Мой проводник

*часом ранее* Уже на полпути к Малфою Гермиона вспомнила, что обещала друзьям написать, когда она будет готова встретиться. После такого эмоционально выматывающего общения с Драко она чувствовала острую необходимость окунуться в теплую атмосферу любящих ее людей, которые помогли бы избавиться ей от удушливого липкого чувства. Гермиона поморщилась. Да и с Роном пора было мириться. Их отношения находились в самом зародыше, и она искренне не хотела его загубить. Гермиона с улыбкой вспомнила их робкие поцелуи, неуверенные прикосновения, которые заставляли сердце сжиматься и трепетать. Они словно заново знакомились друг с другом, несмотря на все семь лет, которые они провели бок о бок. Именно в такого человека она и должна была влюбиться — родного, надежного, теплого, мило-глуповатого, но в то же время отважного, готового пожертвовать своей жизнью ради других. С ним было так уютно просто помолчать, обнявшись в кресле, чувствуя его руку на своей голове, аккуратно перебирающую ее непослушные пряди. Гермиона отправилась в «Дырявый Котел», чтобы воспользоваться услугами совиной почты. Наскоро начеркав записку, она привязала ее к лапке белоснежной сипухи и уже хотела уходить, как ее окликнули. — Мисс Грейнджер! Как хорошо, что я вас тут застала, — профессор МакГонагалл спешила к ней через неровные ряды столиков. — Добрый день, директор, — тепло поприветствовала ее Гермиона и вопросительно посмотрела на нее, уже предчувствуя, что речь пойдет о Драко. — Моя информация оказалась полезной? Вы уже встретили мистера Малфоя? — Имела неудовольствие, — буркнула Гермиона. — Спасибо, что беспокоитесь, директор, но, кажется, это дело обречено на провал. — Ох, — вид у женщины был удрученный. — Очень жаль. Я накануне общалась с министром Бруствером, и он мне поведал занимательнейший секрет относительно мистера Малфоя. Я очень надеялась, что он вам помог бы в вашем деле. Первым порывом Гермионы было отказаться от информации и заявить, что она умывает руки. Но тот самый огонек жалости и надежды повернул ее мысли в другое русло. Гермиона, проклиная свою чрезмерную доброту и милосердие, вздохнула и сказала: — Знаете, я думала, что никто не сможет так рьяно отвергать помощь, как домовые эльфы, но я ошибалась. Малфой превзошел их во сто крат. Если вы считаете, что та информация, которой вы обладаете, сможет помочь Драко, я выслушаю и приму к сведению. Но не обещаю, что воспользуюсь ею. — Не разочаровывайтесь в нем раньше времени, милая, — МакГонагалл тепло посмотрела на девушку и продолжила: — Как бывший член Ордена Феникса, Кингсли не питает никакой симпатии к… Пожирателям Смерти, — сказала она шепотом. — И, тем более, к Малфоям, вы понимаете. Однако, руководствуясь личным отношением при вынесении приговора, он действовал бы не профессионально. Визенгамот практически единогласно решил дать Драко шанс на исправление и возвращение в магический мир, плюс ваши с мистером Поттером показания в защиту мистера Малфоя убедили его согласиться с таким решением. — Что нужно сделать? — взволнованно перебила ее Гермиона. Огонек надежды и жалости из маленького разросся до настоящего пламени, которое теперь бушевало в груди девушки. У Малфоя есть шанс вернуться! МакГонагалл неодобрительно покачала головой и сказала: — Нужно всего лишь исполнить приговор, — Гермиона выглядела озадаченной, поэтому профессор поспешила продолжить: — Мистер Малфой должен искренне принять мир маглов. Должен признать, что его отец всю жизнь вкладывал в него извращенную истину. Словами и действиями он должен показать, что изменился. И тогда наш мир снова примет его, забудет о его прошлом, забудет о его статусе…вы знаете, каком, — она явно не хотела снова произносить слова «Пожиратель Смерти», слишком свежи были воспоминания о тяжелой жестокой войне. — Не думаю, что это вообще возможно, профессор, — в голове у Гермионы явно вставали картины их школьного прошлого, все те обиды и грязь, которой Малфой поливал ее тогда и сейчас продолжает это делать. Чтобы хорек и признал, что практически всю жизнь был неправ? Ой ли. — Я бы ни за что не стала давать ложных надежд, мисс, если бы не была в вас уверена. — Почему вы так болеете за него? — закусив губу, спросила Гермиона. Ей необходим был этот ответ, ведь у нее не было уверенности МакГонагалл, а она так необъяснимо хотела, чтоб она у нее появилась. — Я больше болею за вас, мисс Грейнджер. Это больше необходимо