See Who I Am

      Мы все трудились без устали, убирая и украшая дом, и к сочельнику он стал неузнаваем. Потускневшие люстры опутаны были теперь не паутиной, а гирляндами из остролиста, на вытертых коврах искрились сугробы волшебного снега, большая елка, добытая Наземникусом и украшенная живыми феями, заслонила от глаз родословное дерево Сириуса, на сушеные головы эльфов нацепили красные колпаки и белые бороды, как у Санта-Клауса.       Утром меня ожидали подарки, переправленные моим отцом. Во всяком случае, я надеялась, что Малфои не знают, где я провожу Рождество.              От Нарциссы — изящный браслет с изумрудами и серебром, судя по письму — старинный оберег их семьи, оберегающий от большей части парализующих и оглушающих заклинаний, так же, с легкой ментальной защитой.       Подарки от семьи, они видимо выбирали на семейном совете, потому что от Драко мне пришла тонкая цепочка, с небольшим серебряным кулоном в виде капли, и сухое поздравление с Рождеством. Кулон тоже был оберегом, с теми же свойствами. Амулеты работали в паре, срабатывая по очереди.       Отец в этот раз был более рационален, он прислал мне ключик от личной ячейки в Гринготтс, сообщив что не знает, как дальше повернется жизнь, и лучше у меня будет возможность пользоваться своими деньгами. В случае его смерти, он распорядился, чтобы мне передали его ключ от ячейки и документы на дом.       У меня защипало в носу, пока я читала его письмо. Создалось впечатление, словно он готовиться умирать в ближайшее время, о чем я даже думать не могла. С другой стороны, узнай Волан-де-Морт о связи с Орденом, расплата будет неминуемой.       От четы Уизли пришел еще один свитер, видимо это был стандартный подарок на любой праздник.       Гермиона подарила путеводный клубок бесконечных ниток, позволяющий вернуться куда бы то ни было, откуда бы то ни было, и сумку без дна. В смысле — с мастерски наложенным заклятием, позволяющим упихать туда что угодно, в каком угодно количестве.       От Гарри — огромная коробка сладостей       В комнате появились Фред и Джордж, заставив меня натянуть одеяло повыше, на что Джордж громко хмыкнул       — С Рождеством — гаркнули оба, и полезли обниматься, к моему еще большему смущению       — Мой подарок будет сильно позже — шепнул мне на ухо Фред, и отошел к брату.       — Завтрак откладывается — сказал Джордж       — Что такое? — спросила я, складывая подарки обратно, в пространство рядом с кроватью.       — Да Перси, эта крысиная задница, вернул маме свитер — зло сказал Фред — утешить ее не вышло, этим сейчас занимается Люпин.       Я покачала головой.       О Перси Уизли я пока слышала только плохое, а помнила его с трудом.       — Пойдешь с нами поздравлять остальных? — спросил Джордж       Я сжала одеяло, глядя на них       — Ну… мне как минимум бы одеться для начала — сказала я — и сделать это без свидетелей       — Очень жаль — притворно горестно сообщил Джордж — пойдем, братишка, нам тут не рады.       — Ты иди, я догоню — обезоруживающе улыбнулся Фред — мне тут всегда рады       Джордж присвистнул, братья обменялись ударами по рукам, и Джордж исчез, оставив нас вдвоем.       Фред подошел к кровати, залез на нее стаскивая с меня одеяло, которое я сначала для приличия держала, а потом сдалась, под бережным напором его рук, и пыткой невероятно страстным поцелуем, где меня буквально вжали в изголовье кровати, и сопротивляться сил не осталось.       Затем, он просто исчез, трансгрессировав, и оставив меня очень неоднозначном состоянии, где мне хотелось на самом деле его просто прибить.              