sign of heaven

Как только я села к нему, он тут же дал по газам. – Ты не ответила: как тебе моя малышка? – он улыбнулся и я увидела сверкающие грилзы у него на зубах. – Просто прелесть, – пытаясь отдышаться, пробормотала я, – ты не должен был вот так врываться и забирать меня от подружек, – я посмотрела на него с укором, но глаза говорили о другом. Я рада, что он сделал это. Он усмехнулся: – Могу вернуть тебя обратно. Но вообще-то, я хотел немного покататься за городом, и чтобы ты составила мне компанию. – Ну, раз уж я уже здесь, придётся тащиться с тобой, – я засмеялась и он тоже ответил мне улыбкой. – Мы с тобой толком и не познакомились, тебе не кажется? – обратился ко мне Егор, – Расскажи о себе что-нибудь. Потому что получается так, что обо мне ты знаешь много, а я о тебе почти ничего. – Рассказывать о себе не так-то просто как ты думаешь, так что, я, наверное, буду запинаться... и, если честно, я не знаю с чего начать. Может, ты просто будешь спрашивать о том, что тебе интересно? – с надеждой обратилась я к нему. – Какую ты любишь музыку? Музыка. Ну, конечно же. – Разную, но, вообще-то, хип-хоп. Знаешь, я люблю Дрейка, лил Пампа, обожаю Канье и Текаши. Не прочь послушать Депоху и Айсикса, Фару и Хаски. И... блять, это так странно сейчас говорить, но, вообще-то, я очень уважаю твое творчество, – я покраснела. Он смеялся. – Ну наконец-то я понял: ты моя фанатка! – Ну уж нет, кто угодно, но не фанатка, понял? – я с вызовом посмотрела на Егора. – Хорош, я сразу тебя раскусил: ты пришла на концерт чтобы залипнуть на Бейби Тейпа, – мои щёки все ещё были предательски красными, – ну ладно, сейчас ты можешь представить, что ты в моем клипе. Он включил песню Hokage и прибавил звук на полную мощность. Одним нажатием на какую то кнопку он сделал так, что крыша на машине отъехала назад. Егор поддал газа. Мы мчались на охуенной машине куда-то в сторону пригорода, волосы развевал ветер, его песня, сука, одна из моих любимых – все это казалось мне нереальным и я засмеялась. Я долго смеялась, совершенно не думая, как выгляжу со стороны. Егор устремил на меня довольный взгляд и тоже засмеялся. Его рука опустилась на мое колено, по телу тут же пробежали мурашки. Я тонула, тонула без шанса на выживание, тонула - и даже не пыталась выплыть. И мне это охуенно нравилось. Прервав наше молчание, Егор убавил музыку и обратился ко мне: – Вообще-то, сегодня я должен был весь день торчать в студии, но, камон, ты вообще видишь, какая погода? Есть одно место, оно и так охуенное, а летом ну просто волшебное, – немного помолчав, он добавил, – там и одному хорошо, но сегодня я захотел показать его тебе. – я расплылась в улыбке. Это, конечно, было очень приятно слышать, но подъебать его я была обязана: – Фу, не будь таким романтичным, а не то меня сейчас стошнит в твой начищенный салон, – и я жестом показала, как именно меня стошнит. Егор тут же покраснел. – Дура, бля. Я прыснула. Он снова прибавил музыку и мы минут десять ехали, совсем не разговаривая. Но это не была неловкая пауза, мы просто оба наслаждались музыкой. Потом я увидела, как Егор поворачивает в сторону макдака. Он подъехал к окошку макавто и стал заказывать: – Васап, мне два биг тейсти, две большие фри, деревню, два пирожка, двадцать наггетсов, большую колу и...