Чёрная кошка...

      Глядя на маленькую, спящую девочку, Орико Узумаки была непривычно печальна. Ей вспоминалась её собственная жизнь, полная трудностей и приключений. Чего только она не повидала! Если бы она собралась написать книгу о своих приключениях, та получилась бы очень большой.       Но несмотря на опыт долгой жизни, сейчас она была просто старой бабкой, случайно не отправившейся к праотцам во время падения Узушиогакуре. Ей удалось спастись с дюжиной соклановцев разных возрастов, но те, по разным причинам, были давно мертвы, а она осталась одна. Хранить их покой.       На старости лет Орико-химэ захотелось приключений. Обучение мелкой и странной Хьюго — то ещё приключение, да и она чувствовала, что так правильно. Интуиция ранее не подводила, возможно, Хината-чан передаст её знания кому-то из оставшихся Узумаки? Как знать. Узумаки в любом случае принялась учить странную девочку основательно.       Почему странную? Ну, тут всё просто. Для трёхлетнего ребёнка та была слишком уж самостоятельной, даже если не брать в расчёт то, что Хьюго-то украли, да и бродила она по лесу неизвестно сколько. Одна. И притом ни одной истерики, доверие, честность и слишком грамотная речь со словами, которые ребёнку её возраста незнакомы. Орико, несомненно, этот вопрос интересовал, но не так уж и сильно. Главное, что брюнетка шпионом не была, она это тщательно проверила, пока та валялась без сознания.       Возможно, воспитание этой девочки, станет последним, что она сделала в этой жизни. А последние дела делаются с особой рачительностью. *** — Кто так кисточку держит?! Хината, откуда у тебя растут руки? — Грозно поинтересовалась будто помолодевшая Орико-сэнсэй. Я вздрогнула, тяжело вздохнула и сжала дурацкую кисточку до побеления пальцев. — Ну же! — Я прямо спиной чувствовала требовательный взгляд тёмных глаз. И как при таком вот психологическом издевательстве, можно что-то нарисовать, да ещё и без ошибок?       Как хорошо, что к прессингу от сэнсэя я привыкла и смогла сконцентрироваться на печати. Фух, сложно. Всё-таки я далеко не Узумаки и талантом к фуиндзюцу, несмотря на заверения наставницы, не обладала, как и гигантским запасом чакры. Листок с моей работой вырвали прямо из-под носа, требовательно оглядели и скупо похвалили. Если честно, удивительно, что она вообще меня хвалит, до этого я получала только подзатыльники и комментарии на тему моей полной бездарности. И так уже два года! Наставница не даёт и минуты на расслабление, заставляя учиться и ещё раз учиться, а потом снова учиться. Отдыхала я лишь во сне или во время приёма пищи.       Утро начиналось в половину седьмого. Меня отправляли на поляну «разогреться», внимательно контролируя разминку. Неудивительно, что через пять минут наставница уже говорила, точнее, орала: «Хината, кто так делает?». После этого следовали тумаки, подзатыльники и прочая критика моих способностей, как физических, так и умственных.       Ещё одной излюбленной фразочкой было: «А вот в моё время!». После этого начинался долгий, чаще всего нудный рассказ о жизни в Узушио. Нудным он был только потому, что слышала я это уже миллион раз. Иногда, значительно реже, она рассказывала что-то новое и интересное, шокирующее. Такие нотации я слушала с открытым ртом. Например, она была двоюродной сестрой Мито-химе, видела и даже говорила с Первым Хокаге, усмиряла Кьюби при родах сестры и даже успела понянчиться с Цунаде.       Так, на чём я там остановилась? Ах да, тренировки. После разминки, во время которой меня сгибали пополам, заставляли бегать по два километра и прочие неприятные физические вещи, я тренировала бьякуган и усаживалась за медитацию, если мои потуги можно было так назвать. Без ложной скромности могу признать, что чувствовать что-то во время медитаций я начала совсем недавно, и это что-то было явно связано с моей чакрой. Ощущения были не всегда приятными, но доставляли какое-то извращённое удовольствие, что начинает пугать.       