Закрытые двери не лгут

Алек проснулся со странным ощущением дежавю. Судя по характерному запаху антисептика, он находился в лазарете Института. Всё тело пронизывала боль, он ощущал слабость и усталость в мышцах, и даже открыть глаза было смертельно тяжело. — Алек! Сбоку оказалась Иззи, тут же взявшаяся проверять его пульс. И только когда она коснулась его правой руки, Алек понял, что левая была обездвижена: крепко примотана широким бинтом к правой руке Джейса. Алек сглотнул сухим горлом. — Привет, Из. — И тебе, братишка. Как ты себя чувствуешь? Алек прикрыл глаза, размышляя над ответом. Боль в теле пульсировала, но вряд ли была опасна для жизни. Мысли текли медленно, будто в полусне: сложно сказать, было ли это из-за собственных травм Алека или из-за того, что бессознательный Джейс утягивал его в сон через связь. — Устал. Наверное. — Вы случайно спровоцировали магическую ударную волну, которая вырубила всех в радиусе пятнадцати метров, — сказала Иззи. — По словам Кэт, если бы стены Лабиринта не были пропитаны магией, то рассыпались бы в песок. Алек тревожно дёрнулся. — Что? Как? Но задавая этот вопрос, он уже знал, что произошло. Алек перевёл взгляд на Джейса, и его сердце тревожно замерло. — Мы... — он тяжело сглотнул. — Кто-нибудь пострадал? Иззи присела на край постели и слегка улыбнулась. — Была битва, Алек. Конечно, кто-то пострадал. — Да, но... — Я не знаю. Там повсюду была магия. Кэт поняла, что именно произошло, только потому, что узнала тип разрушений от взрыва — то же самое было, когда она помогала Магнусу вас подлатать. Алек кивнул, чувствуя, как нарастает внутри тошнота. — Как остальные? Магнус... — В порядке. Едва не выжег себя дотла собственной же магией, но Кэт сказала, что после отдыха и перезарядки с ним всё будет хорошо. Алек снова кивнул. — Когда я смогу его увидеть? Иззи не успела ответить: открылась дверь, и в комнату, стуча каблуками по каменному полу, вошла Лидия. — Дьедонн и инквизитор Эрондейл интересуются, когда будет информация о состоянии Алека, — сообщила она Иззи. — Мы готовы к транспортировке Валентина и его людей в Город Костей, и мне нужен миллион подписей. — Тебе повезло, он только что очнулся. — Иззи поднялась с постели, и на мгновение на её лице мелькнуло напряжённое выражение. Алеку оно не понравилось. — Но я всё равно не дам ему двигаться, пока не очнётся Джейс. Мы не знаем, от какой магии они пострадали. — Без проблем, мы и так сможем поработать, — с облегчением сказала Лидия и улыбнулась Алеку: — Привет. Как себя чувствуешь? — Всё ещё целым, — ответил Алек. — Что консул делает в Институте? — После того, как вы ушли, я запросила у Конклава подкрепление для успешной поимки Валентина Моргенштерна, — ответила Лидия. — Мы попали в Спиральный лабиринт несколькими часами позже. Операция прошла успешно: нам удалось захватить не только самого Валентина, но и почти дюжину его людей. Алеку потребовалось несколько секунд, чтобы переварить информацию. Вмешательство Конклава имело смысл, учитывая высокие ставки операции, но его всё же что-то неприятно цепляло. Он посмотрел на Иззи, которая едва заметно покачала головой. — Конечно, вы с Джейсом получите официальное признание за поимку Валентина, учитывая, что ты возглавляешь Институт, ответственный за операцию, — продолжала Лидия, не замечая растущего в воздухе напряжения. — Дьедонн хочет организовать в Идрисе церемонию, чтобы вас поблагодарить, когда всё уляжется. Правильно сыграй эти карты, и твой испытательный срок закончится куда раньше, чем ты думаешь. Алек кивнул, стараясь сохранять ровное выражение лица. — А что насчёт Чаши смерти? — Она по-прежнему в приоритете, но пока мы не придумаем, как разбудить