Oxygen

— Ты вернулся, вернулся… — шептал Чонгук, вставая на носочки и лбом прикасаясь ко лбу Чимина. — Сколько бы не прошло времени, я всегда буду к тебе возвращаться, — так же тихо проговорил тот. Он чуть отстранился, взяв в большие ладони его лицо и посмотрел прямо в глубокие глаза, понимая, что снова тонет в них безвозвратно.  — Гуки… — аккуратно и ласково начал Чимин, — это ты? Оба знали, что имел в виду Пак. И Чонгук, расплываясь в улыбке, слабо кивнул. Он не успел ничего ответить, ведь сбоку послышался рёв Тэхёна. Члены Лунного клана Йорда с разных сторон окружили их, а один ударил своим жезлом по спине Кима, заставляя его изогнуться. — Демоническое создание необходимо покарать, — произнёс маг. — Не трогайте его! — вдруг вскрикнул Чонгук, вырываясь из рук мужчины. Он подлетел к Тэхёну и встал прямо перед магом. Сделав некое замысловатое движение руками, он смог выпустить небольшую сферу из космических частиц, тем самым отшвыривая противника. Остальные из клана вмиг сделали шаг к ним, смыкая больше круг. Чимин выхватил бластер, подходя медленно к своим. Тэхёну было совсем плохо. Пак понял это, как только увидел тягучее чёрное вещество на потрёпанных крыльях и то, как тяжело дышит его напарник. Это проклятье его убивает, демоническое существо овладевает им окончательно. Чимину непривычно больно от этой картины. Хотелось помочь, но здесь он был бессилен. От этого становилось ещё хуже. Он лишь крепче сжал оружие и смотрел то на Кима, то на Чонгука, который не ожидал, что использование магии его так пошатнет. — Ребёнок с магией древней расы лектов, — начал один мужчина, — тебе не принадлежит эта сила…. — Поэтому вы хотите забрать её себе? — огрызнулся Чимин. — Мы не хотим — это необходимость… — Какая ещё необходимость?! — не унимался командор. — Вы только в своих гнусных целях хотите её использовать. — Эта магия слишком могущественна для столь юного тела, а обладать ею в праве лишь кто-то под стать. — А вы не имеете права решать, кому она под стать, а кому нет. Чимин и маг прожигали друг друга взглядами, прекращая словесную перепалку. Чонгук же судорожно смотрел по сторонам, начиная вдруг улавливать энергию Лунного клана и связывающие их всех энергетические нити магии. И если он верно сможет подрезать одну из них, то у него получится избавиться от врагов. Тэхён вдруг измученно простонал, выкручиваясь на земле, ногти в неё впивая. Чимин припал тут же к нему, руку кладя на плечо, успокаивающе что-то проговаривая, в то время как маги неожиданно решили одновременно приблизиться. — Чимин, я могу избавиться от них всех, — уверенно произнёс Чонгук, — но мне нужно время… Пак поднял оружие и провёл глазами, оценивая количество противников, понимая, что вряд ли сможет выбить много времени, не получив в голову магическим шаром. — Я… я могу, — прохрипел вдруг Тэхён, — дать его вам. Он с огромным усилием встал, на удивление тех двоих, и кинулся на ближайшего члена клана, когтями раздирая его горло. Чонгук в этот момент, не теряя времени, выпрямился и, проведя носком по земле, встал в определённую позу, закрывая глаза. Он водил руками по воздуху, будто что-то прощупывая. Чимин же бросился к Тэхёну, который буквально разрывал на куски врагов. Командор стрелял в тех, что пытались сбежать от взбесившегося демона, то и дело попадая по нему сгустками магии, раня его. Пак вовремя увернулся от удара одного, и, краем глаза заметив движение с другой стороны, выстрелил в приближавшегося к Чонгуку мага. И после он сдерживал их от мальчишки, который уже раскрыл глаза, что застилала пелена из звёзд. Сложно было не отвлекаться на многочисленные звуки обстрела магией бедного создания, которое Чимин норовил защищать, как мог, но Чонгуку удалось сделать то, что он задумал. Разорвав одну энергетическую нить из многочисленного потока, он за два конца её взялся и выпустил всю свою энергию, образуя ярчайшую светлую вспышку. Лунный клан Йорда, как один, попадали на землю: камни во лбах больше