От ненависти до...

Пять лет спустя — А-ал, — протянул Скорпиус, выгибаясь, — я сейчас... Поттер приподнял голову, выпуская малфоевский член изо рта, при этом дальше проталкивая пальцы в его тело. Тот всхлипнул, шире разводя ноги, и приглашающе вильнул бёдрами. Мокрая рваная чёлка прилипла к его раскрасневшемуся лицу, пот тонкими дорожками скатывался по груди к паху, а руки беспрестанно шарили по простыне, комкая её кулаками и сжимая до треска ткани. Альбус обожал его такого. Только с ним Малфой был настолько открытым, отзывчивым и до мушек перед глазами сексуальным. А его тихие, чуть хриплые стоны вообще отключали мозг, и Ал набрасывался на Малфоя, как дикий зверь. Вот и сейчас, стоило только Скорпиусу сбивчиво выдохнуть и произнести его имя, все попытки держать себя в руках канули в Лету, не оставив о себе памяти. Поттер быстро убрал пальцы, добавил смазки и со стоном вошёл в Малфоя сразу на всю длину. А тот дёрнул его на себя, заставляя прижаться к себе тесно-тесно, и срывающимся шёпотом выдохнул в губы: — Я так скучал. Двигаясь в нём всё быстрее и быстрее, Альбус без разбора целовал его прикрытые в удовольствии веки, искусанные губы, влажное от пота лицо, а в голове билась одна мысль, вращаясь по кругу: “Люблю, люблю, люблю”. Нахлынувший оргазм заставил яростно насаживать Скорпиуса на свой член, грубо дёргая на себя, пока тот выгибался дугой, вставая почти на лопатки. И закрученный в вихре удовольствия, Ал с трудом услышал громкий вскрик Малфоя, всё сильнее прижимая к себе уже обмякшее тело любовника. — Ох, как же хорошо, — выдохнул потягивающийся Скорпиус, — тебя так давно не было, что я уже забывать начал, как это классно. — Ничего, мы всё наверстаем, — переворачиваясь на живот, сообщил Поттер. — Ещё заноешь, что я тебя всё время домогаюсь. — Пф-ф, — фыркнул Малфой и, заглянув Алу в глаза, уже серьёзно спросил: — Ты когда вернёшься? А то я скоро совсем загнусь один. — Новая группа прилетит перед самым Рождеством, — подумав, ответил Альбус. — Скорее всего, в Сочельник буду уже дома. — Отлично, — обрадовался Малфой, с намёком оглаживая голую спину Поттера, плавно переходя на округлые ягодицы, — значит, вернёмся вместе, у меня первая тренировка только в середине января. — Согласен, — отозвался тот, не мешкая, — а сейчас будем навёрстывать, — и, снова дёрнув Скорпиуса на себя, впился в его губы поцелуем. Тогда, пять лет назад, когда после первой совместной ночи они расстались на неделю и оба чуть не довели сами себя до нервного срыва. Встретившись, двое суток не вылезали из постели, даже толком не ели, и если бы в воскресенье вечером потерявшие их родители не нагрянули в квартиру, скорее всего, прихватили бы ещё день, а Ал прогулял бы работу. Но Гарри Поттер и Драко Малфой, обеспокоенные молчанием сыновей, решили их проведать, заодно и посмотреть новое жилище отпрысков. Консьерж проинформировал их, что оба хозяина дома, и те заявились без предупреждения. Ал как раз с упоением отсасывал Скорпиусу и, услышав скрип открываемой двери, медленно оторвался от приятного во всех смыслах занятия. Он до сих пор с содроганием и истеричным смехом вспоминал тот момент: отец так вылупил глаза, что Алу стало страшно, как бы они у него не выпали совсем. Мистер Малфой держать эмоции в узде умел лучше папы, но по нервно дёргавшемуся глазу было понятно, что и он более чем впечатлён. — Как мило, — пробормотал Малфой-старший и потёр кончик носа, — они, оказывается, живы, здоровы и вовсю предаются распутству. Только что млевший от удовольствия Скорпиус, услышав голос отца, подскочил и неожиданно спрятался за Ала. Какое-то время все четверо тупо таращились друг на друга, пока отец, как всегда, не нашёл выход из щекотливой ситуации. — Драко, пошли в гостиную, пусть мальчики оденутся, — он приобнял хмурого Малфоя за