До рассвета

Кейт ведет себя нормально. Спустя некоторое время кажется, словно и не было той странной песни у костра и тех ее взглядов. Они с Кингом как-то резко свели их общение к минимуму. Это произошло не из-за того, что Дэвид испытывал к ней антипатию… Просто так было проще. Неловкостей ему в последнее время и с Фэйрфилдом хватало. Кинг отдавал себе отчет в том, что как-то уж слишком часто хочет… Касаться его. То за ладонь схватит, то обнимет одной рукой за плечи. И все бы ничего, вот только перед прошлым Испытанием он просто стал дергать его за щеки. Конечно, кривляясь в тот момент, но… серьезно? С другой стороны, они же друзья. Все друзья так делают, да? — Бля-я-я-ять, — стонет Кинг, утыкаясь лбом в ствол дерева и закрывая глаза. Только вот своим братанам, с которыми дружил годами, он щеки никогда не оттягивал. Он даже не каждой своей девушке так умилялся. А ведь это он недавно ржал, что у всех какое-то весеннее обострение. Кинг несколько раз стучит кулаком по бедному дереву и отлипает от него, почувствовав потусторонний холодок, обдавший спину. Сущность спускает с неба ящик с их недельной провизией. Дэвиду кажется, что это отличная возможность отвлечься, и он направляется принимать доставку из внешнего мира. Сняв крышку, Кинг скептически окидывает взглядом содержимое. Сущность явно черпала информацию из их воспоминаний, так как в сундуке всегда было что-то не скоропортящееся и что обязательно кто-то из них пробовал. А учитывая их разнообразный национальный колорит… Он вертел в руке какую-то консервированную сою и что-то, что он не в силах был выговорить и даже прочитать. Что ж, ni hao. Чуть левее были чьи-то вещи. — Эй, Томас! Тут что-то твое! — Кинг вертел в руках одежду из ящика. — Тебе зад не жмет в них? — Ой, завались! — Мэг махнула рукой, пытаясь не дергаться, чтобы не мешать Фэнг бинтовать ее ногу. — Но это не мое. Я не ношу оранжевое. — Хм... Неоднозначно изрек Дэвид, внимательней рассматривая узкие спортивные трико черно-серого цвета и такую же в облипку кофту. Выделялся в этом комплекте только ярко-оранжевый жилет. На дне ящика лежала пара перчаток и велосипедный шлем, а также красная сумка с широкими лямками. — И как я сразу не заметил, — Дэвид прищурился, доставая сумку. Перевернув ее, увидел там логотип одной из сети пиццерий. — Минуточку... «PizzaWhat!» Кинг перевел взгляд к костру, ища глазами последнюю деталь пазла и… Находя. Дуайт замер напротив и с ужасом смотрел на руки Кинга, державшие его вещи. Джекпот. — Сущность меня ненавидит… — не веря, шепчет парень, и, кажется, повторяет эту фразу как мантру несколько раз. — Фэйрфи-и-илд, — тянет мужчина, а тот вздрагивает от этой его интонации и ухмылки. В глазах Кинга почти детское веселье, которое бывает в момент, когда ребенок предвкушает какую-то пакость. — Кредитки принимаете? — Отвали, — краснеет Дуайт и выхватывает свои вещи из рук Дэвида. — Ууу, как грубо. Я пожалуюсь вашему начальству, — неодобрительно покачивает головой Кинг и идет хвостиком за Фэйрфилдом, который хочет поскорее спрятать свою одежду. — Псс, слушай, а не хочешь примерить? Дуайт так резко тормозит и оборачивается, что идущий следом за ним мужчина почти врезается в него. — Зачем тебе? — звучит даже больше удивленно, нежели возмущенно. А действительно, зачем? Вот и Кинг не знает, зачем. Фэйрфилд все так же смотрит и ждет, а Дэвид застыл истуканом. — Галстук твой бесит, — отвечает первое, что пришло на ум, и, схватив парня за плечи, отворачивает от себя. — Все, иди. Дуайт как-то пристально смотрит на свой галстук и вертит его между пальцами. «Может, снять?» Кинг как-то странно реагирует. Дэвид же сокрушался мыслями о том, с каких таких пор ему интересно, что там на себя напяливают другие парни? Хотя нет, даже не так. Его интересует один такой, конкретный. Хьюстон, у нас проблемы.

