Шрамы

Его назвали в честь любимого киногероя мамы — Максима Перепелицы. Родители хотели, чтобы мальчик вырос озорным и находчивым, как его тёзка. И маленький Максимка действительно был весёлым, отзывчивым и безгранично добрым. Это не изменилось и когда он стал старше. Изменились времена и нравы… В стране наступил кризис, и родителям Максима пришлось продать свой большой хозяйский двор, купить небольшой домик на краю деревни и довольствоваться тем, что давал собственный огород. Сын рос впроголодь и не понаслышке знал, что такое жить на воде и хлебе. Редко кого не ломает такое детство. Максима не сломало… Окончив школу, он собрал небольшой, затёртый чемодан и уехал в столицу за счастьем. И за деньгами. Он мечтал выучиться, найти хорошую работу и заботиться о родителях так, как они заботились о нём. Ему и правда везло… Перебравшись в столицу, он неплохо устроился, нашёл работу грузчиком на рынке, там же и ночевал. Позже поступил в институт, переехал в общежитие, получил стипендию за отличную учёбу. Жизнь начала налаживаться. После института была магистратура, поиск работы, первые неудачные попытки устроиться во взрослой, серьезной жизни. А потом он встретил её — свою первую и самую настоящую любовь. Рита была типичной столичной девушкой, как сама говорила — «аристократка в десятом поколении». Милая, славная, со взбалмошным характером, иногда поступающая совершенно нелогично. Но Максим за то её и любил: за искренность во всем, что она делала — смеялась, плакала, совершала ошибки. В ней всё было настоящим. Как и любовь. Любила она так же искренне. И Максим чувствовал это: она сдувала с него пылинки и вслушивалась в каждое слово, безоговорочно верила и доверяла. Возможно, такая щенячья преданность раздражала бы кого-то другого, но не Максима — он был уверен, что крепкие отношения можно построить только на абсолютном доверии. И пусть иногда она устраивала истерики, била посуду и указывала тонким пальчиком на дверь… Он знал, что пройдет полчаса и она снова будет плакать на его плече и просить не оставлять её одну. Милая взбалмошная девчонка — такой он видел Риту. Максим крайне волновался перед знакомством с её родителями, полагая, что профессору истории и бывшей актрисе театра не понравится провинциал. Но он ошибался: в семью его приняли с распростертыми объятиями. Очень скоро молодые поженились, переехали в купленную в кредит квартиру, и началась спокойная, размеренная жизнь. Максим работал чертежником в небольшом архитектурном бюро, пока его жена занималась собой и домом. Рита, хотя и получила неплохое образование и даже успела поработать банковским клерком, после свадьбы предпочла остаться дома и стать домохозяйкой. Учёба давалась ей с трудом, и она даже не пыталась делать вид, что работать по специальности ей нравилось. Максим не противился: зарабатывал он достаточно, да и без того выполнял любые капризы супруги. Захотела Рита диванную собачку, сказала об этом мужу — на следующий день у них в доме появился милый щенок. Захотела Рита норковую шубку, намекнула мужу — на ближайший день рождения её ожидал приятный сюрприз. Максим баловал жену, потому что любил. И еще потому, что ему самому такого счастья не перепало, и он искренне считал, что пока есть возможность, он может себе позволить выполнять прихоти красавицы-жены. Проблемы начались неожиданно. С самого простого и, казалось бы, обычного для женщины желания — родить ребёнка. Максим не был против. Совсем наоборот: по его представлениям, в семье обязательно должны быть дети. Он представлял себе, как будет играть в футбол с сыном, а если будет дочка — устраивать с ней чаепитие со всеми куклами и плюшевыми зайцами, которые поселятся в её розово-кружевной комнате. Но судьба играла странные игры: несмотря на отменное здоровье обоих потенциальных родителей, обзавестись