Малыш

— Хён, это я...       Сегодня Феликсу дали разрешение остаться у Чанбина. Последний очень волновался за младшего, ведь на улице молнии и даже собирается дождь. Но по большей части он не хотел его отпускать, потому что скучал. Он скучал по его мягким пальцам, кофейно-тёплым глазам, по его веснушкам и ярчайшей улыбке. И когда Бин видит это все перед собой, он хочет визжать лишь от одного присутствия Феликса рядом с ним. Этот человек сводит с ума, заставляет испытывать неописуемые чувства. Чанбину хочется либо плакать от любви к нему, либо кричать с конца Земли, чтобы слышали все на этом свете, либо смеяться во все горло, да так, чтобы сорвать голос, а живот болел от сильного смеха ещё несколько дней. Раньше всего этого было по минимуму, теперь он ощущает все с новой силой, словно он влюбился в Феликса в два раза больше. Именно сейчас разгорелся этот огонь, хотя младший ещё ни на что не соглашался, не говорил о своих чувствах. Но Со хватает и этого. Ему вполне достаточно того, что Ли сейчас обнимает его, крепко прижавшись всем телом, что он сжимает своими крохотными руками чанбинову рубашку, утыкается носиком в шею и горячо дышит в чужие ключицы, прильнув к ним своими губами. — Черт, Феликс... — выдыхает в этот момент Чанбин, готов плакать, но на его лице безразличие. Лишь глаза выражают всю ту боль, что таилась весь год в глубине его души. — Я так тебя люблю...       Ли расплывается в улыбке, тает в чужих руках и сильнее прежнего сжимает рубашку, будто ему от этих слов больнее. Но это так приятно слышать вновь. Слова о любви из уст Бина звучат теперь вдвойне приятнее, когда знаешь, что любишь в ответ. Их разлука была неправильной, но именно она помогла им пересмотреть свои чувства друг к другу, пересмотреть своё отношение к другому. Разве теперь эта разлука кажется настолько плохой и неправильной? — Хён, прошу, — Феликс отстраняется немного от объятия, смотрит щенячьими глазками в чужие и облизывает губы. Чанбин не дурак, все сразу понимает и краснеет, как влюблённый дурачок, каковым и является.       И он целует пухленькие губы Феликса, нежно и мягко, как можно аккуратнее, словно напугать боится. Чанбин так давно ждал этого момента, он будто вдохнул глоток воздуха, без которого не мог раньше дышать. И парень пробует на вкус каждую губу младшего, не в силах оторваться. А Ли, в свою очередь, уже плачет от неописуемого ощущения, целует в ответ и тихонько так постанывает, заставляя старшего периодически замедляться. Ведь он все ещё боится сделать ему больно. А Феликс хочет большего, он позволяет ему углубить поцелуй, отчего сам чувствует себя безумнее. Поцелуй постепенно переходит в более страстный, а потом Чанбин медленно останавливается, понимая, к чему клонит Ликс. Ещё не время. Как уже было сказано, они проводят ночь вместе. И опять Чанбин и Феликс не могут оторваться друг от друга, но дальше поцелуев не заходят. Ведь желаемое точно когда-нибудь произойдёт.

