HEARTACHE

Я очень боялась отправлять деньги. Впрочем, как и всегда. Я всегда прошу не писать отправителя и адрес, чтобы деньги не пришли обратно. Конечно же, он догадывается, кто присылает их каждый месяц. Уже почти два года прошло. Как же быстро летит время. Хотя нет, вру. Для меня это были два самых долгих года в моей жизни. Не знаю, было ли у вас когда-нибудь такое. Вот ты идешь по шумной улице, где кругом кипит жизнь, все куда-то спешат. Они не замечают как быстро для них летит время. Я же иду не торопясь, смотрю на всех и понимаю, что никогда не смогу сбежать от прошлого. Оно следует за мной и не оставляет меня ни на минуту. Время для меня остановилось, и сколько бы я не пыталась, у меня не получается завести часы моей жизни. И вот я стою в почтовом отделении и перевожу деньги своему «прошлому». От старых привычек никуда не деться. Всё пытаюсь решить деньгами. Ухмыльнулась. В голове возникает картинка. Я мысленно содрогнулась. Много крови, крик от мучительной боли, хруст ломающихся костей… Неприятное зрелище. Меня начинает подташнивать, а на глаза наворачиваются слезы. Сколько бы ни пыталась это забыть — не получается. Мысленно возвращаюсь в тот день.… Двумя годами ранее… Она сидела в Starbucks и пила своей любимый карамельно-яблочный латте. «Сегодня он задерживается» — подумала она. Через несколько минут он наконец-то пришел. Сев напротив меня, он тихо, так что могла услышать только я, поздоровался. На нем была ветровка, наверное, в два раза больше его самого. Из-за этого он казался очень тощим. Лицо скрывал капюшон, который доходил до самого носа. От меня не укрылась свежая ранка на его нижней губе.  — Дэн снова приставал? — попыталась снять с него капюшон, зная, что этим дело не обошлось, но он ловко перехватил мою руку, покачал головой и отпустил её. Мне было больно смотреть на это, ведь отчасти я виновата в том, что его жизнь превратилась в ад. Я знала, что не могу ему помочь. Я не могла сказать Дэну, чтобы он прекратил издеваться над Эриком. Боюсь, что это могло бы закончиться плохо и для меня, и для него. — Как твоя сестра? Таблетки начали помогать? — попыталась перевести тему. — Врачи сказали, что ее состояние не намного, но улучшилось. Сказали, что самое страшное уже позади. Я улыбнулась. — Это же замечательно. Надеюсь, ее состояние не ухудшиться, — подняла портфель и вытащила оттуда две книги, — Кстати, передай эти книги Кате. Она очень хотела их прочитать. Пришлось ехать на другой конец города, чтобы купить их, и отказа я не приму. Сунула книги ему в руки. Он улыбнулся. Ох, ну наконец-то. — Можно задать вопрос? Я посмотрела на него. «Вопрос? Какой вопрос?» — Нельзя? — Он посмотрел мне в глаза. Я удивилась. Эрик был очень бледен, видно, что он мало ел. Под глазами были большие синяки, так как он мало спал. Он или учился, или сидел со своей младшей сестрой Катей. У нее были проблемы с сердцем и в любую минуту или даже секунду её сердце может перестать биться. Но не его лицо удивило меня. Эрик раньше никогда не задавал мне вопросов. Обычно он молчал, а я говорила. И это нас устраивало. Наши отношения очень странные. Мы — никто друг другу. Хотя нет, он тот, кто спасает меня от самой себя, делает меня человеком. — Конечно, можно. Просто я удивлена. — Почему все называют тебя Кисой? Какое твое настоящее имя? Я громко рассмеялась. Рядом проходящие люди испуганно начали оглядываться. Да-да, мои манеры нельзя назвать идеальными. Вообще, нигде нет идеальных людей. Хотя нет, есть. В нашей фантазии. — Какой странный вопрос. Я никогда не задумывалась об этом. Просто в один прекрасный день все начали называть меня Кисой