Шансы равны ста процентам

И если бы Старка попросили в тот момент назвать самую большую ложь в его жизни, то он бы непременно повторил последнюю услышанную фразу. Он перестал сопротивляться, но парень-санитар все еще мягко держал его за плечи, чтобы он снова не ринулся. Глаза Тони были направлены к кровати девушки, от которой почти все медицинские работники медленно расходились в стороны. Аппарат все так же продолжал издавать один противный монотонный звук, который с каждой секундой все больше и больше отдавал где-то глубоко в сознании мужчины, пока его вовсе не отключили. Голова девушки склонилась набок, ее глаза были закрыты, и теперь это даже на кому не было похоже, потому что закрыла она их насовсем, и грудная клетка больше не вздымалась от ровного и спокойного дыхания. Это был конец, который все эти полтора месяца был ожидаем, конечно же, но кто мог представить, что все это будет так болезненно? Хотелось закричать «Нет! Нет! Это неправда!», бить кулаками все, что под руку попадется, однако Тони было очень тяжело даже с места сдвинуться, поэтому он просто стоял и смотрел на то, как из этой бедной девушки постепенно уходит то оставшееся тепло, которым она всегда была готова поделиться со Старком. Казалось, что его лёгкие кто-то очень сильно сжал, ведь дышать было невероятно тяжело. Множество эмоций бушевало в нем с невероятной силой, а когда прямо перед ним Док натянул простыню на Пеппс сильнее так, что ее голова тоже оказалась под ней, то это было последним, что увидел Старк прежде, чем у него закружилась голова, а глаза затянуло пеленой тумана. *** Похороны состоялись через несколько недель. Людей было немного: родители Пеппер, несколько близких друзей, в том числе, Роуди и, конечно же, Тони Старк. Эти самые несколько недель были невероятно тяжелыми для него. Во-первых, было трудно вернуться домой, ведь все казалось таким чужим, учитывая, что последние месяцы Старк ночевал в основном в больнице, но в то же время таким родным, что боль новым и новым потоком обволакивала его душу. Ему было совсем не до какой-либо уборки или перебирания вещей. Единственное, что он решился сделать — это убрать их общее фото с тумбочки Тони, ведь изображение улыбающейся оператору пары, которая уже никогда не будет вместе, никак не помогло бы ему быстрее справиться с утратой. Все это время он находился в своей спальне. Не работал, никому не звонил и не писал, лишь изредка поднимался с кровати, чтобы что-то перекусить или взять другую книгу с книжной полки, ведь чтение сейчас было единственной вещью, которая отвлекала его от ужасных мыслей, которые все время накатывали. Во время комы Пеппс они тоже были кошмарными, но все же не настолько, да и сейчас они касались всех трагедий, случившихся в жизни Тони, и он как будто заново переживал каждую из них. Пятница иногда беспокоила его, говоря, что кто-то пришел или что количество отчётов на работе перевалило за позволительное число, которое Тони установил ранее, за день до смерти Поттс, когда совершал несколько попыток разобраться со всеми навалившимися документами. Однако однажды ранним утром, когда искин снова взялся за свое, Старк приказал ему сообщать только о нескольких главных вещах, которые перечислил, а оставшиеся уведомления — оставлять на потом. После похорон Поттс Тони сразу же поехал домой. Мысль о том, что все уже не будет как раньше, с каждым днем все сильнее и сильнее отпечатывалась в его сознании, и, кажется, Тони всеми силами пытался искать занятие, которое бы увлекло его так же, как и жизнь с Пеппер. Зайдя в свой дом, он первым же делом отправился в мастерскую, которая когда-то могла спасти его от всех бед на свете. Тони прошелся мимо заваленных кучей различных инструментов и деталей столов, с грустью и с толикой ностальгии глядя на все это. Он остановился возле одного из недоделанных приборов, смахивая пальцами с него пыль. Недалеко, на соседнем столе, лежало несколько слегка помятых бумаг — чертежи — которые тоже попали в область видимости Старка. Он придвинул стул и прямо так, в своем дорогущем костюме, уселся за стол, чтобы продолжить работу над