***

      Джисон предлагает вновь прогуляться. Он всегда видел в этих прогулках с Минхо что-то милое, спокойное и уютное. С Минхо ему вообще всегда уютно, где бы они ни были. А ещё приятнее, когда за ними плетётся Малыш. Они не должны забывать о нем и никогда не забудут. Как никак, Малыш свёл их. Ведь если бы не было Малыша - не было бы теперь и чувств между Джисоном и Минхо. — Скажи, хён, ты счастлив? — спрашивает скромно Джисон, переплетая их пальцы в замок, пока они прогуливаются среди цветущих деревьев и кустарников. — Не совсем, — вздыхая, проговаривает старший. — Почему? — Ну-у, во-первых ты не живёшь со мной. Это меня очень печалит, — Ли строит расстроенную мордашку, заставляя младшего покраснеть и засмеяться. — А во-вторых?       Минхо поднимает глаза в небо, рассматривает внимательно каждое облачко. У него все ещё есть тяжесть в душе, которую он так долго скрывал от Джисона. Видимо настал момент, когда все карты должны быть раскрыты. — А во-вторых у меня есть некое душевное расстройство. Оно у меня с детства. Со временем оно начало пропадать, но иногда проявляется. Я не лечил его, надеясь, что пройдёт да и возможности не было... Но, как можешь заметить, оно все ещё настигает меня. Не знаю, готов ты услышать мою историю или нет... — Готов, хён! Я хочу знать, пожалуйста. Я хочу защищать тебя, — Джисон останавливается и обеими руками держит одну руку Ли, с которой сплёл свои пальцы.       Минхо вдохнул полной грудью, улыбнулся Сону и начал рассказывать. Они заранее присели на лавочку, потому что рассказ обещал быть долгим, ну и по дороге не очень хотелось об этом говорить. Всё-таки это очень важно и говорить надо с глазу на глаз без лишних ушей. — Так получилось, что не все рождаются в хороших семьях. Плохих семей не так уж много, но мне ‘повезло’ в такую попасть. Мой отец рос в семье тиранов, каковым сам стал. Хотел ли он избежать этого? Возможно, но сыграли семейные гены, и все это завалилось на меня. Матери просто было на меня плевать, она могла смотреть со стороны, как я страдаю от чужих побоев, и даже глазом не моргнуть. Она сама тоже терпела перепалки с папой, но доставалось больше всего мне. Я не знаю почему. Может, отец хотел так меня воспитать, может просто видел во мне слабого человека и желал добить. Он делал мне больно, измывался и унижал. Я держался до конца. Может, внешне я и казался слабеньким, я правда был очень худым и мало ел, хотя мы не были бедной семьёй, но я правда был силён духом. У меня не было друзей, надо мной издевались и в школе и я боялся, что в какой-то момент окончательно начну опускать руки. И я начал, — Минхо опустил взгляд на сплетеные собственные пальцы и пальцы Джисона, освободил руку и обнажил запястье. На нём виднелись шрамы, но их было сложно заметить с первого раза. — Эти шрамы служат напоминанием, чтобы я оставался сильным. В возрасте семнадцати лет я сбежал из дома. Собрал некоторые вещи, украл деньги у отца и сбежал. Я не знал куда идти, любой грохот и голос поблизости пугали меня. Даже чужой смех пугал меня, хоть я и знал, что это не обращено в мою сторону. Как-то я столкнулся с милой старушкой и она приняла меня, почему-то, за своего внука. Она поселила меня у себя. В первый же день я так объелся! Я никогда в жизни на тот момент так много не ел! Бабуля была очень рада мне, лелеяла как самого настоящего своего внука! Но потом я узнал, что внук тот давно умер от опухоли, но она, вроде как, об этом забыла. Мне рассказала это её дочь, которая однажды пришла(я тогда уже жил у бабули месяц). Она очень удивилась мне, но не прогнала, не сказала ничего старушке. Сам понимаешь, ей не хотелось волновать её. А потом, когда... бабули не стало, мне пришлось уйти. Я тогда уже встал на ноги, но с людьми я общаться не мог от слова совсем. Я чувствовал, что они все смеются надо мной. Я должен был наплевать на это, но не мог. Я видел недостатки в себе, не мог смотреть на себя в зеркало, к еде появилось отвращение. Я потерял единственного близкого человека, я прожил с бабулей два года. Кстати, те два года она звала меня Минсок. Не далеко ушла ведь? Хаха...       На этом моменте Минхо остановился. Он видел все моменты прошлого перед глазами и не мог спокойно дышать. От пережитого несколько лет назад кружилась голова так, словно это произошло совсем недавно. Джисон беспокойно смотрел на парня, обнимал его, чтобы успокоить. И это действовало. Джисон - его успокоительное. Это успокоительное слаще всех сортов мёда и приятно на вкус. — Помнишь я говорил, что хотел бы стать журналистом или разработчиком игр? И я стремился ко второму. Но, честно, со временем я понял, что хочу быть смелее, что хочу вещать миру о прекрасном. Мне не хватало смелости. Бабуля говорила, чтобы я брался за свою мечту тогда, когда я буду стопроцентно уверен в своём выборе. И благодаря тебе я решил. Ты ведь такой смелый, такой искренний и тёплый. Ты - мой предмет для подражания, Джисон. Я не хочу всю жизнь провести в этом дрянном офисе за составлением кодов для игр. Я хочу двигаться дальше. Хочу показать всем, что я ничего и никого не боюсь. Понимаешь..?       Слезы струились по щекам старшего, вызывая волнение не только Джисона, но и Малыша, который тихонько слушал, лёжа рядышком. Людей почти не было в парке, но даже проходящие мимо не обращали на них внимания, шли своим ходом. Сон вытирал аккуратно слезы парня, гладил по щекам и потом их же целовал. — Хей, Минхо, ты все сможешь. Я верю в тебя, слышишь? Ты же сильный, ты держался до самого конца! — Джисон улыбался, заглядывал в глаза старшему, который старался их спрятать от стыда. Ему очень стыдно, что сейчас он так эмоционален, но это Хану наоборот даже нравится. Минхо откровенен, не скрывает ничего от него. Это делает Джисона по-настоящему счастливым. — Теперь я точно счастлив, Джисон, — говорит, успокоившись в чужих руках, Минхо и тянется за мягким и трепетным поцелуем.

