_Hey you_

      Меня часто спрашивают о моей первой встрече с Робертом Дауни-младшим. Они смотрят на меня, словно сейчас я поведаю им невероятную историю, которую они потом смогут пересказывать. Словно сейчас я им подарю незабываемые эмоции. Или они услышат об эмоциях, которые наверняка испытали бы сами, увидев его.       Поначалу я не знал, что говорить. Потому что это, как ни крути, было невероятным событием в моей жизни. Но отнюдь не такое захватывающее, как многие себе представляют. Поэтому я выдумал подходящую историю, чтобы рассказывать из раза в раз. Из раза в раз. Не скажу, что это неправда. Да, нечто похожее имело место быть. Но позже. Кое-где я приукрасил, добавил красок. Знаете почему? Потому что вы все этого хотите. Чтобы я с восторгом и взахлеб рассказывал о том, как встретил Его! Получите и распишитесь.       Но сейчас я считаю, что пора рассказать правду. Как было на самом деле. Только тихо. Это секрет! На тот момент он был суперзвезда. Самый высокооплачиваемый актер, самая влиятельная персона в Голливуде. Но также пьяница и бывший (скорее всего) наркоман. В прессе о нем рассказывали сказки, мол, завязал, поднялся с самого дна. Но все, кто имел отношение к киноиндустрии, знали, что ничего он не поднялся. Просто выглядит приличнее, не шатается по улицам пьяный, не устраивает скандалов с привлечением полиции. Вероятно, это заслуга его жены и агента. Любые новости в прессе тщательно подчищали. Это я узнал потом.       На тот момент мне было почти двадцать два года, и я с широко раскрытыми глазами смотрел вперёд, полный оптимизма относительно моей карьеры в кино. И у меня были успехи. Незначительные, но были. И самая моя большая тайна — я проходил кастинг в новый фильм о Человеке-пауке. Знаете, каждый актер ждёт в своей карьере свою роль. Она может прийти рано, может прийти поздно. А бывает, что не приходит никогда. Мне повезло. Я прошел первый кастинг, оказавшись среди десятков одинаковых по типажу пареньков. Все мы были высокими, тонкими и смазливыми. После второго кастинга многих отсеяли. Я с ужасом ждал, когда мне позвонит агент и скажет, что, увы, не в этот раз. И добавит обязательно что-то оптимистичное.       Но время шло, и я даже немного успокоился. Потому что это заняло восемь месяцев, и я не мог все время тратить на переживания. Я просто решил, что все будет так, как будет. Или да, или нет.       На примерке костюма и читке сценария, нас было всего десять человек. Мы хоть и улыбались друг другу вежливо, были настороженными. Ведь мы все тут соперники. А потом нас осталось только трое и один, самый последний кастинг. И проводил его Роберт Дауни-мл.       Знаете, что в нем самое раздражающее? Это его приписка «младший», которую проговаривали все. Писали все. И думали, надо полагать, тоже все. Однако «младшему» было уже пятьдесят. Хотя и вел он себя как ребенок. С такой же ответственностью относился ко всему. Но, поскольку он оплот, царь и бог киновселенной Марвел, ему можно было всё. Чем он и пользовался.       Естественно, я нервничал. Я не знал, чего ожидать. Был ли это кастинг, чтобы посмотреть, как мы смотримся в кадре? Или Роберт будет именно тем, кто скажет: «берём»?       Он опоздал. Почти на час. Я сидел в приемной, нервно листая какой-то журнал. На низком столике стоял стаканчик с водой, без понятия какой по счёту. Меня трясло: то ли от нервов, то ли от злости, то ли от страха. Я перебирал в уме всевозможные причины его опоздания. И одна, по моему мнению, была самая очевидная. Они уже определились, кому достанется роль, и это не я. Сейчас кто-то из боссов вспомнит обо мне, выйдет из своего кабинета и скажет идти домой. И не будет никакого Роберта Дауни, мать его, младшего. Иди домой, пацан.       То, что он просто опаздывает, мне не приходило в голову. Я еще был так наивен, что и плохо не мог подумать об актере, на фильмах которого я вырос. Еще через двадцать минут, когда я уже думал пойти кого-то спросить на счёт меня, двери лифта открылись, и из него вышел ОН, в окружении каких-то людей. Я узнал только девушку-ассистентку, которая иногда присутствовала на кастингах.       