вам, чем ему. После войны вы…изменились, незримо, неуловимо, но изменились. Я хочу снова видеть в вас ту девочку, которая однажды поступила на мой факультет, сильную, независимую, храбрую, идущую до конца за тех, в кого она верит. А вы верите в него, Гермиона, и я вижу это. И так же вижу, что вы теряете надежду. Позвольте ему удивить вас, ведь мистер Малфой не так плох, как кажется. Он просто запутался, он все еще находится под влиянием своей семьи и ее устоев, ему тоже нужно от этого избавиться, чтоб он смог идти дальше. Да и какой из меня директор, если я не буду ратовать за каждого из моих студентов, — усмехнулась МакГонагалл. «Малфой не так плох, как кажется», повторила про себя Гермиона слова профессора. Именно они подтолкнули ее к окончательному решению о помощи Драко, окончательному и бесповоротному. Пообещав профессору держать ее в курсе событий, девушка вспомнила их с Малфоем первую встречу в магловском кафе, улыбнулась своим мыслям и подошла к барной стойке. Уже через пять минут она вышла из бара с бумажным пакетом в руках. *** — Как это понимать, Грейнджер? — звенящие злостью слова прилетели ей в спину, когда она уже спускалась по лестнице. Гермиона улыбнулась. Не разочаровал. — Говорю же, прощальный подарок, — она хмыкнула и вызывающе посмотрела на парня, который тряс бутылкой сливочного пива прямо у нее перед носом. — Хотела унизить напоследок? Мол, на, Малфой, вспомни, чего ты лишен навсегда. И я не про выпивку, — тонкие ноздри Драко раздувались от негодования. Гермиона опешила. Она совсем не ожидала такой реакции, любой, только не такой. Унижение — это последнее, что бы она хотела, чтоб парень почувствовал. — Придурок, — буркнула она и уже громче продолжила: — Нет, Малфой, не хотела унизить. Хотела напомнить тебе о том, кто ты. — И кто же я? — Волшебник. Ты — волшебник. Ты представитель древнего рода, ты способный, сильный маг. А ведешь себя, как магловская клуша. — Да как ты… — А вот так и смею. Посмотри на себя. На тебя смотреть жалко. Только и можешь, что жалеть себя и плеваться ядом. Видел бы тебя твой отец, — хмыкнула Гермиона и сложила руки на груди, словно защищаясь от возможной реакции. На ум приходило столько разных оскорблений, что ни одно из них не смогло внятно прозвучать в адрес обнаглевшей грязнокровки. Однако, где-то в глубине души, очень-очень глубоко, он понимал, что Грейнджер права. Он старательно отгонял это осознание, от которого хотелось чесаться. Оглядев бледного сжимающего кулаки парня, который то открывал, то закрывал рот в немой ярости, Гермиона поняла, что реакции не последует, поэтому рискнула и продолжила: — Всего две вещицы из твоего, ТВОЕГО, Малфой, мира вынудили тебя бежать за мной. Давай же, я жду, злись, выпускай ярость, докажи мне и самому себе, что ты не слаб, что ты должен и можешь бороться и утереть нос всем этим пиявкам из Министерства, — Гермиона искренне надеялась, что слежка за квартирой Драко не распространялась на лестничную площадку. — Делай, что угодно, но не сдавайся. Иначе ты не тот Малфой, которого я знала. А теперь засунь свою гордость и ненависть куда подальше и дай мне пройти. Тебе нужно постирать вещи, несет от тебя как от Клювокрыла. Это было смело, очень смело, на грани безрассудства. Шанс того, что Малфой не пошлет ее куда подальше, был крайне низок. Гермиона, стараясь выглядеть хладнокровной, с замиранием сердца ждала реакцию. «Давай же, давай, не подведи», отчаянно молилась девушка. Драко стоял на верхней ступеньке и не отводил от Гермионы пронзительного взгляда. Лицо оставалось бесстрастным, но в глазах явно отражалось то сражение с самим собой, которое он вел внутри. В конце концов он молча прижался спиной к стене, давая девушке возможность пройти. Гермиона внутренне ликовала и хлопала в ладоши, стараясь ничем не выдать своих истинных эмоций, и начала путь обратно в квартиру, как вдруг Малфой схватил ее за кисть и потянул на себя, заставляя повернуть к нему лицо. Гермиона судорожно сглотнула, мельком взглянув на их сцепленные руки, и уставилась в серые полыхающие глаза, боясь следующих слов. Ее хрупкая тонкая ладошка была влажной. Она нервничала? Боялась? Какая разница, ведь она совершенно точно не была такой хладнокровной, как показалось сначала. Драко легко улыбнулся своей мысли, внезапно почувствовав, что не только он тут уязвим. Ее уязвимость читалась в глубоких карих глазах, обрамленных длинными черными ресницами, в ее рваных