***

      Ли Минхо с улыбкой на губах и с яркими огоньками в глазах покидает здание компании, в которой работал. Он готов начать с нуля вновь, ведь теперь у него есть крепкая опора. Пока Джисон закрывает сессию, Минхо ищет пути работы журналистом. Проходят недели, но ему все так же не удаётся найти нужное место. И опять упадок уверенности в себе. Тогда Хан начинает и сам искать работу для старшего. Он предлагает ему устроиться в малоизвестную кампанию, связанную с журналистикой, веря, что всё-таки они продвинутся за какой-то промежуток времени. — Всему своё время, хён. Главное, чтобы у тебя не пропадало желание двигаться дальше. Двигайся дальше ради Малыша и ради меня, — говорит как-то Джисон старшему.       Увольнение Минхо повергло в шок Хёнджина с Чанбином. Они давно знают, что Минхо стремился к повышению, к славе через игры. Но журналистика? Они знать о ней не знали. А когда узнали, то радовались, что их друг теперь стремится к настоящей своей мечте, и не упускает счастье из-за дурацкой компании. Кстати, уход Минхо хорошенько так пошатнул эту кампанию, она резко начала увядать, прибыли тоже стало меньше и люди постепенно стали уходить оттуда. Даже Чанбин, который тоже с трепетом держался за своё место и будущее. — Мне будто глаза открыли сейчас... — Феликс объяснил систему работы Чанбину, которую когда-то рассказывал от злости Джисону. Бин правда этого не замечал, больше всех не любил директора, потому ему и не везло здесь. Но он продолжал работать, даже если отношения с директором были не в ладах. Теперь его ничто не держало, и он смело уволился, плюнув прямо на порог компании. Идти пока что было некуда, он решается работать в каком-то баре некоторое время, чтобы определиться со своей судьбой. Феликс же давно ушёл с той компании, чтобы наконец заняться своим делом. Он стремился к роли юриста, так что теперь он работает там. Что касается его отношений с Чанбином, то теперь им сложно оторваться друг от друга. Каждый раз, как кто-то из них уходит на работу, им становится грустно, но потом, когда они видятся вновь, проводят вместе время, то совсем не могут перестать держаться за руки, обниматься, разговаривать друг с другом и, наконец, целоваться. Они часто видятся, даже совсем скоро съезжаются в дом Чанбина, но все равно скучают друг по другу безумно, что потом это безумие выливается в их прикосновения. — Прозвучит странно, но я, кажется, не могу без тебя жить, — заулыбался Чанбин, после очередной партии поцелуев. Щеки Феликса предательски покраснели и улыбка сама по себе появилась на его губах. — Тогда мы оба странные, раз я чувствую то же самое, — и Ликс вновь целует старшего, без конца улыбаясь.       Остался в компании лишь Хёнджин, но тоже ненадолго. Лишь до момента, пока компанию полностью не распустили. А произошло это всего-то через полтора года. Парень очень грустил, когда его два близких друга ушли. Тосковал по ним, звонил иногда по излюбленному FaceTime, усердно работал и все так же поздно возвращался домой. Зато у него все ещё были причины заходить в любимое кафе одному. Раньше он не представлял, что будет ходить туда один. А теперь все изменилось, теперь там выжидает его сонный милый лисёнок по имени Ян Чонин. Этот самый лисёнок делает самый вкусный кофе, добавляя к этому скромные поцелуи в щёчку. Когда Хван шутит, мол, когда же будет большее, Чонин всегда возмущается, всплескивая руками, и краснеет, говоря: «я ещё маленький для таких вещей!» Но при этом он работает уже в свои 19 в кафетерии, дарит самые нежные поцелуи в щёку и даже соглашается на свидания с Хваном.