мм, клубничный милкшейк, – я удивлённо посмотрела на него. – А ты не лопнешь, малыш? – Кто сказал что я буду есть это один? – Эмм.. я не голодная, – я смутилась. – Че? Я по-моему не спрашивал голодная ты или нет, нас ждёт долгий трип, ещё успеешь проголодаться. – Ну окей. Но знай - с милкшейком ты ошибся, я ненавижу молоко. – Пхах, с чего ты взяла, что я взял его тебе? Он, вообще-то, был для меня, – и в доказательство своим словам он, сладко причмокивая, отпил из пластикового стаканчика. Спустя два часа пробок, лёгких, душевных разговоров, кайфовой музыки, мы, наслаждаясь летним фиолетовым закатом, все таки приехали на точку назначения. Я никогда здесь прежде не была: это был небольшой, но очень красивый коттеджным посёлок, находящийся в холмистой местности. Мы припарковали машину меж тропинок и деревьев, и Егор сказал, что дальнейший наш путь предстоит пройти пешком. Мы снярядились пакетами из мака, нашими рюкзаками, тёплыми кофтами и пледом и неспеша побрели в горку. Прошло около получаса, когда мы наконец добрались до самого пика холма. Егор бросил вещи и стал расстилать плед. – Ну, садись, – он разместился на пледе и похлопал по месту рядом с собой. Я аккуратно присела. – Бля, че ты как не родная, – он повалил меня так, что я развалилась на земле. Я захихикала, он оказался сверху, но очень быстро вернулся в обычную позу. – Ты щас всю красоту просрешь, Лиза, мать твою! Когда я, наконец, села удобнее и устремила свой взгляд вперёд, то, кажется, поняла о чем он. Передо мной простирался этот и ещё несколько мелких посёлков. Вереница милых, похожих друг на друга коричневых домиков создавали причудливый узор, смешиваясь с густыми кронами деревьев. Солнце уже заходило, окутывая эти милые домики своими ласковыми, последними лучами. Где-то вдали гуляли грациозные лошади, недалёко от них паслись коричнево-белые коровы. У меня пропал дар речи: до чего это было трогательно и просто одновременно. По сравнению с шумящим мегаполисом здесь стояла тишина, не считая, конечно, скрипа кузнечиков и других насекомых. Наконец, я нашла подходящие слова: – Ты был прав: это волшебно, – я взглянула на Егора, он довольно улыбался, – как ты нашёл это место? – Однажды Тёма снимал тут коттедж на свой день рождения. Мы ужасно набухались вечером, шлифанули годным стаффом и прочим дерьмом, а утром, бляяя... мне хотелось сдохнуть. Кругом были какие-то непонятные люди и куча тупых блядей, которые пытались развести бухих парней на бабло. Меня потянуло блевать от всей этой, сука, мизансцены, и я съебался. Я шёл, сам не зная куда, и через какое-то время пришёл сюда. Как сейчас помню: просидел тут несколько часов, и, кстати, накидал здесь же наброски для нескольких своих треков. Бля, понимаешь, вся эта девственная простота вот этой деревни, нихуя не похожей на обычную, русскую, знаешь, так впечатлила меня... но с кем-то я тут впервые. И если ты сейчас снова попробуешь меня выстебать, клянусь, я тебе леща дам, – я молчала, даже не думая прерывать его. Сейчас он был таким искренним и настоящим, что я старалась впитать каждое мгновение. Мы ещё несколько секунд помолчали и он потянулся к шуршащим пакетам с едой. – И вот сейчас скажи мне, что ты не хочешь есть. Он был прав, я была голодная как волк. Мы в два счета разорвали пакеты и стали есть, хоть и остывшую, но такую аппетитную еду. Конечно, мы больше баловались, кидаясь друг в друга картошкой и пачкая соусом, и в один момент, когда Егор снова пытался измазать мою щеку соусом, он промахнулся и провёл пальцем, испачканным в кисло-сладком соусе, прямо по моим губам. Я не удержалась и облизнула его, а когда поняла, что сделала, было слишком поздно. Егора будто переклинило. Мы оба притихли, он смотрел на меня совершенно диким, животным взглядом. Напряжение между нами достигло предела, и, не прошло секунды, как Егор повалил меня и снова оказался сверху. Внизу живота все пульсировало, и я потянулась к его губам. Мы тут же слились в страстном поцелуе. Его руки настойчиво держали меня за волосы, с каждой секундой набирая темп и сжимая их все сильней и сильней. Когда он оторвался от моих губ, я услышала его сбившееся дыхание. Он начал целовать меня в шею, нет, не так, он кусал меня, оставляя ярко-красные следы. Из моего рта вырывались стоны один за другим, перед глазами была пелена. Я еще никого так