наследниками никак не получалось. Рита провела не один день в больницах, подвергаясь различного рода процедурам и тестам, но ни через год, ни через три ничего не изменилось — в их семье всё еще не предвиделось пополнения. Максим относился к этому философски — значит, не судьба. Рита же не могла и не хотела  смиряться. Она всё еще надеялась, что однажды её мечте суждено сбыться. И всё было бы не так плохо, если бы не разногласия по этому поводу между супругами: Рита не понимала спокойного отношения Максима к проблеме, а тот в свою очередь начал уставать от постоянных упреков жены. Беда не приходит одна. Со дня на день без всякого предупреждения и соблюдения сроков по контракту Максима уволили. Сокращение кадров из-за финансового кризиса компании — так звучала официальная причина… Новое место работы найти было непросто. И когда три месяца спустя Максим всё еще числился в рядах безработных, Рита уже не скрывала своего недовольства и открыто высказывала своё мнение о муже, который в её глазах из статуса успешного специалиста упал до неудачника. Это случилось в среду. Обычная, ничем не примечательная среда середины мая, которая стала переломной в жизни Максима. День, когда всё началось и всё закончилось в тот же момент. Максим вышел из кабинета почти не расстроенный. Собственно, он и не ожидал, что сегодня ему повезет и его возьмут на работу. Вакансия была не совсем подходящая: по профилю, но в той области, где у него совершенно не было опыта, и потому он всё же решил попытать удачу, но и отказу не удивился. И всё же нужно было что-то менять — из банка уже пришло письмо по поводу погашения кредита, Рите понадобилось сделать очередное ЭКО, несмотря на безработицу мужа. К тому же сегодня утром он заметил странные шумы в моторе его любимого автомобиля, а это значило — понадобится очередной ремонт. — Прошу прощения, — на автомате выдал Максим, неаккуратно открыв дверь в приемную, отчего женщина перед ним выронила стопку бумаг, тут же разлетевшихся ровным слоем по кафельному полу. — Ничего страшного. Бывает. Максим уже успел опуститься на колени, чтобы помочь собирать по его вине рассыпанные бумаги, как его словно пробило молнией. «Бывает»… Это «бывает» он уже слышал однажды. Подняв глаза, он встретился взглядом с обладательницей приятного голоса. Молодая женщина — она выглядела лет на тридцать, не больше — его, кажется, не узнала. — Мы с Вами уже встречались, — поспешил сообщить Максим. — В лифте, — произнесли оба одновременно, отчего Максим широко улыбнулся, а женщина нахмурилась. Нет, она, конечно же, не рассердилась и даже не расстроилась. Это была привычка, которую она выработала в себе сама, добровольно — хмуриться, когда смущена. — Вы тогда пытались вспомнить, кого я Вам напоминаю, — она отвела взгляд, собирая бумаги. — Плохое освещение лифта… Сейчас у меня нет ощущения, что я где-то уже с Вами встречался, — признался Максим скорее для того, чтобы поддержать разговор. — Теперь Вы знаете это наверняка, — улыбнулась девушка, складывая собранные документы в аккуратную стопку. — Вы по какому-то делу здесь? — Уже нет. Был на собеседовании, но… — На работу? Вы хотели устроиться к нам на работу? — Да, но кажется, моя специализация здесь не востребована, — пожал плечами Максим. На секунду задумавшись, девушка достала визитку из нагрудного кармана пиджака и протянула её Максиму. — Позвоните мне… завтра. Посмотрим, что я могу для Вас сделать. Не дожидаясь ответа, она развернулась и шагом, напоминающим походку солдата по плацу, направилась к кабинету, из которого совсем недавно вышел Максим. Рассмотрел визитку Максим, только усевшись за руль своего мерседеса. — Ничего себе! — присвистнул молодой человек, осознав, с кем только что вел беседу. Вересова Валентина Дмитриевна — генеральный директор страховой компании «Омега». Этого он, конечно