плечи, медленно подталкивая того к двери. — В конце концов, где твоё воспитание, неприлично разглядывать голых людей, которые к тому же находятся в собственной постели и нас, кстати, не приглашали. Мистер Малфой косо посмотрел на отца со странным выражением лица. — Поттер, ты несёшь такую ахинею! Но это всё же лучше, чем наблюдать собственного сына, трахающегося с чужим парнем, — и позволил себя вывести. А до Ала и Скорпиуса долетел голос Поттера-старшего: — И никакой он не чужой, твой сын занимается сексом с моим сыном, настоящая преемственность поколений. Мистер Малфой начал о чём-то спорить, но из спальни было уже не слышно. — Влипли-и-и, — протянул Скорпс, положив подбородок Алу на плечо, — papa меня убьёт. — Не мели ерунды! — взвился Альбус. — Одевайся, пойдём и всё честно им скажем. — А что скажем-то? — натягивая джинсы, вздохнул Малфой-младший. — По-моему, они и так всё уже видели. — Не знаю, как ты, а я скажу, что люблю тебя и в угоду им или кому бы то ни было ни за что не брошу, — начиная психовать, Ал натянул кроссовки и, застёгивая на ходу рубашку, двинулся к двери. Но Скорпиус успел ухватить его за руку. — Ты правда любишь? — спросил он еле слышно. — А ты? — вернул вопрос Ал. — Даже не сомневайся, — сверкнул улыбкой тот. — Люблю, всегда любил, только не понимал этого. — Тогда пошли, обрадуем дорогих родителей, — хохотнул Альбус, переплетая свои пальцы с его. Мистер Малфой, конечно, возмущался, считая, что в приоритете для Скорпиуса должно быть продолжение рода, а уж потом всё остальное, но они ему быстро разъяснили: наследником обзавестись сейчас можно и без жены, и даже не одним. Магловские технологии продвинулись настолько, что старшему поколению такое и не снилось. А в их возрасте рановато думать о детях, когда они будут готовы — родители узнают обо всём первыми. В общем, более или менее договорились. Правда, Ал чуть всё не испортил, когда спросил уже собравшихся уходить отцов: — Нас ругали за то, что мы скрыли свои отношения, а сами-то чего молчите? Мистер Малфой, поперхнувшись, закашлялся, отец что-то крякнул в кулак, глядя на сына смеющимися глазами. Спас ситуацию Скорпиус: он радостно подпрыгнул и, подлетев к Драко, обнял его. — Наконец-то, а я всё гадал, когда до вас двоих дойдёт, что вы созданы друг для друга! Теперь уже они все трое уставились на Малфоя-младшего. — Ты так считал? — тихо пробормотал Ал. — Но как? — Да это невооружённым глазом видно было! — воскликнул тот. — Они же ни дня друг без друга прожить не могли, поводы всякие дурацкие придумывали, только бы встретиться, скандалили и цепляли друг друга по каким-то своим, извините конечно, но абсолютно идиотским причинам, избрав ругань и ссоры способом общения друг с другом. Они давно... Неизвестно, что ещё бы поведал Скорпиус, но Гарри его категорично перебил: — Благодарю вас, Скорпиус, за развёрнутый ответ, но давайте вы не будете препарировать наши с Драко отношения. Да, мы наконец вместе, чему лично я несказанно рад, живём в мэноре, так что ждём в гости, — и почти без перехода, добавил, — а сейчас мы уходим, — и повернулся к до сих пор молчащему Драко. Тот, только глядя на него, покачал головой, вздохнул и махнул рукой. — Замечательная у нас семейка, не семья, а мечта идиота. Гарри широко улыбнулся на его заявление, видимо полностью согласный с ним, и родители покинули квартиру сыновей. С тех пор Альбус и Скорпиус почти не расставались, если не считать сборы и соревнования Скорпиуса, а также вот эту командировку Альбуса в Намибию под эгидой ассоциации врачей мира, которая длилась уже четыре месяца. Три года Ал работал в Мунго колдомедиком-терапевтом, успешно практикуя как магические, так и магловские способы лечения, удачно их сочетая. Его руководитель, миссис Гермиона Уизли, во всём ему помогала. Когда Алу предложили