Джослин Фэйрчайлд, все наши действия бессмысленны. Люк проявил недюжинную смекалку, чтобы выяснить, какой маг наложил на неё заклятие стазиса. Он участвовал в битве, так что мы смогли быстро его разыскать. Над этими крупицами информации определённо стоило поразмыслить. Джейс слегка двинул рукой, и вспышка боли, пришедшая через связь, заставила Алека слегка запаниковать. Он откинулся обратно на подушки, стиснув зубы и дожидаясь, пока отпустит боль. — Ты в порядке? — нахмурилась Лидия. — Множественные переломы рёбер, — опередила с ответом Иззи. — Я их заживила, но какое-то время ещё будет болеть. — Встану на ноги — моргнуть не успеешь, — заверил Алек, крайне осторожно устраиваясь на постели, чтобы не тревожить левую руку. — Что за маг? Вы доставили его в Институт? — Рагнор Фелл, бывший верховный маг Лондона, — ответила Иззи. — И нет, у нас... возникло небольшое недопонимание, когда мы попросили его явиться в Идрис для допроса. Звучало так себе. Алек нахмурился. — То есть? — Маги подняли шум, ситуация обострилась. Мы решили, что отступить в данном случае — самый лучший вариант. Алек удивлённо распахнул глаза, ловя такое же изумление на лице сестры. — Маги только что пережили массированную атаку, — натянуто произнесла Иззи, явно не в силах больше молчать. — Им нужен каждый выживший маг и каждая частичка магии, чтобы восстановить Лабиринт и позаботиться о раненых. — Я прекрасно это понимаю, Изабель. — Лидия скрестила руки на груди. — Именно поэтому Рагнор Фелл и его товарищи не находятся под стражей в Городе Костей за нападение на представителей Конклава. — Ладно, давайте по очереди, — вмешался Алек. — Лидия, ты упоминала, что нужно подписать бумаги для заключения Валентина под стражу. Почему бы не начать с них? Иззи, можешь, пожалуйста, проверить показатели Джейса? Связь пульсирует так, будто ему больно. Иззи нахмурилась, но всё же отошла к Джейсу, по пути доставая стило. Лидия проследила за её движением и спросила, глядя на соединённые руки: — Для чего это? — Соединяющая руна на ладонях — самый быстрый способ активировать связь парабатай, — быстро ответил Алек, увидев, как замешкалась Иззи. — Такой контакт позволяет держать её открытой, так что мы можем обмениваться энергией и помогать друг другу исцеляться. — Весьма умно, — неохотно согласилась Лидия, впечатлённо глядя на Иззи. — Что ж, тогда я займусь подготовкой бумаг и вернусь, когда они будут готовы. — Спасибо, Лидия, — ответил Алек. Едва дверь за ней закрылась, Иззи сказала: — Мне не нравится то, что делает Конклав. — А что он делает? — спросил Алек. — Иззи, что знаешь ты, чего не знаю я? Иззи оглянулась на дверь, а затем склонилась ближе к Алеку, делая вид, что проверяет один из прикреплённых к груди исцеляющих кристаллов. — Своими глазами я не видела, потому что вернулась в Институт с тобой и Джейсом, но Кэт намекнула, что некоторые маги и вампиры были убиты в результате дружественной атаки. Явно не случайно. Алек стиснул зубы. — Это... очень серьёзное обвинение. Иззи резко выдохнула и занялась вторым кристаллом. — Знаю. — Ты сама говорила: битва есть битва, страдают люди. — Вот только когда прибыл Конклав, битва практически закончилась. Джейс и Клэри вырубили Валентина до того, как ваша связь пошла наперекосяк, потом вы вчетвером оказались без сознания. Люк со своей стаей держали под контролем остатки выживших членов Круга, Рафаэль и его клан занимались пережившими магический взрыв демонами. Конклаву оставалось только прогуляться по полю битвы и объявить победу. — А теперь консул и Верховный инквизитор лично контролируют перевозку заключённых. — Именно. — Кого-то из нашей команды вызвали для помощи? — Пока только Раджа и Алексис. Хочешь, чтобы