Малыш

      Когда Джисон приходит в дом Минхо, то замечает, что хозяина уже нет внутри. А на часах всего лишь 7:15. Теперь тут как-то пусто, когда не горит свет в доме. К удивлению Сона, ему навстречу выбежал Малыш. Он нёсся быстро, язык у него вываливался набок, и выглядел он забавно и мило. Хан погладил подбежавшего к нему питомца, не скрывая своей, хоть и сонной, улыбки. — Та-ак, сейчас Малыш будет кушать! — Джисон пошёл с боксёром на кухню. Ещё часов в 6 утра он получил сообщение от Ли, что собаку он не кормил, времени на это не хватило, да и теперь это обязанность Сона.       Чтобы не было скучно, Хан включил музыку на своём телефоне. У него была своя некая привычка - пока он чем-то занимается, обязательно надо включить музыку. Ему нравится музыка и нравится петь. Парень не находил себя великолепным певцом, для него музыка была хобби, не очень что-то важное в жизни. Когда ему говорили, что у него прекрасный голос, Джисону это всего лишь льстило, но с этим он больше ничего не делал. Ну, красивый и красивый голос, что с того? Считайте как хотите, мне как-то нейтрально. Так он и рассуждал. — Love, love the sta-ars~ Love, love the moon...       Пока Хан клал корм в миску Малыша, то пританцовывал под музыку. Он умел чувствовать ритм, но в танцах видел себя ещё хуже, чем в пении. Ему это было не так важно. Для него важно, скорее, другое сейчас.       Теперь, когда он накормил питомца, следовало пойти с ним погулять. Для Джисона эта ситуация показалась немного трудной. Опять он не знает куда идти, вокруг одни дома, а парка не наблюдается. И как только этот Минхо тут живет? Логично, что он не успевает гулять с собакой... Вероятно, парк находится далеко. И вновь Хан вынужден довериться своему телефону, который ещё периодически лагает, который опять выведет парня из себя.       Джисону явно повезло сейчас, когда он встретил Феликса. Но Феликс явно был в каком-то напряженном настроении, может, даже он был злой. Но как всегда в дорогом и простеньком костюме. — Доброе утро, Феликс! — радостно приветствует Хан. — Угу, доброе... — на парне лица нет. Определенно что-то случилось, и это очень тревожило Джисона. — Все в порядке? — Да этот дурацкий..! Аргх, я ничего не смогу объяснить достаточно понятно, но я постараюсь. На работе у меня есть сотрудник - Чанбин. Уф, как же он раздражает меня!.. — Объяснить правда у Ликса не очень получалось. Хан особо не стал вдаваться в подробности, просто наблюдал, как эмоции друга менялись, пока он говорил. И постепенно парень стал спокоен, хоть и не высказался толком. — Это тот самый Малыш?       Малыш был на поводке, на улице уже было тепло - он сидел, высунув язык. Хан с улыбкой смотрел на это чудо, в то время как Феликс выглядел немного напуганным, но с места не дергался. Он просто не подходил к собаке, косился, чтобы и сам Малыш к нему не подходил. «В каком это месте он - малыш? У хозяина, видимо, нет фантазии... — пронеслось в голове Ли. — Да, это собака Минхо. Ну, того, на кого я работаю. Сейчас мне опять нужна твоя помощь, Ликс. Ты знаешь, где тут парк? И опять последовал смешок, опять глаза Феликса превратились в два полумесяца. — Конечно! Правда я спешу, так что я просто тебе скажу, куда идти, договорились?       Джисон пошёл именно по направлению, куда и сказал ему идти Феликс. Он проходил мимо частных домов, мимо парковки и даже прошёл магазин. После него ему нужно было повернуть направо, а затем... «Забыл!»       Все, что мог теперь Джисон, это надеяться на свой телефон. Навигатор теперь вёл куда-то назад, говорил, что идти ему ещё час. У Хана коленки трястись начали, он боялся потеряться в неизвестном месте, ещё и с чужой собакой, за которую несёт ответственность. У Ликса номер был занят, и все, что оставалось парню, так это набрать номер Минхо, который уже был забит в контактах телефона. — Да? — равномерный и спокойный голос Минхо успокоил на секунду Джисона, подействовал, как обстановка в его доме. — Ли Минхо, извините, но у меня проблема. Я потерялся... — Сон боялся, что теперь ему грозит ругательства от Минхо, хотя он его практически не знал, как личность. — Мне тебя найти что ли? Аргх... — голос его звучал теперь с нотками раздражения, но все так же спокойно. — Иди домой, если помнишь, как пришёл туда, где ты сейчас. Я надеюсь, что пока вы шли, Малыш сделал свои дела? — Д-да, да...       Хан и Малыш шли обратно. Не хотел парень вовсе напрягать Минхо, он хочет выполнять свою работу правильно и без вечных дёрганий. Всю дорогу обратно Хан шёл и думал, какой же всё-таки приятный голос у Минхо, рядом, в телефоне, он звучал так спокойно, умиротворенно. Почему-то Джисону захотелось слушать этот голос больше и больше. Он приятен на абсолютный слух Сона.

