кажется, мы уже знакомы...

Любимый день Олега — воскресенье. Неудивительно, кто не полюбит свой единственный выходной? Окна были открыты всю ночь, а от дождя на улице комната наполнялась свежестью и восхитительным запахом сырой земли. Спится в такую погоду просто замечательно, так что утром Кудрявый проснулся выспавшимся, оттого и самым счастливым человеком. Мама бегала по дому и торопливо собиралась куда-то, подгоняя папу. Отец, в свою очередь, медленно отхлебывал чай и смотрел в одну точку. — Доброе утро, куда собираетесь? — входя в кухню, спросил Олег. — Надо заехать за одними бумажечками и еще к папе на работу успеть заскочить. А ты до нашего приезда полы помой, пыль вытри на полках и вон ту кучу разобрать еще нужно, — командным тоном протараторила мама, указывая на большие коробки в углу комнаты, и, подхватив под руку сонного отца, убежала, захлопнув за собой дверь. Режим «домохозяйка Олег» активирован. Прошло часа три, как кухня была практически вылизана: стены и полы блестели, полки, очищенные от пыли, стали значительно ярче, а коробки с посудой, до которых все никак не доходили руки, были уже окончательно распакованы, и сейчас Олег занимался расстановкой всего этого добра на места. Его отвлек звонок в дверь, и он уже догадывался, кто это. Олежа подбежал к двери и мельком глянул в глазок. А нет, его догадки оказались неверными.Но он все-таки был определенно рад человеку за дверью, которую тут же кинулся открывать. — Привет, кудряшка! — крикнула Галя. — Привееет! — радостно завопил Олег и кинулся обнимать девушку, — как я тебя давно не видел. — Я в больнице была, пневмония — дело серьезное, — улыбаясь, сказала Галя. — А сейчас как твое самочувствие? — Ой, да я ведь так долго пробыла в больнице, ну конечно, у меня все хорошо уже. А у тебя как дела? — Тоже хорошо все…слушай, я тебя так давно не видел, соскучился.Может погуляем сегодня вечером? -Нет, Олеж, меня сегодня подружки позвали на вписку к одному чуваку, -сообщила девушка. — А, ну ладно тогда, в другой раз значит, — Олежа неловко улыбался, но все же, скрывать свои настоящие эмоции он никогда не умел, так что Галя сразу заметила, что Кудрявый расстроился. — А знаешь что, ты пойдешь со мной! Развеешься, познакомишься с кем-нибудь, может, девочку себе найдешь.А если нет, то просто повеселимся вместе. Ну, что думаешь? Олег, недолго думая, согласился, конечно же. Подумал, что это может пойти только на пользу: новые знакомые, весело проведенный вечер, что может быть плохого? Не все же ему целыми днями за учебниками от скуки чахнуть. Но осталось только маму в этом убедить. — Ну вот и хорошо, адрес я тебе в вк скину, — с задором произнесла Галя и, на прощание обнявшись с Кудрявым, убежала.

***

Замечательно, Олег закончил работу, которую ему поручили родители, но теперь его ждет еще одна работа, которую он должен успеть сделать до вечера. На столе лежит гора учебников. О да, мама точно никуда не отпустит, пока не сделаешь уроки. Правило прямиком из детства. Ну что, приступай, Олег. Прошло 177 минут и 30 секунд, Олег сделал большую часть уроков, осталось самое сложное и ненавистное — геометрия.Открыв тетрадь, он увидел какие-то рисунки и ничего нужного по предмету. Да нет, ну не может такого быть. Неужели он перепутал свою тетрадь с тетрадью Сащеко? Конечно, так и есть, они обе не подписаны, они обе в абсолютно одинаковых обложках, а еще Олег не видел, что схватил и куда положил. В его тетради было довольно много записей, у Ромы же не было вообще ничего по уроку, не считая карикатур с математичкой. Олег взял новую тетрадь и просидел с геометрией еще минимум час. Все готово. И снова звонок в дверь. — Мам, пап, привет, — по-детски улыбается Олежа, открывая дверь. — Привет, сынок, ну как дела, справился? — спрашивает мама. — Да, мам, все помыл, уроки сделал и…все. Все, что ты сказала, я сделал, — протараторил Олег. — Молодец, — мама поставила пакеты с покупками на стол. В Олеге режим «домохозяйки» все еще включен, поэтому он скорее начал раскладывать продукты. — Ну что, как дела? — спросил Олег как бы невзначай. — Все хорошо, Олеж, — мягко улыбнулась мама и плюхнулась на маленький диван. Папа зашел на кухню, молча, взял минералки, и так же, молча, ушел. — А что с папой? — Ой, у вечно недовольных все остальные — вечно виноватые, не обращай внимания, Олеж, побесится и успокоится, — устало проговорила женщина. — Мам, тут такое дело… — Олег топтался с ноги на ногу, смотрел в пол и не знал, как начать, ведь он хорошо знал свою маму, которая вряд ли отпустит его на такую «тусовку», — В общем, меня Галя пригласила сегодня вечером к одному человеку в гости, можно, пожаалуйста? — жалобно молвил Олежа, осторожно поднимая взгляд. Конечно же, мать не хотела никуда его отпускать, ведь неизвестно куда, к кому, да и недавние побои наложили свой отпечаток. Но и держать не могла, мальчику-то уже шестнадцать, а у него ни девушки, ни друзей. Она молчала, и Олег понял, что шанс отказа довольно велик, поэтому решил немного разбавить обстановку: — Пить много не буду, — мама подняла удивленный взгляд, — Ну, а что? Зато честно. — Ладно, Олеж, до скольки это будет? — улыбаясь, мягко произнесла женщина. — Ну, до часов десяти, может одиннадцати, ну максимум до двенадцати, — мялся Савченко. — Ладно, что уж там, иди, — усмехнулась мама и ушла в ванную. Олежек, удивленный и радостный, побежал в комнату.