я попросила их быть повнимательнее? — Да, пожалуйста. — Алек на секунду прикрыл глаза, борясь с мутной дымкой в мыслях. — Чем закончилась битва? Скольких мы потеряли? — Шестнадцать человек мертвы, одиннадцать ранены, из них трое — в критическом состоянии, — тихо ответила Иззи. Несмотря на охватившую его печаль, Алек мысленно выругался: это была пятая часть активных членов команды, а значит, Институт куда более уязвим, чем обычно. — Твою мать. — Да уж. Как связь? Кэт сказала наблюдать за режущей и колющей болью. — Сейчас практически спокойно. Иди, позаботься обо всём. Я присоединюсь сразу, как очнётся Джейс. — Зови, если понадоблюсь. — Обязательно. Иззи? Спасибо. Я не справился бы без тебя. — Будто я не знаю, — хмыкнула Иззи, манерно отбрасывая волосы за спину. — Постарайся немного отдохнуть, братишка. Что-то мне подсказывает, тебе это нужно. Алек проводил её взглядом и вытянулся на постели, повернувшись к Джейсу. «Просыпайся, — позвал он мысленно, сжимая руку Джейса и стараясь передать эмоции через связь. — Джейс, давай. Очнись». Единственной реакцией было ощущение смертельной усталости. Он попытался ещё пару раз и сдался, бездумно уставившись в потолок. Ждать и отдыхать, что ему ещё оставалось. *** Джейс очнулся где-то через час после того, как Иззи принесла Алеку новости. Делегация от Конклава уехала, а Валентина и остатки членов Круга заковали в цепи. Первое, что Джейс спросил, когда их с Алеком отвязали друг от друга, это в порядке ли Клэри. Иззи заверила, что да, в порядке, и нет, Джейсу нельзя её увидеть, пока она без сознания. Только после этого они смогли ввести Джейса в курс дела. Джейс слушал молча, уставившись в одну точку на стене, и отреагировал, только когда Иззи больно ударила его по плечу. — Ай! — воскликнул он, и Алек наконец-то ощутил тёплую искру его присутствия через связь. — Какого чёрта, Из? — А ты не знаешь? — возмутилась Иззи и снова его ударила. — Хватит от нас закрываться, говори, что не так? Джейс и правда закрылся так быстро, что Алека затошнило. Минуту назад их связь звенела энергией, а теперь полностью затихла, не пропуская ни единой эмоции. — Я в порядке, — сказал Джейс, отворачиваясь. — Вот уж вряд ли, — возразил Алек. От пустоты, которая ощущалась вместо связи, начинала кружиться голова. — Хватит блокировать связь, иначе мне придётся перебраться на твою кровать. Джейс оживился, приходя в себя, и Алек выдохнул, чувствуя, как отступает головокружение. — Так-то лучше. Спасибо. — Джейс, что не так? — спросила Иззи. — Пожалуйста, расскажи нам. — Не стоит вам делиться со мной информацией об операциях Конклава, — сказал наконец Джейс, поднимая голову. — Выяснилось, что я — сын Валентина. Всё моё детство он притворялся Майклом Вэйландом. Если бы не Алек, я бы позволил ему сбежать. — Ты этого не знаешь, — возразил Алек. — Он просто застал тебя врасплох. — Он мог убить меня щелчком пальцев, пока я приходил в себя, — покачал головой Джейс. — Пара удачно подобранных слов, и я застыл на месте. Полностью. — Погоди-ка, — вклинилась Иззи. — По словам Валентина, он — твой отец? Джейс кивнул, и в его взгляде читалась боль. Иззи пересела ближе и взяла его за руку. — Откуда ты знаешь, что он сказал правду? — Он принял облик моего отца прямо на моих глазах. И знал то, что мог знать только мой отец. Алек задумался, пытаясь вспомнить, что конкретно говорил Валентин. — Разве? Или он просто кое-что предположил? — Ну, в любом случае есть простой способ узнать наверняка, — сказала Иззи. Поднявшись, подошла к шкафу в углу палаты, открыла ящик и достала шприц. — Руку, пожалуйста. — Ну и что в этом хорошего? — возразил Джейс, пока Иззи брала у него кровь. — Вы с Алеком только