Он прошел мимо меня, даже не посмотрев. Одет он был в темные джинсы, мятую футболку и спортивную кофту с капюшоном. Глаза скрывали огромные темные очки. Я не успел даже испугаться или прийти в восторг, как меня охватило разочарование. И это все? То есть, это он? Серьезно?       Ещё минут через десять меня позвали в кабинет. На негнущихся, затекших ногах, я прошел в комнату.       Окна были закрыты жалюзи, из-за чего было непривычно темно. Посредине стоял стол, как в комнате для допросов. Вдоль одной стены два длинных кожаных дивана. Вдоль другой — полки с книгами, цветами в горшках и журналами. Напротив меня на стене висел большой телевизор.       Роберт, а я решил его называть именно так, сидел на одном из диванов. В руках стаканчик с кофе, рядом бутылка с водой. Очки он уже снял, но на меня не смотрел. Он набирал в телефоне какое-то сообщение. Я начал злиться. Я не имел на это право, но злился.       В какой-то миг мы остались в кабинете одни. Я так увлекся разглядыванием мужчины и своим раздражением, что не заметил, как все ушли. — Ты так и будешь на меня пялиться? — сказал он, даже не поднимая головы от телефона. — Это раздражает, знаешь ли. — Извините.       Блеск. Роберт лишь фыркнул. Наверное, он привык, что в его присутствии все резко тупеют и ничего путного сказать не могут. Меня это успокаивало. Потому что мне совсем не хотелось, чтобы он подумал, что я идиот, не умеющий говорить. — Я… Я не пялюсь. — Хорошо. — Он, наконец, посмотрел на меня. — А теперь сядь куда-нибудь и подожди, пока я закончу. — Я пока почитаю сценарий. — Как хочешь. — И он опять уткнулся в телефон.       На столе, помимо графина с водой и стаканов, находились распечатки сценария. Всего несколько листов, сцена, которую мы должны сегодня прочитать.       Сцена совсем маленькая, как говорится — Дальше спойлеры. Однако и этого должно хватить. Я гадаю, остальные уже были или я первый?       Когда я уже прочитал текст два раза и уже принимался за третий, мужчина на диване закопошился. Потянулся, со стоном поднялся, и, захватив кофе, направился к столу. Он смотрел на меня с любопытством, отчего я чувствовал себя экспонатом в музее. В музее чудиков.       Он сел напротив меня, не спуская взгляда. Я открыто смотрел ему в ответ. Теперь, когда мы были на одном уровне, а он достаточно близко, его можно было рассмотреть. И первое, что я отметил — он не такой, как на экране. Да, я знаю, что там грим, свет и прочее, но он выглядел очень усталым. И каким-то тусклым. Я не знаю, как это объяснить. И у меня было чувство, словно меня обманули.       Он протянул мне руку для пожатия. — Роберт. — Том Холланд.       Слишком официально, скажете вы. И я отвечу: я рад, что вообще смог что-то ответить. Его рука была теплой и сухой. Рукопожатие сильное, но короткое. Я отметил его идеальный маникюр. Ухоженные ногти никак не вязались с его общим видом. Растянутая футболка с затертым рисунком. Кофта, которая также имела потрепанный вид. От него пахло чем-то дорогим, но запах алкоголя все равно пробивался. Потому я сделал выводы, что вчера у актера была отличная вечеринка. Ну, бывает.       Как позже выяснится, такие вечеринки у него случаются уж слишком часто. И на них присутствует по большей части только он один. И одежда на нем мятая, потому что часто — Почти всегда — Эти вечеринки бывают в номерах отелей. Я несколько раз видел, как это происходит. Но я забегаю сильно вперед. До этого мы еще дойдем.       Дауни взял свои листки, пробежался глазами по тексту, отложил листки. — Хочешь кофе? — спросил он. — Я хочу кофе. Мой кончился, — он поднял свой стаканчик и помотал им в воздухе, показывая, что он пустой. — Почему они такие маленькие? — Я не знаю. Но я могу сходить, если хотите. — Зачем тебе идти? — он удивился. — Сейчас.       