Наконец собравшись и выйдя из комнаты, я встретила всю честную компанию, толпой идущих в сторону лестницы       — Мама успокоилась? — спросила я у Фреда, чувствительно ущипнув его за бок, от чего он громко ойкнул       — За что?! — возмущенно спросил он, потирая пострадавшую часть тела       — Для профилактики — улыбнулась я и закусила губу       — Да, вроде успокоилась. — ответил Рон — мы тут идем вручить Кикимеру подарок от Гермионы              Когда мы спустились вниз, там не было никого, кроме миссис Уизли. Она стояла у плиты и пожелала нам веселого Рождества таким голосом, как будто у нее был насморк. Мне стало неловко — вот у нее рождество прямо-таки очень веселым не назовешь. Сын-засранец и муж в больнице.       — Так здесь спальня Кикимера? — сказал Рон, подойдя к невзрачной двери в углу напротив кладовки.       — Да, — сказала Гермиона несколько неуверенно. — Пожалуй, лучше постучать. Рон постучался, но ответа не было.       — Наверху где-нибудь шастает, — сказал Рон и без дальнейших рассуждений распахнул дверь. — Фу-у!       Гарри заглянул в чулан, я нависла над его плечом, тоже глядя туда из любопытства — наши с отцом домовые эльфы были жуткими аккуратистами.        Большую часть чулана занимал старинный отопительный котел, но в невысоком пространстве под трубами Кикимер устроил себе что-то вроде гнезда. На полу были навалены разные тряпки, вонючие одеяла и небольшая ямка в них указывала, где спит по ночам, свернувшись крендельком, домовой эльф.       Среди тряпья валялись хлебные корки и заплесневелые кусочки сыра. В углу блестели мелкие предметы и монетки, которые он перетаскал к себе, как сорока. Кроме того, он собрал фамильные фотографии. Стекло на иных было разбито.       — Пожалуй, оставлю подарок здесь. — Гермиона аккуратно положила сверток в углубление постели и прикрыла дверь. — Найдет его позже, ничего страшного.       — Между прочим, — сказал Сириус, выйдя в это время из кладовой с большой индейкой, — кто-нибудь видел Кикимера последнее время?       — Я не видел его с тех пор, как мы сюда прибыли, — сказал Гарри. — Ты еще выгонял его из кухни.       — Я вообще его видела только в прошлое посещение дома — сказала я       Сириус нахмурился:        — Да… Знаете, по-моему, я тоже с тех пор его не видел… Прячется где-нибудь наверху.       — А уйти он не мог? — спросил Гарри. — Когда ты сказал «вон», он мог так понять, что вон из дома.       — Нет, нет, домовые эльфы не могут уйти, пока им не дали одежду. Они привязаны к семейному дому. — ответила я       — Если очень захотят, то могут, — возразил Гарри. — Три года назад Добби ушел от Малфоев, чтобы меня предупредить. После он должен был наказать себя, но уйти все-таки смог.       На лице Сириуса промелькнуло озабоченное выражение, но он тут же сказал:       — Ладно, потом его поищу. Где-нибудь наверху сидит, льет слезы над панталонами моей мамаши или еще чем. Конечно, мог заползти в вентиляционный шкаф и умереть… но надеяться на это не смею.       Мы рассмеялись, Гермиона же посмотрела на него с укоризной.                     После обеда было решено навестить мистера Уизли в больнице, от чего я категорически отказалась.       — Никто кроме вас и отца не знает, что я провожу рождество тут — сказала я миссис Уизли — передайте от меня наилучшие пожелания Мистеру Уизли, но я останусь тут, дома       -Зерно логики в этом есть — сказал Сириус, глядя на меня поверх свежей газеты — не думаю, что будет хорошо, если тебя увидит кто не надо, в такой разношерстной компании, особенно учитывая статус невесты Малфоя, который нам сейчас на руку, поскольку Камия бывает в их доме, и может видеть кто там бывает в гостях       Фред на это ничего не сказал, но я увидела, как напряглись мышцы на его лице.       