поехать в Африку, он согласился, предварительно обсудив поездку со Скорпиусом. Тот, конечно, расстроился, но понял любимого и отпустил. Недавно Гермиона сообщила Алу, что по возвращении того ждёт место главы “Отделения немагических и магических заболеваний, не имеющих отношения к тёмной и боевой магии". Скоро Рождество, всё семейство Поттер-Малфоев по традиции соберётся вместе, а за несколько последних лет количество членов семьи сильно увеличилось. И хотя виделись они не так часто, как хотелось бы, все без исключения считали свою семью самой лучшей и дружной. Джеймс женился на Анетт Флинт, которая четыре года назад подарила ему очаровательных близнецов, её брат Сайрус стал лучшим другом для Ала, Скорпса и Лили. А мистер Флинт и мистер Вуд очень тесно общались с родителями. Так что Альбус с нетерпением ждал возвращения в Лондон, когда однажды, не предупредив его, в Африку заявился Скорпиус. Ал чуть с ума не сошёл от радости. Он был очень привязан к своим родным, близким и друзьям, но только без одного-единственного человека не представлял своей жизни: без Скорпиуса Малфоя, самого нужного, важного и любимого парня. * * * — Олли, пошли на море? — Маркус легонько толкнул Вуда в спину. Тот недовольно дёрнул плечом, что-то заворчал и с головой укрылся одеялом. Вздохнув, Маркус поднялся, натянул шорты и вышел на улицу. Сегодня был последний день их отпуска, Флинту хотелось подольше покупаться в прозрачной тёплой воде, полежать на горячем песке и чтобы Вуд обязательно был рядом. Но тот вставать в такую рань категорически отказался, мечтая хотя бы в отпуске нормально выспаться. Впервые с тех пор, как они начали вместе жить, Флинт и Вуд решили отдохнуть. Они долго выбирали место и остановились на Антильских островах. Идея поехать на Карибы понравилась обоим и, выбрав не слишком популярный остров Аруба, парни покинули промозглый, сырой Лондон. Две недели в раю пролетели, как один миг, уже завтра они будут дома, и Маркус не хотел терять ни одной минуты на сон. Он долго плавал и нырял, а устав, вольготно развалился на жёлтом песке, вспоминая последние пять лет. Ему казалось, что по-настоящему он живёт именно эти годы, всё, что было раньше — чистой воды существование. А всё благодаря Олли. Он даже представить не мог, что им вместе будет так легко и комфортно. Создавалось такое ощущение, словно они дополняли друг друга, где-то на подсознательном уровне чувствовали и знали, что нужно другому. Поттер с Малфоем обзывали их "голубками", хотя сами пять лет жили душа в душу. Нет, жизнь и той, и другой пары нельзя было назвать идиллией, они спорили между собой, ругались и скандалили, как миллионы пар в мире, но делали это как-то несерьёзно, никогда не переступая черту, за которой шёл полный разрыв. Они оберегали свои отношения и ценили их. Но человека, который испоганил им с Олом жизнь, Маркус не забывал ни на день. Он постоянно искал способы его обнаружить, только в первый год так ничего и не смог сделать. Помог случай. Они с Вудом были приглашены на день рождения Джорджа Уизли, но Маркус сразу заявил, что Олу придётся идти без него, потому что после того случая в Хогвартсе он даже одного из оставшихся близнецов видеть не желал. Олли обиделся и выпалил: — Сам же хотел пакостника найти, а теперь на попятную, да? Марк подумал, почесал затылок и согласился. Гостей было много, отмечали шумно и весело. И когда гости, разбившись кто на пары, кто на небольшие группы, либо танцевали, либо тихо болтали, вспоминая прежние времена, Флинт подошёл к Джорджу. — Слушай, — начал он смущённо запинаться, — тут такое дело... возможно, ты… короче… вот же блядь! Маркус не знал, как объяснить ситуацию, абсолютно не представлял. — Флинт, ты чего заикаешься? — хохотнул подвыпивший Джордж. — Словно трансфигурацию Макгонагалл сдаёшь. И