***

На город спустились сумерки. Олег уже стоял во дворе и ждал Галю, которая с минуты на минуту должна была прийти. А вот, собственно, и она. Первое, что бросилось в глаза Олегу, это короткая джинсовая юбка, оголяющая стройные фарфоровые ноги. Полупрозрачная белая рубашка, обнажающая грудь в красивом белье, лишь дополняла образ. — Галь, тебе не холодно? — сурово промолвил Олег. — Нет, абсолютно, — усмехнулась девушка. Но Олег, как истинный джентльмен, все-таки накрыл ее плечи своей ветровкой. — Спасибо, — робко произнесла она и начала свой монолог о долгом подборе теней и помады перед выходом. — Зачем девушкам это надо? Они же вроде и так красивые. А главное — ради кого? Ради пацанов, которым даже мыться лень?! , — усмехнулся своим мыслям Савченко. — Олег, слушай, сейчас я тебе хочу задать очень важный вопрос, — вполне серьезно говорила Галя, — вот посмотри на меня и скажи, только честно, нормально ли я выгляжу? — Конечно, нет, какой нормальный человек будет носить одежду, которая ничего не прикрывает, и трястись от холода в таком виде, — пронеслось в голове у Олега, но он постарался интерпретировать это немного иначе. — Ну да, нормально, но… — Так, это уже хорошо, а как ты думаешь, смогу ли я понравиться Сащеко? — перебила девушка. После этого вопроса Олег завис на несколько секунд, по телу пробежали мурашки. Мнение Олега по этому поводу разделилось на несколько частей. С одной стороны, он относится к Сащеко совершенно нейтрально. А с другой, почему-то сердце сжалось в маленький комочек и, кажется, еще чуть-чуть и оно треснет. Стало немного обидно почему-то. Олег понимал, что у них ничего не может быть, не стоит думать даже об этом, ведь они два мальчика, но, а как же дружба? Сащеко плевать на Олега, на его попытки сблизиться, найти что-то общее и это приносило невыносимую боль. В сердце вспыхнуло еще одно чувство.О боже, кажется, это ревность. Да быть такого не может. — Я не знаю, но скорее всего, да…-тихо сказал Олег, низко опустив голову. — А вот мы уже и на месте.Кажется, сюда, заходи, — оживленно протараторила девушка, забегая в подъезд.

***

Галя поднимается наверх по лестнице, о чем-то бурно повествуя Олегу, который медленно плетется за ней. Он не слушает ее, его мысли медленно, но верно уносят его куда-то далеко-далеко, в совершенно другой мир, где есть только он и его думы. Галя резко останавливается возле квартиры, из которой доносится слишком громкая музыка и, по мнению Олега, вопли диких зверей. Стучаться или звонить в дверь было бесполезно, да и зачем, она и так открыта. Войдя в квартиру, Олег медленно начал возвращаться в реальность. Вокруг много незнакомых пьяных лиц, в середине комнаты стоял какой-то дореволюционный стол, заваленный пластиковыми стаканами, пакетами и множеством бутылок с различным пойлом. Галя, кинув что-то типа: «я на минутку», убежала со своими подружками в сторону комнаты, которая была вроде как кухней. Настроение у Олега было не очень, он явно не собирался повторять судьбу пьяных тел на диване. Что тут вообще делают? Зачем? И что тут забыл сам Олежек? Это первая вписка в его жизни, и он очень надеялся, что она же и будет последней. Путь до четвертого этажа из существующих пяти был довольно утомительным, это отличный повод хоть как-то себя занять — чего-нибудь попить. Найдя чистый стакан в общей куче, он подошел к тумбочке, стоящей возле стены с огромной и очень странной картиной, это абстрактный экспрессионизм, нам не понять. Там стояла целая упаковка минералки, которая, видимо, завтра утром будет почти что на вес золота. Бас новомодной музыки бьет по ушам, несколько пьяных людей, которые уже давно потеряли координацию, трутся друг о друга в середине комнаты, кто-то еще не до конца «расслабившийся», наливал себе еще, а какая-то кучка людей уже сидела на полу, держа в руках стаканчики с дешевым пойлом и воображая, что держат в руках блестящие бокалы с дорогим вином, драматично выясняли, в чем же смысл жизни. Душно, громко, невыносимо, Олег чувствует себя явно лишним здесь. Заметив дверь, ведущую на балкон, Кудрявый по инерции направляется туда, сейчас куда угодно, лишь бы в этой комнате не оставаться.