не хотела, как сейчас его. И в его бешеных глазах я читала то же самое. – Сука, что ты со мной делаешь... – жарко прошептал он мне прямо на ухо. От этих слов я возбудилась ещё больше прежнего. Его твёрдый член упирался мне прямо в промежность, и это подогревало меня ещё больше. Егор нетерпеливо дернул за мою футболку и она разошлась по шву. Мне было плевать, ему тоже. Я помогла ему снять ее, и он тут же потянулся к лифчику, продолжая покрывать поцелуями все мое тело. Неловкости не было, будто мы встречаемся уже долгое время, хотя познакомились мы только вчера... Он ласкал губами мои соски, и только от этого я уже была готова кончить. Никто ещё так умело не обращался с моим телом. Оно отвечало ему: ноги и руки покрылись толстым слоем мурашек, а белье, кажется, было уже давно мокрым насквозь. Я не могла больше ждать и потянулась к его ширинке. И тут, сука, зазвонил телефон. Его телефон. Сначала он не обратил на это никакого внимания, но он трезвонил так настойчиво, что Егор, грубо выругавшись, все-таки взял трубку. – Блять, алло, – рявкнул он, – Сука, Даша, если я один раз не взял трубку, это, наверное, значит что я занят, нет? Че ты несёшь? Кого приняли? – Егор нахмурился и повисло долгое молчание, – Ты не пиздишь сейчас? – он присел и, недовольно простонав, закатил глаза, – И че ты мне предлагаешь делать? Я давно говорил, что этот пиздюк играет с огнём. Хули, доигрался. Пиздец, ладно, сейчас подъеду. Но ты себе представить не можешь, как же блять это сейчас не в тему... – он с сожалением посмотрел на меня, – Давай, нигга, на связи, – он положил трубку и потупив взгляд вниз, сказал: – Детка, у нас образовались проблемы на районе. Один малой облажался конкретно, и без меня они обойтись не могут, – он тяжело вздохнул, – надо собираться. – Окей... – я не могла контролировать нотки разочарования в своём голосе, – надо, так надо. Я все ещё сидела перед ним в одних только джинсах, и, бросив взгляд на футболку, точнее, то, что от неё осталось, поняла, что надеть то мне по сути и нечего. – Егор, у меня тут тоже возникла небольшая, мм, проблема.. – Егор снова соблазнительно улыбнулся, но быстро отвёл взгляд. – Я же взял две кофты, на случай, если ты замёрзнешь. – Знаешь, пока твой чертов телефон не зазвонил, здесь было совсем не холодно, – сказала я, залезая в его безразмерное чёрное худи. – Иногда мы не являемся хозяевами нашей жизни, – он пожал плечами. Мы сложили плед, весь оставшийся от еды мусор, наши вещи и побрели к машине. Во время поездки домой мы разговаривали очень мало, ведь ему постоянно кто-то звонил по поводу этого парня, которого взяли менты. Мне оставалось только залипнуть в окно, слушая играющий на фоне тихий клауд. Я чувствовала что-то странное: с одной стороны грустное неудовлетворение, а с другой - тихое спокойствие и уверенность. Я держала Егора за руку на протяжении всей поездки, а он и не думал ее отпускать. Пусть нам и не удалось совершить задуманное, но сегодня мы точно стали чуть ближе. Вскоре, когда его телефон окончательно замолчал, Егор прервал мои запутанные мысли: – Где ты живёшь? – Кинь меня к метро просто. – Я тебе другой вопрос задал, тебе не кажется? – я ничего не понимаю, зачем ему мой адрес? – Какая разница где я живу? Может, я ещё не собираюсь домой... – А куда ты собираешься? – он устремил на меня свой взгляд. – Хочу ещё прогуляться. – Ответ неправильный, – он остановил машину, – я буду ждать, и пока ты не скажешь, где живёшь, чтобы я доставил тебя туда целой и невредимой, мы никуда не поедем. – Да? Тогда, я буду молчать, потому что, знай, расставаться с тобой сейчас мне вообще не хочется! – выпалила я. Он нежно погладил меня по щеке. – Лиза, пожалуйста... не упрямься. – Яблочная, 23, – холодно ответила я и отвернулась к окну. До моего дома тут было не больше пятнадцати