тут раздался голос Вуда. — Джордж, ты целовался со мной в школе? — быстро спросил тот, подходя вместе с Гарри и Драко. Лицо Джорджа стало серьёзным, он внимательно посмотрел на Маркуса, потом на Оливера и задумчиво ответил: — На седьмом курсе всего на минуту подумал, что целуюсь с тобой, но потом понял, что этого просто не может быть. — Он немного грустно ухмыльнулся. — Ты ведь по уши был влюблён в своего слизеринского тролля. Флинт не обиделся, наоборот, расплылся в такой счастливой улыбке, что парни прыснули со смеху. — Влюблённый Флинт — это нечто, — хохотнул Поттер. — Да уж, — согласился Джордж. — Так что ещё в процессе поцелуя я понял, что это не ты, и оттолкнул придурка, а он удовлетворённо облизнулся, хмыкнул и рванул по коридору. Я за ним, стараясь не шуметь... — Ты узнал, кто это был? — в нетерпении перебил Вуд. — Нет, — с сожалением мотнул головой Джордж, — но я выяснил, что он младше нас с тобой и что он со Слизерина. — И как ты это установил? — спросил Гарри. — Я так понял, лица ты не видел. Тот согласно кивнул. — Гадёныш капюшон на самые глаза натянул, но зато пока он спешил в подземелья, действие Оборотного кончилось, и он оказался щуплым мальчишкой невысокого роста. На вид лет пятнадцати, от силы шестнадцати. А с Флинтом парни учились как на подбор: либо рослые, либо широкие в плечах, а чаще то и другое вместе, он явно в их компанию не вписывался. — И что нам это даёт? — разочарованно вздохнул Оливер. — После стольких лет нам его никогда не найти. — Я, кажется, знаю, кто это, — пробормотал до сих пор молчавший Малфой. — Я просто не сразу соединил все кусочки головоломки в одну общую картину. Парни округлившимися глазами уставились на него. Малфой потёр переносицу, пытаясь переварить догадку, и поведал то, что знал. — Это Эд, — выдохнул он, — Эдриан Пьюси. Меня это не касалось, да и вы не рассказывали подробностей, а сейчас, после слов Уизли, вдруг пришло в голову, что однажды на пятом курсе вечером, перед самым отбоем, Эд влетел в спальню радостный и сильно возбуждённый. Я тогда ещё, помню, спросил его, чего это он такой счастливый, словно Флитвику наконец-то зачёт сдал. А он заржал в голос и ответил, что убил сразу двух зайцев. Потом спохватился, соображая, что я могу понять это буквально, и добавил, что, вернее, одного отшил, а другой рано или поздно будет с ним и что для этого потребовался лишь глоток Оборотного. — Сука-а! — чуть не взвыл Вуд, ударяя по стене кулаком. — Он ведь и вправду последний семестр перед моим выпуском всё время оказывался рядом и, окончив Хогвартс, в "Соколы" пришёл играть. Я тогда ещё удивлялся, чего это он к нам подался во второй состав, его ведь в “Паддлмир” в первый звали. — К тебе поближе, — прошипел злющий Флинт. — Урою мразь. — Выходит, он всё специально подстроил, — подвёл итог Гарри, и парни согласно закивали. — То, что у Флинта отработка вечером, узнать труда не составило. — Да, я, когда уходил, в общей гостиной с Монтегю разговаривал, все слышали, куда и зачем я пошёл, — вспомнил Марк, — а народу там, помимо нас, человек десять было, возможно и он в том числе. — Вот, — продолжил Поттер, — подгадал время... — Меня запиской вызвал, — добавил Джордж. — Кстати, Олли, от твоего имени. Я его минут десять там ждал. — Значит, не просто подгадал, а следил за Флинтом и всё удачно для себя подстроил, — пожал плечами Гарри. — Очень находчивый мальчик, настоящий слизеринец. — Здрасьте! — возмутился Малфой. — Ты нас-то всех под одну расчёску не греби. — Гребёнку, — заржал Гарри. — Что? — не понял Драко. — Не расчёску, а гребёнку, нечего магловские поговорки перевирать, — вовсю веселился Поттер. — По гостевой спальне соскучился? — спросил Малфой, не разделяя его веселья. Тот сразу поднял руки, сдаваясь и с трудом сдерживая хохот. — Я этому гадёнышу всю рожу