же, не ожидал. Она, эта самая Валентина Дмитриевна, была слишком молода, чтобы быть генеральным директором. К тому же внешне скорее напоминала школьного учителя, старающегося внешним видом создать имидж серьезного и уважаемого человека. Конечно, строгий пиджак, юбка ниже колена, не по возрасту строгий пучок на голове и очки в тонкой оправе тоже играли при этом не последнюю роль. Но куда больше к подобным мыслям располагали огромного василькового цвета глаза и так тщательно и тщетно скрываемые веснушки. Вернувшись домой, Максим не упомянул о встрече с генеральным директором ни словом. Рите хватило и того, что его снова не взяли на работу: весь вечер она дулась и не разговаривала с мужем, всем своим поведением пытаясь показать, что считает его виновником всех их неприятностей и бед. На следующий день, однако, Рита снова была в хорошем расположении духа. Они даже отправились проведать её родителей, чему Максим был безумно рад: визиты к тестям были ему приятны, да и жена после таких вечеров была в лучшем расположении духа. Максим искренне скучал по тому времени, когда их жизнь была беззаботной, и мечтал о том, что скоро всё снова наладится. Телефонный звонок застал Максима врасплох: номер на экране был ему не знаком. — Добрый вечер, Максим Алексеевич, — поприветствовал его приятный женский голос. — Вас беспокоят из компании «Омега». Вы были у нас на собеседовании вчера. Вы всё еще заинтересованы? — Да, — Максим ответил немного неуверенно. Он не ожидал, что ему позвонят, тем более в девять часов вечера. — Тогда подождите секундочку, я соединю Вас с директором… Голос в трубке замолчал, а вместо него заиграла приятная мелодия. Максим вышел в соседнюю комнату, чтобы не мешать разговорам за столом. Рита принесла ароматно пахнущий пирог, и всё восторженно начали обсуждать рецепт. Валентина все два дня думала о молодом человеке. Нет, он, конечно же, был симпатичен и даже вполне в её вкусе, но у неё совершенно не было в планах того, что называется «романтическими отношениями». Когда секретарь сообщила о том, что дозвонилась по её поручению, Валентина тут же подняла трубку и заговорила. — Максим Алексеевич? — Да, Валентина Дмитриевна, — тут же ответил Максим, улыбаясь: это было заметно даже через слепую трубку телефона. Валя растерялась, она не рассчитывала, что он помнит её имя, но профессионализм взял верх. — У Вас есть водительские права? — Да, — на этот раз растерялся Максим: этого вопроса он совсем не ожидал. — Мне нужен личный водитель. Если Вы заинтересованы, приходите завтра в половине восьмого к офису компании. — Но… я…  — Я знаю, — перебила его Валентина, — Вы искали работу по другому профилю. По Вашей специальности я Вам ничего не могу предложить. А водитель мне нужен срочно. Если Вы не заинтересованы… — Нет-нет, я заинтересован, — тут же согласился Максим. Работа ему нужна была позарез, и воротить носом было совсем не время. — Тогда до завтра. Условия рабочего контракта обсудим тогда же. Всего доброго. В трубке послышались гудки. Максим даже не успел попрощаться… Жене он решил пока ничего не говорить. По крайней мере, не в присутствии её родителей — быть водителем директора страховой компании не то, о чём он мечтал. Но всё же это была работа, оплачиваемая и не самая ужасная. Валентина ко всему подходила серьёзно. К выбору любовника тоже… Она выросла в семье успешного предпринимателя, где все карты ставили на ребенка. На сына. Валентина же чувствовала себя бесплатным приложением к привилегированному брату. Ей отводили роль красивой куклы, которую нужно было выдать замуж, и на этом роль родителей была бы сыграна. Но Валя отказалась… Выучившись на экономиста, девушка закончила магистратуру, устроилась работать в небольшую страховую контору, находящуюся на грани банкротства, и вкладывала все свои силы в то, чтобы добиться