не перебивая, радуясь, что неожиданный визит бывшего начальства так взбодрил Рида. — Подзатыльник схлопотал, мол, почему молчал столько, неужели не помогли бы и все такое. А я что? Я вообще ни при чем. Поговорили с ним, как будто друзья старые, и Фаулер отбыл, взяв с меня обещание прийти на бухаловку в пятницу. Мы пойдем? Коннор улыбнулся тому, как просяще это прозвучало, умилился умоляющим глазкам и тому, как правильно и точно указал Рид на свой вопрос — «МЫ», что говорило, что Гэвин принял его в свою… семью? Еле сдерживая свои настоящие эмоции, Коннор кивнул, решив, что общение с бывшими коллегами пойдет Риду на пользу, и ойкнул, когда мужчина стиснул андроида все еще сильными руками в жаждущих объятиях. Они выехали из дома через час, когда Коннор убедился, что Гэвин пообедал и снова принял душ под его четким контролем, и человек легкомысленно вверил ему свою машину, а сам устроился на пассажирском сидение, включил музыку и полностью отдался романтике дороги. Когда они покинули оживленную трассу, Рид решил, что поприставать к Коннору будет веселой забавой, и всячески пытался отвлечь его от дороги — быстрыми поцелуями, после которых он резко отворачивался к боковому окну, словно вообще ни при чем, всяческими касаниями, поглаживаниями. Прошлой ночью, когда Гэвин затащил андроида в свою спальню, Коннор подумал на один миг, что человек решил перевести их недоотношения на новый уровень. Но Гэвин лишь молча разделся, фыркнул в сторону замершего в непонимании андроида и забрался под одеяло. После того, как RK800 присоединился к нему, они потратили около часа или двух на ленивые самозабвенные поцелуи, и успокоились, только насытившись друг другом до зудящих от усталости человеческих губ. А утром они принимали горячую ванну вместе, опять же по инициативе Гэвина. Коннор, подставляя щеку под новый поцелуй, завернул на парковку придорожной забегаловки, чтоб Гэвин мог перекусить, но тот упорно не желал покидать уютную машину, поэтому RK800 пришлось идти самому и брать еду на вынос. К намеченному пункту назначения они прибыли в начинающихся сумерках, что позволило им успешно поставить палатку и заложить костер. Рид гулял по просторной поляне, пиная носками ботинок земляные комочки, пока Коннор собирал хворост в округе, разводил руками, дышал полной грудью. Коннор тщательно следил за каждым его движением и считывал визуальные показатели, надеясь заметить даже малейшее изменение, но все было нормально. Гэвину все нравилось, о чем он незамедлительно сообщил парню крепкими объятиями и чувственным поцелуем. — Я очень давно не видел столько звезд, — тихим голосом поделился Рид, блаженствуя на спальнике, головой на коленях Коннора, и смотрел на темное небо в мириадах маленьких светящихся точек, — и почти забыл, как это красиво. RK800 ласковыми движениями перебирал мягкие волосы балдеющего мужчины, тоже любуясь звездами. На самом деле он еще ни разу не покидал пределы города, и такое маленькое путешествие для него было первым. И Коннор безумно радовался, что решился на этот шаг вместе с любимым, ведь он был уверен, что Гэвин рогом упрется, но ни за что не согласится покинуть все блага цивилизации. Человек в который раз его удивил. — Хэй! — Рид пощекотал робопарня под подбородком, привлекая его внимание к своей скромной персоне. Коннор опустил голову, улыбаясь ему. — Зачем ты притащил меня сюда? — Не знаю. Просто захотел, — пожал он плечами, снова переводя взгляд на небо. — Прости, если тебе не нравится. Я… — Мне нравится. — Гэвин сел, скрещивая ноги под собой. — Я правильно думаю, что ты всего лишь… Ты заполняешь карту памяти, да? Мной? — Определенно, в детективных способностях тебе не откажешь, — рассмеялся Коннор, качая головой. — У меня… слишком много неприятных воспоминаний, ведь мы с тобой… совсем недавно стали… — По-настоящему близки? — дополнил Гэвин. — Наверное, я действительно был удивительно слепым мудаком, и если бы мое детективное чутье было чуть более развито, и если бы я заметил твою заинтересованность во мне раньше, то у нас было бы немного больше времени вместе. — Не хочешь ли ты признаться, что сожалеешь о том, что так долго отвергал меня? — с лукавой улыбкой поинтересовался андроид. — Может, и хочу, — буркнул Гэвин, отвернувшись. — Сейчас уже поздно сожалеть о чем-то, Гэвин. — RK800 сжал ладонь человека, переплетая их пальцы. — Мы оба знаем, что у нас