Моя Идеальная Семья

Ночь. В маленькой комнатке светло лишь благодаря лунному свету, необычно яркому сегодня. Рэйчел решила, что это судьба — присутствие луны на каждом важном этапе жизни девочки. Часы медленно отбивают ритм. То кажется, что стрелки бегут слишком быстро, то, что невероятно медленно ползут. В груди о рёбра стучит сердце, словно загнанное в тесною тюрьму, как бывает после быстрого бега. — 20… 18… — тихо шепчет девочка, напрягая зрение и всматриваясь в числа на своём секундомере, предусмотрительно включенном на телефоне, — 15… 10… Не выдержав, хозяйка комнаты вскочила с кровати и медленными шагами принялась мерить комнату, продолжая считать. Краем глаза отметила, что подушка упала на пол, что из шкафа что-то выпало. — 7… 4… 3… 2… Минутная стрелка остановилась ровно на цифре «12». Дрожа, девочка откинула чёлку со вспотевшего лба. Секундная стрелка весело бежала дальше, даже не думая об остановке, не давая запечатлить этот тревожный момент в памяти. Не последовало ни взрыва, ни крика, ни хлопушек — но Рэйчел улыбалась. — С добрым днём… — тихо шепнула она луне, усаживаясь на подоконник. Светлый, но ещё не полный диск будто улыбался. Вечерний ветерок дул в лицо, отвоёвывая территорию лица от волос. Скользнув взглядом по уже привычной площадке, деревьев у дома, девочка подняла голову вверх. Тёмное небо будто светилось из-за россыпи звёзд, так любимых с недавних пор Заком. По коже пробежали мурашки, и Рэйчел с неохотой закрыла окно, вновь залезая под одеяло. — Главное — заснуть… — тихо пробормотала она, — А утром… Утро скоро настанет… Свежий воздух и позднее время — сделали своё дело, очень скоро девочка крепко спала.

***

— Утра, Рэй, — привычно поздоровался с ней Зак, наливая молоко в стакан. Девочка старательно улыбнулась, осторожно оглядываясь по сторонам. Утро было до неправильности обычным. Однако ожидать всё самое интересное с самого утра — было чистой глупостью, в чём Рэйчел уверенно себя убедила. Она, продолжая улыбаться, присела на краешек стула, но Зак, лениво хлебающий молоко, уверенность скорей убавлял, чем убеждал, что всё идёт по плану. — Ты чего сегодня такая? — неожиданно выдал Зак. — Какая «такая»? — уголки рта так и тянулись опуститься вниз и прекратить эту непривычную для них растяжку, — Я обычная. — Ты платье одела, — привёл неопровержимый факт мужчина, с лёгким интересом разглядывая милое белое платьишко, так непривычно выглядящее на хрупкой фигурке Рэй. Платье было куплено на распродаже по весьма туманным причинам. Толстая торговщица с хитрющим лицом убеждала девочку, что это «неземное платье» очень идёт ей. Зак был уверен, что Рэйчел откажется от покупки, хотя бы потому, что внизу платья были вышитые яркие цветы, вообще не подходящие его вечно апатичной подруге. Но платье она купила. И взяла миленькие розоватые сандальки, в которых сейчас и болтала ногами под столом. — Я девушка, — Рэйчел пожала плечами, — Не вижу в этом ничего странного. — Да, но… Но ты… Зак неуверенно пожал плечами, но кивнул. Всё-таки он слишком привык к той одежде девочки. Рэйчел, молча, наблюдала, как мужчина быстро моет использованную чашку и покидает комнату. Что-то внутри треснуло, но ещё не развалилось до конца.

***

— О, Рэйчел, детка! — милая женщина, работающая на том же этаже больницы, что и доктор Дэниэль, приветливо улыбнулась девочке. — Какая ты у нас сегодня нарядная! Ну-ка признавайся, что за праздник? Рэйчел уже привыкла, что все её принимают за бедную пострадавшую, которая едва приходит в себя и на данный момент удочерена доктором. И уже привыкла, когда её звали «маленькая Диккенс». И к тому, что её вечно пытаются тайно накормить. И что ласка в этом месте для неё никогда не прекратится. — У меня День Рождение сегодня. Вопреки ожиданиям, женщина страшно удивилась и огорчилась. — Что ж делать-то, у тебя такой праздник, а я… А у меня и подарка нет… — растерянно лепетала она, и Рэйчел поспешила успокоить её словами, что подарки это вещи материальные. А она будет рада и простым поздравлениям. Женщина тут же растрогалась, обняла девочку, погладила по голове, дала шоколадку, сопровождая все эти действия бесконечными поздравлениями и, наконец, отпустила к доктору. Тот тоже встретил её довольно радостно, однако не удержался от вопроса: — А почему ты так нарядно оделась? И тут же поправился, боясь обидеть девочку: — То есть, ты очень красивая. Но обычно ты… Как бы сказать… — доктор замялся, избегая прямого холодного взгляда синих глаз, — Одета по другому. — Захотелось, — просто и лаконично. И звучит даже не обиженно.