деталью, к которой не мог найти применения еще задолго до аварии. *** — Мистер Старк?.. В-вы в порядке? Мистер Старк… — Питер вовремя подошел к мужчине, поддержав того, чтобы он не упал, потому что того пошатнуло с немалой силой. Юноша посмотрел на него; сейчас Тони выглядел противоположно тому, каким его показывали в СМИ — шок и непонимание были на его лице. Перед глазами Паркера всплыла картина двенадцатилетнего мальчика, только узнавшего о смерти родителей, который чувствовал в тот момент абсолютно те же эмоции, что и сейчас Старк. Питер понимал его, как никто другой, но помочь он был не в силах. Он все еще уверенно держал Тони за плечи, замечая свое физическое превосходство. Предыдущие ощущения сменились отрицанием, и несколько морщин проявились на лбу Старка. Он смотрел Питеру в глаза, пытаясь найти хоть где-то какие-то ответы на вопросы «Почему?», «За что?», «Почему именно сейчас?..», а юноша изо всех сил пытался не отводить их, показывая абсолютную уверенность и сочувствие, хоть это было и нелегкой задачей для него сейчас. Он аккуратно провел его до скамьи, на которой Старк будет теперь уже бывать наверняка реже, чем в последние месяцы, и попросил того сесть. — Мистер Старк… придите в себя, пожалуйста, — Питер крепче сжал плечи мужчины, пытаясь внушить ему свою уверенность и хоть немного привести его в себя, однако тот лишь, как только коснулся сиденья, сразу же расслабился, откинувшись на спинку и облокотившись головой на стену. Его взгляд был направлен куда-то вверх, на линию стыка стены и потолка. Костюм Тони изрядно помялся под сильными пальцами Питера. Пока последний искал новые подходящие слова, тишину нарушил сам Тони. — Питер-Питер… наивный ты пацан, ты хоть понимаешь, что говоришь? — со злой насмешкой ответил Старк. И так было ясно, что это всего лишь нужда защититься и отстраниться от всяческого общества, однако это не облегчало ситуацию. Конечно же, человеку, увидевшему смерть близкого человека не больше, чем десять минут назад, не могло чувствоваться как-то иначе, но и пускать все это на самотек тоже нельзя. И если Питер окажется тем человеком, который и будет сейчас держать Старка в рамках, то хорошо — юноша меньше всего хотел, чтобы кто-то еще чувствовал подобное и справлялся с этим один на один. — Понимаю, — Паркер просто слушал его, но, не выдержав, все же отвел глаза. На секунду захотелось что-то сдерзить в ответ, но он отодвинул эту мысль куда подальше, ведь ситуация была супер неподходящая. — Я тоже кое-что пережил когда-то, поэтому понимаю, а еще я… — Парень, позволь я сам с ним разберусь, — взрослый мужской голос перебил его, не дав закончить фразу, которую юноша обдумывал последнюю минуту. Он обернулся и увидел перед собой чернокожего мужчину, которого видел сегодня в холле, только вот со Старком — ни разу. — Тони, я тебя отвезу. Он продолжал смотреть куда-то в сторону, позволяя себя отвести на улицу к машине. Разговаривать больше сейчас совсем не хотелось. Все в душе продолжало сжиматься от боли. Роуди больше не говорил ни слова, потому что сейчас, если честно, он злился на мальчишку, который как прилипало полез к Старку, разворошил все то, что у него было внутри. Кто он вообще такой, а? *** — Пятница, новости, — расслабленно сказал Тони, откинувшись назад на спинку своего кресла. Сейчас он находился в своем кабинете и спустя столько времени все же решился разобраться со всем завалом в своей компании. Не то, чтобы это было слишком тяжело, однако в этих всех бумажках, кое-количество давно перевалило за сотню, было много текста, который нужно было прошерстить, зацепиться за все недочеты и обсудить с определенными людьми. В их круг входил и друг Тони, Джеймс Роудс, который иногда наведывался к Старку не только по рабочим делам, особенно в последнее время. На столе мужчины стояло уже несколько пустых чашек, в которых некоторое время назад был кофе, потому что только это пока и спасало от нудности и неожиданного сна прямо посреди отчетов. И сейчас Старк в очередной раз убеждался, что искин — лучшее изобретение за всю его жизнь. Ведь кто бы еще ему вот так все чуть ли не