Уксус четырёх разбойников

Чижов с трудом оторвал голову от клавиатуры, служившей ему импровизированной подушкой, но тут же снова со стоном улегся обратно. Без двух литров кофе он не сможет нормально функционировать в такую рань, учитывая, что уснул он вчера в районе пяти утра. Но жестокая действительность в лице Лизы была настроена решительно. Оглядевшись по сторонам, как будто ни разу не бывала в этом кабинете, она неодобрительно сощурилась и шагнула внутрь, закрывая дверь. - Рабочий день у нас вообще-то с девяти утра, - сообщила Лиза, безжалостно раскрывая жалюзи. - Я на работе, - пробубнил Чижик, всё-таки поднимая голову и ощупывая отпечатки клавиш на правой щеке. Оставался неплохой шанс, что после душа они исчезнут и на совещании ему не придётся терпеть насмешливые взгляды коллег. Интересно только, во сколько совещание? - Совещание в десять. Постарайся выглядеть приличнее, чем школьник, который всю ночь просидел в интернете, а утром злая мамочка гонит его на первый урок, - устало попросила Лиза, словно читая мысли. – Старая гвардия уже опозорилась по полной программе, не надо усугублять плохое впечатление. Пожалуйста. - Да все ж свои, - попытался улыбнуться Чиж, которого задело за живое упоминание недавних событий. В управлении по пальцам можно было пересчитать тех, кого напрямую или косвенно не затронули последние события. Прошло примерно полгода, а всё ещё можно наблюдать круги на воде от брошенного камня. - Иванов сказал, что назначили исполняющего обязанности главы управления. И сегодня он будет выступать. Давай сделаем вид, что мы серьёзные специалисты, а не сборище эгоистичного самодовольного говна, - со вздохом проговорила Лиза, разворачиваясь на каблуках. Она на ходу достала сигарету, игнорируя бубнёж Витьки, что кое-кто слишком много стал курить, и вышла, игриво помахав ему рукой, как какая-нибудь семиклассница. Оставшись один, Чиж несколько секунд рассматривал экран своего ноутбука, на котором всё ещё было открыто окно ю-туба. В первый раз за пять неполных лет работы в управлении Лиза не съязвила про его больную привязанность к собственному кабинету и отсутствие личной жизни. И то, и другое было правдой, поэтому Чижик не обижался, хотя и считал, что люди, тыкавшие его в это носом, могли бы для начала разобраться в своей жизни. Да, он использовал квартиру в качестве склада для хранения или же как полигон для обкатки очередного проекта, а жить предпочитал в кабинете. И нет, у него не было никакой личной жизни, одна только работа и сотни блестящих задумок, требовавших воплощения в жизнь. Пять лет назад Витька Чижов пришёл в управление, так как знал, что или его посадят через пару лет из-за манипуляций в сети, или он придумает легальное применение своим способностям. Он был отчаянно азартен. Настолько, что напрочь забывал о такой ерунде как законы, как только в голову приходила очередная невероятная идея, зарождавшаяся обычно с «а что если». Нередко, играючи Витька взламывал чужие базы данных или портил удалённо охранную систему какого-нибудь банка, а потом восстанавливал всё обратно. В целом ущерб сводился к нулю, но преступление оставалось преступление, ему срочно требовался легальный предлог вытворять подобные фокусы без опасений, что за дверью уже стоят сотрудники ФСБ. О своём решении Чиж пожалел лишь однажды, когда они с Бойцовым просматривали запись с видеокамер, на которой Кирилл деловито обходил этажи научного центра, а после, закончив, собирать информацию, показал всем фак и сжёг всё к херам собачьим. Когда к нему заявился Юнусов с просьбой помочь в поисках, Витька озадаченно пожал плечами, сообщив, что Вернер никогда не был приверженцем высоких технологий, даже телефон новый не завёл. Гришка настаивать не стал, сложилось впечатление, что немного обрадовался такому ответу. Чижов к тому времени точно проследил маршрут Кирилла до Швейцарии, о чём никому и никогда не собирался рассказывать. Включив кофемашину, Чиж душераздирающе зевнул и потащился в душ, взмахом руки обновляя сигнальные заклинания, чтобы больше никто не нагрянул, пока он