Proximity

      Утром среди деревьев повис туман — тяжёлый, влажный и холодный. Дыхание По поднималось перед лицом белыми облачками. Он забился под последнюю шинель Первого Ордена, его лодыжка ныла каждый раз, когда он хотел передвинуть ногу. BB8 говорил, что он идиот, он сам виноват. По ворчал в ответ, что не мог просто остаться на месте крушения, промокнуть насквозь и смотреть, как поднимается вода.       Хакс всё ещё крепко спал. Он перестал дрожать, перестал так сильно потеть. По теперь меньше паниковал из-за него, из-за его ноги.       Это не значило, что всё остальное его беспокоило меньше.       Поскольку По не мог никуда уйти, он начал составлять список — всё, что знал о планете, на которой они находились: продолжительность циклов (около тридцати часов, он считал, плюс-минус), скудные часы без дождя, растения, которые он видел, отсутствие диких животных. Когда он отметил всё, что мог, он вытащил комм и задумался, глядя на него.       Помимо датападов, которые, можно было быть уверенным, предназначены только для передач на короткие расстояния, это единственное, что у них оставалось, единственное, что способно получить сигнал от мира. Он должен найти способ усилить сигнал, преодолеть интерференцию планеты, но если он сломает это устройство — то всё. Они обречены.       По разблокировал единственный работающий датапад, используя отпечаток пальца Хакса в качестве универсального переопределения и BB8 для взлома кода. Это заняло некоторое время, но удалось войти. Датапад принадлежал лейтенанту Митаке, предположил По, и хотя там были базовые коды и данные о местоположении, там не было ничего, действительно полезного прямо сейчас.       Технологии Первого Ордена были лучше, чем у Сопротивления. У них больше ресурсов, больше умов. Они были основаны на старой имперской технике, но гораздо более продвинутой.       Вот уж действительно было бы лучше попасть в эту переделку с Финном. Или с Роуз. Или с кем-нибудь другим, в самом деле.       Вместо этого у него есть Хакс, поэтому Дэмерон его растолкал.       Хакс просыпался с трудом, полусонный, он что-то бормотал, но очнулся, когда По рявкнул на него.       — Эй, Хагз, ты собираешься пролежать весь день в спячке или планируешь помочь нам убраться с этого булыжника в любой момент?       Хакс нахмурился. Странно, но это было даже мило — вернуться к нескрываемой враждебности. По знал, где он находится, знал, как с ним разговаривать, как действовать.       — Позволь напомнить, что это твоя вина, что мы застряли на этом булыжнике, — огрызнулся Хакс.       По фыркнул.       — Ну конечно. Я тот, кто решил врезаться в мой шаттл на преследующих меня крестокрылах вместо того, чтобы, я не знаю, совершить посадку и сдаться, как разумный человек. О нет, подожди-ка… Прости. Я тот, кто отдал приказ протаранить мой шаттл крестокрылами.       По скрестил руки на груди, торжествуя.       Хакс посмотрел на него, затем ухмыльнулся:       — Знаешь, обычно, когда некто пытается убедить кого-то помочь, он не начинает с оскорблений.       — Угу, ладно, некто не просит. Некто рассказывает. Если, конечно, кто-то не захочет остаться здесь навсегда. Застряв с этим некто.       Хакс вздохнул и поднял руку, чтобы помассировать лоб.       — Перестань называть себя «некто».       — Нет, — улыбнулся По.       Хакс смерил его испепеляющим взглядом и начал с трудом приподниматься.       — Ты хочешь, чтобы я ... — начал По.       — Нет, — прорычал Хакс.       — Хорошо-хорошо. Некто всё понял.       Хакс ненадолго закрыл глаза. Когда он выпрямился, то резко вздрогнул, глядя на свою ногу. Оглянулся на По. Тот думал заставить его попросить обезболивающее. Заговори со мной, генерал. Ну же. Сейчас это не так трудно, не так ли? Но он не был настолько жесток, чтобы сказать это вслух. Он никогда не был так жесток.       