Рано или поздно он привыкнет.       Итак, все дружно отправились в больницу, а я осталась дома, валяться под елкой с книжкой.              Время пролетело незаметно, ближе к ночи все вернулись обратно, и мы сели ужинать.       — Мы в больнице видели Локонса — сообщила мне Гермиона — помнишь, на втором курсе преподавал у нас ЗОТИ?       Я вспомнила такого преподавателя — чрезвычайно завышенное самомнение, толку практически никакого, а историю с пикси, по-моему, все до сих пор вспоминали с содроганием. Что-то случилось с ним в конце года, и он исчез. Вообще. Хотя раньше часто устраивались автограф-сессии       — Помню. А что с ним случилось-то? — спросила я, налегая на невероятно вкусный пирог с почками       — Ну… у меня тогда палочка была сломана — смущенно пробормотал Рон — вот и вышло так, что он теперь съехавший с катушек в больнице, ни черта не помнит.       Я хмыкнула и покачала головой       Удивительно, что никто их тогда не привлек, но скорее всего за этим стояло влияние Дамблдора.       — И родителей Невилла — добавила Гермиона — ты знала, что их запытали до безумия Круциатусом Пожиратели?       — Да откуда бы мне это знать — поинтересовалась я, откладывая приборы — Я с Невиллом не то чтобы очень интенсивно общаюсь       — Это ужасно, все равно — глаза Гермионы влажно заблестели — мама подарила ему обертку от шипучек, а он ее выбрасывать не стал…       Я покачала головой, уходя в себя.       Ситуация действительно была болезненной, и я не знала даже, что хуже — когда твоих родителей убивают, как у Гарри, или, когда ты вынужден видеть их в таком вот состоянии, когда они лежат в больнице, практически тебя не узнают.       Миссис Уизли оглушительно зевнула, и встала из-за стола       — Пойду я спать, пожалуй. Не засиживайтесь. Джинни, в кровать!       — Мам, ну Рождество же, дай я с ребятами посижу! — возмущенно запищала младшая Уизли, но Молли была непреклонна, и они ушли вдвоем, только было слышно возмущенное сопение.       Я ощутила Дежавю. То же самое было полгода назад.       Мы разместились у рождественской Елки, Гермиона притащила карты и начала учить играть всех, кроме Гарри в дурака. Я проиграла две игры подряд, пока не поняла, как все работает, и в итоге мне продул Рон.       Время шло к полуночи, я начала зевать все чаще, пока наконец не поняла, что бороться со сном бесполезно, и не ушла наверх, пожелав всем спокойной ночи.       Я успела принять душ, залезть под одеяло, когда в комнате возник Фред, улыбаясь.       — Мама не помешает нам? — спросила я, переворачиваясь на бок, глядя как парень сходу начинает раздеваться       — Она спит, я убедился — заверил он меня, гибко вылезая из футболки, и бросая ее на стул. Затем, он вылез из штанов, оставшись в одних боксерах, запер и заглушил дверь — на всякий случай.       — Второй раз, я думаю, не прокатит объяснять, почему я закрылась и меня не слышно извне — заметила я, пока Фред залезал ко мне на кровать       — Не переживай — шепнул он, накрывая мои губы своими и залезая под одеяло — не смотря на камины, дома было слегка прохладно.       Сегодняшний вечер был каким-то особенным на эмоции. Мы лежали под одеялом, в какой-то момент уже совершенно голые, поглаживая друг друга, когда Фред, перегнувшись, достал что-то из штанов, лежащих на полу.       Это была склянка с чем-то ярко-розовым. Я подняла бровь, прикрыв грудь одеялом.       — Эксперимент — Фред покачал склянку в руках — усиливает тактильные ощущения, эффект правда кратковременный.       — Сами делали? — поинтересовалась я, забирая зелье в свою руку       Он кивнул       — Ты меня вдохновляешь творить немного нетипичные вещи, для магазина вредилок — сказал мне парень, под одеялом поглаживая мою ногу, в опасной и сладкой близости от места, которое все больше желало его прикосновений, но с тех пор как Фред оказался в моей кровати, и даже после того, как мы разделись, он был необыкновенно сдержан.       — Я не буду блевать или кровоточить? — спросила я строго, все еще разглядывая очередное изобретение братьев Уизли       — Надеюсь, что нет. Но, в последнем случае, можем представить, что я вампир — он наклонился, даря очередной долгий поцелуй. В конце концов, я решилась, отпивая из склянки, после чего, стоило мне проглотить ее содержимое, меня тут же снова поцеловали.       Эффект от зелья начал приходить через некоторое время. Сначала, я ощутила всю глубину нашего поцелуя, затем — нежность и уютное тепло кожи Фреда, которой хотелось касаться еще и еще, что я и принялась делать, поглаживая его, чувствуя, как меня возбуждает и захватывает это ощущение.       — А теперь, подарок — шепнул мне в губы Фред, опускаясь ниже, покрывая поцелуями сначала мою шею, затем грудь. На этом этапе, я со всхлипом подалась ближе к нему, почувствовав, как между ног по моей влажной, разгоряченной плоти скользнул его твердый член. Я уже была готова самостоятельно двинуть бедрами таким образом, лишь бы он наконец оказался внутри меня, наполняя меня до краев. Мне сейчас безумно хотелось, чтобы мы стали единым целым, чтобы он двигался внутри меня, чтобы наша кожа касалась друг друга, но он спустился еще ниже, и в какой-то момент, я почувствовала там его язык, и не сдержавшись, застонала, чувствуя, как он скользит по чувствительной точке, сначала медленно и тягуче, а потом чуть увеличив нажим.       Я чувствовала, как сжимаю руками простыни, иногда сжимая между пальцами и волосы Фреда, перемещая руку на его голову. Мое тело выгибалось против воли, а когда на меня нахлынул ни с чем несравнимый оргазм, я еще некоторое время содрогалась в объятиях совершенно довольного парня.       Но, этого было мало.       Когда я смогла осознанно мыслить, я взглянула на него.       — Тогда, пожалуй, пришло время вручить и тебе подарок — хрипло сказала я, и не увидев даже выражения лица потянулась к рюкзачку, достала из него противозачаточное зелье и залпом выпила.       А затем, отпила еще того розового зелья, и сделала то же, что он сделал до того, как я получила величайшее удовольствие в своей жизни — поцеловала, растворяя зелье в своей слюне.       Кажется, Фред хотел меня спросить о чем-то, но все слова растворились в моменте, когда я начала скользить по нему вперед и назад, по стволу члена, целуя его в шею, пока зелье еще не подействовало.       Не выдержав, Фред перевернул меня на спину, когда в меня сначала погрузились его пальцы — я даже дискомфорта не почувствовала. Зелье, видимо, лишало всех негативных ощущений. Я выгнулась, подаваясь ему навстречу, встречаясь с его темным, таким порочным взглядом, желая лишь одного, чтобы он наконец трахнул меня.       — Не обещаю, что буду осторожным — пробормотал Фред мне в губы, он водил головкой члена у меня между ног, и я изнывала от желания       Наконец, он начал осторожно входить в меня, от чего я чувствовала только как он наполняет меня, осторожно, медленно.       Но я не хотела осторожно и медленно, поэтому, я обхватила его ногами, подаваясь бедрами, чтобы он вошел в меня до конца.       Это было восхитительно       Фред, уперся головой в подушку, рядом с моей головой, замирая. Его сердце стучало как сумасшедшее       — Блять, Камия, Мерлин всемогущий. Ты такая тугая и классная внутри — хрипло сказал он, прикусив затем мочку уха, и наконец, начал двигаться во мне.       