разукрашу, — хмуро сообщил Оливер. — Но сначала я ему ноги вырву и в его жопу засуну, — кровожадно прорычал Маркус. — Так, парни, — примирительно осадил их Поттер, — способов наказать подлеца существует масса, но смотрите, чтобы мне потом не пришлось отправлять вас в Азкабан. Те синхронно кивнули, а Джордж воскликнул: — Вот и замечательно! А сейчас давайте уже выпьем за меня, дорогого именинника! Все разом согласились, и празднование пошло своим чередом. Маркус усмехнулся, жмурясь от яркого южного солнца. Поквитаться с Пьюси всё же удалось. Правда, только через несколько месяцев, но это уже неважно. После дня рождения Джорджа Оливер рассказал Маркусу, что Эд, когда Вуд ушёл от него, ещё несколько лет пытался его вернуть и всё тёрся поблизости. И даже когда Оливер перебрался работать в Рим, тот переехал следом. Вуд поначалу сильно психовал, всё время встречаясь с ним, и несколько раз пытался объяснить, что между ними ничего не может быть, но тому что об стенку горох. И тогда Оливер просто перестал обращать на него внимание. Со временем Пьюси куда-то пропал, и Вуд облегчённо выдохнул. Намного позже он узнал, что Эд обосновался во Франции, прошёл отбор в довольно неплохую квиддичную команду и долгое время играл за неё на позиции охотника. По окончании карьеры ему предложили место тренера юниоров, со временем он возглавил второй состав и вот совсем недавно был назначен старшим тренером. По своим каналам Маркус выяснил, что хозяин клуба не сильно им доволен, команда высшей лиги за год тренерства Пьюси ещё ни разу не побеждала. Маркус подбил Оливера, и тот, как хозяин “Паддлмира”, предложил французу товарищеский матч, сказав, что мероприятие ожидается зрелищным, так как на рекламу “Паддлмир” затратит немалую сумму. Решено было провести матч в пригороде Парижа в конце сезона, то есть через три месяца. А владелец французского клуба проболтался, что это последний шанс для старшего тренера. Нужно ли говорить, что матч, на котором присутствовало несколько тысяч болельщиков из разных стран, выиграл “Паддлмир”, ещё раз подтвердив свой статус одного из самых сильных клубов международной ассоциации по квиддичу? Пьюси не только потерял свою должность, но и воочию увидел, что несмотря на все его уловки, Оливер и Маркус всё равно вместе. Он долго плевался матом, оскорбляя обоих на все лады, пока, наконец, Флинт не удержался и, не прибегая к магии, хорошенько ему не врезал пару раз по физиономии. Вуд мешать любимому не стал, а Маркус, подняв за шиворот побитого соперника, прорычал ему прямо в лицо: — Появишься в Лондоне — закопаю, следов не найдут. С тех пор об Эдриане Пьюси они ничего не слышали, чему оба были несказанно рады. Вместе руководили клубом, вместе тренировали команды и вместе отдыхали, не оглядываясь назад. Они потеряли много лет вдали друг от друга и сейчас навёрстывали упущенное время всеми возможными способами. * * * Оливер обещал вернуться после обеда, но ему пришлось задержаться, и поэтому дома, а вернее в мэноре, он появился только ближе к вечеру. Неделю назад они с Марком вернулись из отпуска, и в памяти до сих пор ещё были свежи воспоминания о солнечных островах и беззаботном полуголом Флинте. Оливер обожал смотреть, как тот даже в отпуске бегал по утрам или делал зарядку. Его накачанное загорелое тело тянуло к себе, как магнит, и Оливер находил массу предлогов, чтобы в очередной раз зажать Марка в самом неподходящем для секса месте. Впрочем, Флинт ему не уступал, они практически весь отпуск соревновались, кто из них выберет самый неподобающий и экстравагантный вариант для траха. Но всё рано или поздно заканчивается, и им пришлось вернуться в заснеженный Лондон. Завтра Сочельник, а самое главное — наконец-то приезжают Анетт и Джеймс. Эти двое уговорили (хотя Вуд до сих пор не понимал, как у