осталось непозволительно мало времени, поэтому я хочу, чтобы отведенное тебе ты провел с удовольствием. Я сделаю все, что в моих силах. — Спасибо, малыш. Я, правда, признателен. — Рид поднял его ладонь к лицу и поцеловал костяшки. Коннор лишь улыбнулся, прислонившись к худому плечу своим, пока Гэвин доставал из чехла гитару и устраивал ее на своих коленях. Андроид еще в первый день своего пребывания в доме Гэвина заметил гитару в его спальне, но ни разу не заикался о ней, не желая давить на больное место, судя по толщине пыли — Рид не прикасался к ней очень долгое время. А сейчас добровольно собирался сыграть. — Ты будешь первым, для кого я играю, — уточнил Гэвин, настраиваясь. — Только для тебя, — шепнул он, поворачивая голову набок и запечатлевая на желанных губах нежный поцелуй с привкусом ласки. Коннор уложил голову ему на плечо и прикрыл глаза, наслаждаясь слегка резкими и чуть дергаными переливами, пока Гэвин не вспомнил привычные движения и не настроился окончательно, после чего из-под его исхудавших пальцев полилась дивная музыка, заставившая андроида замереть пластиковой статуей самому себе. Его поражала человеческая способность создавать прекрасное практически из ничего, а то, что исполнял в данный момент Гэвин, не нашлось ни в одном из поисковиков, за помощью к которым RK800 обратился. Грустная и великолепная песня вкупе с низким бархатным баритоном. — Я написал эту песню еще совсем мелким, мне лет пятнадцать вроде было, — рассказал Гэвин, все еще перебирая струны. — Тогда я впервые познал, что такое человеческая жестокость к тем, кто не такой, как они. — Коннор положил подбородок ему на плечо, ткнулся губами и носом в шею, показывая, что слушает. — Парень, которого я считал своим другом, растрепал всей школе, что я гей и что я якобы приставал к нему, да не просто приставал, а как будто умолял прямо, чтобы он меня трахнул. — Гэвин наиграл легкий мотив, усмехнувшись. — Ублюдок еще не знал, с кем связался. Мою жизнь пытались превратить в ад, но они лишь сделали хуже себе. — Дай-ка угадаю, — хмыкнул Коннор, обнимая его поперек талии, под гитарой, — они были не готовы к тому, что манерный, по их мнению, гей способен… — он подумал немного, подыскивая подходящее слово, — начистить обидчикам морды? В ночной тиши под треск сухостоя в костре и легкий звук шумящих крон деревьев чистый и веселый смех Гэвина прозвучал так неожиданно и заразно, что на секунду RK800 испугался, что успел сломаться и не заметить, потому что не мог вспомнить и раза, чтобы смех Рида звучал подобным образом. Мужчина отбросил гитару и повалил андроида на спальник, заставляя и того смеяться и извиваться от похожих на щекотку движений, пока не притомился, сложил руки на груди робопарня, а сверху умастил подбородок, вздыхая счастливо. — В конце концов, от меня отстали, — продолжил Гэвин не законченную историю. — Но так уж пошло, что я заклеймил себя отвратительной сволочью и решил следовать этому принципу дальше по жизни. — А твой первый парень? — с интересом спросил Коннор, закинув одну руку под голову, а вторую устроив на плече мужчины. — Лучший друг младшей сестры, — с легкостью ответил Гэвин. — Так получилось, что мы учились в разных школах. Мне уже семнадцать доходило, семья знала о моей ориентации, и сестренке надоело, что я все свободное время дома сижу без друзей или просто приятелей, — хмыкнул Рид, прикрывая глаза. — Однажды она потащила меня гулять и там уже силой познакомила со Стивом. На редкость позитивный парнишка. С ним у меня все получилось впервые. — И любовь? Гэвин помолчал, раздумывая. — Знаешь, в подростковом возрасте ты думаешь, что чувства, которые ты испытываешь, и есть любовь. Но с возрастом понимаешь, что это было ничем иным, как обычным влечением. Тебе было хорошо с этим человеком, тебе нравилось коротать с ним время, у тебя остались приятные воспоминания о нем, но не больше. Так было со Стивом. И с немногими другими. А потом я уже перестал заводить отношения. Первое упоминание о болезни, долгое лечение, реабилитация, а потом работа. И так до недавнего времени. — Спасибо, — улыбнулся Коннор, — что делишься этим со мной. Гэвин подтянулся повыше, обнимая его руками за шею, и спрятал холодный нос в красивых ключицах, со спокойной душой позволяя парню обнять себя в ответ. И, кажется, никакая болезнь не сможет нарушить их маленькое умиротворенное счастье.