полочкам бы разложил, пусть и довольно-таки неинтересно, но информативно? Ну да, точно, конечно же, Пеппер. Ей удавалось это сделать не хуже Пятницы. От этой мысли у Тони кольнуло где-то глубоко внутри, и выражение его лицо явно стало более грустным и задумчивым, однако с дня ее похорон прошло уже около месяца, и за это время Старк понемногу учился жить без нее, хотя от этой мысли порой становилось некомфортно. Но иногда в его голове закрадывалась мысль: если он прожил почти всю жизнь считай один, имея лишь кратковременные и исключительно сексуальные связи, то в чем проблема снова жить так? Как таковой проблемы не было, не считая одной: сложность, которую он сам себе создавал. Трудно вернуться к тому, что изжило себя, как казалось Тони, ещё несколько лет назад. И не просто вернуться, а не по своему желанию, просто потому что заставили отнюдь не самые лёгкие обстоятельства в его жизни. Нет-нет, так это не работает, даже с ним, Тони Старком. — К Вам мистер Роудс, сэр, — своим специфическим голосом ответила ему Пятница, издавая звук из колонок, размещенных в четырех углах кабинета. Стукнув себя ручкой по лбу, Тони вспомнил, что звал его по вопросам компании. Точно, как он мог забыть. Отодвинув от себя немного несколько кип отчётов, он повернулся на своем крутящемся кресле к окну, которое находилось у него за спиной, и неспешно разглядывал все, что происходило на улице с высоты третьего этажа. Он слегка помассировал свои виски — нужно немного разгрузить голову прежде, чем опять ее нагружать разговорами «о делах». *** Спустя не один час активных обсуждений и дискуссий план на сегодня был выполнен безупречно. Двое мужчин сидели друг напротив друга, пока Старк откладывал последние проработанные за сегодня отчеты. С непривычки, конечно же, было тяжеловато работать в таком темпе, однако Тони приходилось постепенно привыкать к этому, и порой Роуди даже удивлялся, как Старка, того самого Старка хватало на такое количество бумажной волокиты. — Неплохо справляешься без Пеппер, — успев за время, проведенное в доме, осмотреться и без всякой иронии сказал он. Тони отвел глаза в сторону, уставив взгляд куда-то в пол, и еле заметно кивнул. Да, вспоминать обо всем том, что произошло некоторое время назад понемногу становится легче, ведь время все равно сглаживает все раны, но все же они еще болели, и хотелось делать все, что угодно, лишь бы быстрее пережить этот этап «пустоты» в своей жизни. Все те дела, что навалились за месяцы, когда Тони буквально выпал из жизни, были одной из возможностей отвлечься. Заодно и разобраться с компанией, ведь сама собой она управлять не будет. — Ты ходил к ней? — Нет, — спустя несколько секунд ответил Тони. В голове по-новому разыгрывался круговорот мыслей, которому Роудс только помогал развиваться. — Я как-то все время откладывал это… — задумчиво говорил он, продолжая вертеть в руках ручку, которой не давал покоя последние несколько минут. В последний раз он видел Пеппс на похоронах, и после этого… да, в принципе, он и на улице особо не появлялся с тех пор. Еду приносили курьеры, а занятий и дома хватало. Первую неделю Старк вспоминал то, как это все происходило: люди со слезами на глазах, все вокруг такое мрачное, серое и безжизненное (в прямом и в переносном смысле этого слова). То, как холодное бледное тело девушки, облаченное в белую сорочку, лежало в еще открытом гробу и всем своим видом напоминало, что всем здесь присутствующим нужно свыкаться с мыслью, что такой Вирджинии Поттс в каждой из их жизней больше не будет. Теперь то место, определенно, вызывало у него только самые неприятные ассоциации. Хотя у кого они могут быть приятные? Мысль о том, чтобы навестить девушку, появилась в голове Старка через несколько недель после похорон, однако он находил тысячу причин, чтобы не идти. Хоть он и твердил себе, что хочет и готов к этому, внутри он все равно еще не мог осмелиться. Да и Роудс совсем не давил на него. Он видел, как такое уже однажды случилось, когда к Старку прицепился тот пацан, и повторять такое же по отношению к своему другу не хотел. К тому же он прекрасно понимал, что