что рассказали, что Валентина перевезли в Город костей. Думаешь, Конклав позволит тебе взять его кровь на анализ? — Зачем мне Валентин, если у нас есть Джослин и Клэри? — усмехнулась Иззи. — Всё. Алек, исцелишь? Пойду за образцом от Клэри для сравнения. Она ушла, оставив Алека и Джейса наедине. Между ними повисла тишина, с каждой секундой становившаяся всё более неловкой. Пока Джейс наконец не сказал: — Я хочу вернуть наши воспоминания. — Зачем? — удивился Алек. — Раньше я никогда не хотел отношений, — зачастил Джейс, будто стоило ему заговорить помедленнее, и он потеряет самообладание. — Когда кто-нибудь из моих пассий хотел чего-то более серьёзного, у меня всегда появлялся... блок, что-то, что меня удерживало... не знаю, как описать. Если Клэри и правда моя сестра, — на этом слове он поморщился, — то со мной явно что-то не так. А если нет, то... Он замолчал, отворачиваясь. — Мне нужно знать, — продолжил он тихо спустя несколько секунд. — Я не хочу, но не могу жить с пятном в воспоминаниях, которое так меня сдерживает. — Ты думаешь, это из-за... нашего прошлого? — А ты нет? — с вызовом спросил Джейс. «Да» вертелось у Алека на языке: привычка во всём соглашаться с Джейсом укоренилась в нём настолько глубоко, что он даже не задумывался об этом. Но затем он заставил себя отвести взгляд от Джейса и мысленно отделить собственные чувства от чувств своего парабатай. — Когда ты пытался поцеловать меня в Лабиринте, это было реально хреново, — сказал Алек, поднимая руку, чтобы не дать Джейсу возразить. — Я поклялся себе, что никогда тебе об этом не расскажу, но год после того, как с нами, судя по всему, случилась та история, выдался для меня откровенно паршивым. За первые полгода я трижды заполнял форму о переводе в другой Институт, хотя и знал, что это не поможет, ведь мы парабатай, и наши души связаны. Я правда не хочу ещё раз через это проходить. Алек не видел лица Джейса, но его и без этого накрыло огромным потоком боли и вины. И пусть эти чувства Джейса, проходя через связь, становились отчасти и его, Алека, чувствами, они в какой-то степени приносили облегчение. Алек откашлялся, твёрдо глядя в стену. — Такое чувство, будто у меня в голове есть закрытая дверь. Я знаю, что за ней. Не вижу, но всё равно знаю. Да, часть меня желает знать детали, но в целом я просто хочу жить дальше. — Алек... — Прости, Джейс, я не могу, — сказал Алек, поднимаясь с постели. Чувства, поступающие через связь, накрывали его волной всю дорогу прочь из палаты. Джейс не пытался его окликнуть. *** Остаток дня у Алека выдался таким же изнурительным. Гору бумаг, материализовавшихся на его столе, венчали сообщения от Конклава, огненные письма и бумаги о траурных обрядах, которые нужно было совершить для погибших в битве. Ещё и Магнус не отвечал на сообщения, и Алек с каждым часом тревожился всё сильнее. Он почти автоматически разбирал дела и как никогда был благодарен за помощь Иззи. Клэри всё ещё лежала без сознания, и Джейс наматывал круги между её палатой и кабинетом Алека, молча выполняя передаваемые ему время от времени поручения. Когда время подошло к восьми вечера, Алек выдохся. Решив покончить с делами, он вышел из Института и сразу перешёл на бег, чтобы прочистить голову. Минут через десять ноги принесли его к станции метро, откуда он уехал прямиком в Бруклин. Дверь в лофт Магнуса открылась сама собой, стоило коснуться ручки, и на мгновение Алек ощутил лёгкое покалывание, когда защита его пропускала. Без Магнуса лофт казался странно пустым, словно в нём не хватало тепла и жизни. Алек бездумно зашёл в одну комнату, затем в другую — пока не очутился в хозяйской спальне. Кровать была заправлена атласным покрывалом, поверх