***

Кинг проходит мимо большого комбайна, отплевываясь от листьев кукурузы и пытаясь настроиться на борьбу. Он дремал, когда ощутил, что скоро попадет на Испытание, так что был пока не совсем в форме и за свою расхлябанность уже отвисел на крюке. То, что придется поднапрячься, стало ясно сразу по оглушающему реву бензопилы. Сейчас же Дэвид вообще наблюдал дикую картину: Каннибал крутился вокруг своей оси с бензопилой и с упоением гыгыкал. Он даже ни за кем не гнался. «Вот же имбецил», — констатировал Кинг и решил ретироваться от греха подальше, пока у Существа какой-то очередной приступ… чего-то. Он все же заворачивает внутрь скотобойни, где починкой генератора занимался до боли знакомый силуэт. В последнее время, скорее, до мурашек по коже. Жаль, что людей в лагере стало уже так много и они попадают вместе на одни те же Испытания все реже и реже… Дэвид отмирает и спешно подходит к Фэйрфилду, который дергается так сильно, что чуть не взрывает генератор. Впрочем, тот почти всегда так реагирует, и Кинг не мог его осуждать за это. — Фух, привет, — облегченно выдыхает Дуайт и вновь тянется к проводам и клапанам. — Этот припадочный недалеко, давай осторожнее, — с намеком говорит Кинг, присаживаясь рядом. Он окидывает взглядом парня и замечает… А точнее наоборот, кое-чего не замечает. — Где твой галстук? — В кармане, — Фэйрфилд ловит его вопросительный взгляд. — Что? Ты же сам сказал, что он тебя бесит. — Не бесит, — вздыхает Дэвид. — Надень обратно. — Определись уже, — тихо и растерянно бурчит Дуайт. Кингу нравился этот его приличный вид. Он был таким необычным на фоне всего здешнего хаоса, словно больше всех не вписывался в эту жуткую картину. Дэвид в принципе находил Фэйрфилда интересным. Такого, как он, ты не выцепишь из толпы сразу, но если заметишь… От мыслей отвлекает громкий крик и нарастающий звук сердцебиения. Тут не до размышлений о мужской красоте. — Идет, — опасливо озирается Дуайт, но продолжает чинить - им осталось совсем чуть-чуть. — Давай до конца? — Опасно, лучше уходи, — не соглашается Кинг. — Я сам смогу. — Ты можешь не успеть один. Вместе мы точно управимся, — хмурится Дуайт. Он же сейчас абсолютно прав, почему Кингу вдруг вздумалось спорить? — Тут совсем немного, — звучит раздраженно. — Можешь уже идти к воротам. — Давай тогда ты пойдешь, раз так уверен? — выпаливает Фэйрфилд, и его сразу одаривают колючим взглядом. — Я еще не висел на крюке. У меня больше шансов. — Это у тебя-то? — у Кинга вырывается надменный смешок, Дуайт смотрит почти обиженно. — Фэйрфилд, не смеши. Вали отсюда! — Нет! Дочиниваем и уходим вместе! — Слушай сюда, ты..! Они перегружают генератор. Раздается сразу два взрыва, поршни начинают заметно медленней работать. Парней со спины заливает красное свечение, и они переводят шокированные взгляды друг на друга. Что они, два идиота, натворили? Каннибал за спиной заводит свою бензопилу, и дальше все идет по самому худшему сценарию. Абсолютный провал. На выходе из здания скотобойни смертоносные зубья настигают их с одного замаха, сваливая обоих на рыхлую землю. Фэйрфилд умудряется еще и приложиться головой при падении и на минуту вырубается. Кинг подтягивается на локтях, пытаясь как-то спровоцировать Каннибала. Вдруг он повесит его, и Тэпп или Смит, которые были вместе с ними, успеют помочь Фэйрфилду? Дуайт же лежит без сознания и никакой план с ним уже не придумаешь, остается только попробовать защитить. Существо наблюдает за всем этим с интересом и, вопреки задумке Дэвида, еще и наступив тому на руку, взваливает на плечо именно Дуайта. Оно умнее, чем кажется. Дэвид психует и ударяет кулаком по земле, а парень приходит в себя самым неприятным образом — задыхаясь от боли, когда его плечо протыкает липкий от крови металлический крюк. Каннибал весело мычит, ведя в голове какую-то лишь ему ведомую игру. Он возвращается за Кингом и роняет того на землю перед крюком, что-то радостно гогочет, а затем замахивается молотком. Фэйрфилд дергается каждый раз, когда по Кингу прилетают удары, в итоге зажмуривается, не в силах больше смотреть. «Прекрати, просто прекрати» Каннибалу надоедает бить по мужчине, который только шипит сквозь зубы, и он подходит к менее сдержанной жертве. Останавливается напротив Фэйрфилда, который явно охотней орал, и дожидается, когда тот приоткроет глаза, взглянув на его маску, а затем… Режет по груди бензопилой. Ну, неглубоко так, чтобы не отрубился снова. Дуайт распахивает глаза и срывает голос в крике, а как только умолкает, получает кувалдой по ребрами. Как же Дэвид ненавидел этого тупого урода. Он даже на заведенный последний генератор не реагирует и на открытые ворота. Ему весело здесь и сейчас. Пока Существо разворачивается немного потоптать спину Дэвида, Дуайт мутным взглядом замечает, как из-за угла здания высунулся Тэпп, а за ним маячил Смит. Парень отчаянно мотает им головой, чтобы они даже не подходили — бесполезно. Когда детектив, оценив ситуацию, нехотя кивает ему, Дуайт переводит взгляд на Дэвида. Появились паучьи лапы Сущности. Кинг сталкивается взглядом с заплаканными карими глазами и оба понимают — это конец. Фэйрфилд кривит уголок губ в прощальной улыбке и, получив очередной удар куда-то в грудь, отворачивает голову и опускает руки. Гогочущий Каннибал сразу же начинает резать Кинга. О, вот что он себе придумал. Захотел убить их одновременно. Когти вспарывают живот Дуайта, тело быстро обмякает и кровь ручьем стекает вниз. Дэвиду в этот момент прорезают тело, вогнав бензопилу в спину, протыкая живот насквозь и ведя ее вверх к плечу. Оба умирают. Ритуал завершен.

***

Дуайт открывает глаза уже у костра, и как же хреново он себя чувствует в момент возвращения. Появляется чуть позже Дэвида, который тоже еще не успел отойти, но чувствовал себя уж точно более сносно… Парня сразу же оглушает его гневный крик: — Ты! Ну-ка сюда! Дуайт вздрагивает, а Кинг толкает его в плечо и указывает в сторону леса. Фэйрфилд жестом, как он делал когда-то давно, показывает всем любопытным, что все хорошо и чтобы они не вмешивались. У тех ребят, которым знакома эта ситуация, попадали челюсти. Дежавю. Впрочем, у Дуайта тоже, когда его хватают за грудки и вжимают в ствол дерева. Он даже вскрикивает от неожиданности. Давненько он не пугался Кинга. — Какого черта ты устроил?! — рявкают на него. — Если я говорю сваливать — сваливай! Я бы дочинил! — Я устроил?! — Фэйрфилд просто давится воздухом от такой наглости. — Мы могли успеть только вместе и ты знаешь это! — устало шипит Дуайт, сдавливая короткими ногтями руки Дэвида. — Это спор на ровном месте. Давай забудем, будто нич… — Пообещай, что будешь слушать меня, если я скажу тебе уходить, – мужчина немного встряхивает его. – Обещай. Тон меняется до неузнаваемости. Дуайт видит, что это для него какой-то важный вопрос… … Но врать не может. — Нет, я буду поступать, как правильно, — просто отвечает парень, не разрывая зрительный контакт. — Пойми, ты бы не успел в одиночку… — Не надоело кормить Сущность? — язвительно кидает Дэвид. — Спасибо, что веришь в меня. Я так ценю это, — поджимает губы Фэйрфилд. Кинг промаргивается, понимая, что сорвался, и сразу же разжимает пальцы. — Я не это хотел сказать, — он проводит ладонью по лицу и выглядит как-то взволновано. — Просто не хотел, чтобы ты умер сегодня. Это звучало так подкупающе честно, что обида Дуайта если еще не проходила, то уже хоть не разрасталась. Кинг ведь не сказал ничего такого, чего не знал сам Фэйрфилд. Он всегда был первым кандидатом на крюк. Привык. — Я… — виновато закусил губу Дэвид, по-своему интерпретировав это молчание Фэйрфилда. — Не сильно напугал тебя? — Раньше было страшнее, — пожимает плечами Дуайт и успокаивается. Успокаивается и Кинг. О том, что сейчас скорее обидней, он не говорит.