и мне это понравилось. Иногда я даже забываю, как меня зовут по-настоящему… — задумалась. Иногда я, правда, забываю, как меня зовут. Тогда мне кажется всё ненастоящим. Как будто я фальшивка. — А зовут меня Кристал. Я всегда считала свое имя странным и особенным одновременно. Но нечасто люди интересуются моим именем. Все привыкли к Кисе, — Пожала плечами. Мой мобильный настойчиво запищал, и я поспешила ответить на звонок, зная, что будет, если не отвечу с первого раза. — ГДЕ ТЕБЯ НОСИТ, ЧЁРТ ПОДЕРИ? — И тебе привет, милый. — Привет, — пробубнил он, — Так, где ты? — Иду домой. Просто по пути зашла в Starbucks. — А-а, ну мы вечером собираемся к Нейту, ты с нами? — Да, конечно! — Ну тогда, до вечера. Я заеду за тобой в восемь. Люблю тебя. — И я тебя, — Отключилась. Эрик смотрел на меня и в его взгляде было столько ненависти. Большая часть, конечно, не ко мне. Но все равно, это ужасно. Мы разошлись по домам. Все равно вместе нам долго нельзя было находиться, да и поговорить было не о чем. Мой дом находился в самом центре города. Мои родители были очень влиятельны и богаты. От мамы мне досталась стройная фигура и светло-русые волосы, а от папы — зелёные глаза. Наверное, еще и поэтому меня называют Кисой. Ведь глаза, прямо как у кошки. Дома никого не было, пусто, как и всегда. Мои родители редко появлялись дома, и я была предоставлена сама себе. Может быть, из-за этого я и выросла такой сукой. Ну, конечно, не только из-за этого. Я прошла в свою комнату и легла на кровать. Я всегда очень любила свою комнату. Это что-то типа моего маленького мира, ключик от которого есть только у меня и у Дэна. Вы, наверное, задаетесь вопросом, как я могу любить такого, как он? Но любовь не выбирают. Она приходит сама, меняет твою жизнь, и ты уже ничего не можешь изменить. Так произошло и со мной. Я сразу же почувствовала связь между нами. Нет никого, кого бы я любила и ненавидела больше, чем его. Ха-ха, ненавидела. Это странное сочетание с моими словами о любви. Но это именно так. Этот человек полностью изменил меня. Я ненавижу саму себя. Но больше, чем я, себя ненавидит Дэн. Этот человек настолько жестокий, его можно вывести за секунду. Очень вспыльчивый. Получилось так, что я единственная, кто может его успокоить… Мне больно смотреть на то, как он страдает и ничего поделать с этим не может. Он как будто погибает, убивает себя. Я боюсь того, что он может узнать о наших встречах с Эриком. Боюсь за себя и за них. Уже было почти восемь часов, но Дэн всё не звонил. Я звонила ему несколько раз, оставляла сообщения, но он так и не ответил мне. Меня начало трясти. У меня было плохое предчувствие, поэтому я пошла до его дома. Он жил недалеко от меня. Его дом был самым большим во всем городе. Да, папа у него входил в список 10 самых богатых людей мира. Дома его не оказалось. Это было странно. Я начала звонить Эрику, но он тоже не отвечал. Спустя 20 минут послышались гудки, потом чьи-то голоса, рыдание, крик и смех. Телефон выпал у меня из рук. Я не знала, что мне делать. Нас раскрыли. Конечно, это должно было когда-нибудь случиться. Во всем виновата я. А теперь Эрик снова страдает. Нужно что-то делать. Дрожащим голосом вызвала такси и попросила отвести меня на старый завод, теперь уже заброшенный. Дэн часто приводит туда тех, кто его бесит. Через 15 минут мы были на месте. Быстро заплатила и выбежала из такси. Чем ближе я подбегала, тем отчетливее слышала стоны и крики. Мой бег замедлился, а идея приехать сюда начала казаться абсурдной. Но отступать нельзя. Вошла внутрь. Лучше бы не заходила. Эрик лежал на холодном полу. Все его тело было в крови, подтёки