***

— Есть будешь? — перед носом оказывается тарелка манной каши, но девочка лишь качает головой. Зак что-то бурчит, но не продолжает настаивать. Про День Рождение Рэйчел рассказал доктор. Рассказал всего неделю назад, объясняя, что у каждого человека есть день, когда он родился. И в этот день приятно дарить подарки, много смеяться и любить. Последнее — обязательный пункт. Он рассказывал про шарики, про различные угощения, про традицию задувать свечи… Девочка хорошо помнила свою дату рождения. И теперь правда надеялась, что все эти чудеса случаться, не обойдут стороной. Минутная стрелка медленно приближалась к двенадцати. В животе урчало, но Рэйчел не двигалась. В душе было пусто. Комнату освещала луна, прямо как вчера. Но той радости, того ожидания — не было. Девочка уткнулась в подушку, считая про себя, пытаясь заснуть. Сдалась она через полчаса. Аккуратно вышла в коридор, оглядываясь во тьме. Пол скрипнул под босыми ногами, дверь тоже заскрипела, открываясь под напором маленьких ручек. Разноцветные глаза блеснули в темноте, и Зак приподнялся с подушек на локте. — Рэй? — неуверенно позвал он, — Тебе, что, кошмар приснился? Девочка пожала плечами, присаживаясь на краешек кровати, словно спрашивая разрешения. Мужчина кивнул, и Рэйчел, слабо улыбнувшись, легла рядом с ним. В эту комнату она вообще ни разу не заглядывала, поэтому сейчас с интересом осматривая полупустое помещение. Шкаф-тумбочка-кровать и куча мусора — больше здесь ничего не было. В его вкусе, наверное. Зак же тут же отвернулся к стене, вновь продолжая спать. Но тишина слишком неприятна. Хочется как-то оправдаться перед кем-то. За несбыточные ожидания и ещё целые надежды. — Зак? А у меня… У меня сегодня День Рождение. — Вот как? — мужчина даже не оборачивается, но еле слышно вздыхает, — Это поэтому ты такая грустная весь день? Мм… Какой-то грустный праздник? — Ты не знаешь? Рэйчел уже не нужен ответ. Конечно. Как она сразу не поняла. У Зака тоже не было Дня Рождения. Он даже не знает, что это. Тяжесть, словно камень, спадает с души, и девочка медленно начинает рассказывать всё то, что услышала от доктора. Она рассказывает самые обычные вещи для простой любящей семьи, однако для этих двоих — это сказка. Красивая, волшебная и, наверное, несбыточная. Зак молчит, не прерывая девочку, но и не выражая восторга, пока она не останавливается, чтобы перевести дыхание. Он поворачивается к ней, сердито смотрит и громко шепчет: «Ну?! А дальше что? Что там ещё бывает…» И девочка продолжает рассказывать. Она говорит о подарках, о играх, о… — А когда твой День Рождения, Зак? — Рэйчел слегка поворачивает голову, натыкаясь на заинтересованный взгляд соседа. — Тебе зачем? — мужчина шипит и отворачивается. — Хочу знать. Может отметим? Зак, может… Может, отметим сегодня этот день? — Но сегодня твоё День Рождения, — Зак делает ударение на слове «твоё» и задумчиво добавляет, — Тем более ночь. Тебе нужно спать. — Угу. Они опять молчат. Но оба не спят. Зак смотрит в потолок, Рэйчел осматривает стены, считая трещины на них. Зак осторожно касается волос Рэйчел, а та оборачивается к нему. Зак тихо шепчет: " С Днём… С Твоим Днём». Глаза Рэйчел широко расширяются, она приоткрывает рот, а потом кивает. Мягко обхватывает пальцы Зака и тихо шепчет: «С Нашим Днём, Зак». Они не видят лиц друг друга. Но почему-то могут представить. И не ошибутся. Только не со своими лицами. Живот Рэй, наконец решивший напомнить о себе, громко зовёт хозяйку, на что реагирует только Зак: — Ты с хрена ли так и не поела?! Да док-псих мне башку оторвёт, если узнает! Девочку тащат на кухню и прямо так, посреди ночи, разогревают салат. Немного подумав, Зак добавляет в тарелку пёрышки лука, гордо поднятые вверх. — На свечи, конечно, не похоже, но… — бурчит он, оправдываясь. — Завтра купим торт, — пожимает плечами Рэйчел. На часах три часа ночи. На кухне в маленькой квартирке двое едят салат с луком вместо свечей. Они молчат. Молчат, пока на улице не начинают голосить собаки. Ложка Рэйчел падает на пол, и девочка поспешно нагибается за ней, пока на полпути её не останавливает вопрос Зака: — Но что тебе подарить? Заметив недоумённый взгляд Рэйчел, мужчина недовольно хмуриться. — Ты сама сказала: «в этот день принято дарить подарки именинникам». Ты мне уже… Уже кое-что подарила. Так что тебе могу подарить я? Рэйчел опускает взгляд на тарелку салата. Самый обычный салат, не требующий особенного рецепта. В середине торчат четыре длинных пёрышек лука. Улыбка проскальзывает по губам, когда именинница поднимает сверкающие глаза и тихо, но так, что в этой пустой квартире её очень хорошо слышно, говорит: — Уже ничего, Зак.