Это было ровно так, как я себе представляла — он наполнял меня, тихо постанывая. Наша кожа соприкасалась, и я хотела, чтобы это было бесконечно.       Наконец, он начал двигаться быстрее, резче, с каким-то слегка рваным темпом, и я ощущала, как внутри меня растет нечто иное, не то, что я чувствовала до этого — это ощущение было где-то на грани, и мне хотелось его поймать, пока оно подкрадывалось ко мне, ведомое движением внутри меня.       Неожиданно, Фред вышел из меня, садясь сверху. Его член расположился на мне, влажно блестя в свете ночника.       Было немного крови       — Что случилось? — спросила я, разочарованная тем, что он так резко закончил восхитительное движение       — Я сейчас закончу, если продолжу без небольшой передышки — пояснил мне парень, большим пальцем руки начиная поглаживать чувствительную точку у меня между ног, возвращая мне настрой и сладкое чувство приближения нового оргазма.       Когда я была очень близко, он вновь вошел в меня, не меняя своей позы, мы встретились взглядами, и внутри меня словно взорвалась вселенная. Я царапнула кожу на его ноге, переживая восхитительные ощущения, до звездочек в глазах, когда оно начало отступать, Фред со стоном-рычанием опустился сверху, слегка подрагивая, продолжая двигаться внутри. Я чувствовала, что внутри стало еще более влажно, его семя вытекая наружу, слегка пощипывало.       Через некоторое время Фред вышел из меня, слез и перекатился на спину, прикрывая глаза и улыбаясь.       — Ты как? — спросил он, глядя на меня. Лицо его было безмятежно, на нем поселилась легкая улыбка.       — Великолепно — ответила я — всегда думала, что будет больно, но твое зелье все спасло.       Он хмыкнул, и подсунув руку под подушку, на которой я лежала, притянул меня к себе, целуя в лоб и обнимая другой рукой       — Могу сказать, что сегодня был лучший мой секс в жизни — пробормотал он откуда-то сверху.       Я улыбнулась       — И много у тебя было практики? — с улыбкой спросила я       — Это не имеет значение, главное, что я хорош — самодовольно ответили мне       Я шлепнула Уизли по боку, со смехом       — Мне сравнивать не с кем — со смехом сказала я       Фред отстранился, серьезно глядя на меня, и дурашливость моя как-то мигом испарилась       — И хорошо — ответил он, проводя пальцем по линии моей челюсти — надеюсь, что и не с кем будет.       Мое сердце защемило от нежности, от страха, который там поселился с новости, что Темный Лорд в поместье Малфоев.       Мы еще некоторое время лежали в объятиях друг друга, пока Фред не начал засыпать, и мне не пришлось его выставить, со словами что его маме совершенно не понравится, если она нас застанет с утра.       Засыпала я с мыслью, что кажется, я люблю Фреда Уизли.       И эта мысль не принесла мне счастья.       Где может быть счастье, когда я страшно за него боюсь?                            Кикимер, как выяснилось, прятался на чердаке. Нашел его Сириус; домовик весь был в пыли и, несомненно, искал там семейные реликвии Блэков, чтобы перетащить к себе в чулан.       Чем ближе был день отъезда всех в Хогвартс, тем мрачнее был Сириус       По мере того как приближался день их отъезда в Хогвартс, на него все чаще нападали «приступы мрачности», как называла их миссис Уизли, он становился молчалив и раздражителен, часами сидел один в комнате гиппогрифа.       Мы с Фредом, после той ночи, старались по мере сил делать вид, что ничего не было, но это было очень сложно.       Как-то днем от него пришло короткое сообщение хочу еще.       И я тоже хотела, но после Рождества, Миссис Уизли, словно отлично выспалась и могла засиживаться допоздна, к нашему с Фредом разочарованию.              — Гарри, Камия — сказала миссис Уизли, просунув голову в дверь спальни Гарри, когда они с Роном играли в волшебные шахматы, а за игрой наблюдали я, Джинни, Гермиона и Живоглот. — Можете спуститься в кухню? С вами хочет поговорить профессор Снейп.       До меня не сразу дошел смысл ее слов. Я-то точно никак не могла подумать, что зачем-то могла понадобиться профессору Зельеварения, да еще и в рождественские каникулы       — Дави ее, дави, идиотка, это же только пешка. Извините, миссис Уизли, что вы сказали? — сказал Гарри, отвлекаясь от партии       — Профессор Снейп, милый. На кухне. Хочет поговорить. С тобой и с Камией       Кот Гермионы воспользовался всеобщим замешательством, и спрыгнул на доску, распугав шахматы       — Снейп? — тупо повторил Гарри.       — Профессор Снейп, — поправила миссис Уизли. — Идите скорее, он говорит, у него мало времени.       — Чего ему надо от вас? — обескураженно спросил Рон, когда мать вышла из комнаты. — что вы сделали?       —Я точно ничего, чтобы профессор ломанулся за мной на площадь Гриммо 12, когда о моем нахождении тут, знает вообще ограниченное количество народа — возмущенно сказала я       Мы с Гарри вышли из комнаты и проследовали на кухню, где за длинным столом, в атмосфере полного напряжения сидели Сириус и Снейп, не смотрящие друг на друга слишком старательно. Перед Сириусом на столе лежало открытое письмо, Гарри кашлянул, чтобы обратить на нас внимание, и Снейп обернулся, окидывая нас неизменно высокомерным взглядом.       Интересно, на Слизерине его вели отдельным дополнительным уроком?       — Сядьте, оба. — ледяным тоном, не терпящим возражений, скомандовал нам профессор, я на деревянных, негнущихся ногах прошла к столу и села через стул от Сириуса, оставляя место для Гарри, который наверняка захочет разместиться рядом с крестным       — Знаешь, Снейп, — громко сказал Сириус, качаясь на задних ножках и глядя в потолок, — я предпочитаю, чтобы ты не отдавал здесь приказов. Это мой дом, понимаешь ли.              — Предполагалось, что мы поговорим с глазу на глаз, — сказал Снейп со знакомой кривой усмешкой, — но Блэк…       — Я его крестный, — громче прежнего сказал Сириус. — а Камия гость в моем доме       — Я здесь по распоряжению Дамблдора, и хочу напомнить, что по Мэлфорд ты просил отдельно— Снейп же, наоборот, говорил все тише и ядовитее, — но, ради всего святого, оставайся, Сириус. Я знаю, ты любишь чувствовать себя… причастным.       — Это как прикажешь понимать? — С громким стуком Сириус опустил свой стул на все четыре ноги, я вздрогнула.       — Да, я понимаю, ты должен быть расстроен тем, что не делаешь ничего полезного, — с легким нажимом на последнее слово, — для Ордена.       Теперь побагровел Сириус.       Снейп, злорадно усмехнувшись, обратился к нам:       — Директор послал меня передать вам его желание, чтобы в этом семестре вы оба изучали окклюменцию.        Я почувствовала спокойствие и благодарность. Пожалуй, это решение было лучшим, что можно было придумать. Окклюменция, при достаточном умении ее использовать могла закрыть разум от чего угодно.       Это значит, что мы скорее всего сможем быть с Фредом, и я могу меньше за него бояться.       — Что изучать? — не понял Гарри. Ну да. Я-то родилась в магической семье, и знала чуть больше       Снейп скривился, глядя на Гарри.       — Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту ума от проникновения извне. Малоизвестный раздел магии, но крайне полезный. Судя по всему, Поттер, ваша подруга больше осведомлена о разных разделах магического искусства.       