были по всему его телу, и, кажется сломаны ребра и правая рука. Дэн со всей силы ударил его по лицу, на котором живого места уже не было. — Что ты делаешь? — я попыталась заорать на него, но мой голос предательски задрожал. Он посмотрел на меня полными боли и злобы глазами. Я отшатнулась. — ЭТО Я ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЮ? — орал он, — ЗНАЧИТ, Я ТЕБЯ УЖЕ НЕ УСТРАИВАЮ И ТЕБЯ ПОТЯНУЛО НА ТАКОЕ ДЕРЬМО, КАК ЭТОТ? Я ДУМАЛ, У ТЕБЯ ПОЛУЧШЕ ВКУС! Мне было больно слышать такое от него. — У нас ничего не было, мы просто общались. Он делает меня лучше, — тихо сказала я. — ЛУЧШЕ, ЗНАЧИТ?! А Я ЧТО ДЕЛАЮ? ПОРЧУ ТЕБЯ? — и он со всей силы наступил на левую ногу Эрика. Боже, он попытался заорать, но вместо крика получился тихий стон. Я кинулась к нему и попыталась хоть чем-нибудь ему помочь. — Уходи! Уходи! — тихо произнёс он… — Я не оставлю тебя здесь. Скоро приедет помощь, — сказала я, гладя его по волосам. — ТАК ЗНАЧИТ ВСЁ ЭТО — ПРАВДА, И ТЫ ЛЮБИШЬ ЕГО? — на меня смотрели глаза полные печали. Как же это все тяжело. Дэн теперь ненавидит меня и о, Боже, что же он почувствует завтра, когда проснётся… Он полностью сломается, потеряет себя. И во всём виновата я. Только я. — Я люблю тебя, но так больше не может продолжаться, — мне было больно это говорить, — ты уничтожаешь меня и себя из-за меня. Мы не можем быть вместе. Дэн упал на колени и заставил посмотреть меня ему в глаза.  — Что ты такое говоришь? У нас же всё хорошо. Мы же постоянно ссорились. И это тоже глупая ссора. Завтра всё будет, как прежде, — он в это верил, но на самом деле все и было, и будет по-другому.  — Нет, ничего уже не будет, как прежде. Убирайся! Я не хочу тебя видеть! Ты мне противен! — закричала я и оттолкнула его от себя. В глаза я ему больше не смотрела. Боялась увидеть там презрение и ненависть к себе. Это бы меня точно сломало. — Киса… — он протянул руку. Её я тоже оттолкнула. — Не называй меня так. Ты не имеешь на это права. Для тебя я больше никто! Ты ужасен! Ты чудовище! На минуту повисла тишина. Потом он встал и вышел. Больше он не вернулся. Из глаз моих потекли слёзы. Впервые в жизни я плачу. Мое сердце, правда, как будто разлетелось на тысячи осколков. Ничто больше не сможет залечить его. Когда он вышел, оно остановилось. Через несколько минут приехала скорая помощь. Эрика сразу же отвезли в операционную. Я сидела и ждала окончания операции, когда вбежал отец Эрика. Он был, конечно, как всегда пьяный. Он стал расспрашивать, что с его сыном и орать на врача. Спустя час операция закончилась, и врач сказал, что он будет жить, но ему понадобиться период реабилитации. Это был еще один удар для меня. Я думала, что на этом все закончится, и больнее уже быть не может, но позвонил лечащий врач Кати и сказал, что соболезнует, так как у Кати остановилось сердце. Оказывается, перед тем, как приехать, отец Эрика был у его сестры и рассказал ей, что он умер. Она этого просто не выдержала, и у нее случился сердечный приступ. Вот как бывает в жизни, от одного неправильного слова может погибнуть человек… Прошло два дня, и я хотела навестить Эрика, но он не хотел меня видеть. Наорал на меня, сказал, что это я во всем виновата. Может быть я, скорее всего я… Я решила изменить свою жизнь и уехала из родного города, где прожила 17 лет. Мои родители не задавали лишних вопросов и просто попросили быть осторожной. Сейчас… Вспоминать это больно. Как же один день может полностью изменить всю твою жизнь. Теперь я уже живу в другом городе. Окончила школу и собираюсь поступать в университет. Теперь я совсем другая, но моё сердце все так же разбито на осколки…