вздохах, в ее приоткрытых губах. Малфой с неясным удовольствием прошелся взглядом по нежным бледным щекам, по линии челюсти, по несносному длинному носу. Гермиона физически чувствовала его взгляд, тепло на тех частях лица, которые подверглись его изучению. Она почувствовала, как его рука сжала ее, и услышала: — Ты никому и никогда не расскажешь об этом. — Обещаю, — прошептала девушка и поспешила выдернуть свою ладонь из его такого смущающего захвата. Резко развернувшись, она слегка коснулась пышными волосами его лица, обдавая Драко запахом свежести, мяты и сладкой дыни. Он почувствовал его вкус на языке и поспешно сглотнул, не давая себе шанса его запомнить. Мурашки. Целый табун мурашек пробежал по затылку Малфоя. Он недовольно нахмурился своей реакции и проводил взглядом девушку, которая уже скрылась в его квартире. Он засунул руки в карманы и последовал за ней. В гостиной было пусто. Драко перевел взгляд на приоткрытую дверь спальни и усмехнулся. Если бы кто-то еще пару месяцев назад сказал ему, что у него в спальне будет находиться Грейнджер, он бы поставил все свое состояние на то, что такому не бывать. — Малфой, ну это просто свинство какое-то, — раздался негодующий голос. — А ну иди сюда, аристократ ты хренов. Он неторопливо прошел в комнату, где мелкая лохматая фурия тыкала пальцем в гору грязной одежды и возмущенно сверкала на него глазами. Он небрежно облокотился на дверной косяк и скривил губы. — Ты мог хотя бы сложить в корзину это все! Чистота крови — это, знаешь ли, еще не повод называться аристократом. Чистота должна быть везде! — Особенно в голове, как у тебя, Грейнджер, — язвительно отметил он. Гермиона не обратила внимания на его выпад и заявила: — Я к этому ни пальцем не прикоснусь. Бери все свое вонючее тряпье и тащи его в ванную. Она ураганом пролетела мимо Драко, вновь обдавая того своим ароматом. — Ведешь себя, как сварливая женушка, — пропел он, собирая вещи, стараясь не выдать свою неловкость. — Упаси Мерлин от такой участи, — незамедлительно последовал ответ. — Что в стиральной машине делает письмо?! — О… — скованно пробормотал он, появляясь на пороге ванной комнаты. — Так это стиральная машина, я думал, это что-то типа исчезательного шкафа. Залезть туда полностью у меня не вышло, я и решил, что он для более мелких вещей. Как видишь, мой эксперимент с треском провалился. Гермиона целую вечность молча смотрела на него и внезапно громко расхохоталась. Малфой вновь почувствовал прилив злости, краем сознания отмечая, что для грязнокровки ее смех звучит необычно мелодично. — Если ты собираешься ржать надо мной по каждому поводу, Грейнджер, можешь сразу выметаться отсюда. — Прости, — она всхлипнула, но, не удержавшись, снова залилась смехом: — Знаешь, Малфой, а ты в чем-то прав. Это устройство действительно может служить исчезательным шкафом…для носков. Хоть Драко и не понял ее последнее высказывание про носки, он улыбнулся одним уголком губ и сказал: — Если хоть одна вещь пропадет из этой адской машины, я прибью тебя. И заставлю признать, что моя теория с исчезательным шкафом не была такой уж идиотской. Гермиона примирительно подняла руки и утерла слезу, скатившуюся по щеке от бурного смеха. *четырьмя часами позже* — Итак, что мы имеем на сегодня. Мы научились стирать одежду в стиральной машине, разогревать полуфабрикаты в микроволновой печи, которая, к слову, не является исчезательным шкафом для вещей малого размера, — Гермиона надула щеки, стараясь сдержать очередной приступ. Драко мрачно взглянул на веселящуюся девушку, сидя на диване и положа ногу на ногу. — Я молчу-молчу. Мы посетили чудесное место под названием «супермаркет», научились выбирать продукты, смотреть на срок их годности и не хамить кассиру. Над последним, думаю, стоит еще поработать, потому что справился ты из рук вон плохо. Освоили такие непростые бытовые приборы как холодильник и пылесос. Что ж, за первый день ты получаешь отметку «выше ожидаемого». За твое поведение в супермаркете — тролль. В учебном плане поездки на метро и автобусе, картография, оплата квитанций за коммунальные расходы и обучение пользованию телевизором. На самостоятельное изучение дано посещение торговых центров и парка. Думаю, за пару дней управимся. Драко закатил глаза. Еще пара дней в компании невыносимой всезнайки, Мерлин, иначе, чем карой, это не назвать. — Я — способный ученик, глядишь, управимся и раньше, — холодно бросил Малфой. Гермиону