***

Хлипкая дверь захлопывается за Олегом, и он наконец-то вдыхает свежий прохладный воздух. Опершись на парапет и вновь глубоко вдыхая, ему открывается довольно широкий обзор. За закрытой дверью доносится бьющий по ушам бас новомодной музыки. За закрытой дверью куча пьяных тел, потерявших координацию, все еще выжимают последние соки из этой вечеринки. Тут хорошо. Ветхие дворы и улочки внизу освещают несколько постоянно затухающих фонарей, изредка излучающих теплый оранжевый свет. Прекрасное можно найти где и в чем угодно, и сейчас Олег искренне наслаждался этим в какой-то мере эстетичным «пейзажем». Музыка внезапно стала громче и вновь затихла — открылась и снова захлопнулась балконная дверь. Дальше последовали лишь тихие звуки шагов, Рома встал рядом, облокотился о тот же парапет и, найдя в карманах джинс только что стреленные зажигалку и сигарету, затянулся, шумно выдыхая. Они бы долго могли стоять так, в пустой тишине, сбежав от всех и вся на этой жалкой тусовке. Рома решился заговорить первым: — И давно ты тут стоишь? — С самого начала, может быть, — Олег и сам не знал, совершенно забыл про счет времени. — Один пришел? — Нет, с Галей, — Савченко вдруг вспомнил про их сегодняшний разговор: — Слушай, а тебе она нравится? — Не знаю, прикольная деваха, но я бы с ней не встречался, так ей и передай, а то весь вечер втыкает на меня, — Олежек совершенно растерялся. — А у тебя самого-то есть кто-нибудь? — Рома решил прервать это неловкое молчание — Эм…ну…нет, — такие вопросы до сих пор вгоняют Савченко в краску. — А ты целоваться умеешь хоть? — Сащеко усмехается — Нет, я же говорю, у меня не было никого, — Олежек опускает голову вниз и говорит все тише. Ромка с важным видом плюхается на маленькое старое кресло в углу: — Ну что, иди сюда, учить тебя буду, а то опозоришься еще перед девкой какой-нибудь. — Ты серьезно? — Олег поднимает недоумевающий взгляд. — А ты че думал, я тут шуточки шутить с тобой буду? — Рома тушит сигарету, принимает максимально суровый вид и пытается подняться, но из-за влитого в него алкоголя его тело превратилось в неподъемную тушу. — Эй, помоги встать, а, — суровый вид тут же сменяется на жалобный. Олег демонстративно вздыхает и подходит к несчастному, сильно дергает его за руку, пытаясь поднять. Из-за такого резкого движения у Сащеко потемнело в глазах, голова закружилась. Секунд 30 он стоял, пытаясь понять, где он и кто. Все это время Савченко находился возле противоположной стены и наблюдал за своим одноклассником. Наконец Рома окончательно пришел в себя и увидел теперь уже насмехающегося над ним Олега. — Про что я говорил? — Про шуточки шутить. — А, да, хочешь шутку? — Про колобка или про рельсы? — Про маленького беззащитного мальчика, которому я сейчас покажу фокус, — Сащеко подошел вплотную, с силой прижимая Кудрявого к стене и нависая над ним. — Н…нет, не хочу, отвали! — казалось, что Савченко сам сейчас опьянеет от безумного алкогольного запаха, смешанного с сигаретным. — Ну что ты, будет весело, — икая, мурлычет Ромка, наклоняясь над ухом. — Я сказал, не хочу, отпусти мен.! — Олег переходит чуть ли не на крик, но Рома не мазохист гребаный, не любит, когда на него кричат. Он целует настойчиво, будто пытается сожрать тайный обьект воздыхания. Утыкается носом в плечо младшего и обхватывает маленькое тело руками то ли от резкого всплеска чувств, то ли пытаясь удержаться на ногах. Олег понимает, что все это лишь из-за алкоголя, но он все равно дико смущен. Ромка поднимает голову и заглядывает в покрасневшее лицо, — А ты говорил, целоваться не умеешь, — тепло улыбается. Олежику уже плевать на все правила, он посылает к черту свой кричащий разум и притягивает пьяное лицо к себе, целует уверенно и мокро. Все равно он ничего не вспомнит потом, думает.

***

Шутка оказалась в том, что сопротивляющемуся смущенному мальчику все же понравился фокус.