***

      Джисон наконец-то получает свой диплом об образовании. Счастью просто нет предела, он кидается на шею Минхо от восторга и почти плачет. Ли, кажется, радуется этому больше, чем он. Тоже прыгает от счастья, чуть ли не на руках носит младшего. — Ты молодец, Джисон-и! — расцеловывая лицо парню, тянет Минхо.       Теперь у Джисона будет меньше проблем с заработком, хотя, после работы на Ли, у него их практически не было. За тот период, пока он на него работал, ему удалось поднакопить денег, которые теперь были необходимы, чтобы помочь старшему. Он мог бы потратить эти деньги на себя, но в этом не было необходимости. И Минхо отпирался, говорил, что справится сам, но вскоре, через щенячьи глазки, поцелуи и объятия, Джисону удалось уговорить старшего. И это в корне изменило дело. — Как ты? Волнуешься? — проговаривает спокойным тоном, но беспокойно смотря на Ли, Джисон. Он, как это обычно теперь бывает, завязывает ему галстук этим утром. Это, кстати, ещё одна мечта Минхо, правда маленькая, но она всё-таки исполнена. — Немного... Раньше ведь я просто рассказывал что-то перед камерой, а теперь надо будет контактировать с некоторыми людьми, — выдыхает старший. — Не волнуйся! Помни, что это - твоя мечта и ты к ней пришёл, — улыбчиво говорит Джисон и обнимает парня, унимая его беспокойство.       Минхо обожает Джисона. Он помогает ему во всем, исцеляет и дарит свою любовь. Чем только он его заслужил? Джисон ангелочек, с большим сердцем и самыми тёплыми объятиями. И Минхо хотел бы уехать с ним на край света, поселиться там в небольшом домике вместе с Малышом и жить счастливой жизнью вот так втроём. В тепле, желательно где-нибудь у моря...       Минхо нехотя отстраняется от джисоновых объятий и спешит на работу, заранее погладив Малыша. Теперь у него прилив уверенности и счастья. Он готов горы свернуть благодаря этим эмоциям, благодаря Джисону. Минхо чувствует, что сегодня должно свершиться что-то важное, что-то, что даст ему пинок идти дальше. Все эти разговоры с людьми так волнительны, ему поверить сложно, что спустя столько времени он теперь занимается именно тем, что ему нравится. Все свои страхи он убирает на второй план, его мотивация - Джисон и Малыш. Они те, ради кого он может и будет стараться. Они его семья.       Вечером Минхо возвращается с каким-то новым настроением, которое Сон либо не замечал, либо никогда не видел. Но это настроение определённо хорошее, просто ещё какое-то загадочное. — Как все прошло? — в голосе младшего звучало волнение. Он помогал раздеться Минхо: снимал его пиджак, забрал сумку. Кажется, последнему было тяжело говорить сейчас, но на его губах был немой восторг.       Джисон, пока раскладывал ужин, поглядывал на Ли. Тот сидел за столом, расслабив свой галстук, смотрел в одну точку и улыбался. Джисон замечает, что руки парня дрожат, но беспокоить не хочет, ждёт, когда Минхо соберётся с мыслями. Спустя каких-то 10 минут, Ли словно очнулся, потёр глаза и потряс головой. — Я поверить в это не могу, но, кажется, меня взяли работать на центральное телевидение, — после этих слов из рук Джисона выпала вилка и с грохотом ударилась о пол. — Тебя взяли куда? — теперь Хан понимал настроение старшего и сам чувствовал этот приятный шок. — Журналистом на центральное телевидение. Я до сих пор не понимаю, как так получилось, но они сказали, чтобы я завтра обязательно приехал к ним, чтобы провести первый разговор... Они увидели во мне потенциал, Джисон-и!       Глаза Минхо сияли от счастья. Он улыбался и смотрел на младшего, который был горд за него, будто это его Хан вырастил, как своего ребёнка, и теперь восхищается. — Хён, я так рад за тебя, — Джисон спешит к парню, обнимает его. После смотрит в глаза и изучает эти искорки в чужих глазах, улыбается, а потом волнительно целует. Его счастью нет предела, как у Минхо, который радовался за младшего, когда тот получил свой диплом.       