***

В тот же день к ним попадает новенький. Темнокожий молодой учитель был рассудительным и спокойным, но на первое время впал в апатию. Совершенно не шел на контакт, пребывая в глубоком шоке и ужасе. Фэйрфилд лишь приносил ему перекусить и призывал не держать все в себе и обязательно поговорить с ним или с кем-либо еще из их лагеря. Так что когда спустя некоторое время он видит Кейт рядом с Адамом, которая сумела разговорить его, Дуайт не может сдержать улыбки. Чуть позже у костра Фрэнсис рассказывает о себе, о своих учениках в Кагошиме… Удивительно, насколько же их раскидало по миру. Фэйрфилд незаметно смотрит на Кинга. Он сам — из Нью-Джерси, Дэвид — из Манчестера. Свыше 3 тысяч миль, разные часовые пояса и культуры. Хотя тот и не выглядел для Дуайта как типичный англичанин, которые в его представлении все поголовно снобы и аристократы. У Кинга, на первый взгляд, не было прям ярко выраженного британского акцента (правда, Фэйрфилд не отличал австралийский от ирландского, и даже британский мог его сбить с толку. Они все звучали для него схоже), но так только казалось. Когда Кинг бесился и орал, то произносимая им буква «Р» звучала мягче, а иногда и вовсе опускалась. Ну и гласные выделял сильнее обычного, но это, видимо, особенность манчестерского диалекта. В целом, произношение не было таким басовым и рычащим, как если бы он говорил на американском английском. Зато когда Дэвид выделял букву «Р» специально… О да, рычать он еще как умел. По коже пробегают мурашки. — Давайте просто потупим и не знаю, покрутим бутылку и желания позагадываем? Мне лень думать, — с зевком развалился у костра Эйс. — Серьезно? — выгибает бровь Кинг, а затем прикидывает, что-то в голове. Желания - это интересно. — Окей, я не против. Любые желания? — Я даже не смотря на тебя могу представить твое хитрое лицо, — хмыкнула Лори. — В пределах разумного. — Договорились, — хлопает в ладони Кинг. Дэвид плюхается на свое место и оборачивается к Фэйрфилду, жестом подзывая к себе. Парень собирается приземлиться рядом, но вдруг его просто оттесняют в сторону. Кингу все это не нравится. — О, привет! — в один голос здороваются Фэнг и Клодетт. — Эй, вы там на Испытании не сильно ударились? — вопросительно изогнул бровь Кинг. «Что-то не так» — Тут с тобой поговорить хотели, — с улыбкой выдает Морель, не реагируя на его слова, а затем выпихивает вместе с Мин из-за спины маячившую там Денсон. Та шипит им что-то на ухо, а затем переводит взгляд на Кинга, поправляя светлые пряди волос. На ее лице вспыхивает нежный румянец и она смущенно отводит взгляд в сторону. О. Блять. Нет. Кинг помнил эту пресловутую женскую солидарность. Будь то школа, колледж или университет — всегда были смущенные девочки и их подружки, обступающие тебя со всех сторон. И они всегда знали, на кого тебе лучше обратить внимание. — Давай же, — Дэвида вырывает из мыслей голос Фэнг, которая очень громко шептала Денсон разные советы, явно почерпнутые из визуальных новелл. Девушки уже усадили рядом с ним Кейт и пытались незаметно показать ей пальцы вверх. Кинг понимает, что тянуть нельзя и нужно будет срочно поговорить с ней после игры. «Черт» Мужчина поздно спохватывается и находит взглядом Дуайта. Фэйрфилд отвечает на какой-то вопрос новичка Адама, но продолжает поглядывать в сторону Кинга и Денсон. В голове у него бьется только то, что они красиво смотрятся вместе: эдакий Король и Королева бала на школьном выпускном, Мистер и Мисс Университета… К горлу подступает горечь. Ему действительно хотелось провести время с ним. Но кому интересно, чего там он хочет? — Ммм… — Кейт вытягивает перед собой ноги и неуверенно мнется. — Мы давно не общались, ну, вот так… — А? — Кинг не сразу разобрал, что обращаются к нему. — Подожди секундочку… Фэйрфилд, далеко собрался?! — Я не собирался уходить, я тут присяду, — качает головой Дуайт. — Просто не вижу рядом с тобой свободного места. Кинг, не сводя с него глаз, левой рукой сталкивает за бревна чьи-то вещи. Судя по всему - Неи, так как слышится ее возмущенное «Эй!». — Прости, если ты хотел на колени, — смеется Кинг, похлопывая рукой по освободившемуся месту рядом с собой. Фэйрфилд демонстративно закатывает глаза. Взгляд Кейт какой-то затравленный, как только она переводит его на Дуайта. В нем читается какая-то паника, когда он подходит ближе. У девушек особенно сильно развита интуиция. Фэйрфилд присаживается по левую руку Кинга, и больше ее зеленые глаза не буравят его тяжелым взглядом.