бегал по кабинету в полотенце. По всему периметру помещения на стенах были вырезаны рунические символы, позволявшие замыкать пространство и полностью укрываться от внешнего вторжения. Но, как и всю магию такого рода в стенах управления, её приходилось часто обновлять. Хватало от силы на два-три часа. С удовольствием осмотрев свою в меру симпатичную рожу в зеркале, Чижов тщательно уложил волосы, которые иначе торчали бы во все стороны, и выудил из кладовки, переделанной в гардероб, свежую рубашку. После чего сделал первый глоток обжигающего кофе и снова плюхнулся на стул, чувствуя себя безобразно довольным жизью. До совещания оставалось ещё двадцать минут. Самое время проверить почту и новостную ленту. Первое же письмо заставило Чижика подавиться кофе. Адресат «freedom.haker» прислал ему десятиминутное видео, которое в любом другом случае Витька удалил бы, но заголовок «Джеймс Лоуфер объявляет войну» заставил нажать воспроизведение с параллельным копированием на удаленный сервер. Имя Джеймса Лоуфера прогремело в подпольных хакерских кругах сравнительно недавно. Внимание привлёк один-единственный сайт, на котором некая организация - «Уксус четырёх разбойников» - предлагала всем нуждающимся получить в пользование домашнюю компактную алхимическую лабораторию, способную синтезировать пять видов лекарств, необходимых для поддержания жизни неизлечимо больных. Эта инициатива, подрывающая работу фармацевтических фирм и напрямую нарушающая несколько законов, конечно же, пришлась многим по душе. Сайт прикрыли уже через два дня, но хакерское сообщество среагировало мгновенно: через час всё вернулось на круги своя, а по сети стали распространять посты «Руки прочь от Лоуфера», в которых обещалось, что в следующий раз последуют ещё и ответные меры. Их не услышали. Поэтому сайт «Уксуса» развернули на трех крупнейших доменах, принадлежащих правительству, помимо того что вернули первоначальную страницу. Эта война не затихала до сих пор, при этом ни Джеймс, ни трое других безымянных «разбойника», напрямую ни разу не просили помощи. «Доступной медицина никогда не станет, если будут существовать те, кто может получить прибыль. Я и мои друзья против того, чтобы жизненно необходимые лекарства стоили сотни долларов за штуку. С помощью этого портативного устройства, вы сможете сами произвести дома «дараприм». Благодаря стараниям сотен людей, поддержавшим нас, сайт всё ещё доступен для всех желающих. Работая на правительства разных стран, мы совершали ужасные вещи, не задумываясь ни на секунду. Сейчас пришла пора отдавать долги. В скором времени на наших сайтах появятся и другие препараты, которые вы сможете синтезировать самостоятельно в домашних условиях». – Джеймс Лоуфер вещал в какой-то аудитории под прицелом десятков видеокамер, сверкая глазами. Дальше он перешёл к изобличению нескольких крупных бизнесменов и политиков, игнорируя выкрики журналистов, которых просто разрывало от желания задать свои вопросы. Закончив, Джеймс подхватил со стола свою портативную лабораторию и, прежде чем кто-то успел среагировать, под его ногами вспыхнул круг телепорта. Чижик несколько раз перемотал на момент возникновения телепорта, прикидывая, сможет ли считать магическую подпись с видео. Неудивительно, что среди последователей Лоуфера нашлись и маги, способные на такие фокусы. Сам основатель «Уксуса» не был зарегистрированным магом, но занимался алхимией и биохимией многие годы, хотя докторскую степень защитил в области математики. Но не сенсационность заявление Лоуфера и не то, что он наконец-то решился показаться на людях, заинтриговали Чижова больше всего. Джеймс Лоуфер говорил на русском языке, с некоторым акцентом, но довольно чисто и бегло. Научиться он мог где угодно, но зачем? «Уксус четырех разбойников» работал в основном в Англии и Франции, иногда захватывая остальную часть Европы. Неужели они решили расширить охват и прилетели в Россию, где и устроили выступление? С сожалением посмотрев на часы, Чижик понял, что придётся отложить анализ видеозаписи до вечера. Чисто теоретически, можно