Поздно вечером, когда они уже поели и выгуляли Малыша, парни лежали в кровати(некогда это была кровать Минхо) и болтали обо всем на свете. Джисон без конца улыбался и смеялся, потому что был счастлив и, плюс ко всему, Минхо сам его смешил, рассказывая, как однажды Малыш испугался кота. — И после этого люди смеют называть его опасным? Да он мухи не обидит! — усмехается Джисон. — Муху, может, и не обидит, но человека укусить он точно может. Убедился от бывших работников, — отвечает с такой же усмешкой Ли. — Скажи, а откуда у тебя взялся Малыш? — это правда было интересно младшему, Минхо никогда об этом не говорил. Может, у Малыша тоже была какая-то трепещущая история. — Он из приюта. Я всегда всем говорил, что мне его подарили, чтобы не было лишних вопросов, но я забрал его сам. Он тогда ещё был совсем щенком, а мне было одиноко. Я чувствовал, что Малыш чувствует то же самое, его никто не хотел забирать. Все его боятся, а я не видел в нем угрозы, решил рискнуть. Теперь он тут, здоровый, забавный и милый Малыш. Ты же видишь в нём то же самое, ведь так? — Да. Я вижу сразу, какие собаки на самом деле добрые. Какой хозяин, такой и питомец, — Джисон получает легкий поцелуй в лоб и улыбается, жмётся к старшему под толстым одеялом. — Я так счастлив, — умиротворенно проговаривает Ли, пока гладит Сона по его рыжим волосам. Последний засыпает в этом уюте и тепле, в объятиях любимого человека и под защитой. Что может быть лучше?

Два года спустя

— Добрый вечер! Сегодня я расскажу вам о том, кого совсем бояться не нужно. Многие из вас называют его агрессивным, но это не так! Посмотрите, какой милый пёсик - он совсем не агрессивный и поддаётся человеческим ласкам. Собака породы боксёр - наша сегодняшняя тема для разговора. Меня зовут Ли Минхо и я вам расскажу об этом чудесном питомце. Уверен, после этого вы побежите в ближайший приют или зоомагазин, откуда заберёте этого прелестного пёсика!       Забавный маркетинговый ход, но Минхо понадобилось много времени, чтобы уговорить директора телеканала оповестить Корею о собаках, подобных Малышу. Это то, в чем Ли был стопроцентно уверен, за два года он научился умело справляться со своей речью, перед камерами и чужими людьми не так уж страшно. А сегодня ему придаёт уверенности и присутствие Джисона вне съёмочной площадки. Тот следит за ним, улыбаясь, вслушивается в каждое слово и чувствует, как его сердце трепещет от любви к этому человеку.       Рассказ Минхо можно слушать и слушать, он правда привлекает множество зрителей, рейтинг передачи, в которой он всегда снимается, на высоте, как и сам канал. Ли становится востребованным журналистом и ведущим программы, у него появляются поклонники, что даже заставляет Джисона ревновать его, хоть он и знает, что Минхо никогда не уйдёт от него. Сон уверен в этом, он верит обещаниям старшего и успокаивает себя этим каждый раз, как на него накатываешь ревность от бесконечных уведомлений от фанатов. — Ты прямо как айдол, — говорит как-то Джисон, бросая ревнивый взгляд на чужой телефон. Минхо тут же улавливает эту ревнивую волну, усмехается, подходит к младшему и обнимает. — Это всего лишь фанаты, они для меня никто по сравнению с тобой, веришь? — Ли заглядывает в глаза Хана, цепляет его взгляд и улыбается, чтобы успокоить паренька. Слова действуют и после этого Джисон старался менее ревностно относиться к бесконечным уведомлениям(правда порой специально отключал их, чтобы они не раздражали его). Ревнивый бельчонок.       