того, что не дали ей родители — уважения к себе. Несколько лет усердной работы увенчались тем, что ей предложили сначала место главного менеджера, потом заместителя директора, а когда тот по болезни был вынужден уйти на пенсию прежде времени, заняла его место. В её жизни все складывалось так, как хотела она сама. И в этой жизни не было места семье. Конечно же, это не значило, что ей не нужно было мужского внимания. Однако она не собиралась выходить замуж и уж тем более рожать детей. Уже на первых курсах университета Валя решила, что мужчины ей нужны только для удовлетворения физических потребностей. Для приятного времяпрепровождения у неё были подруги. И любовники у неё были постоянно. Но рано или поздно любой из выбранных ею же мужчин ей наскучивал, уходил сам или начинал поговаривать о более серьезных отношениях, и Валя разрывала отношения. На тот момент, когда она встретила Максима в своем офисе, она была одна уже несколько месяцев. И молодой человек ей приглянулся. К тому же она помнила то почти ощутимое напряжение, которое возникло между ними в лифте в их первую встречу, и серьезно задумалась о том, чтобы предложить ему роль своего любовника. Она никогда не скрывала от мужчин своих принципов и намерений. Не собиралась этого делать и с Максимом. Вечером того дня, когда Максим приходил на собеседование, Валя попросила секретаря спуститься в отдел кадров и принести резюме, которые приходили за последнюю неделю. Вычислить нужного ей молодого человека было не сложно. Она сомневалась… Максим был очень далёк от того типа, который она предпочитала. Слишком яркий, слишком привлекает внимание. До него она всегда выбирала мужчин попроще. Ей не нужен был Аполлон. Совсем наоборот — она намеренно искала такого человека, который бы не привлекал внимания, и в которого она бы точно не влюбилась. Просто потому, что не могла позволить себе никаких чувств. Из принципа. В Максима можно было влюбиться: он был достаточно привлекателен, крепкого телосложения и с абсолютно очаровательной улыбкой. Но на этот риск Валентина была готова пойти — уж очень сложно было выкинуть из головы тот короткий эпизод в лифте. Такого физического притяжения она не чувствовала давно. К тому же он был женат. Это она узнала, задав его имя в поисковике: социальные сети прекрасное место, чтобы узнать о жизни интересующего тебя человека. Он был женат, и как выглядело — женат вполне счастливо. На фотографиях он почти везде был запечатлен с женой — милой блондинкой, которая смотрела на него с таким обожанием, что не оставалось сомнений в том, что их брак был удачным. Это было Валентине на руку: она не хотела серьёзных отношений никоим образом, и временная афера было именно то, что ей было нужно. К тому же у Максима не было детей. Какой бы эгоистичной не была Валентина, она никогда не вмешивалась в семьи, где были дети… Максим появился у дверей офиса ровно в половине восьмого — ни секундой раньше, ни секундой позже. Он совсем не понимал, зачем он здесь, и почему именно он. Но это было и не важно — ему нужны были деньги. Его провели в кабинет директора и попросили подождать — Вересова была на какой-то важной встрече и опаздывала. Расположившись на кожаном диване, Максим ждал. Долго. Валентина появилась лишь полтора часа спустя. К тому моменту Максим уже дважды едва не ушёл, сочтя это неуважением — назначить встречу и заставить человека ждать… Впрочем, он даже не догадывался, какое еще предложение ожидало его. — Максим Алексеевич, — Вересова зашла в кабинет и поприветствовала его, даже не глядя на заждавшегося посетителя. — Валентина Дмитриевна, — сухо произнес Максим, поднимаясь с дивана. — Сидите-сидите, — почти скомандовала женщина и, сняв пиджак, достала заранее приготовленный клочок бумаги. Валентина подошла к Максиму и, вручив ему записку в руки, села в кресло