***

Над головами Денсон, Кинга и Фэйрфилда не хватало только черной грозовой тучи, чтобы показать, насколько им некомфортно в этот момент. В итоге никто из них не может нормально ни поговорить друг с другом, ни просто включиться в игру. Но все меняется, когда горлышко бутылки указывает на Денсон. Нея задумчиво потирает подбородок, а затем озвучивает свое желание: — Пересаживайся ко мне. Желание одно из первых и такое странное. Все удивлены. Все, кроме Кинга, который осознает, что Карлссон сейчас делает, и его глаза округляются в изумлении. Теперь стало понятно, почему девушка особо не отреагировала на то, что он так панибратски поступил с ее вещами. Мужчина складывает руки рупором и просто шепчет ей: «Обожаю тебя». Та самодовольно усмехается, произносит одними лишь губами: «Я тебя тоже, дебил», - и тычет ему фак. Но и Кейт не выглядела расстроенной. Она даже как-то расслабленно выдохнула в этот момент. Схожее почувствовал и Дуайт. Что-то незримое продолжает происходить. Игра набирает обороты. Дальше все идет очень бодро. Эйс танцует какую-то ламбаду. Кингу загадали сидеть весь следующий круг с банкой пива на голове, но Клодетт сжалилась над ним и загадала Фэнг убрать с его головы банку… и выпить ее залпом. Маленькая азиатка после этого уже лежала на коленях у Лори, а Морель перед ней слезно извинялась. На втором круге бутылка, которую покрутила Кейт, останавливается на Мэг, и Денсон загадывает ей распустить косички и завязать такие же Лори. В итоге та сейчас сидит вся кучерявая, Строуд с двумя косичками. Томас, уже по собственной инициативе, последней резинкой завязывает волосы Джейка в смешной хвостик выше лба. Конечно, она и ему хотела косичку заплести, но тот был готов убежать. Пришлось кусать губы и довольствоваться малым. Дуайт не знает, почему ему так сегодня везет, что весь этот дурдом проходит мимо него. Он просто тянет пиво, смеется, сидит рядом с друзьями. Немного скучает только Карлссон. Нет, ей весело, но ее бунтарская натура требует от игры на желания чего-то… Большего, чем просто детских шалостей. Благо у нее уйма идей, и теперь выпадает ее очередь загадывать Смиту. — Квентин, взбодрись, — хмыкает Нея. — Пора повышать ставки. Покрути и поцелуй того, кто выпадет! — Нея! — вскрикивает Клодетт, на что Карлссон пожимает плечами. Смит хочет, чтобы от него поскорее отстали, так что он цокает языком и тянется к бутылке. Фэйрфилд в этот момент отвлекается на Адама, который просит его передать ему что-то из алкоголя. Парень не хочет оплошать перед новеньким, так что всецело был занят открытием новой упаковки пива, которая все никак не поддавалась. Черт, как же хочется задействовать зубы в таких случаях. Пока парень оглядывался в поисках чего-то острого, чтобы прорезать плотный полиэтилен… Вдруг раздаются какие-то оханья, а кто-то даже присвистывает. Галдеж нарастает, но отчетливей всего был слышен скрежет пустой пивной банки, которую Кинг просто смял в руке. «Что происходит?» Дуайт поворачивает голову и видит, что горлышко бутылки указывает… Прямо на него, а все остальные смотрят. От всеобщего внимания тот заливается краской. — Можно я… — неуверенно начинает говорить Дуайт, но после того, как Нея бессовестно захохотала, хлопая себя ладонью по колену, совсем утратил всякую надежду. - … не буду? — Думаешь, я хочу? — шипит Квентин, раздраженно поглядывая на Карлссон. Но все же поднимается с места и направляется к Дуайту. — Но мы же играем. — Это твое задание! — парень чуть за бревно не перелезает. — Поэтому давай я выполню его быстро, а ты потом повозмущаешься, окей? — он опускает руки на его плечи, тот просто мотает головой и ищет поддержки взглядом у других. — Господи, какая драма! — заливается истерикой Эйс и его смех подхватывают остальные. — Будь там с ним нежнее, Квентин! — Да хватит смущать его, он же ща умрет, — вяло шутит Кинг, делая глоток пива. Вторая банка тоже скрипит в его руке. Фэйрфилда успокаивает этот его недовольный вид: приятно, что он не разделял всеобщего веселья. Дуайт, увы, явно путается в причинно-следственной связи. С появлением Кейт у него в голове словно блок стоит на размышления о том, что они с Кингом… Не совсем друзья. Вдруг он слышит покашливание и поворачивается обратно к Смиту. Тот мажет губами куда-то в уголок его губ, со стороны это незаметно, так как обзор закрывают упавшие волосы Квентина. Ничего ужасного, губы как губы. Простое прикосновение. Дуайт даже позволяет себе прикрыть глаза и расслабиться от этого недопоцелуя. 1…2…3…4… — Так, харэ уже, — раздраженно кидает Дэвид. Его хватает ровно на пять секунд. Он тянет руку, чтобы отцепить от Фэйрфилда эту сонную пиявку Смита, но он тотчас отстраняется. Дуайт же, немного зардевшись, поправляет пальцами галстук. Дэвид отмечает, что, в целом, тот не выглядит уж как-то сильно взволнованным после поцелуя, и ему отчего-то легче от такого наблюдения. — Ладно, сойдет, — махнула рукой Нея, явно не особо впечатленная. — Условия ставь заранее, — зевает Квентин, плюхаясь обратно рядом с Клодетт. — Милый, — елейным голосом говорит Карлссон и продолжает тише. — Ты знал, что поцелуи бывают не только в губы? Так что теперь не жалуйся.  Она бессовестно врет, что подразумевала поцелуй в щеку, но он действительно мог подловить ее на формулировке. Смит не знает, что ответить, не уловив подвоха, а Нея добивает его подмигиванием и он просто сваливает спать. После желания Карлссон игра уходит в более провокационное русло. Обнимались, танцевали, иногда загадывали поцелуи, короткие и ничего не значащие для большинства. Так, с легкой подачи Висконти, Джейк настолько быстро целует Лори, что та чуть не пропустила этот момент. — Вы всегда тут так развлекаетесь? — хмурится Фрэнсис, приобнимая сидящую у него на коленях Мэг, которую нужно держать на руках весь последний круг. — Нет, просто так вышло, — смеется Томас, следя за бутылкой, которую она закрутила. — О, Джейк! Знаешь, у тебя есть кое-что, что мне нужно… — Ты не посмеешь, — шокировано воззрился на нее Парк: он сразу о чем-то догадался. — Тот классный ящик с инструментами… Я, пожалуй, его заберу. — Нет, — стонет он, а Томас отправляет ему воздушный поцелуй. Парень демонстративно срывает с головы ее резинку для волос и распускает завязанный ею ранее хвостик. — У тебя нет сердца. Парк раздосадовано крутит бутылку, которая замерла напротив Кинга. — Отдашь мне свой лучший фонарик. — Идет, — весело соглашается Дэвид. Этот унылый вид Парка компенсировал бы потерю даже всех его фонарей. Так вышло, что Кинг последний, кто загадывает, и он без особого энтузиазма пустил бутылку наматывать круги. С другой стороны, он был везучим. Вдруг ему повезет и… Горлышко указывало ровно на Фэйрфилда. — Мм, а тебе что отдать? — проследив за последними тенденциями в желаниях, интересуется Дуайт. — Не-а, — фыркает Кинг. — Для тебя нечто особенное. Тот спортивный костюм из доставки… — Нет, — эмоции парня менялись с феноменальной скоростью. — Ты не можешь так со мной поступить! — Быстро надел. — Не буду!