за один день «такое» не проходит. — Я собирался сходить к ней. Если хочешь, можешь присоединиться, Тони, — уверенно нарушил тишину Роуди, внимательно глядя на друга. Он видел на его лице долю нерешительности насчет этого и терпеливо ждал ответа. — А, возможно, ты и прав, — как-то даже приподнято спустя несколько секунд ответил Старк, теперь глядя мужчине в глаза. Во взгляде его теперь была уверенность и, видимо, слова Роудса заставили его хорошенько подумать над предложением. Собрав последние принадлежности в папку, Роуди уже стоял в холле огромного дома Тони Старка, ожидая его. До машины Тони оставались считанные метры, а до Поттс — такие же считанные километры. *** Мужчины сидели на заднем сидении дорогущего суперкара, который вел водитель Старка Хэппи. Пару месяцев назад, еще тогда, когда Тони проводил большую часть своего времени в больнице, он задумался над тем, чтобы вернуть своему бывшему водителю место работы. Они разошлись полюбовно примерно полгода назад, когда Хогана настигли какие-то семейные обстоятельства, из-за которых тому пришлось уволиться, по крайней мере, на некоторое время. Но они продолжали иногда поддерживать связь и просто оставались хорошими приятелями, ведь Хэппи — человек добросовестный и нескучный, терпел всех тараканов Тони, когда тот еще вел более разгульный образ жизни, за что мужчина был бесконечно ему благодарен, хоть вслух об этом говорил нечасто. На недавний звонок Старка, когда вопрос о вождении машины снова стал ребром, Хэппи ответил положительно, так что теперь он целиком и полностью «отдал» руль Хогану, так как себе после аварии не особо доверял в этом плане. Доехали они довольно-таки быстро, точнее Тони не замечал времени, пока они ехали, потому что Роудс о чем-то увлеченно разговаривал с водителем, а у Старка была отличная возможность их не слушать, погрузившись в свои мысли. И только услышав звук открывания дверей машины, Тони спустился обратно на землю. Он вслед за своим другом вышел из машины, в то время как Хэппи остался на своем водительском месте. Мужчины не спеша направились к месту, путь к которому оба хорошо запомнили. Они шли молча, только слыша негромкое дыхание друг друга, ведь это было совсем не тем местом, где были бы уместны громкие разговоры на какие-то отвлеченные темы. Место было мрачным, особенно, когда проходишь мимо чужих надгробий и видишь имена, даты рождения, последние слова родственников. Именно в эти моменты понимаешь разницу между новостными сводками, когда говорят о теракте или военных действиях в какой-либо стране, наводя «сухие» цифры — количество погибших, и когда воочию видишь ценность каждой жизни для какого-то человека или даже целой семьи. Мысли обо всем этом будто каким-то поводырем сопровождали обоих к могиле Пеппер, на которой возвышалось надгробие со словами любви и преданности ее близких. Шли они недолго, но за это время Тони успел понять, что сейчас медленно возвращается к тому, что успело немного отодвинуться на задний план за этот месяц. И он не был уверен, действительно ли это то, чего он хотел, или лучше было, если он бы жил всем «этим» до сих пор, как это было в больничные времена Пеппс. Он скользнул взглядом по красиво выведенным буквам на надгробии девушки, а затем опустил взгляд чуть ниже, куда затем положил цветы, которые заранее купил Хэппи. Конечно же, небольшого букетика не хватит, чтобы отдать должную дань уважения, однако Тони помнил, прекрасно помнил человека, который изменил в его жизни многое, не требуя чего-то большего взамен. Роудс стоял позади с нахмуренными лицом глядя туда же, куда и Старк. Он думал в это время о чем-то своем, но видимо также связанным с Поттс, ведь с ней он был довольно-таки близок как по работе, так и в обычной жизни, поэтому ее конец, конечно же, в какой-то мере расстроил и его тоже. Он проводил глазами все действия Тони, а затем пытался понять, что тот сейчас чувствует, хотя для Джеймса это было очевидно. Постояв ещё несколько минут в полнейшей тишине, слыша лишь отзвуки голосов птиц, мужчины последний раз взглянули на надгробие и направились обратно к машине. Снова