напротив. — Что это? — недоверчиво рассматривая бумажку. — Предлагаемая зарплата. — Столько у Вас получает личный водитель директора? — не скрывая удивления, спросил Максим. Он уже сейчас заподозрил неладное. — Не совсем, — ответила Валентина и, ни на секунду не задумываясь и абсолютно не меняя выражения лица, добавила: — Столько в моей фирме получает мой личный водитель и любовник. Максим наконец-то оторвался от кажущейся нереально большой цифры на клочке бумаги и посмотрел на Валентину. Он ожидал, что она улыбается, сделав неудачную попытку пошутить. Но Валентина не шутила… — Вы серьезно? — Да, Максим Алексеевич. Я абсолютно серьёзно предлагаю Вам должность моего водителя совмещать с обязанностями моего любовника. — Вы ненормальная, — выдохнул Максим нахмурившись. Он многое видел в своей жизни: много странного, много несправедливого, но такого не мог себе представить даже в самом дерзком сне: ему на самом деле предлагали деньги за секс. — Вам не обязательно давать ответ сегодня. Подумайте и… — Мне не нужно думать! — выпалил Максим, поднимаясь с дивана. — Это абсурд. Я женатый человек. Как вообще Вам в голову пришла такая бредовая идея?! Валентина едва заметно улыбнулась: именно такой реакции она и ожидала. Он был не первый, кто отреагировал так. И некоторые действительно уходили навсегда. Но всё же очень часто она добивалась того, чего хотела. Поднявшись тоже, Валентина подошла к своему столу. — Вам нужны деньги, Максим Алексеевич. А мне — любовник. Обычный бизнес, — спокойно ответила она взбудораженному мужчине. — Такую зарплату Вам вряд ли предложат еще где-то, а мне вовсе несложно найти другого претендента на место моего водителя. — И любовника, — холодно заметил Максим. — Начинайте поиски, Валентина Дмитриевна. Конечно же, Рите он не собирался рассказывать ничего из того, что случилось в офисе этим утром. Еще раз порадовавшись вчерашней ситуации, благодаря которой он вообще не сказал жене о предложении Вересовой, Максим вернулся домой, купив по пути огромный букет белых роз, которые так любила Рита. Уж очень хотелось порадовать любимую женщину. Но… не вышло. — Что случилось, милая? Еще с порога Максим понял, что что-то было не так: Рита была бледная, как мел, и судорожно обнимала сама себя, обхватив за худенькие плечики. — Он… он снова не прижился… Не нужно было ничего объяснять. Максим и без того понял, что последнее искусственное оплодотворение снова было безрезультатным. Он уже сбился, какая по счету попытка это была. Восьмая? Девятая? Конечно, он был готов пережить еще десяток, если знать, что однажды он увидит улыбку на лице своей жены, и причиной этого будет новость о приближающемся пополнении в семье. Но не было никакой гарантии, что однажды это действительно случится. И теперь нечем было оплачивать эту дорогостоящую процедуру. — Не расстраивайся, милая. В следующий раз всё обязательно получится, — уверил жену Максим, крепко прижимая к своей груди и соображая, что делать. На следующее утро Максим проснулся с головной болью. Он долго не мог уснуть, продумывая все возможные варианты. Самой главной проблемой сейчас была уплата ипотеки. Выплаченное за спешное увольнение возмещение уже закончилось, и уже в следующем месяце с банком нечем было рассчитываться. Да и машину нужно было отремонтировать. На станции технического обслуживания, куда он заехал вчера после нелепого разговора с Вересовой, сказали, что ремонт обойдется в копеечку. Без машины же Максим был как без рук. Да еще эти мучения Риты… Впрочем, как решил Максим, ему удастся уговорить жену подождать со следующей попыткой до лучших времен. Может полгода. Может год. Он обязательно устроится на нормальную работу, и всё наладится. Да и без машины можно было обойтись. По крайней мере какое-то время. Оставалось только разобраться с банком… Поднявшись с