которого лежала гора маленьких подушечек. Ноги сами повели его ближе, и в итоге Алек рухнул на кровать. Достав телефон, он уже, наверное, в сотый раз открыл переписку с Магнусом. Сообщения, который он слал в течение дня, были помечены, как прочитанные, но так и остались без ответа. Алек вздохнул. Должно быть, он всё-таки уснул, потому что в следующий момент его уже будили мягким прикосновением к плечу. Алек подскочил и, увидев Магнуса, крепко его обнял, зарываясь лицом в плечо. Магнус удивлённо обнял его в ответ, и впервые за день Алек наконец-то нормально вздохнул. — Прости, что не перезвонил, — пробормотал Магнус ему в шею. Алек покачал головой и крепче стиснул его в объятиях. — Ничего. Рад, что ты в порядке. Магнус прижался к нему, и Алек потянул его за собой в постель, крепко обнимая в ответ. Закрыл глаза, вдыхая лёгкий запах волос Магнуса, чувствуя, как от тепла его тела напряжение, наконец, уходит. Его должно было пугать то, как быстро и отчаянно он позволил себе упасть в эти чувства. Ситуация сейчас была сложная, неопределённая и стрессовая, а ещё — откровенно опасная для жизни их обоих. Рискованно и страшно было пытаться строить отношения в такое время, и это даже без учёта испорченной связи Алека и их магической проблемы. Будь Алек поумнее, он бы как минимум попытался свернуть эти отношения до начальной точки, когда Магнус предлагал простое получение удовольствия, ничего серьёзного. Алеку стоило подняться с постели и вернуться в Институт. Вместо этого он сильнее зарылся лицом в волосы Магнуса и не смог даже притвориться, будто сожалеет о своём решении. Он практически уснул снова, когда почувствовал, что Магнус осторожно отстраняется. — Магнус, что ты?.. — Тш-ш-ш, ложись спать, — тихо сказал Магнус, мягко целуя Алека в висок, и отстранился. — Мне надо кое-что перепроверить и перехватить что-нибудь из еды. Скоро вернусь. — Погоди, дай мне... — Алек поднялся, прикрывая рукой широкий зевок. — Я тоже весь день не ел. Проверяй, что нужно, а я пока соображу нам поесть. — Это мило, но ты не обязан... — Но я хочу, — просто сказал Алек. — Иди, займись делом. И я займусь тоже. Он поднялся с кровати и вышел из спальни, краем глаза наблюдая, с какой удивлённой, но довольной улыбкой Магнус смотрит ему вслед. На кухне Алек быстро проверил телефон, а затем зарылся в холодильник и шкафчики в поисках съестного. Он как раз жарил курицу с грибами и кусочками бекона, когда на кухню зашёл Магнус. Остановился позади, уложив руки Алеку на бёдра, а подбородок — на плечо. — Вкусно пахнет. — Я видел в холодильнике сливки, так что можно приготовить соус для пасты, — пояснил Алек. — Кажется, вода почти закипела. Можешь бросить спагетти, пожалуйста? Магнус грациозно отстранился, высыпал найденные Алеком спагетти в кастрюлю на плите, включил таймер на нужное время и вернулся обратно, на сей раз обхватив Алека за талию. — Помочь ещё чем-нибудь? — Одной рукой Магнус забрался Алеку под рубашку и принялся щекотно выводить круги прямо над кромкой штанов. Алек очень старался не обжечься о плиту. Магнус, видимо, воспринял его действия как одобрение, потому что его рука двинулась выше, оглаживая пресс. Алек не мог сдержать дрожь. — Еда будет готова через десять минут. — Обожаю трогать тебя, — промурлыкал Магнус в ответ и поцеловал его в затылок. От этого движения колени у Алека позорно ослабели. — Кэт выгнала меня из штаба и приказала выспаться. Но это куда лучше сна. Алек закрыл глаза, отдаваясь объятиям Магнуса. Тот поцеловал его в шею ещё несколько раз, а затем прильнул к спине, укладывая голову на плечо. — Боже, как же я устал. Алек накрыл его руку своей. — Сначала еда. А потом поспишь, сколько захочешь. — Если