никто из них не говорил и также никто из них не решался завести разговор первым. Спокойно и без резких движений усевшись на свои места, Роудс бросил Хэппи что-то вроде «Езжай» и тот завел автомобиль, направляясь к дому Старка через город, а не по шоссе, как они ехали до этого. Тони любезно согласился подкинуть друга, хоть им и придется сделать небольшой крюк, однако у Старка все равно больше не было никаких серьезных дел на сегодня, так что, вероятнее всего, ему предстоит просто провести оставшийся вечер в компании книги и какого-нибудь напитка (не исключено, что он будет алкогольным). Когда Роудс уже покинул машину, Тони совсем расслабился, облокотившись головой на стекло. Летний вечер все еще был таким же светлым и солнечным, а теплый ветерок нежно поглаживал его по лицу, попадая в открытое окно возле водительского сиденья. По городу Хэппи ехал значительно медленнее, чем по шоссе, поэтому сейчас Тони мог внимательно рассмотреть каждый магазинчик, кафе или просто забегаловку на улицах Нью-Йорка. Вечер был невероятно красив и увлекателен, особенно та его часть, что касалась начинающихся пробок. Машины плотно пристраивались друг за другом и тут же давали газу, увидев хоть самое небольшое продвижение в очереди из автомобилей. — Вот же… — негромко чертыхнулся Хоган, сильнее вцепившись в руль и глядя прямо перед собой. Ни одно слово или действие не могло прервать расслабленное состояние Старка, его взгляд был все еще прикован к зданиям, мимо которых они проезжали. Продвинувшись немного вперед минут через пять, Старк порядком приуныл — все, что можно было рассмотреть в поле видимости, он уже рассмотрел. Посидев в машине еще некоторое время, он решительно открыл дверь автомобиля и не спеша вышел из него, что не осталось незамеченным Хоганом. — Мистер Старк… — Хочу подышать свежим воздухом, — бросил Тони и наигранно улыбнулся мужчине, давая ему понять, что если он так захотел, значит он так и сделает. Он медленно шел по улице, которую не знал, но сейчас она для него стала главным объектом исследования. Перекрестки сменялись один за одним, и если сначала Тони еще пытался хоть немного запомнить путь, по которому он шел, то потом он оставил эту глупую затею, полагаясь на навигатор в своем смартфоне. В этот момент Старк сам себя не понимал — то он почти что месяц сидит безвылазно дома, то за один день собирается обойти чуть ли не весь огромнейший город. Чтобы все-таки понять, почему так происходит, нужно было подумать, проанализировать, а сейчас этого хотелось меньше всего. Он устал, Тони просто желал идти вот так, не глядя и не переживая ни о чем, и только сейчас он осознал, что не понимал, почему не сделал этого раньше. Пеппер бы точно не одобрила его месячные каникулы в стенах дома, да и сейчас, оттуда, сверху, наверняка смотрела на него с укоризной. Он продолжал блуждать по переулкам, пока на другой стороне улицы его внимание не привлекла вывеска со знакомым названием. Тони точно помнил, что где-то он это уже слышал или читал. На этой самой вывеске был рисунок тюльпана, что заставило Старка немножко напрячься, в круге благородного синего цвета, а чуть ниже красивым шрифтом того же оттенка было выведено «May’s flowers». Этот же логотип был нарисован на визитке, которая валялась среди вещей Пеппс, когда Тони забирал ее с больницы. Он вспомнил. Ну да, точно. Оглянувшись по сторонам, Старк заметил, что эта улица была не настолько загружена пробками как та, где остался Хэппи, точнее, она вовсе не была загружена. До ближайшего пешеходного перехода было далековато, поэтому Тони повел себя как несносный ребенок, перебежав дорогу там, где он был. Оказавшись напротив стеклянной двери, Старк слегка помедлил, вглядываясь в витрины — магазин был уже пустоват (все-таки конец дня), а аромат, который исходил от помещения просто сбивал с ног. Не то, чтобы он был неприятным — навряд ли цветы могут пахнуть как-то плохо, — скорее резко и приторно, но, видимо, хозяина магазина это не волновало, поэтому он спокойно себе сидел, залипая в своем смартфоне, и чуть позже поднял голову, услышав, что кто-то вошел. В глазах Питера