***

— Не могу поверить, — поправив лямку на сумке с логотипом пиццерии, Фэйрфилд крутился перед мужчиной. — Доволен? Я могу переодеваться обратно? Да, Дэвид был более чем доволен. Все взяли небольшой перерыв перед тем, чтобы продолжить играть еще во что-то, кажется в «Я никогда не…», и на них никто не обращал внимания. Собственно, никто и не видел ничего такого в спортивной форме. Кингу было сейчас все равно, что он стал лауреатом премии «самое гейское желание». В том, что сейчас надето на Фэйрфилде, меньше простора для фантазии, но в этом были и свои плюсы. Кинг захотел посмотреть — он посмотрел. Гештальт закрыт. Находясь в таком приподнятом настроении, он не удерживается от комплимента: — Тебе идет. — Ха-ха, — произносит равнодушно Дуайт и со знанием дела добавляет. — Панчлайн без сетапа не работает. Фэйрфилд в свое время потратил уйму времени на то, чтобы научиться смешно шутить, вдохновляясь опытом сценаристов «Daily Show» и «Last Week Tonight», кучей литературы и роликов в сети. Даже на тренинги ходил. В итоге заплатил столько, что, скорее всего, да, посмешить организаторов он точно сумел. Но юмор так ему и не покорился, и вместо «того смешного парня» из его воображения он вечно превращался в нелепое посмешище. Несколько дней в этом мире были потрачены и на размышление об этом. Скорее всего, проблема была в самой подаче? Когда он переставал нервно трястись перед людьми у него все выходило... — Детка, — наклоняет голову в бок Кинг. — Это работает только когда люди шутят. — Так где же сетап? — Так шутки не было. Бум. Дуайт давится воздухом. Он порывается что-то сказать, но просто не может подобрать нужных слов. Кинг снова умиляется его очаровательной растерянностью. Кажется, в этот момент мужчине окончательно становится все равно на то, что подумают остальные, если он просто подойдет, возьмет за руку, склонится к его лицу и... — Дэвид. Мужчина замирает, оборачивается на оклик и видит Кейт. — Можно с тобой поговорить? «Нет», - мысленно отрезает Кинг, но ладонь в белой спортивной перчатке подталкивает его. Пальцы заметно дрожат.  — Я у костра подожду, — слегка понурив голову, фальшиво улыбается Фэйрфилд. — Удачи. — Я быстро.

***

— Я ведь тебе не нравлюсь, да? Кинг чуть не споткнулся на ровном месте. Они еще не отошли далеко. Дэвид даже не успевает продумать то, как бы ей отказать и не обидеть. Не этого он ожидал. Мужчина видит, как Кейт грустно улыбается и смотрит в сторону. Он вполне мог представить, как встречает ее в темном баре. Заказывает ей коктейль, потом второй, пока ее взгляд не потеплеет. Он наконец-то подсаживается за ее столик и спрашивает: «Почему такая красотка и одна?», она отвечает ему, мило смеется. Говорят до самого утра и уходят из бара вместе. Обмениваются номерами, добавляют друг друга на Фейсбуке, кидают друг другу картинки с котиками и... Все. — Да, — говорит мужчина, ему показалось, что прозвучало довольно резко, так что он добавляет. — Извини, так будет честно. Денсон втягивает воздух и машет перед глазами ладонью, чтобы отогнать непрошеные слезы. Нижняя губа немного дрожит. — Я говорила девочкам этого не делать, — Кейт сглатывает ком в горле. — Где-то в глубине души уже давно знала, что это не взаимно. Почувствовала еще сразу, ну, когда ту песню пела. Кинг помнит и не перебивает ее. Она ненадолго прячет лицо в ладонях, а когда убирает руки, одаривает его вымученной улыбкой: — Мне казалось, я уже смирилась. Так что не знаю, почему сейчас так расстроилась, — слезы все же скатываются с уголков глаз и Кейт пытается быстро их утереть, улыбается. — Я правда не хочу, чтобы ты меня избегал после этого. Будь моим другом, пожалуйста. — Конечно, я твой друг. — качает головой Дэвид и разводит руки в стороны; девушка сразу же обнимает его и утыкается лицом ему в грудь. — Я надеюсь, ты в последний раз так расстроишься из-за меня. Сразу вспоминается ее первое Испытание. Кинг поглаживает ее по волосам и переводит взгляд на беззвездное небо. Пусть она найдет себе хорошего человека. — Ты с этим полегче, ты мне еще чуть нравишься, — хихикнула Кейт, наконец-то успокаиваясь. Кинг выпускает ее из объятий. — Окей, постараюсь сдерживать свое очарование, — Дэвид подмигивает и его слабо стукают кулачком по плечу. Наконец-то на ее лице появляется слабая, но искренняя улыбка. Боже, как же Кинга раздражали эти страдальческие попытки улыбаться, чем грешили что Денсон, что Фэйрфилд. Они начинают идти в сторону костра, как вдруг девушка останавливает его прикосновением к запястью. — Я не хочу лезть не в свое дело, но… — Кейт поджимает губы. — Это ведь Дуайт, да? Что именно «Дуайт» объяснять не приходится. Кинг поворачивает голову в сторону пламени. Фэйрфилд переговаривался с остальными. Дэвид не видит его лица, но может прекрасно представить то, как он реагирует на разные фразы. Между ними метров десять, которые можно сократить до нескольких сантиметров. Когда-то они не могли находиться даже в поле зрения друг друга. За спиной куча обид и отвратного отношения Дэвида к нему. И Кинг не знает, смог бы он сам доверять такому как он и подпускать близко после всего того, что натворил и сказал. Он отдавал себе отчет, насколько может быть отвратительным, когда хочет задеть кого-то и как умел словами бить по самому больному. Все, что осталось с того времени - стыд. Он ведь так и не извинился нормально. Однажды он подгадает нужный момент и обязательно скажет ему, насколько был неправ. Дуайт, словно почувствовав его пристальный взгляд, оборачивается. Кинг не может рассмотреть его лица, но зато прекрасно видит, как его тонкая фигура поднимается с места и спешно движется в сторону леса. — О, даже так, — Кейт делает свои выводы и подталкивает его в сторону, куда ушел Дуайт. — Иди. Кинг смотрит на нее несколько секунд и решительно кивает. Уже делает пару шагов от Денсон, как вдруг бросает ей напоследок: — Хэй, бесплатный дружеский совет, - девушка заинтересованно склоняет голову набок. - Присмотрись к Нее. Кинг окончательно скрывается за деревьями, а Кейт недоуменно хлопает ресницами. «Нея?..» Она сразу же находит смеющуюся девушку у костра. Кажется, та попыталась построить башню из пивных банок на бревне, но ее метровое строение упало на сидящего рядом Эйса. Денсон засмеялась в ладонь. Что ж, ей будет о чем подумать.