Он встал из-за стола и пошел к двери. Мне же хотелось дать себе сильную пощечину. Так, чтобы в глазах были звезды, а мозги, наконец, начали работать. — Кристи, детка, нам нужен кофе! Только, пожалуйста, стаканчик чуть больше этого карлика. Спасибо.       Отдав указание насчет кофе какой-то там Кристи, он вернулся на свое место, сел, потер слезившиеся глаза. — Как можно работать без кофе? Да, Том?       Я, не пьющий кофе и не просивший его сейчас, кивнул, соглашаясь. Какого черта? Мне стало интересно, а как другие люди ведут себя с ним? Те, кто видят его каждый день. Общаются на равных. Смеются ли они над его несмешными шутками? Или бросаются делать ему кофе, стоит ему только упомянуть об этом? Смотрят, не отрываясь в его глаза?       Или же они так привыкли к нему, что могут запросто пошутить над ним. По-дружески ударить по плечу? Или обнять? Я видел много фото, где его обнимали. Но меня никогда не посещали мысли о том, что и я когда-нибудь мог бы сделать такое. Это было так нереально и далеко.       Однако я сейчас сидел рядом с ним. Смотрел на него и все еще не верил, что это происходит.       Тут ожил его телефон. Включился экран, а телефон начал вибрировать. Я смог только заметить на экране фото какой-то женщины. — Да? Я сейчас в студии. Чего ты хочешь?       Женский голос в трубке начал что-то говорить на повышенных тонах. И даже я слышал, что собеседница Роберта, наверное, его жена, сильно на взводе. Мне было неловко, и я снова уткнулся в свои листки, показывая, что я не слушаю. — Ты слышишь меня? Я занят. Да, я буду сегодня дома!       Он кинул телефон слишком резко, я даже вздрогнул. Но, кажется, Роберт не заметил этого. Открылась дверь и вошла Кристи с кофе. Да, это была уже знакомая мне ассистентка. Она поставила поднос на стол. А на нем два кофе из кондитерской, что располагалась неподалеку. Я видел ее, когда шел сюда. Мужчина взял самый большой стакан, приоткрыл крышечку и глубоко вдохнул. — Спасибо. — Обратился он к девушке. — Спасибо. — Сказал я, беря оставшийся стакан. В воздухе тут же появился ароматный запах кофе. Мне нравился этот запах. А вот пить кофе я не любил. Пока не любил. Но я опять забегаю вперед.       Как оказалось, во втором стакане оказался не кофе, а горячий шоколад. И я был очень благодарен Кристи, что она каким-то образом поняла, что мне надо. Хотя, если подумать, я пил горячий шоколад на прошлых кастингах во время перерывов. — Итак. — Начал Роберт. — Давай посмотрим, что тут у нас.       Он снова взял листки со сценарием, выпрямился и …. И превратился в Тони Старка. Я растерянно смотрел на него и не понимал, как это случилось. Да, на нем не было характерной бороды и дорогого костюма. Но Тони Старк — это не борода и не костюмы. Это особая манера держаться, это взгляд, жесты. И я точно видел перед собой миллиардера из любимого мною кино.       Он начал читать свой текст, почти не смотря на распечатки. Я был совершенно не готов такое увидеть и немного расслабился от внешнего вида Роберта. Схватив свои распечатки, я быстро нашел то место, с которого начал мужчина и начал читать свои реплики. Я читал так, как чувствовал себя сейчас. Восторженно и немного растерянно. Это была первая встреча Старка и Паркера. И, как мне казалось, я хорошо передал все свои чувства. — Хм. — Загадочно произнес Роберт.       Я не хотел спрашивать, но спросил: — И что вы думаете?       Он пристально смотрел на меня, сощурив глаза. — Я тебе так скажу — Нормально. — Нормально? — я не знал это хорошо «нормально» или плохо «нормально» — Те два тоже хорошо отчитали. — Да? — и мне стало страшно. — Да. И кого не выбери, студия не прогадает. И знаешь, что надо сделать, чтобы получить эту роль? — Что? — Мне уже это не нравилось, но, ни о чем плохом я еще не думал. — Тебе надо мне отсосать!       Как только я понял, что он сказал, у меня вспыхнули от стыда даже уши. Он же смотрел на меня совершенно спокойно. Словно ему было очень интересно смотреть на мою реакцию. — И что б ты знал, те двое согласились.       И под его громкий смех, я, ничего не видя перед собой, выбежал из кабинета.