них получилось) Гарри и Маркуса приглядеть за близнецами Лекси и Ники, а сами умотали в Рио-де-Жанейро, где в это время проходил карнавал. Малфой, узнав, на что подписались Поттер и Флинт, великодушно пригласил Оливера и Марка пожить какое-то время в мэноре, разумно рассудив, что все вместе они как-нибудь уж сладят с двумя четырёхлетними детьми. Но никто из них даже не предполагал, какой ад их ожидал. Любимые внуки Александр Кристофер и Николь Грейс Поттер, с виду казавшиеся сущими ангелочками, устроили им ту ещё развесёлую жизнь. В первый же день близнецы умудрились добраться до павлинов. Учинив в тёплом загоне настоящий разгром, они напугали благородных птиц и повыдёргивали у некоторых перья из хвостов. В отместку крупный самец сильно клюнул Лекси в лоб, и тот приобрёл приличную шишку, отливающую синевой. Рёв стоял такой, что все домовые эльфы поместья дружно кинулись наказывать себя, а Оливер, оставшийся на правах няньки, чуть не заработал инфаркт, потому что малыши ревели оба — Лекси от боли, а Ники за компанию. Потом, играя с Драко, у малышки Ники произошёл первый стихийный выброс, хотя тут, наверное, Малфой сам был виноват. С помощью магии он создавал различных магических животных, которые скакали, бегали и ползали по комнате. Увидев фестрала, Ники испугалась, и по гостиной пролетел шквалистый ураган. Мало того что он разгромил комнату, так ещё и Драко остался абсолютно лысым, пока прикрывал собой ребятишек. Лекси долго глядел на изменившегося Малфоя, наклоняя головку то в одну сторону, то в другую, и сделал вывод: — Деда, ты — бабайка. Его сестра молча кивнула головой, соглашаясь. Не зная, кто такой бабайка, тот судорожно ощупывал свою гладкую и блестящую лысину. Вернувшийся из аврората Поттер сначала запнулся, увидев любимого, потом поперхнулся, закашлялся, маскируя рвущийся смех, и, всё же не удержавшись, заржал в голос. Малфой чмокнул мальца в лоб, девчушку в щёчку, дал подзатыльник Гарри и уже второй день с ним не разговаривал. Волосы он вернул примерно через час, но вся компания немало повеселилась за его счёт. Всё, конечно, обошлось, только Поттер вторую ночь спал в одной из гостевых спален, что его совсем не радовало. Он пытался всевозможными способами умаслить Драко, но пока у него это плохо получалось. Сегодня Оливер встречался с новыми инвесторами, а у Малфоя были срочные дела в Отделе Тайн, поэтому с детьми остались Гарри и Маркус. Выйдя из камина в большой гостиной, Вуд прислушался. В мэноре стояла подозрительная тишина, и это, надо сказать, очень пугало. Никто из них не знал, что выкинут в следующую минуту маленькие проказники, поэтому у Ола была масса причин для беспокойства. Пройдя по коридору, он заглянул в малую гостиную и, разинув рот, уставился на развернувшуюся картину. * * * Часом ранее — Деда, — канючил Лекси, — лошадку хочу, ну деда, ну пожалуйста!.. Ники, насупившись, стояла рядом и не мигая смотрела на Марка. Гарри и Маркус развалились на диване. Поттер уже тихо сопел, а Маркус из последних сил старался держать глаза открытыми. Он очень любил своих внуков, да их все любили, даже Оливер и Драко в них души не чаяли, но до этого им ещё не приходилось так надолго забирать близнецов к себе. Когда Джеймс и Анетт уезжали на соревнования, малыши гостили то в Норе, где их баловали Молли и Артур, то в Париже у Валери, которая, хоть и была к ним строга, но и сама считала детишек светом в окошке. Мужчины же частенько брали ребятню на прогулки или проводили с ними время дома, но не более нескольких часов. И вот теперь, когда миссис Уизли приболела, а мадам Флинт, которая, познакомившись с Вудом, имела с ним долгий и серьёзный разговор (о чём именно говорили эти двое, Маркус, как ни старался, так и не узнал), наконец потихоньку начала устраивать свою личную жизнь, детей подкинули