***

Дуайт случайно приходит прямо к «Бэтси». Он просто вскарабкивается на камень и утыкается лицом в колени. Вот как ему делать вид, что он рад за них? Он и так сейчас поступил мерзко, просто сбежав. Картины того, как ребят поздравляют у костра такие явные, и Кинг, возможно, тоже ждет его поздравлений. Дэвид и Кейт… прям Райан Гослинг и Ева Мендес, Том Харди и Шарлотта Райли, Райан Рейнольдс и Блейк Лайвли… Дуайт осознает, что все эти его душевные метания — просто банальная ревность. Мелочная и отравляющая. Ничего, ему просто нужно отдышаться. Он сам придумал этот флирт между ними, сам подумал, что их посиделки вдвоем это нечто большее, сам привязался. Сейчас он посидит тут немножечко и вернется обратно. Скажет, что опять покурить попробовал и было нехорошо, вот и нужно было отойти. К нему подойдет Кинг, треснет легонько по затылку, отчитает за то, что он такой придурок, а потом представит Кейт как… Свою девушку. Дуайт послушает историю о том, как они пришли к этому и поздравит их. У них все будет хорошо, и у него все будет хорошо. Ну… Возможно, он немного расстроится и попросит Мэг или Джейка посидеть с ним, совсем недолго… Но все как-то идет не по плану, когда он слышит шуршание за спиной. Кинг высовывается из-за дерева и сразу замечает оранжевый жилет со светоотражающими полосками. Фэйрфилд перестает горбиться и быстро опускает ноги на землю, придавая себе более расслабленный вид. Дэвид никак это не комментирует, а просто присаживается рядом с парнем, выуживая из заднего кармана сигареты и спички. Впрочем, молчание не было долгим. — Мы поговорили с Кейт, — затягивается Кинг, и запрокинув голову, выдыхает несколько колечек дыма. — Остались друзьями. Она понятливая. Фэйрфилд снова дышит. Ощущает себя еще тупее от того, что накрутил себя, но в тоже время и счастливее. Еще ему гадко из-за того, что чувствует то… Что чувствует. Кейт, наверное, было больно. — Мне… Жаль? — неуверенно произносит Дуайт. — Нет, тебе не жаль, — пресекает Кинг дальнейшие слова Фэйрфилда. «Он прав» Парень захлопывает рот и не собирается спорить. Они так близко, но между ними куча невысказанных слов и невыраженных чувств. У Кинга за все его тридцать два года было много девушек. От милых скромных зубрил до отвязных тусовщиц. С первыми же быстро становилось скучно, вторые просто оказывались ревнивыми истеричками. Эмоциональной связи он так и не смог выстроить ни с одной из бывших. Да даже не мог сказать, о расставании с кем из них он реально скучал. Они или просто расходились навсегда и шли каждый своей дорогой, или между ними оставались приятельские отношения, но не более. С парнями тоже был опыт, но это был только опыт. Никаких свиданий, романтики, просто последствия некоторых пьяных вечеринок. Той части Кинга (которая искренне считала себя натуралом) стоило бы напрячься уже тогда, когда он, будучи в страшную хламину, мог прихватить с собой какого-нибудь паренька. Как он себе потом это объяснял — такие вещи делали его не геем, а экспериментатором. В общем, полную херню придумывал. Кинг следит за Дуайтом, который привычно болтает ногами по его левую руку. Если когда-то он задумывался о том, что мог бы уйти вместе с ним с вечеринки пьяным, то сейчас он прихватил бы его с собой абсолютно трезвым. Что еще тревожило, так это то, что с Фэйрфилдом хотелось говорить. Говорить много, долго, по делу и без, узнавать о нем что-то, смущать, смотреть на то, как он мягко улыбается ему и смеется… Дэвида напрягало, что Дуайт ему уже даже не просто нравился. Нет. Нравился тот ему уже давно, но то, что сейчас происходило между ними… Все. Финиш. Не может больше. Они сидят рядом. Момент замечательный. Что его сейчас останавливает, кроме него самого? Дуайт что-то хочет сказать и поворачивает голову к Кингу, но проглатывает все слова. Дэвид смотрит так внимательно, почти пугающе сосредоточенно в ответ. Мужчина посылает все к черту. Тушит сигарету. Поднимается с места. — Наклони, — низким голосом говорит, становясь перед сидящим на камне Фэйрфилдом. Так точно не улизнет. — Что? Тот уже не отвечает. Сухие ладони сжали щеки и склонили голову Дуайта чуть вбок, а губы ткнулись в его собственные. Вот и все. Сердцебиение Фэйрфилда зашлось так быстро, словно во время погони. Он замер, потеряв связь внешним миром вплоть до того момента, пока чужие губы не зашевелились. Дуайт шумно вдыхает носом и моментально утыкается ладонями мужчине в грудь, что-то протестующе мычит. Кинг перемещает одну руку парню на затылок, не дает оттолкнуть себя. Слишком рано. Он сначала поцелует его так, чтобы вскружить голову и стереть все мысли, а потом будь, что будет. Пусть ему влепят пощечину, но отступить сейчас — это провал, который Кинг не может себе позволить. Дэвид напирает сильнее. У Дуайта в