По потянулся к аптечке, BB8 подтолкнул её к нему.       — У нас их немного, — сказал По. — И я оставил их все для твоей бледной задницы, несмотря на то, что моя лодыжка по ощущениям застряла в прессе для мусора или что-то вроде этого, поэтому тебе лучше быть добрее ко мне, Хагз.       Хакс непонимающе посмотрел на него.       По бросил ему лекарство через пещеру, и он ловко поймал его, уставился на упаковку, а затем поднял взгляд. Дэмерон видел, как за его холодными голубыми глазами в голове крутятся шестерёнки. Он сейчас пытался понять, в какую игру играет По, как использует это в своих интересах. Жаль, что Хакс не мог понять, что игра По заключается в том, чтобы быть достаточно неплохим человеком.       В конце концов Хакс снова посмотрел на обезболивающее и закатал рукав, чтобы сделать укол. Это позволило немного расслабиться, и По поднял устройство связи и, подволакивая ногу, перебрался поближе.       Хакс настороженно посмотрел на него.       — Успокойся, Хагз, — сказал По. — Если бы я собирался что-то с тобой сделать, я бы это сделал до того, как перетащил тебя через лес.       Хакс слабо порозовел.       — Я не просил тебя об этом.       По вздохнул. Закатил глаза.       — Знаешь что? Я даже не собираюсь говорить об этом сегодня, — сказал он, игнорируя то, как щёки Хакса краснеют всё более явно. — Послушай, я вытащил это из твоего шаттла. Это единственное коммуникационное устройство, которое у нас есть. Есть идеи, как усилить сигнал?       Хакс посмотрел на устройство, потом снова на По.       — Я что, похож на техника?       По потребовалась каждая капля его самоконтроля, чтобы не встряхнуть Хакса за плечи или не сделать что-то грубое вроде этого. Дэмерон глухо зарычал, пытаясь сдержаться.       — Я спрашиваю тебя не потому, что ты похож на техника, — произнёс он очень медленно и очень, очень спокойно. — Я спрашиваю тебя, потому что ты использовал эту технологию каждый день или чуть реже и, вероятно, знаешь о ней гораздо больше, чем я. Это наш единственный способ убраться с этого булыжника, ясно? Так что просто отбрось сарказм и подумай.       Хакс на мгновение задержал взгляд. Что-то мелькнуло в нём, не совсем страх, показалось Дэмерону, скорее беспокойство, опасение. Как будто он не хотел нести ответственность, будто боялся, что тоже испортит передатчик, хотя и был убеждён в некомпетентности По. Хакс медленно выдохнул и протянул руку, чтобы забрать устройство к себе на колени, перевернуть, изучая.       — Я не знаю, сможем ли мы что-нибудь сделать, чтобы усилить сигнал, — сказал он в конце концов. — Но даже если бы могли… он от шаттла и не предназначен для связи на большие расстояния. Даже если мы сможем усилить сигнал настолько, что он выйдет за пределы интерференции планеты, он не достигнет вашего Сопротивления, если только они не где-то внутри системы.       — Кто-нибудь услышит.       — Работорговцы, может быть. Эта система почти полностью необитаема, ее используют изгнанники, контрабандисты и преступники.       По зарычал от разочарования.       — Окей. Значит, мы поприветствуем проходящий мимо корабль работорговцев. Они нас заберут, мы их одолеем и присвоим корабль.       — Ну конечно, — фыркнул Хакс. — Потому что мы оба в прекрасной форме, чтобы сражаться.       — Вы умеете стрелять из бластера ногой, генерал? — ухмыльнулся По.       Хакс сердито на него посмотрел.       — Нет. Я здраво оцениваю факты. У нас на двоих есть две здоровые ноги и один дроид, который бесполезен без доступа к орудийной башне. Если они не знают, кто мы такие, нас просто застрелят. Мы точно не выглядим хорошим работниками.       По обиделся.       — Всё равно стоит попытаться передать сигнал, — пробормотал он. — Они могут отрезать тебе язык или ещё что-нибудь и избавить меня от необходимости делать это самому.       — Ты сам об этом спросил.       