***

      Весь день Джисон провёл, играя с собакой, либо работая над проектом в колледже. Он ещё только учился на кинолога, родители говорили ему, что парень обязательно должен работать с животными. Хан выбрал собак, он относился к ним с особой любовью. В детстве он часто любил играть с соседскими собаками, дома их в его семье никогда не было: у матери была аллергия на собак. И когда Джисон, долго играя с чужой собакой, возвращался домой, то у матери обязательно начинали зудеть глаза, она много чихала. В таких случаях малыша Джисона заставляли сразу же идти в душ, а вещи — кидать в стирку. Бывали случаи, когда он стирал вещи собственноручно, потому что могла сломаться стиральная машина, либо она уже что-нибудь стирала. И вот теперь мечта Хана исполнилась! Он усердно учится работать с собаками, ещё в средней школе читал, почти без остановки, всякие пособия для будущего кинолога, учил биологию. Джисон всегда радовался, когда родители предлагали ему съездить к его бабушке по отцовской линии, ведь у той было аж три собаки!! Хотя он не любил всю эту деревенскую суету, в которой она жила, парню постоянно приходилось ей помогать. Хан, конечно, был не прочь кормить куриц и рубить дрова для камина в её деревушке, но просыпаться в пять утра из-за дурацкого петуха ему надоедало со временем.       Как и ожидалось, Минхо приехал поздно, уже ближе к 12 ночи. Джисон, в своё время, сопел на диване, скрестив руки на груди и выставив нижнюю губу мило вперёд, хотя мог запросто пойти домой. Видимо, он хотел дождаться новых указаний от старшего. Но чего ещё ждать, если ты всего лишь выгуливаешь чужую собаку? — Эй, подъём, Дж... — мгновение и Хан вытягивает одну руку, тянет Минхо на себя, чтобы тот сел рядом, и обнимает. Парень явно не в сознании, крепко спит. Возможно, что ему даже что-то снится.       Джисон держался за руку Ли, обнимал её, как подушку и выглядел угрюмо. Он мотал головой, издавал невнятные звуки, один раз старший даже услышал явное «прости» и дернулся на месте. Невольно Минхо стало страшно за Джисона, он выглядел беззащитным и так жался к Ли, что последнему было неловко вырываться, он продолжил сидеть с ним рядом и дальше. До тех пор, пока... — Чёрт! — Хан оторвался от руки Минхо, смотрел на него, выпучив глаза, в которых явно был вопрос. Парень был смущён, выдавал румянец на щеках. — Разве я выгляжу, как чёрт? — склонив голову, спросил Минхо.       Джисон все это время смотрел, затаив дыхание. И как он только умудрился уснуть? Бросает взгляд на настенные часы и четко видит, что уже час ночи. Ли смотрел на него так же удивлённо, но потом резко вскочил, с указаниями, чтобы младший немедленно уходил. — Я вроде не давал тебе разрешение на сон в моем доме, причём в такой поздний час... Знаешь ли, я все ещё тебе не доверяю, поэтому иди-ка ты домой, — голос Минхо как обычно спокоен и как обычно с нотками раздражения. Хотя несколько секунд назад он позволял Джисону обнимать его руку и хотел, даже, сам уснуть так рядышком. Но это сыграла его усталость. Да, именно усталость. — П-простите, я... Уже ухожу! — Джисон заторопился, быстро встал с дивана, даже не смотрел в глаза Минхо, пока собирался. Даже не попрощался с Малышом. — И что значило это «прости»..? Гм, не важно, — начал было размышлять Ли, но вовремя себя остановил. Его клонило в сон, и он так и уснул прямо на диване.