это замечание необъяснимо укололо. Он явно хотел избавиться от нее как можно раньше. Хоть девушка и не была в восторге от их совместного времяпровождения, она надеялась хоть на крупицу благодарности. И зря, видимо. Он скорее даст дементору откусить его хамский язык, чем хоть кому-нибудь скажет «спасибо». Гермиона сразу почувствовала себя неуютно. Чтоб поскорее избавиться от липкого ощущения, она медленно подошла к книжному шкафу и…снова залилась смехом. На полке лежала «Большая Детская Энциклопедия Обо Всем На Свете». — Смотрю, пункт под названием «книжный магазин» ты уже освоил, — выдавила девушка, про себя удивляясь, что Малфой воспринял всерьез ее шуточный совет. Он был гораздо более растерян, чем ей казалось. Увидев, что Драко никак не реагирует на ее слова, а лишь отрешенно смотрит в никуда, она резко осеклась, неловко погладив себя рукой по плечу, и направилась к выходу. — Следующее занятие завтра в девять, Малфой. Не опаздывай, — насмешливо пропела Гермиона, поправляя невидимые очки. — Исчезни уже, — устало поморщился Драко и завел руки за голову. *** Гермионе хотелось идти вприпрыжку. Она с удовольствием подставляла лицо теплым вечерним солнечным лучикам, улыбалась случайным прохожим и отмечала все милые детали, которые не имели раньше никакого значения для нее. Она отдавала себе отчет в том, что причиной ее такого замечательного настроения стал Малфой. Малфой. Гермиона даже фыркнула, настолько нелепым это казалось. Она с удовольствием вспомнила его надменный взгляд, когда они заходили в супермаркет, который вскоре сменился удивленным и…заинтересованным? Он осторожно открывал морозильные камеры, протягивал туда руку за одной из разноцветных коробок и тут же ее отдергивал, недоуменно рассматривая собственную ладонь. Искреннее намерение Гермионы не смеяться трещало по швам, поэтому она тут же отвернулась, стараясь скрыть улыбку. Слава Мерлину, Малфой ничего не заметил, уже недоверчиво изучая полку с соусами. Он практически ничего не говорил, только хмыкал на замечания Гермионы по поводу тех или иных продуктов. С пылесосом и холодильником разобрались за полчаса. Гермиона с облегчением смотрела, как Малфой деловито елозит пылесосом по полу, всем своим видом показывая, что это «очередное идиотское магловское изобретение» ничуть его не удивило. Однако, девушка заметила, как тот скинул на пол перо с диванной подушки и моментально запылесосил его, победно улыбнувшись. Гермиону переполняло удовлетворение, оно лениво устроилось у нее где-то выше солнечного сплетения и улыбалось, как Чеширский кот. Такое чувство мог испытывать человек, который реализовал свои амбиции. Несмотря на то, что ее учеником оказался несносный слизеринский хорек, девушка все же была довольна своей работой. Перед ней была tabula rasa, чистая доска, чистый лист бумаги, и только от нее зависело, чем он будет наполнен. На секунду она и впрямь почувствовала себя невыносимой зазнайкой, коей ее называла добрая половина Хогвартса, но быстро отогнала от себя мрачные мысли. Еще два-три дня, и с обучением будет покончено. Она выполнит свой долг, который сама же себе и приписала, и они с Малфоем расстанутся. Возможно, она зайдет к нему еще пару раз после, просто для контроля, но это точно будет не скоро. Сев за обеденный стол в своем доме, она налила себе холодный имбирный лимонад, от которого стакан тут же запотел, и с наслаждением отпила глоточек. Только сейчас она поняла, как устала. *** Драко расположился за кофейным столиком в гостиной, задумчиво уставившись в окно. Перед ним стояла тарелка, полная дымящихся куриных наггетсов, которые он макал в сырный соус, по совету Гермионы. День однозначно нельзя было назвать обычным. Черт, да он был просто сумасшедше странным! Все эти совместные походы по магазинам, приготовление (подогревание) еды, уборка, и все это рука об руку с Грейнджер, словно они были престарелой супружеской парой. Драко передернуло от этой мысли, курица встала поперек горла. Он и грязнокровка. Супружеская пара! Мерлин, что лезет ему в голову? Аппетит мигом пропал. Малфой небрежно кинул остаток наггетса обратно на тарелку и с отвращением вытер пальцы. Должно быть, магловский воздух уже отравил его сознание. Чувствуя острую потребность принять душ, Драко на ходу скинул с себя одежду, направляясь в ванную. Горячие упругие струи воды помогли расслабиться и немного отвлечься. А в голове настырно звучал переливистый девичий смех.