им. Были, конечно, ещё Лили, Скорпиус с Альбусом и Сай, которые отменно управлялись с этими малолетними хулиганами, но их, как назло, не было в Лондоне. Ал с группой врачей-энтузиастов уже несколько месяцев в Африке, Скорпиус, едва у него закончился квиддичный сезон, сразу рванул к нему, Сай в России делал серию очерков про местных чародеев, а Лили находилась на раскопках древнего магического саркофага где-то в Азии. Так что вся ответственность легла на крепкие мужские плечи. Но, видимо, не такие уж и крепкие, раз двое малолеток в хлам умотали взрослых мужчин. Гарри и Марк изображали лошадок, гиппогрифов, драконов, ещё невесть кого, колдовали различные качели, магловские машинки, куклы и мягкие игрушки, учили детвору летать на детских мётлах, ползали с Лекси на коленях и по-пластунски, скакали с Ники зайчиками и белочками, играли в догонялки, бегая по всему поместью и распугивая домовиков, вытворяли ещё кучу различных вещей, которые даже им самим казались странными. И, наконец, несколько минут назад срубило Главу Аврората, который на последнем издыхании добрался до дивана и прохрипел: — После праздников я вас, ребята, на тренировочный полигон зашлю, будете молодых авроров натаскивать, вот где повеселитесь. Кое-как доковыляв на дрожащих ногах до Гарри, Маркус рухнул рядом и сипло упрекнул: — Какого хрена ты не подал эту идею утром? Мы бы ещё тогда их снарядили и не мучились весь день. Поттер, хохотнув, тут же вырубился, а Маркус с ужасом понял, что остался в гордом одиночестве против двух маленьких монстров. — Дед, — не унимался Лекси, — давай ещё раз поиграем в лошадку. — Дедулечка, — подхватила Ники, взбираясь к нему на колени и пытаясь открыть упорно закрывавшиеся глаза Маркуса маленькими пальчиками, — всего один разочек и всё. — Детки, — кое-как ворочая языком, пробормотал тот, — лошадки устали, они ранены в бою. Вернее, сдохли окончательно, — и, проиграв борьбу с усталостью, тоже провалился в сон. * * * Оливер несколько минут ловил ртом воздух, как выброшенная на берег рыбёшка, не в силах произнести ни слова. Лекси и Ники, шустро ползая по Маркусу, увлечённо разрисовывали волшебными красками его лицо. “А ведь я советовал ему не покупать близнецам эту пакость, — подумал с усмешкой Вуд, — но Марки меня не послушал, а зря”. Так как физиономия Поттера была уже раскрашена всеми цветами радуги, Вуд понял, что не стоит мешать юным художникам закончить свою работу. Он присел в кресло и с улыбкой рассматривал два спящих шедевра. Дети потрудились на славу, Ники даже кончик языка высунула, настолько старательно она закрашивала нос Флинта красным цветом. В дверях показался Драко, — Твою ж мать, — протянул он и прыснул в кулак, — произведение искусств. Дети, наконец решив, что на этом достаточно, сползли с колен Флинта. Оценивающе посмотрели на своё творение и остались вполне довольны. — Красота, — выдал Лекси. Ники, как обычно, кивнула головкой, соглашаясь с братом, и с чувством выполненного долга они развернулись к Оливеру. — Деда, — обратилась к нему малышка, — а давай мы и твой носик сделаем красивым? — Не надо, — испуганно пролепетал Ол, медленно поднимаясь, но любители прекрасного дружно шагнули к нему. Мерлин благослови Малфоя, который не растерялся и храбро пришёл к нему на помощь. — Так, молодёжь, — строго посмотрел он на близнецов, — давайте вы не будете дедушку Оливера красить? Нам хватит и двух размалёванных идиотов в доме, всего должно быть в меру. — Ладно, — сделав одолжение, согласился Лекси, — в следующий раз, — и сестра вновь кивнула, выражая единодушие. Оливер облегчённо выдохнул, а мальчуган вдруг заявил: — Я даже немного устал. — А я кушать хочу, — вторила ему Ники. — Вот и замечательно, — обрадовался Драко, — марш мыть руки и есть. Благодарно посмотрев на Драко, Оливер ринулся за