***

      На следующий день Джисон пришёл в дом Минхо, когда старший ещё собирался. Он застал парня на кухне, тот усердно завязывал галстук, но никак не мог с ним справиться. Забавно, но за несколько лет работы в серьезной компании он так и не научился его быстро и аккуратно завязывать. Джисон кинул на него быстрый взгляд, чувство ночного стыда вновь прилило к его щекам, как только он оказался в доме. Минхо не видел, как тот смутился. Слишком уж занят был своим злосчастным галстуком.       Хан мельком поглядывал на старшего, смотрел, как тот завязывает галстук своими сильными руками. Руки его показались младшему такими красивыми, ему хотелось больше их рассматривать, даже рисовать, если бы он только умел. На тыльной стороне ладони руки Минхо выступали небольшие вены, они придавали этим самым рукам такое изящество и мощь. Сон даже начал подумывать, что у него фетиш на мужские руки. — Слушай, не поможешь? — вырывает резко из раздумий Минхо, устало смотрит на Джисона. Почему-то он был уверен, что младший умеет завязывать галстуки. И оказался прав.       Хан покраснел пуще прежнего, когда его Ли подозвал. Как хорошо, думалось ему, что люди не умеют читать чужие мысли. Иначе, что бы подумал старший, узнал бы он то, о чем думал сейчас Сон?       Джисон умело завязывал галстук, как нужно, заранее подняв воротник старшего. Со стороны завязывать проще, и Минхо повезло сегодня с тем, что Хан пришёл сейчас. Хотя, Минхо повезло больше с тем, что сегодня он идёт на работу попозже. — Вот бы так каждый день кто-нибудь завязывал мне галстук. Я хорош во многом, но явно не в этом, — усмехнулся старший, когда Джисон закончил с его галстуком. Смущение все ещё витало в душе Хана, он даже глаза пытался спрятать за челкой, пока управлялся с аксессуаром старшего. Последний, кажется, даже не заметил этого, либо делал вид, что не заметил. Так даже лучше.       Минхо ушёл молча из дома, напоследок погладил Малыша, который так и кружил возле своего хозяина, в надежде пойти поскорее гулять. И он пойдёт, но вновь не с ним, а с каким-то незнакомым рыжим парнишкой с беличьим личиком и глазками, как у самого Малыша - щенячьими.       По дороге до офиса Минхо только и думал о смущении Джисона, о том, какой этот паренёк странный и довольно интересный, хоть он никак себя не проявлял. Но Ли тянуло к нему, как вчера, когда тот улыбался так по-детски и смущенно. Минхо думал, что был бы не прочь узнать о парне больше. Тем более, что такого в том, что он интересуется своим, скажем так, работником? Поддерживать хорошие отношения полезно и даже приятно. А Минхо любит, когда у него приятные отношения с хорошими людьми. Ведь Джисон - хороший человек, не так ли? — Доброе утро, — мямлит подошедший к угрюмый паренёк, явно не считавший, что это утро доброе. Да бывает ли вообще доброе утро у людей, над которыми практически буквально летает темная туча? — Доброе утро, Бини, — больше всех тут сияет, конечно же, Хёнджин. Хоть к нему и не обращались, он все равно отвечает своему коллеге Со Чанбину, улыбается и стоит уже с распростертыми объятиями, но никто на них не отвечает. Поэтому парень, отчаявшись, обнимает себя обеими руками все с той же улыбкой, но с выраженной болью в глазах. — Ничего, Хёнджин, однажды тебе ответят. — И вам доброе утро, — чуть натянув улыбку, отвечает Минхо. Он окидывает взглядом обоих, берёт свой свежий латте с корицей и карамелью, и садится за свободный столик, за который вскоре приземляются оба его коллеги.       Все молчат, сонные в очередной раз. Конечно, когда спишь по 4-5 часов, чувствуешь себя, как выжатый лимон, хотя рабочий день только начался. Все пьют свой кофе, заряжаются энергией с помощью него, и смотрят в одну точку, так настойчиво и серьезно, словно там правда что-то важное в этой точке для всех них. Вдруг Чанбин дёргается, словно он что-то вспомнил. Ли с Хваном удивленно пялятся теперь на коллегу, а последний теперь угрюмее обычного, даже зол. — Я тут вспомнил кое-что, — с этими словами Со вскочил с места и пошёл вон из кафе. Оба переглядываются, недоумевают, думают, что было бы неплохо последовать за парнем, но останавливаются оба мысленно на том, что это личное дело Бина. А Бин не любит, когда в его личные дела лезут.