минут, и это время мы ехали молча. Когда наконец мы оказались прямо у моего подъезда, он, наконец, обратился ко мне. – Хорош тебе дуться. Это я должен расстраиваться, – он засмеялся и при этом снова выглядел таким милым, что я не удержалась и все таки улыбнулась ему в ответ. Он взял мое лицо в свои руки. – В среду тусовка, у Буды новый альбом стартует. Я заеду за тобой в 20:30. И, пожалуйста, надень ту пиздатую кофту, в которой была вчера, – он понизил тон, а потом и вовсе стал говорить мне прямо на ухо, – у меня встал, когда я увидел тебя в ней. По моим ногам снова пошли мурашки. Как он так - одними словами доводит меня до наслаждения? Затем он мягко поцеловал меня в губы и отпустил. Я напоследок погладила его по коротким волосам и, дёрнув ручку машины, вышла. Егор крикнул мне вдогонку: – Узнаю, что через час ты ещё не спишь в своей постели, проучишь знатных пиздюлей, поняла? На моих губах расплывалась широкая улыбка. Но делать ему честь и поворачиваться я не стала. Родители были дома, когда я пришла. Поболтав немного с мамой, я прошла в свою комнату. Только сейчас я достала свой телефон из сумки, я запихнула его туда ещё тогда, когда села в машину к Егору. Сегодня уведомлений было гораздо меньше, самым интересным из них было сообщение Поли: Polly: давно ли твои друзья стали ездить на таких шикарных машинах ?;) Черт, она все таки увидела, куда я села. Я не знала что ей ответить и попробовала отвертеться. Me: Это машина отца. Не придавай всему такое значение! Я чувствовала сильную усталость, больше всего мне хотелось сейчас завалиться на кровать, не раздеваясь, прямо в кофте Егора, но я пересилила себя и решила принять ванну с пеной. Я позволила себе расслабиться, и провалялась в ванной целый час. Потом мне позвонила Катя и стала рассказывать о том, как ее брат надоел ей. Зацепив пачку сигарет я улизнула от родителей на общий балкон, чтобы они не ворчали по поводу курения. Мы долго болтали с Катей, мне было приятно, что хоть она не пытается выпытать, что же сейчас происходит в моей жизни. Когда мы попрощались, прежде чем вернуться в квартиру, я решила проверить, не приходили ли мне за это время никакие сообщения. Точнее... ждала я их только от одного человека. Мы расстались с ним около трёх часов назад, за это время он мог мне что-то написать. Мог. И знаете, он написал. Вот только, блять, это было то, к чему сейчас я ну никак не была готова. Егор: Лиза, все, что я сейчас скажу не имеет в себе твоей вины. Просто то, что происходит между нами - бессмысленно. Не подумай, ты очень мне нравишься, и блять, у меня реально встаёт только от того, как ты выглядишь или дерзишь мне Судьба сыграла злую шутку, будь мы с тобой не теми, кем являемся, у нас бы все сложилось, я в этом уверен. Но сегодня я поговорил с Артёмом и он на своём и куче других примеров показал мне как важно сейчас сохранять статус холостяка. Мы с тобой уже появились в СМИ, странно, что ты ещё этого не видела. Пара новостных пабликов уже выложили наши снимки, где мы сидим в машине. Я мог бы не говорить тебе правду, мог бы просто забить, трахнуть и кинуть везде в чс, но ты хорошая девочка, чтобы так с тобой поступать. Ты правда хорошая, и если честно, мог бы я повернуть время назад, то вообще не хотел бы, чтобы ты связывалась с нами. Ты ещё хлебнёшь дерьма, если продолжишь крутиться в нашей компании. Но решать за тебя и других я не могу, к тому же, ты всем понравилась. Единственная просьба - не надо иметь никаких сексуальных связей с кем-то из наших, иначе я отпизжу любого, если увижу. Надеюсь, что мы сможем общаться с тобой как друзья, ок? У меня кружилась голова, в горле стоял неебический ком. Не чувствуя ног, я сползла по стенке общего балкона, и когда мое тело коснулось холодного бетона, я зарыдала в голос. Два дня. А я уже во что-то поверила.