Гарри кинул на меня какой-то слегка обиженный взгляд, словно я должна была ему раньше рассказать и его сейчас тут не оскорбляли при всех.       Что ж, знала бы я, то конечно же сказала бы       — Почему я должен изучать окклю… как ее? — выпалил Гарри, возвращаясь обратно к профессору.       — Потому что так считает нужным директор, — хладнокровно ответил Снейп. — Вы будете получать индивидуальные уроки раз в неделю, но никому не скажете об этом, в первую очередь Долорес Амбридж. Вам понятно?       — Да — кивнула я       — Да. — эхом отозвался Гарри — Кто будет меня учить?       — Я. — веско уронил Снейп, а я напряглась.       Вот уж врагу не пожелаешь, лишний раз встречаться со Снейпом       — Почему Дамблдор не может их учить? — воинственно спросил Сириус. — Почему ты?       — Потому, видимо, что привилегия директора — поручать наименее приятные дела другим, — вкрадчивым голосом ответил Снейп. — Уверяю тебя, я не напрашивался. — Он встал. — Жду вас в понедельник, в шесть вечера, Поттер. Вы, Мэлфорд, будете заниматься по средам, в то же время. В моем кабинете. Если спросят — вы изучаете лекарственные зелья. Уж вы-то Поттер, нуждаетесь в них более всех остальных.       — Я могу идти, профессор? — придушенно спросила я       Снейп кивнул, и отвернулся, а я встала из-за стола, испытывая желание спрятаться у себя в комнате до следующего курса, минимум       Он двинулся к двери.       — Постой, — сказал Сириус и выпрямился на стуле.       — Я спешу, Блэк, в отличие от тебя, у меня нет бездны свободного времени.       — Тогда к делу, — сказал, поднимаясь, Сириус.       Он был значительно выше Снейпа.       — Если услышу, что эти свои уроки окклюменции ты используешь для того, чтобы притеснять Гарри, будешь иметь дело со мной.       Я замерла, услышав эту угрозу. Сириус вел себя крайне опрометчиво, унижая профессора при студентах.       Свалить сейчас — будет непростительно малодушно.       — Как трогательно, — осклабился Снейп. — Но ты, полагаю, заметил, что Гарри пошел в отца?       — Заметил, — сказал Сириус.       — Тогда ты догадываешься, насколько он высокомерен. Критика отскакивает от него, как от стенки горох.       Сириус оттолкнул стул в сторону и двинулся вокруг стола к Снейпу, на ходу вытащив волшебную палочку.       Снейп выхватил свою. Оба изготовились: Сириус, пышущий яростью, Снейп, расчетливый и хладнокровный; глаза перебегают с палочки Сириуса на лицо и обратно.       — Сириус! — громко сказал Гарри, но Сириус будто не слышал.       Я так вообще стояла молчаливая и растерянная, не зная, что и предпринять       — Я тебя предупредил, Нюниус! — сказал он, сунувшись к самому лицу Снейпа. — Мне плевать, что Дамблдор считает тебя исправившимся. Я тебя лучше знаю!       — Так почему ты ему не скажешь? — прошептал Снейп. — Или боишься, что он не воспримет всерьез совет человека, который полгода прячется в материнском доме?       — Скажи мне, как поживает нынче Люциус Малфой? Поди, доволен, что его верный песик работает в Хогвартсе?       — Кстати, о песиках, — нежно сказал Снейп. — Ты знаешь, что Люциус Малфой узнал тебя, когда ты в последний раз рискнул прошвырнуться? Ловко придумано, Блэк, — показаться на закрытой платформе. Железное оправдание, чтобы больше не высовывать нос из норы.       Сириус поднял волшебную палочку.       — НЕТ! — закричал Гарри и, опершись рукой на стол, перелетел через него, чтобы встать между ними. — Не надо, Сириус!       — Ты назвал меня трусом! — взревел Сириус и свободной рукой попытался оттолкнуть Гарри, но тот устоял.       — О, кажется, так, — сказал Снейп.       — Гарри… не лезь… под ноги! — рычал Сириус, отталкивая его в сторону.       