Когда зацветёт вереск

      — Господин, нам нужно бежать, не время их оплакивать! Пойдёмте, я должен во что бы то ни стало спасти вас. Скорее, я уже слышу погоню. Вставайте, юный лорд.       Гай протянул руку и, схватив Чунмёна за локоть, потащил омегу через заросли орешника. Мальчик всхлипывал и размазывал рукавом грязь по лицу, мешая слёзы с чёрными разводами сажи. Заслышав крики и лай собак, Гай оглянулся и побежал быстрее. Эта жирная свинья Нил отправил своих людей для убийства ребёнка, но у него ничего не выйдет. Гай сцепил зубы и, подхватив омегу на руки, ускорился, стараясь не упасть и зорко вглядываясь в темноту.       Зарево от пожара в рыбацкой деревне освещало лучше луны, и верный слуга уже видел спасительную рощу и каменные ворота. Рядом просвистела стрела, а руки испуганного Чунмёна обвили его шею сильней. Послышался лай собак, и Гай почувствовал спиной, как огромные волкодавы, оскалив пасть, бегут за ними, учуяв след. Твари, нашли!       Внезапно округу разрезал тоскливый волчий вой, и на тропинку вышел огромный чёрный зверь. Гай, не останавливаясь, нёсся прямо на хищника, совершенно не чувствуя страха. Наоборот его тело как будто получило мощный прилив силы, и егерь побежал быстрее, прижимая к себе трясущегося мальчика.       Он влетел под кроны дубов и, обернувшись, посмотрел на то, как собаки трусливо разбегались, пытаясь уйти от длинных клыков волка. Кони били копытами и скидывали с себя испуганных седоков, а люди, словно сумасшедшие, бегали по залитой лунным светом поляне и нападали друг на друга, беспорядочно размахивая мечами.       На тропинке стоял высокий пожилой мужчина в плаще, подбитом мехом, и, держа в одной руке деревянный посох, выставив вторую руку в сторону преследователей, что-то шептал.       Гай, затаив дыхание, смотрел на убийства, прижимая голову Мёна к своему плечу и пытаясь закрыть уши ребёнку. Когда всё закончилось, седовласый мужчина с трусившим возле ноги волком двинулся к нему. Егерь поставил мальчишку на землю и подтолкнул к старцу.       — Дедушка, они все мертвы: и отец, и мама, и Ре. Они убили их, убили!       Мальчик, зарыдав, вцепился в мужчину, а тот, кого назвали дедушкой, ласково погладил по медового цвета кудрям и прижал сильней к себе. Потом он поднял на руки лёгкое тело и тихо прошептал:       — Спи, малыш.       Ребёнок жалобно всхлипнул и, прижавшись к родному плечу, закрыл глаза.       — Гай, это правда? — старик, обняв мальчика двумя руками, взглянул на егеря, и тот содрогнулся, отводя взгляд от зрачков синего цвета.       — Да, мой господин. Нил открыл ворота людям Рурка, перед этим напоив стражу сонным зельем. Эти нищеброды перерезали спящую дружину лорда, словно новорожденных кутят. Сам лорд Ким и госпожа до последнего вздоха защищали тайный проход, давая мне возможность скрыться с юным господином. Последнее, что я видел, — это кинжал в груди милорда и проклинающую всех этих тварей госпожу. Они убили всех, даже пажа Ре, молодого учителя и няньку господина Чунмёна. Убивали, не жалея никого: ни детей, ни женщин — а теперь грабят замок.       — Ясно. Гай, забери Чунмёна и неси его в мой дом. Грэди вас проведёт, а я закрою границу священной рощи. Иди, но запомни, егерь… ни за какие посулы не оборачивайся, что бы ты не услышал или тебе не показалось. Уноси моего внука и помни мои слова. Не оборачивайся.       — Да, господин Шитао, я всё сделаю.       Старик поцеловал сонного ребёнка и осторожно передал его в руки Гаю, а сам развернулся и пошёл к каменным глыбам.       Гай прижал к себе юного лорда и, накинув на голову капюшон, поспешил за волком, который уже нетерпеливо перебирал лапами возле тропинки.       Тёмные тучи заволокли небо и закрыли звёзды, налетел холодный ветер. Гай крепче обнял мальчика и почти побежал за волком. Позади что-то скрипело и грохотало, было страшно. Гаю очень хотелось обернуться, но он помнил приказ старшего господина. Дойдя до добротного деревянного дома, слуга поспешно открыл дверь и буквально влетел внутрь. Он осторожно положил свою ношу на широкую лавку, укрыв теплым плащом, и оглянулся по сторонам.       — Что, Грэди, думаю, теперь мы будем жить с вами.       Волк недовольно заворчал, подошёл к спящему мальчику и нежно ткнулся в него носом, тихо поскуливая.       Через некоторое время скрипнула дверь, и в горницу зашёл хозяин. Скинув плащ, он прошел к омежке, погладил щёчки ребёнка и горько прошептал:       — Теперь, малыш, ты единственный наследник Акилл. За преступление против моей семьи я проклинаю род О’Рурка. Пусть горят их чёрные души в аду. Никогда они не будут хозяевами в этом краю. Никто, кроме тебя, не будет править островом. И пока ты не войдёшь в Грей-Мэнор как повелитель, эта земля будет бедна и не плодотворна. Это мой приказ. Я, Ким Шитао, друид и последний хранитель магии сидхов, замыкаю свою волю. Да будет так.       Гай, раскрыв рот, смотрел на то, как мужчина водит рукой над спящим мальчиком и его пальцы светятся синим светом. Егерь впервые видел работу боевого друида, и исходящая аура властности, которая буквально окутывала представителя колдовского племени, — пугала. Услышав слова кельтского чародея, Гай оскалился не хуже волка. Он дождётся своего часа и обязательно увидит, как господин войдёт под своды родного дома. А пока он будет воспитывать и учить лорда Кима. Гай вырастит его достойным наследником и исполнит последнюю волю своего покойного господина.