По больше не мог сидеть на месте. Он осторожно встал, сделал несколько шагов, оберегая больную лодыжку. Хакс не сводил с него пристального взгляда и отклонился, когда тот приблизился.       — Что ты тут вообще делал? — По щёлкнул пальцами и не пропустил мимо внимания то, как Хакс вздрогнул. — Здесь ничего нет. Здесь нет вообще ничего полезного. Это плохое место для базы или крепости. Вы были в шаттле. Шаттл имеет малую дальность полётов. Почему ты здесь? Почему вообще кто-то из Ордена был здесь и почему это был именно ты?       — Это тебя не касается, — приподняв подбородок, произнёс Хакс. — И если ты думаешь, что я…       — Да ладно тебе, — вздохнул По. Он снова уселся, на этот раз в некотором отдалении. — Скажи уже. Похоже, ты думаешь, что мы всё равно здесь умрём.       И Хакс тоже вздохнул. Он опустил плечи и наклонил голову, так, что его волосы закрыли глаза.       — Хорошо. Боюсь, тебе придётся спросить нашего верховного лидера, какова была истинная цель, — сказал он, чувствуя горечь. — Насколько я могу судить, нас послали сюда умирать. Быть сбитыми вне досягаемости флота, чтобы Рен мог избавиться от ещё одной угрозы своей ребяческой вендетте и остаться с чистыми руками.       По рассмеялся, отказываясь его жалеть. От горького, сердитого, жалкого смеха чувствовался едкий вкус.       — Значит, это всё, да? — спросил он. Нет, потребовал ответ. — Вас, парни, послали сюда, потому что Бен Соло не хотел больше с вами играть, а мои пилоты погибли, потому что я оказался достаточно тупым, чтобы думать, будто вы замышляете что-то серьёзное.       Он покачал головой, глаза жгло от сдерживаемых злых слёз. Хакс поднял голову, но его волосы по-прежнему закрывали глаза. Он наблюдал за По из-за рыжих прядей с тем же вниманием, с каким следят за опасным, непредсказуемым зверем.       Дэмерон тёр глаза, пытаясь сдержать слёзы, проглотить твёрдый комок в горле. Он не хотел, чтобы всё это видел Хакс, и это глупо, он знал, что это глупо, но всё равно не хотел. Он отказывался так делать.       — Знаешь, Кайло Рен убил Верховного лидера Сноука, — сказал он, с трудом моргая. — Рей рассказала нам об этом.       Хакс выглядел слегка озадаченным, но не удивлённым, не раздражённым или разъярённым.       — Я знаю, — с запинкой сказал он. Не потому, что не был уверен, а потому, что не понимал, почему По об этом заговорил.       Дэмерон уставился на него.       — Ты знаешь?       Хакс пожал плечами.       — Рен сообщил, что ваша неподготовленная мусорщица одолела не только его и Верховного лидера, но и всю преторианскую гвардию без посторонней помощи. Я не знаю никого, кто поверил бы в эту историю.       — Ты не видел, как Рей сражается, — сказал По, удерживая взгляд Хакса. Они молчали какое-то время, глядя друг на друга.       Хакс первым отвёл взгляд и с тяжёлым вздохом снова опустил голову. Он всё ещё выглядел бледным и измученным. По вздохнул тоже, ненадолго прикрыл лицо рукой.       — В любом случае… если мы хотим передать сигнал за пределы этой системы, — сказал он, — есть идеи, как это можно сделать?       Когда он поднял взгляд, Хакс снова смотрел на устройство.       — Мы можем попробовать подключить его к чему-то более мощному. Передатчики с ваших крестокрылов вполне подойдут. Они созданы для дальней связи.       — Верно, — согласился По. — Но они сгорели дотла.       — Все? — взглянул на него Хакс.       — Ну… — Дэмерон задумался о корабле Виктории. — Ну, один из них может быть и целее, но сейчас он на дне ущелья.       — Не идеально, — сказал Хакс, и он сказал это так искренне, что По рассмеялся, несмотря на всё это случившееся дерьмо.       — Что?       — Ничего, — покачал головой По. — Я имею в виду, что вся эта ситуация не идеальна, но да, ты прав, Хагз. В этом случае это совершенно неидеально.       И он снова покачал головой, тихо смеясь себе под нос.