не светили. Только Чимин, что до этого аж согнулся от яркого света, было облегченно выдохнул, как увидел припадающего на колени мальчишку, чьё тело трясло. Он бросился к нему, сразу в свои объятия заключая. Тот был бледен и холоден, его через раз потряхивало. — Чонгуки, держись, — тихо произнёс Пак, к себе больше прижимая мальчишку, который в очередной раз стал для ним всем. — В-всё в порядке, — прерывисто дышал он, — Лунный клан нас больше не побеспокоит… — он странным взглядом оглядел свои руки, немного их прокрутив. — Я не чувствую её. Не чувствую магию, Чим. — Она исчезла? — вскинул брови он, своими пальцами проведя по его рукам, после нежно переплел их пальцы. Чонгук кратко кивнул, предполагая, что он влил почти всю энергию в то, чтобы перекрыть энергетический поток Лунного клана Йорда. И, кажется, если судить по объёму потраченной магии, то Чонгуку вообще удалось лишить сил полностью всех членов этого клана во Вселенной. Теперь его затрясло от страха осознания всей мощи магии лектов. Раз он один смог лишить магических сил целый клан, то какова была бы мощь от ещё нескольких таких же в плохих руках? Последствия были бы непредсказуемы и ужасны. — Тэхён, — вдруг выдохнул Чимин и вздрогнул, разворачиваясь. Он аккуратно положил на землю Гука и бросился к растерзанному лунной магией напарнику. Его глаза полуоткрыты, медленно моргали, он почти не дышал, а изо рта кровь смешалась с чёрным веществом. — Эй, Тэ… Чимин упал на колени, не зная, как поступиться к нему, обогнув переломанные крылья. — Всё?.. — еле хрипнул он, даже не в силах взглянуть на него. — Да, уже всё закончилось, — сглотнув, произнёс Пак. — Пожалуйста, держись, слышишь? Прошу, только не сдавайся… Его голос дрожал, как и руки. У Чимина внутри всё в ужасе сжалось от осознания того, что на его глазах он теряет единственного товарища, лучшего напарника, того, кто не отворачивался и заботился о нём. — Береги мальчишку, Чим… благодаря ему твоё сердце бьётся… ты достоин этого счастья, а мне уже давно пора за своим… Тэхен загадочно приподнял уголки губ, предвкушая встречу в том мире, где его ждёт его первая и последняя любовь всей своей долгой и мучительной жизни. Он так не хотел превращаться в демона без разума, поэтому принял эту смерть с улыбкой на лице, защитив своих друзей. — Т-тэ… н-нет… Чимин не замечает, как слезы скатываются по щеке, как сзади его обнимает подошедший Чонгук, что тихонько заплакал. Он глядел на бездыханное тело Кима, трясущейся рукой прикрыл его глаза. Внутри от боли сердце сжалось, кажется, окончательно избавляясь от металлической преграды, потому что спектр эмоций накатил с новой волной. Командор развернулся и прижался к Чонгуку, утыкаясь лицом в его плечико, пряча там немые слёзы. А Гук успокаивающе гладил его по спине и волосам, сам носом шмыгая. Как неожиданно появилась яркая голубая вспышка, и из портала вышел маг с полностью серой кожей и такими же голубыми, как вспышка, полосками на теле. Его глаза, наполненные скорбью, были обращены на Тэхёна. Чимин уже было напрягся и рукой завёл за спину мальчишку, но после слов незнакомца расслабился. — Ох, мой старый друг… — выдохнул Хосок, подходя ближе. Он провёл пальцами над его телом, произнося нечто на неизвестном Чимину языке. — Это древний язык ханнов, — прошептал Чонгук, разглядывая мага, — расы, что старше даже лектов. Когда некая молитва над Тэхёном закончилась, тот сделал несколько замысловатых движений кистями рук, и тело усопшего медленно начало растворяться, превращаясь в пепел, что плавно взмывал вверх. — Не оплакивайте его, — спокойно сказал Хосок, наблюдая вместе с теми двумя за движениями лепестков пепла. — Он сейчас там, где хотел быть очень и очень давно — рядом со своей любовью. А Чимин сквозь слёзную пелену наблюдал за столь необычайной, такой трагичной картиной, прокручивая в голове его слова, мысленно с ним соглашаясь. Чонгук непроизвольно прижался ближе к нему под бок, чувствуя, как его обнимают в ответ.