***

      Минхо отчетливо помнит кровь и зловещую улыбку Чанбина. Было страшно, Ли правда ненавидит такие моменты, до ужаса боится чужих разборок, что уж говорить о собственных разборках. — Ты думал хоть, что вытворяешь?! — директор уже срывался на визг, держал Со за воротник рубашки и готов был сам ему вмазать, но у парня и так все лицо было в побоях и кровавых ссадинах. А Чанбин улыбался, он даже смеялся сквозь слезы. Ли впервые видел такое состояние коллеги, и если бы рядом не был Хёнджин, который, в своё время, сохранял спокойствие, то тут же упал в обморок от увиденного. Такие моменты сильно потрясают. Рядом стоял побитый Чанбином Феликс. Он не выражал никаких эмоций, стоял как живой труп, смотрел лишь в одну точку и пропускал мимо ушей нотации директора. — Кто-то сказал, что они подрались из-за повышения Ликса. Мол, Ликс занял место Бина, все дела... — шептались окружающие, и Минхо слышал. Он знал всю эту ситуацию. Знал, что Чанбин ненавидит Феликса, а Феликс, возможно, ненавидит его. Но это лишь их дело, и не важно, что теперь эта ситуация затронула даже самого директора. — Вы оба, — успокаиваясь, обратился директор к Бину и Феликсу, — сейчас же ко мне в кабинет.       Ли заметил мгновенный испуг в глазах Феликса. Минхо видел, что рыженький очень волнуется, и никто бы не хотел оказаться на его месте. Мало того, что его побили просто за то, что теперь он получил повышение, так теперь еще должен терпеть разборки, во время которых станет понятно, что Бину вряд ли светит дальнейшее пребывание в компании.       Минхо во время обеда не ел, ни крошки не лезло в рот, перед глазами все так же стояли моменты из драки Чанбина и Феликса. Он увидел совсем немного, но этого было достаточно, чтобы напомнить о неприятных моментах прошлого. Разбитые костяшки на руках и губы, ухмылка Чанбина и пустота во взгляде Феликса. Слишком тяжело было от увиденного. Минхо решился взять себе отгул на остаток дня. — Хён, ты доберёшься сам? Выглядишь правда не очень... — Хван не зря беспокоился: лицо старшего было бледнее обычного, руки чуть тряслись. Хёнджин не мог этого не заметить. — Все в порядке.       Он врал. Прекрасно знал это и Хёнджин, но предпринимать что-то не в силах. Может, Хёнджин и из навязчивых, но чрезмерно надоедать не в его стиле. Парень умеет обходиться с своими чувствами так, как нужно ему и другим. Он прекрасно видит, что Минхо сейчас просто нужно побыть одному.       Дома навстречу выбежал Малыш. Вот именно тот, кто поддержит, кто позволит отвлечься от всей той боли настоящего и прошлого. И Ли давно бы послал все к черту, но перед глазами все так же, как резкие вспышки, возникают кадры из прошлого, оседают на мозг и давят. И Минхо хватается за голову, садится на корточки и шипит, не в силах побороть эту боль. — Уйди, прошу тебя, уйди, — Ли чувствовал себя, как в вакууме, не мог различить сон и реальность. И лишь лёгкое касание до плеча приводит его в себя. Он тяжело дышит, испуганно смотрит по сторонам, находит глаза напротив и обнимает, утыкается носом в шею, боится как котёнок.       А Джисону остаётся только обнимать в ответ, гладить заботливо напуганного хёна по волосам, и надеяться, что все обойдётся. Совсем ничего не понимает, но чувствует на себе моральный груз и без объяснений. Что же будет, когда Минхо объяснится? Да ещё вряд ли, что он объяснится. Тем более, кто такой Джисон для него? Лишь работник, что выгуливает собаку. А Минхо для Джисона интересен, он хочет знать о нем больше, его к нему тянет, как магнит. — Минхо... — тихо начал Джисон, чуть отодвигая старшего от себя и смотря в его чуть покрасневшие глаза. — Давайте пройдёмся? Вместе с Малышом.       Ли выглядел подавлено, ему правда не мешало сейчас проветриться на улице. Тем более он наверняка знает, где парк, так что эта идея показалась Хану отличной. — Ладно.       Джисон теперь не знал даже, кто тут был больше рад прогулке, но он приятно удивлён был, что Минхо согласился. Смотрит на его подавленный вид, очень хочет как-то исправить это, но не знает как подступиться к нему. Старший словно в иголках, он редко кому даёт обнять себя. И хоть сейчас они обнялись, Джисон все равно чувствует, что слегка напарывается на иголки. И он готов дальше на них напарываться, лишь бы помочь Минхо, исцелить и дать понять, что мир не так уж страшен.