бы, — горько вздохнул Магнус. — Хотелось бы, чтоб Конклав был благодарен за долгожданную поимку Валентина, а не устраивал истерику из-за того, что часть применённой в бою магии технически нарушает Соглашения. Но нет. Если бы я не был таким измотанным, я бы с удовольствием превратил Дьедонна во что-то маленькое и мерзкое. Алек замер, вспоминая недавние слова Иззи. — Что конкретно они сделали? — Угрожали, в основном. Тесса с этим разобралась. Она мастерица делать предложения, от которых сложно отказаться. — Кто угрожал? — Дьедонн. Кучка других членов Совета. Эрондейл и её приспешники, ещё какой-то народ для веса. Была и та Лидия, что следит за твоим Институтом. — Магнус покачал головой. — Она одновременно впечатляет и пугает. — Это точно. Я даже рад, что, кажется, нравлюсь ей, — вздохнул Алек. — Так, еда готова. Поедим здесь или?.. — Давай на диван, — предложил Магнус. — Не знаю, как ты, а я внезапно ощутил непреодолимое желание сбежать от реальности в дивный мир реалити-шоу. *** Алек заснул где-то между двумя сценами телешоу. В одной из них мать рыдала на камеру «от стыда» за то, что её дочь захотела на свадьбу «секси-платье», а в другой — другая мать уговаривала дочь купить почти прозрачный наряд. Он проснулся от того, что руки Магнуса мягко уложили его на диван, а где-то рядом громко звонит телефон. — Да, Рафаэль, что такое? — тихо спросил Магнус и поднялся с дивана, лишая Алека своего тепла. На мгновение снова повисла тишина, а затем Магнус переспросил: — Ты можешь что?.. Алек вздохнул и попытался поднять себя в вертикальное положение. — Скоро буду, — добавил Магнус, и, судя по звуку его шагов, направился к себе в спальню. — Что стряслось? — спросил Алек, когда Магнус вернулся, на ходу застёгивая свежую рубашку. Магнус явно удивился, увидев, что Алек не спит, но быстро сориентировался. Подошёл ближе, взял его протянутую руку в свои и мягко сжал. — Расскажу, как только сам узнаю. Прости, но мне нужно бежать. Можем поговорить позже? Не знаю, сколько времени это всё займёт. — Конечно. — Алек всё же поднялся с дивана и заозирался в поисках носков, которые каким-то образом ухитрился скинуть во сне. — Нужно подкрепление? — Я справлюсь. Но спасибо, мне очень приятно, что ты предложил. И прежде, чем Алек успел его переубедить, Магнус взмахнул рукой, открывая портал. — Я позвоню, как только смогу, — извиняющимся тоном пообещал он и исчез во вспышке света. Алек упал обратно на диван и на минуту прикрыл глаза. Тело буквально кричало о том, как здорово будет поспать хотя бы пару часов, но мозг уже перебирал длинный список вещей, которыми следовало побыстрее заняться. Алек со вздохом поднялся снова и потянулся за телефоном, который заряжался на столике. С таким же успехом можно было начать пораньше. *** — Алек, ну вот ты где. Наконец-то! От звука этого голоса Алек едва не подпрыгнул на месте. У дальней стены в его кабинете со стульев одновременно поднялись родители. Мама подошла первой, взяла его за предплечье и внимательно оглядела с ног до головы. — Выглядишь усталым и бледным. Твой отец нальёт нам кофе, а ты пока активируй предупреждающую руну. — Она потянулась к его голове, явно намереваясь пригладить волосы. Алек отшатнулся, уворачиваясь. — Хватит трогать мои волосы. И что вы вообще тут делаете? Вы же должны быть в Идрисе. — Да, — помрачнела мама, — ты всё отлично устроил. Алек отступил ещё на шаг, выпрямился, заложив руки за спину. Он принял решение, осталось принять последствия. — Я делал то, что должен был. Всё в интересах Института. — Правда? — резко спросила мама. — Я разочарована, Алек. Мы не для этого тебя растили. — Вы растили меня, чтобы я стал главой Института, — ответил Алек