***

Месяц спустя Пусан, планета Земля Бывший командор мечется в кровати, его бросило в пот. Он схватился за покрывало, сжимая его в руках и сильно хмурясь. — Чонгуки! — вскрикивает парень, резко распахивая глаза и вскакивая. Сердце бешено колотится, и он кладёт руку себе на грудь. В сознании ещё всплывают фрагменты ужасного сна. Он тяжело дышит, судорожно глаза по комнате метая, пытаясь найти ими того, кто вдруг образовался перед ним. Чонгук обеспокоено смотрит на него и берёт в ладони его лицо, утешающе поглаживая пальцем. — Снова кошмар? Чимин лишь кивает и устало кладёт голову на его плечо, прикрывая глаза. — Всё хорошо, я рядом, я с тобой, — шепчет ласково Чон, начиная гладить его по спине. А тот утихомиривает сердце спустя некоторое время, после и лишаясь остатков сна. Чимин чуть меняет угол головы, носом утыкаясь в открытый участок шеи. И он вздохнул полной грудью, наслаждаясь запахом своего мальчика, которым он снова дышал. А Пак не мог поверить в реальность происходящего. Его Чонгук был рядом, его кислород, его глоточек воздуха и вся его жизнь. Целый месяц они просто были друг у друга, согреваясь под одним одеялом в холодные ночи, пробуждаясь по утрам от нежных и долгих поцелуев. Чимин оставил военную службу, забрал Чонгука с собой на свою родную, когда-то, планету, где они обжились в уютном домике на окраине города с выходом в лес — там они любили днями бродить, будто в их собственном маленьком мирке. Лёжа на цветочной поляне, окутанные запахами цветущих трав, они глядели на ночное небо, разыскивали созвездия, считали звёзды. Чонгук вдруг затих, печальный и задумчивый взгляд обращая вверх. Он поднял руку, словно пытаясь дотянуться до неба. — Тоскуешь по звёздам? — шепотом спросил Чимин, чтобы не прервать нежную идиллию этой ночи. — Скорее по тому, что когда-то относился к ним… — выдохнул тот и опустил руку, которую тут же подловил Пак, сплетаясь пальцами. — Это так сложно: смотреть на что-то родное и понимать, что больше не можешь к этому прикоснуться… — Да. Я понимаю. Чонгук отвёл глаза от неба на Чимина, который сделал наоборот. Эти короткие фразы прозвучали болезненно, а рука крепче сжала другую. — Всё то время я смотрел на тебя тогда, когда ты не помнил свою «предыдущую» жизнь, и осознавал, что это тот самый ты, но словно не мог к тебе прикоснуться… ты был так близок, но в то же время и неимоверно далеко, — он издал судорожный вздох, разворачиваясь на бок, лицом к нему. Тот сделал также, и между ними остались сантиметры. — Мне так тебя не хватало, Гуки, — прошептал Чимин. — Я знаю, — немного грустно улыбнулся Чонгук. — Больше я тебя не оставлю. Теперь всё будет в порядке, теперь мы будем вместе. Пак тоже попытался улыбнуться и приблизился к нему, накрывая нежно-нежно родные губы. А после Гук разместился на его груди, ладошку кладя поверх. Стук. Ещё один и ещё. Чонгук уголки губ приподнял и глаза безмятежно прикрыл. — Не могу передать словами, как же я рад снова слышать твоё сердцебиение… — А я не могу передать словами, как люблю тебя, мой прекрасный звёздный мальчик, — искренне произнёс Чимин, уткнувшись лицом в розовую макушку. — Я люблю тебя ещё больше, — с яркой улыбкой произнёс тот, мило потерев щеку о его грудь. А Чимин во все лёгкие вздохнул свой кислород, тоже глаза закрывая и через некоторое время засыпая следом. Наконец он снова может ощущать, как трепещет сердце при каждом поцелуе. Наконец он снова может дышать. Дышать своим собственным кислородом, своим Чонгуком.