Директор подбегает после прямого эфира к Минхо, хвалит его и уведомляет о хороших отзывах зрителей. В душе Ли фейерверки, ему так приятно знать, что кому-то нравится то, о чем он вещает миру. Ведь это его давнишняя мечта, теперь она исполнена и Минхо может наслаждаться этим до конца своих дней. Но сегодня вечером он хочет предложить кое-что Джисону.       Вечером в доме Минхо и Сона собралась скромная компания из Хёнджина, Чанбина, Феликса и Чонина. Все парочки теперь собрались вместе и наслаждались совместным временем. Хёнджин был шумнее всех, чем раздражал Чанбина с Феликсом(как обычно), но для них это было нормально. Они, как два сапога пара, им позволительно. Малыш бегал вокруг всех, счастливо вилял хвостом, радовался всем и давал себя гладить. Сегодня не его день рождения, но он очень рад, что много людей его окружают. Это делает его счастливее! А ещё Джисон сегодня одел его в воротничок с галстуком и теперь он вновь был похож на Минхо, который так же был в галстуке и рубашке. — Джисон, ну кто тебя просил? — смеётся Минхо, когда Малыш выбегает в аксессуарчике из их комнаты. — Сегодня праздник! А я одеваю в воротничок каждый праздник. Забыл уже? — улыбчиво говорит Сон и целует Ли, который обнимает его за талию. — Ой да не каждый праздник ты его одеваешь так... — Цыц! — и Джисон опять его целует, смеясь. — Да почему ты смеёшься? Мне твой смех губы щекочет, дурак, — тоже смеется старший и тыкает пальцем парня. — Ай, не знаю, не знаю. Я просто слишком рад, а то, как вы похожи с Малышом смешит меня ещё больше. — А когда ты дарил - тоже смеялся? — Не-ет! Я серьёзно отнёсся к этому!       За столом каждый рассказывал о своей жизни. Чанбин с Феликсом рассказали, что совсем скоро хотят съездить в Париж. Они копили несколько месяцев на поездку и вот решились. А Хёнджин с Чонином, которые ещё год назад начали встречаться, завели кошку и назвали её «Малышка». — «Малышка»? Оригинально, Хёнджин, — бурчит Минхо, который, с чего-то, обиделся. — Э-это я дал ей кличку... — отзывается скромно Чонин и все за столом замолкают, от неловкости ситуации. — Ай да какая разница! Ну похожи клички - и что? Мы все равно не будем привозить нашу кошку к вам, — Хёнджин попытался разрядить обстановку, у него всегда получалось выходить из неловких ситуаций, так что после этого он переключился на другую тему для разговора.       Когда все наконец уехали, Минхо решил поговорить с младшим. Ему очень хотелось услышать согласие от парня, и скорее всего он его получит, но все равно что-то заставляет его чувствовать себя неуверенно. — Джисон-и, — Минхо обнимает младшего со спины, пока тот моет посуду. — Что? — Я тут подумал... А может нам съездить к морю? Я имею ввиду, я хочу пожить какое-то время у моря, где тепло и уютно, рядом с тобой и Малышом...       Джисон выключает поток воды, поворачивается лицом к парню и смотрит прямо в глаза. Минхо в глазах напротив видит целую вселенную, в которую бесконечно влюблён. Он цепляется за каждую падающую звездочку, за каждую искорку и пылинку в этой атмосфере, ищет в них ответ на свой вопрос. Он замечает, что все блестит так, как будто радуется происходящему. Это и есть желаемый ответ. — Ты ещё спрашиваешь? Я за тобой хоть на край света, — все выглядит, как в каком-то дурацком романтическом фильме старых лет, но Минхо нравится тот ответ, что даёт ему Джисон.       Он не может сдержать эмоций, передаёт свою радость через мягкий поцелуй, прижимает младшего себе как можно ближе, хотя куда уж ближе, если и так между ними нет свободного места. Но Ли просто безумно счастлив, ещё одна мечта исполнена, и он как можно больше времени проведёт с любимым человеком, с любимым питомцем-Малышом, возле тёплого сине-зеленого моря, где они будут встречать рассветы и провожать закаты. Иногда случается, что неожиданная встреча окажет в будущем решающее влияние на всю жизнь.