малышами: не дай Мерлин, ещё и в ванной что-нибудь натворят. И уже в коридоре услышал громко ржущего Малфоя. — Просыпайтесь, придурки, — глумился тот, — вас ждёт большо-ой сюрприз! * * * По традиции на Рождество вся семья собралась в Малфой-мэноре. Близнецы с хохотом и визгом носились по коридорам огромного особняка, то тут то там мешаясь под ногами. Лили и приехавшая по случаю праздника Нарцисса расставляли в большой гостиной цветы, выращенные в зимнем саду мэнора, Анетт и Молли командовали домовиками, накрывая праздничный стол, Гермиона внимательно слушала рассказ Альбуса о командировке, Скорпиус всё время тёрся рядом с ними в попытке оторвать своего парня от миссис Уизли, чтобы утащить того наверх и хоть немного потискаться с ним до того, как всех пригласят к столу. Джеймс и Сай что-то обсуждали, сидя в креслах перед камином, Джорджа, Рона и Артура Драко пригласил посмотреть купленный им недавно новый летающий автомобиль. Валери Флинт прибыла пару часов назад вместе с кавалером, оказавшимся довольно милым одиноким вдовцом, который всем понравился, и сейчас они о чём-то очень увлечённо рассказывали улыбающемуся Вуду. Собрались почти все, кто обещал быть, ждали только Перси с супругой, а пока их не было, Гарри и Маркус вышли на балкон подышать свежим морозным воздухом. Вчерашний инцидент до сих пор заставлял того и другого чувствовать себя смущённо. Они, конечно, строго поговорили с внуками, стараясь объяснить тем, что рисовать нужно на бумаге и что они оба недовольны поступком малышей, те даже пообещали так больше не делать, во что мало верилось, но этот факт нисколько не смягчил ту дозу подколок и насмешек, которую им пришлось выслушать от Драко и Оливера. Да и отмывались оба от краски добрые пару часов. Радовало только то, что ни Вуд, ни Малфой никому из семьи об этом не рассказали, иначе бы над ними стебались до следующего Рождества. — Знаешь, долгие годы не любил Рождество, — задумчиво сказал Маркус. — Ведь я застал Ола, вернее ёбаного Пьюси, целующего Уизли, как раз перед праздником и женился на Валери тоже в это же время. А потом все последующие годы в Рождество чаще всего оставался один. Дети в рождественские каникулы гостили у своей матери, после окончания квиддичного сезона большинство членов команды разъезжалось в отпуска, а с друзьями у меня всегда было туго, вот и куковал один. Ну, или с Малфоем, когда он приглашал в гости. Гарри понимающе кивнул. — А я хоть и был всегда в кругу близких и друзей, но пока мы с Драко не стали жить вместе, всё равно чувствовал себя одиноко. — Вот и у меня с Олли то же самое, — поделился Маркус. — Моя жизнь так изменилась за эти пять лет, что я даже иногда боюсь, что это мне только снится. — Такая же беда, — хохотнул Гарри, — каждый раз по утрам вскакиваю и первым делом проверяю, спит ли рядом Малфой. — Да, странная она штука — жизнь, — глядя куда-то вдаль, усмехнулся Маркус. — В школе что вы, что мы вечно собачились, да и потом считали, что ненавидим друг друга, а оказалось, что по-настоящему счастливыми ты можешь быть только с Малфоем, а я с Вудом. — Ну-у-у, — протянул Гарри, открывая дверь в гостиную, где Анетт сообщила, что все наконец собрались и можно садиться за стол, — как говорят: от ненависти до любви один шаг. Главное только решиться и сделать его. — Это точно, — согласился Флинт, заходя вслед за Поттером в тёплую комнату, полную веселья и радости. Он отыскал глазами Вуда. Словно почувствовав его взгляд, тот обернулся, Марк подмигнул ему и медленно двинулся навстречу, подумав, что наконец-то всё плохое они оставили в прошлом, у них есть дети, внуки, друзья, а впереди ещё много лет совместной жизни. И он, Маркус Флинт, приложит все усилия, чтобы его семья не знала больше ни горя, ни бед. Он всё для этого сделает, как и Оливер, Гарри и Драко.