Вообще-то даже странно, что я вот так вот быстро привыкла к факту своего перерождения и становления шиноби. После долгих размышлений решила всё списать на детское тело, хотя может это было моим предназначением? Попасть сюда. Но, зачем? *** — Пришло время нам с тобою разойтись по разным дорогам, деточка. — После этих слов я быстро забыла про тёплую кровать. Наставница подняла меня раньше обычного, а теперь, видимо, ещё и распрощаться решила. Моё внутреннее "Я" так и требовало как минимум обиженно надуться и уйти спать, проигнорировав слова Орико. Мне тем не менее пришлось остаться и, как под гипнозом, слушать слова старой Узумаки. — На прощание я сделаю тебе подарок. — Она располагающе, немного грустно улыбнулась и вырубила меня одним точным движением.       Очнулась я, когда солнце было в зените. Полдень значит. Руки неимоверно сильно болели, точнее, отдельные их участки прямо в сгибе локтя. Осмотр выявил на этих местах покрасневшие татуировки. Одна была спиралевидной формы, как знак клана Узумаки, а вот вторая — знак клана Хьюго. Могу предположить, что они являются печатями для хранения каких-то вещей. Подарочек стоящий, но болит ужасно.       После инспекции себя любимой я захотела пить и поняла, что в горле настоящая пустыня. Ноги были ватными и пошатывались, но идти было можно, примерно в таком состоянии после тренировок я заползала на кровать.       На маленькой кухоньке было пусто, что меня удивило. Орико-сенсей обычно коротает время тут или у себя в спальне. Всё внутри неприятно сжалось, а я, забывая про воду и чрезмерную слабость, помчалась в комнату наставницы, надеясь что мне просто показалось.       Но нет. На заправленной постели лежал лист бумаги, исписанный идеальным, каллиграфическим почерком. Мне очень не хочется это читать, но выбора нет. «Хината, я знаю, ты обижена на меня за то, что даже не попрощалась, но поверь, на это были свои причины. Я стара, мой час наконец пришёл и я могу спокойно отправиться к родным, совершив напоследок что-то хорошее для своей ученицы. Ты, Хината, просто замечательная, я благодарю тебя за то, что скрасила мой досуг напоследок. Доступ к печатям на твоих руках есть только у тебя, и даже ты не сможешь их открыть, если кто-то будет тебя принуждать. В камоне(*) моего клана скрыты те книги и свитки, которые мне удалось сохранить. Пожалуйста, передай их достойным потомкам. В печати с камоном клана Хьюго всё то, что я сочла нужным передать тебе, дорогуша. Пользуйся с умом. Кроме того, я прошу тебя не задерживаться в доме дольше двух дней. Имя Орочимару вряд ли тебе о чём-то говорит, но он охотится за мной и моими знаниями не первый год. Тебе будет безопасней в Конохе, выйди к дороге и подожди каравана, деньги найдёшь в печати. С любовью, Орико-химе, последняя химе Узушиогакуре но Сато.»       Внутри что-то с треском оборвалось. Так вот каково оно, потерять кого-то родного. Стало жаль маму, ей ведь было также больно, а может и больнее. Но теперь я Хината Хьюго, и моя мать умерла при родах, а я сама в стране Рисовых полей. Пожалуй, стоит убраться отсюда поскорее, Орочимару, к сожалению, мне знаком по аниме из прошлой жизни.       В гербе моего клана нашлось много всего. Древние даже на вид свитки, сухпайки, какие-то артефакты, украшения и два кулона, которые были подозрительно похожи на кулон Первого Хокаге, книги и пару мешочков рьё.Еда и деньги отправились в карман курточки, а остальное я благополучно запечатала назад.       До дороги, по которой обычно едут караваны, далеко, поэтому выходить нужно скорее. Покидать этот домик не хочется, всё же я провела здесь столько времени, но всему приходит своё время и, возможно, я ещё вернусь сюда.