постели, Максим принял душ, как обычно сделал завтрак, но Рита так и не вышла из спальни… Не поднялась она и когда он вернулся три часа спустя, сделав все необходимые покупки. И вечером она всё так же провела под одеялом. Утром следующего дня Максим стал серьезно волноваться: жена так и не поднялась с постели и ничего не ела. И это был не очередной каприз. На этот раз она действительно потеряла надежду, и осознание безысходности свалило её с ног в прямом смысле этого слова. Выходные Максим провел у постели жены. Она отказывалась вставать, не слушала уговоров, и даже угрозы вытащить её из-под одеяла насильно остались безрезультатными. Рита просто вздыхала и молча отворачивалась. Возможно, если бы это случилось неделей раньше или позже… всё было бы иначе. Но случилось именно так, и Максим чувствовал себя загнанным в угол волчонком. Ранним утром понедельника он расхаживал по собственной кухне из угла в угол, остервенело сжимая в руке телефон. Он уже всё решил, и теперь оставалось лишь набрать номер и произнести слова вслух. Слова, которые означали бы решение всех материальных проблем. И собственное унижение… Нет, он не был ханжой, и даже не считал, что секс за деньги был таким уж ужасным делом. Вовсе нет. Его даже не оскорблял тот факт, что это предложили ему. В какой-то степени это даже льстило. Но это было неприемлемым для женатого мужчины — так он думал. Неприемлемым. Неправильным. И всё же он готов был согласиться. Он набирал не рабочий номер… На обратной стороне визитки от руки был написан другой, не предназначенный для деловых коллег и потенциальных клиентов номер. Трубку сняли быстро, словно ожидали его звонка. — Я Вас слушаю, Максим Алексеевич, — сказал уже знакомый голос еще до того, как он успел поздороваться и вообще сказать хоть слово. Валентина ожидала его звонка и, конечно же, уже внесла его номер в свою записную книжку. — Я… — начал Максим и осёкся на полуслове. Он не знал, как сказать, как произнести эти слова… «Я готов стать Вашим мальчиком по вызову». Так, именно так крутилось у него на языке. Валентина уже давно догадалась, с какой целью он звонит. Никто не набирает этот номер, если не согласен на её условия: они просто пропадают и никогда не возвращаются в её жизнь. — В одиннадцать часов у меня деловая встреча в центре. Приезжайте в офис к десяти, ждите в приемной, — по-деловому сухо сообщила она, снимая с Максима обязанность произносить нелепые слова вслух. — Хорошо, Валентина Дмитриевна. — И еще… — она успела сказать, прежде чем Максим нажал на кнопку сбоя. — Да? — Обойдемся без отчества, когда мы один на один. — Конечно, — так же сухо согласился Максим и всё же нажал на сброс. Конечно же, это нелепо называть по имени-отчеству человека, с которым собираешься разделить постель. Даже если будешь делать это за деньги. Когда Максим зашел в спальню, Рита отложила книгу и улыбнулась: улыбка выглядела натянутой, но всё же такой родной и любимой, что Максим улыбнулся в ответ. — Мне нужно уйти, — сообщил он, — Ты справишься одна? Или позвонить маме, чтобы она приехала к тебе? — Всё в порядке, я справлюсь, — уверила Рита. Она чувствовала себя виноватой, что заставляла мужа волноваться. — Ты надолго? — На весь рабочий день. Рита едва заметно нахмурилась: Максим что-то хотел сказать этим простым предложением, но её уставший от переживаний и волнений мозг не хотел воспринимать эту информацию. — Мне предложили работу, — объяснил он, заметив замешательство на лице жены. — Хорошее место, зарплата больше, чем на предыдущем месте. Не совсем то, что я искал, но дареному коню в зубы не смотрят, не правда ли? Секунду спустя Рита уже висела на шее мужа и беззвучно плакала, приговаривая «спасибо, спасибо, милый». Возможно, он продавал душу самому чёрту, но это стоило того, если вознаграждением была улыбка любимой женщины…