максимально равнодушно. — Я этого добился. Мы с Джейсом; и Конклав более чем доволен нашим управлением. Мама выглядела так, будто готова была вот-вот взорваться. Алек поморщился. — Ладно, давайте-ка не будем терять голову, — вмешался отец, вклиниваясь между ними. В руках у него было две чашки кофе. — Мариз, мы говорили об этом. Криком ничего не решить. Он повернулся к Алеку и осторожно спросил: — Алек, в твоей жизни появился человек? Мужчина? Ты по этой причине хотел убрать нас с дороги? Боялся, что мы вмешаемся, если узнаем? Алек застыл. Перед глазами тут же возник улыбающийся Магнус. — Не думаю, что это ваше дело. — Ты наш сын и глава Института! — зашипела мама. — У тебя есть обязанности перед нашей семьёй, перед нашей репутацией, а это... — Твоя мама пытается сказать, — снова вмешался отец, — что мы все в этом замешаны. Мы трое, Иззи, Макс, Джейс. На кону не только твоё будущее. Такие решения должны приниматься всей семьёй. — Нам плевать, какие... интрижки ты заводишь в свободное время, — твёрдо добавила мама. — Но если ты кем-то увлечён, тогда тем более нужно заключить надёжный союз. Люди болтают, а если об этом пойдут даже слухи, то... — То я сам с этим разберусь, — перебил Алек, закипая от гнева. — И не смейте приплетать сюда Иззи или Макса. — Алек, мы с мамой хотим помочь, мы... — Вы просто хотите замести под ковёр то, что сами считаете проблемой, — прямо сказал Алек, заставляя себя сохранять расслабленный вид и не скрещивать руки на груди. — Я глава Института, и я — гей. Я не собираюсь в ближайшее время выходить на парад, но и скрывать этого не стану. Если... когда я пойму, что у меня и правда долгосрочные отношения, я представлю своего партнёра. И ожидаю, что в моём Институте к нему будут относиться с тем же уважением, как отнеслись бы к женщине. — Он замолчал, внимательно глядя на родителей, чтобы точно убедиться: они его услышали. — А если кого-то из вас это не устраивает, то это только ваши проблемы. В комнате застыла тишина. Алек подавил желание отвернуться — такое сильное было напряжение. Он начал считать про себя, чтобы сосредоточиться на чём-то, кроме отводящего взгляд отца и мамы, которая выглядела так, будто готова расплакаться от гнева и разочарования. Всё внутри него кричало, но он не подавал вида. Родители заговорили разом, мешая угрозы с аргументами, вопросы и мольбы. Но Алек оставался непоколебим. — Таков, значит, твой выбор? — сказала наконец мама. — Сломать традиции. Рискнуть всем, ради чего так долго работала наша семья. Алек сглотнул, не давая вспыхнуть надежде, возникшей из нотки смирения в её голосе. — Я хороший лидер, и у меня отличная команда. Я рискну. Мама наградила его долгим взглядом, но потом всё же сникла и повернулась к отцу. — Что ж, полагаю, добавить больше нечего. Повидаем Иззи и Джейса, а потом вернёмся в Идрис. — Правильное решение, — кивнул Алек, мысленно благодаря ангелов за то, что не позволили его голосу дрогнуть. — Ты наш сын. — Мама подошла ближе и коснулась его руки. — Мы хотим для тебя лучшего. — Я знаю. — Ты наша радость и гордость, мы любим тебя. Если тебе понадобится помощь... — Знаю. Я тоже вас люблю. — Алек, пожалуйста... — Пока, мама. Передайте от меня привет Максу. Отец приобнял маму за плечи и мягко потянул на себя. — Конечно, сынок. До связи. Пойдём, Мариз, нам пора. — Пока, пап. Родители вышли из кабинета. Алек дождался, пока дверь за ними закроется, и только после этого позволил себе расслабиться — и плавно стёк на пол, обнимая колени. Его охватила дрожь, и напряжение с трудом покидало тело, пока в мыслях всё ещё звучали слова родителей. Он победил. Скорее всего, только на сей раз. Часть его всё равно хотела позвать их обратно.