виднелось искреннее удивление, поэтому он не опускал взгляда, пока Тони вальяжной неспешной походкой подходил к нему. — Мистер Старк, — хрипло, видимо, из-за долгого молчания сказал Паркер, а затем откашлялся. Он вообще в тот момент не понимал, что Тони здесь делает. Ведь его невеста умерла, так что цветы ему теперь могут понадобиться разве что на ее могилу. Питер на секунду зажмурился, отбрасывая все эти мысли прочь и возвращаясь к зрительному контакту со Старком. — Привет, Питер, — Тони стал прямо напротив собеседника и поворачивал голову на все сто восемьдесят градусов, разглядывая все вокруг, в последний момент обратив внимание на стол Паркера. Куча принадлежностей, вполне стандартных для цветочного: клей, ножницы, упаковочная бумага и несколько использованных окровавленных пластырей из набора, скорее всего, из того же на пальце Паркера был еще один. — Уу, аккуратным нужно быть. У роз подлости не отнимать. — Я… — сейчас Старк совсем не был похож на того себя, которого он видел тогда в больнице в первый и особенно во второй раз, что и удивляло Питера. Хотя он был искренне рад за Тони и за то, что он снова вел себя в стиле «Тони Старк, миллиардер и филантроп». После слов мужчины, Паркер машинально опустил взгляд к своим пальцам, обмотанным в пластырь, непроизвольно вспоминая неприятные ощущения, когда шипы розы безжалостно обкалывали его до конца неумелые в сфере упаковки цветов пальцы. — Как идет работа? — сделав вид, что совсем не заметил того, как юноша начал говорить что-то, но потом прервался, задал свой вопрос, продолжая с интересом расхаживать по небольшому магазинчику, разглядывая все вокруг, в итоге остановившись возле одной из стен, на которой было что-то написано. Паркер откинулся на спинку стула, на котором сейчас сидел, пытаясь хоть немного убрать свое напряжение, ведь Старк был последним, кого он ожидал увидеть в своей небольшой и малозаметной лавке, но, видимо, месяц назад так сильно приглянувшейся искину. — Неплохо, — согласился Питер, слегка кивая. — Как Ваша? Ну то есть компания, — вопрос был, скорее, из вежливости, чем из интереса, ведь чуть ли не каждый американец знал, как идут дела у одной из самых известных компаний США. — Навожу порядки за время моего… кхм, отсутствия. Работы не мало, — подойдя наконец к столу, за которым сидел парень, закончил Тони. Видя, что сейчас Питер не особо спешит что-то говорить самостоятельно, мужчина продолжил. — Как твоя тетя? — вспомнив свой тогдашний интерес к ней, этот вопрос появился в голове Старка и слетел с его языка сам собой. — Как и прошлые четыре курса реабилитации, — усмехнувшись, ответил Питер, опустив взгляд вниз, под стол и перебирая какую-то воображаемую игрушку в руках. Он прекрасно понимал, что мистер Старк не знает всех подробностей, поэтому его вопрос был вполне уместен, хотя Питер всем своим видом в тот момент показывал, что нет, однако помня все произошедшее с ним и тетей Мэй за всю его жизнь, вопрос Старка действительно казался каким-то смешным для него. Тони, конечно же, заметил, что эта тема была для Питера была не то чтобы неприятная, но явно не та, о которой бы можно было говорить в каком-то супер позитивном ключе. Он мельком поглядывал на юношу, но при этом стараясь не выдать себя своим пристальным изучающим взглядом. Самым лучшим решением стало сменить тему для разговора. — А у тебя неплохой магазин, Питер, учитывая то, что ты сам… — заговорил Старк спустя несколько минут, совсем не заметив звук открывания входной двери, но его нагло перебил другой взрослый, ближе к пожилому голос. Ну да, теперь они были квиты в плане перебивания друг друга. — Абсолютно с Вами согласен, — Тони повернул голову к вошедшему и увидел мужчину преклонного возраста (будем откровенны — старичок), который и перебил-то его небось совсем не специально, а лишь потому, что дальше имени юноши уже не расслышал. — Упакуй мне, малец, как обычно, — с добродушной улыбкой продолжил только что вошедший мужчина, переведя взгляд на хозяина магазина, который уже поднялся со стула, чтобы пойти собрать все нужные материалы для букета. — Позволь я помогу тебе.