голове каша, но спустя несколько секунд он уже как-то совсем вяло стучит тому по груди. Кинг прихватывает зубами его нижнюю губу, и что-то было в этом укусе говорящее, что пора бы отмереть. Уперевшись коленом о камень с правой стороны от Дуайта, он склонился еще ниже, заставляя того запрокинуть голову, а чтобы не упасть, еще и откинуться на локти. Фэйрфилд наконец-то окончательно плывет от всего этого и, прикрыв глаза, начинает неуверенно отвечать. Он буквально чувствует ликующую улыбку, в которой изгибаются целующие его губы. Локти трясутся и больше не держат, парень просто откидывается на спину, окончательно развалившись на камне. Если все это время Кинг был сосредоточено занят поцелуем, чтобы от него не посмели и не захотели сбегать… То когда так удачно освободившиеся руки Дуайта прикоснулись поверх его собственных, а дрожащие пальцы повели вверх, осторожно обнимая за шею… У Кинга гора свалилась с плеч. Нет, он никогда не признается, насколько нервничал, что его в итоге все равно оттолкнут. Когда же пришло понимание, что от него уже никто не собирается уходить, мужчина отлипает на пару секунд от его губ. Дуайт открывает глаза следом и прерывисто дышит, Дэвид дышит так же. Очки почти слетели, светло-карие глаза совершенно ошалевшие и в них столько эмоций. Неверие, растерянность, желание, теплота... Непонятно, он в таком шоке от поцелуя или из-за того, кто его целует? Кстати об этом. Дуайт, кажется, умер. Контрольным выстрелом оказался второй поцелуй. Пока Фэйрфилд боролся со своим когнитивным диссонансом, Дэвид обманчиво мягко провел по щеке ладонью и немного сжал его скулы пальцами, чтобы тот разомкнул зубы. Дуайт податливо приоткрывает рот и сдавленно стонет, сталкиваясь с кончиком языка Кинга. Нервно дергается, словно пытаясь избежать такого контакта. Французский поцелуй делал все совсем неловким и интимным, отчего у него резко подскакивает давление и потеют ладони. Кинг облокотился на предплечье своей левой руки, а правой хотел прогуляться куда-нибудь к груди парня… Но его вдруг так дернули на себя за шею, что тот только и успел уткнуться свободной рукой по правую сторону от головы Дуайта. Возможно, Фэйрфилд сейчас даже не осознает, что делает. «В тихом омуте…» Проявленная инициатива оказалась сравнима с выстрелом в голову самого Кинга. Теперь и он поплыл. Отлипают они друг от друга тогда, когда становится безумно жарко и воздуха просто не хватает. Кинг выпрямляется на руках и смотрит на Дуайта под ним. Тот так и лежит на камне, пытаясь отдышаться и совладать с эмоциями. Взъерошенный, румяный, зацелованный, необычайно красивый в этот момент. «Я попал», - бьется на периферии сознания мысль, пока сердце пропускает удар за ударом. Кингу мало. Закрывает глаза и склоняется еще раз к его губам, поддаваясь сладкой истоме… Но натыкается на пальцы, прикрывающие столь желанные губы. Ах, да. Это все еще Фэйрфилд. Вот сейчас он его узнает. Дэвид не сдерживает разочарованный вздох. — М-может… Обсудим это сейчас? — хрипло произносит Дуайт с видом школьницы, которую застукали с учителем и теперь она смущенно пытается опустить свою мини-юбку до колен. — А ты хочешь говорить? — выгибает бровь Кинг. — Мы ведь даже не встречаемся, так что… — Оу, — горящий огонек в глазах вмиг тухнет. Дуайт плотно смыкает приоткрытые губы и не дает себя поцеловать. Почему-то расстроило то, как это было небрежно брошено. Он хочет подняться с камня и пытается оттеснить рукой Кинга, что у него не особо получается. Вновь предпринимает попытку приподняться, но запястья перехватывают и прижимают по обе стороны от его головы. Он опять повален на камень. Побег не удался. Со стороны это конечно выглядело… Интересно. У Кинга была своя оригинальная романтика, и Дуайту кажется, что следующие слова ему послышались. — Ты не так понял. Дослушивать надо. Вот я и хотел предложить… — Дэвид наклоняется к его уху. — Давай встречаться. — А? — Дуайт еле шевелит губами. — Ты нравишься мне и я нравлюсь тебе. Хватит играть в дружбу, — хмыкает Кинг и целует его куда-то за ухо. — Мы же просто попробуем. — Бля... — у Дуайта, видимо, совсем не осталось слов. Он пребывал в слишком глубоком шоке. «Я в раю?», - мелькает в его голове последняя осознанная мысль. — Не выражайся, — смеется Кинг и наконец-то отпускает его, а то еще доведет беднягу до разрыва сердца. Фэйрфилд так и остается лежать на камне и смотреть куда-то перед собой в пространство. Кинг, видя его предобморочное состояние, снова наклоняется и щелкает перед карими глазами пальцами. Он как-то не сообразил, что Дуайт бывает уж слишком впечатлительным. — Эй, прием. Ты там жив? — осведомляется Дэвид. — Я тебе, типа, встречаться предлагаю. — Ущипни меня, — мямлит парень. — Только не больн... АУЧ! Шок проходит моментально.