Дверь кухни открылась, и вошла вся семья Уизли вместе с Гермионой, совершенно счастливые. Посреди группы гордо шагал сам мистер Уизли в пальто, надетом поверх полосатой пижамы.       — Исцелен! — объявил он, адресуясь ко всей кухне в целом. — Абсолютно здоров!       Он и остальные Уизли замерли у двери, глядя на разыгравшуюся сцену, которая тоже прервалась в самом разгаре: Сириус и Снейп смотрели на вошедших, направив волшебные палочки друг другу в лицо, а Гарри, пытавшийся их развести, так и застыл с раскинутыми руками.       — Разорви меня горгулья, — сказал мистер Уизли, перестав улыбаться, — что здесь происходит?       Сириус и Снейп опустили волшебные палочки. Лица обоих выражали крайнее презрение, но неожиданный приход многочисленных свидетелей как будто привел их в чувство.       Снейп убрал волшебную палочку в карман и, ни слова не сказав семейству, направился к выходу. В дверях он оглянулся:       — Понедельник, шесть вечера, Поттер. Среда, шесть вечера, Мэлфорд       Он ушел.       Сириус смотрел ему вслед, опустив палочку.       — Что тут происходит? — снова спросил мистер Уизли.       — Ничего, Артур. — Сириус тяжело дышал, словно после долгого бега. — Просто дружеская беседа двух старых однокашников. — С заметным усилием он улыбнулся. — Значит, ты вылечился? Это прекрасная новость. Прекрасная новость.       — Правда же? — сказала миссис Уизли, подводя мужа к стулу. — Целитель Сметвик все-таки совершил чудо — нашел противоядие, а Артур получил урок — будет знать, как баловаться с магловской медициной. Правда, Артур? — спросила она с некоторой угрозой.       — Да, дорогая, — покорно сказал мистер Уизли.       Я поздравила мистера Уизли с выздоровлением и поспешно ретировалась из столовой, к себе.              Отец прибыл в тот же день, весьма меня удивив. Фред заметно расстроился, когда я увидела его внизу — на встречу любых гостей вываливалась целая делегация.       Когда я прошла мимо Уизли, он незаметно ото всех поймал мою руку, на долю секунды и сжал. Все мои силы пришлось собрать, чтобы не обернуться на него.       — Привет пап — сказала я, обнимая отца       — Привет, родная — папа выглядел спокойным, отдохнувшим и счастливым — видимо, рождественские каникулы прошли для него наилучшим образом — я решил, что хоть один из дней хочу нормально провести со своей дочерью, тем более что завтра тебе возвращаться в школу, а как ты знаешь, все вместе вы этого сделать не можете.       — Хорошо, пап — уныло сказала я, и пошла наверх собираться. Отец же, ушел на кухню с Сириусом и Артуром.       Я кидала вещи в рюкзак, от чего-то очень не желающая покидать Гриммо 12       Хотя, вполне понятно почему.       За спиной раздался характерный хлопок, и меня сгребли в объятия, прижимая к себе       -Жаль, что ты сегодня уходишь — сказал Фред, я развернулась, закидывая руки ему на плечи, и нежно поцеловала, растворяясь в этом ощущении.       Мерлин всемогущий, как же я хотела никуда от него не деваться. В Хогвартсе, у нас правда, будет выручай-комната, и все время мира. Надеюсь.       -Я хотел к тебе сегодня зайти, после ужина — сообщил мне Фред, от чего внизу живота начало сладко тянуть. Я очень хотела продолжения той ночи.       — Понимаю — шепнула я — я бы тоже очень хотела, чтобы ты вошел сегодня в эту… комнату — я закусила губу, глядя как меняется выражение глаз Фреда от этой шутки.       -Камия, ты скоро? — услышала я голос отца снизу, мы с Фредом торопливо поцеловались, и он исчез.       Я спустилась вниз, с нехитрым запасом вещей, тепло со всеми попрощалась, испытав еще раз грусть обнимая Фреда, и мы с отцом отправились домой.