***

— Я… — Дуайт трет запястье, то, на котором у него какие-то фенечки, и смотрит в сторону. — Это все неожиданно. Я могу подумать? Наваждение проходит. Они стоят за деревьями недалеко от костра. Кингу несколько иначе представлялось их возвращение в лагерь. — Да, конечно, — Дэвид пытается не показывать то, насколько ему хочется ответить сейчас «нет». Фэйрфилд коротко кивает с какой-то задумчивой улыбкой, разворачивается и уходит. Хочет поспать с этой мыслью. Настроение Кинга как-то медленно скатывается из-за того, что Дуайт решил порефлексировать. Наверное, все это сравнимо с ощущением, когда после ярких красок все вокруг сменяется каким-то грязным, серым цветом. Ждать, когда все казалось таким очевидным, просто ужасно напрягает. Он шагает к оставшейся небольшой компании у костра и присаживается рядом с Неей. Та недолго смотрит на него и все же толкает локтем: — Ну че там? — шепотом спрашивает она. — Тебя можно поздравлять? Кинг с подозрением смотрит на Кейт, которая мило улыбалась ему, а сама вся сжалась за спиной у Карлссон. Мужчина закатывает глаза, переведя взгляд обратно на ожидающую ответа Нею. Подцепляет пальцами ее шапку и резко опускает ей на глаза. Карлссон чертыхается, но после такого красноречивого жеста не лезет больше с вопросами. Компания играла в «Я никогда не…». Кинг хочет отвлечься и тоже присоединяется, сразу делая глоток пива после слов Фэнг «Я никогда не попадала под арест». Впрочем, отпивают также Эйс и Нея, возможно был еще кто-то, он не заметил. Кинг играл на автомате, не особо вникая в суть вопросов. — Я никогда не была жертвой нападения хищника, — говорит Клодетт. Джейк пожимает плечами и делает глоток, на него все заинтересованно смотрят. — Что? — Парк, — Кинг только начинает, а у парня уже скрипят зубы. — Если тебя когда-то в школе попыталась поцеловать девочка, то это не значит, что… — Это был медведь! — О, расскажи-расскажи! — просит Фэнг, хватая его под руку. — Я… Я… Ладно, — задумался Джейк. — А о каком? У меня есть история про черного, бурого, губача, гризли… — Э-э, — тут растерялась даже Лори. — Да о любом. — Ну, был как-то бурый медведь, он топтался недалеко от моей лесной хижины. Я как раз возвращался домой. Он как заметил меня, так сразу поднялся в трёхметровую стойку на задних лапах. Крупный такой, около 450 килограмм. Ну знаете, это вам явно не медведь-губач, — Джейк что-то вспомнил и, пьяно хихикнув, продолжил рассказывать в своей привычной спокойной манере. — Я сразу лег на живот, прижав руки к затылку. Только не делайте так перед черным. Н-и-к-о-г-д-а. Медведь подошел и стал тыкать меня носом и переворачивать на спину. Это повторялось несколько раз. Бесило. Потом чувствую, что лижет щеку, все-таки жрать решил, — парень рассказывал об этом таким будничным тоном, словно это был поход в магазин. — Он хотел откусить мне голову, но я быстро поднялся, так что он сорвал с меня только рюкзак. Потом я поднял свою куртку, чтобы казаться повыше и мы крутились около большого камня минут десять. Ему все не надоедало… Другие обычно уже уходили, зато надоело мне. Ну в итоге я кое-как смог отойти к дереву и вскарабкаться на него. Ха, повезло, что это был крупный бурый, так что он не стал лезть… Я поспал там до утра, он уже свалил и я вернулся в хижину. Все. — Это талант так уныло рассказывать такие захватывающие истории... — Из тебя двух слов обычно не вытянешь. А вот оно что, нужно было спрашивать про зверушек... — А мне все понравилось, Джейки! — Ой, да идите вы, — отмахнулся Парк от их веселых взглядов и поднялся с места. — Это я просто не рассказал про губача. Джейк зевает и, махнув на всех рукой, уходит спать. Обиду не держит, понимает, что эти придурки просто шутят. Кинг тоже думает о том, что и ему пора на боковую, но вдруг слышит очень знакомый голос. «Так, а чего это он не спит» Дэвид смотрит на Дуайта, который уже переоделся, и, перекинувшись парой слов с Джейком, идет в его сторону с фонарем в руке. Дэвид медленно поднимается со своего места и делает шаг навстречу. — Я быстро, — сразу же говорит Фэйрфилд, то, что он выглядит таким радостным, внушает надежду. — Не смог уснуть. — Ты... — Я согласен, — Дуайт широко улыбается. «Фух» — Это были долгие пятнадцать минут, — усмехается в ответ Кинг и хочет притянуть его к себе, но от него отшатываются в сторону. — Эй, ну что за дела? — Давай пока не будем афишировать, — Дуайт поправляет очки. — Мне нужно поговорить с моими. И да, это тебе, — парень вкладывает в его ладонь фонарик. — И зачем? — Кинг кликает на переключатель. — Для конспирации? Я же для чего-то пришел поговорить. Ну конечно, с этим параноиком не могло быть все так просто. Но хоть они и болтали тихо, но были у остальных на виду и чем тише они говорили, тем больше подозрений вызывали. — Так, я просто проверю, — Строуд перекатывает банку пива в руках и смотрит на них. — Я никогда не целовалась с Дэвидом Кингом. Дуайту даже пить не нужно было. Весь его вид говорил сам за себя, а он ведь даже не играл. Кинг смотрит на него и понимает, что скрывать он не то что не хочет, а просто не может. Он не для того задавался сложными личными вопросами и пересматривал свои взгляды на жизнь. — Бери выше, — Кинг мысленно извиняется перед уже своим парнем. — Мы встречаемся. Повисла тишина, а потом та половина лагеря, которая не спала, просто взорвалась вопросами. Фэйрфилд сдержанно улыбается и кивает на звучавшие также поздравления. «Я же попросил», - крутилась собственная просьба в голове. Краем глаза парень поглядывает на Дэвида недовольно, но тот словно... Сиял изнутри. Дуайт быстро сменяет гнев на милость. Как можно злиться на него, когда он выглядит таким довольным? Может, стоит тоже относиться ко всему проще? Дуайт прогоняет из головы все мысли о том, что отношения в этом мире слишком рискованны. Он подумает об этом позже, не сейчас. Он ощущает душевный подъем, эти эмоции, трепет. Это все настолько волнительно... ... Вся их конспирация длилась меньше минуты.