было бы прогулять совещание, но Лиза не зря нагрянула с утра пораньше. После перевода Бойцова в штаб, она взяла над ним своеобразное шефство, так как ещё раньше сама осталась без напарника. Ненадолго Витька подумал, что Лизавета хочет предложить ему работать вместе, но два месяца назад ей в пару поставили стажерку. Было бы преуменьшением сказать, что Чижик вздохнул с облегчением. Отказывать кому-то из друзей Витька не умел, но и работать с кем-то кроме Коли сейчас не хотел. Они удивительно легко и быстро сработались, хотя более разных людей сложно было придумать. Даже когда Бойцов после долгих уговоров ненадолго взял в стажерки Олю, а его самого перевели к Иванову, они продолжали делить один кабинет на двоих. Раньше все летучки проводили в огромном тренировочном зале. Но сейчас его оккупировал научный отдел, всё ещё изучавший аномалию, возникшую на месте стычки Кирилла и Миши почти полтора года назад. Чиж как-то попробовал ради интереса сунуть свой нос в их исследования, но, увидев гриф секретности, требовавший допуск четвертого уровня, решил, что оно того не стоит. Хакнуть систему было бы не сложно, но гадить дома Чижов считал выше своего достоинства. В кабинет, который называли «каморкой под лестницей», Чижик влетел без пяти десять. Раньше весь отдел зачистки не поместился бы в этом крохотном тёмном помещении, а сейчас оставалось ещё три свободных места, хотя все уже были в сборе. За полтора года они потеряли очень многих. Олю по понятным причинам Чижов недолюбливал, но искренне горевал вместе со всеми, когда девушка разбилась на машине, оставив Бойцова и Иванова безутешными. Ему пришлось потратить много сил и времени, чтобы привести их обоих в порядок. Хотя очень самонадеянным было бы приписывать только себе эту заслугу. Больше всех постарался Вернер, умудрившийся найти убийцу девушки. Сашка погиб совершенно по-дурацки, затеяв с Лавровым собственное расследование. Следом за ним подался в бега Толя, никого, кажется, этим особенно не удивив. Они успели довольно сильно сблизиться, что при их работе почти неизбежно. Чижик тоже с трудом себе представлял, смог бы он остаться в управлении, если бы у него буквально на руках умер напарник. О Мухе и Мишель до сих пор старались не говорить. Замалчивали общую боль со всей возможной деликатностью, но каждый думал, что именно ему нужно было заметить, догадаться, прекратить творящийся под носом беспредел. Это только со стороны казалось, что они непробиваемые, эгоистичные засранцы, каждый из которых пуп земли. На деле невозможно рисковать жизнью, не зная, что тебе обязательно прикроют спину. Они доверялись друг другу без раздумий. Когда уже отболело, выгорела их общая злость и скорбь по бывшим коллегам, с эффектом атомной бомбы, в каждой газете, на каждом телеканале и интернет-ресурсе жирным заголовком выскочила очередная сенсация: «Найден обезглавленный труп Павла Старостина». В одночасье осиротевшее управление вывалило весь свой гнев на голову предателя. Арсений Лавров не был похож на хладнокровного убийцу, но сомневаться в его виновности не приходилось. Иванов и Бойцов опять неделю пили, но без грусти, скорее задумчиво, пытаясь понять мотив. Вернер, пришедший в себя в больнице, не вызвал такого явного ажиотажа. Но Кирилл не был бы Кириллом, если бы через месяц не учудил такое, что смог потеснить своего стажера на первой полосе. Только-только встав на ноги, он помахал всем ручкой, на прощание взорвав целый научный центр и выложив в сеть десятки доказательств того, что его собственный отец причастен к десятку преступлений. Опыты над детьми, торговля наркотиками, массовые убийства, сокрытие улик и злоупотребление служебным положением. Последний гвоздь в крышку гроба репутации управления. Чувствовал ли Чижик злость, когда думал о Лаврове и Вернере, превратившихся в разыскиваемых преступников? Определенно. Но не потому, что они вдвоём почти разрушили управление, ставшее ему вторым домом. Он злился, потому что они оба решили, что помощи ждать неоткуда. Задача выглядит непосильной зачастую, если нет возможности привлечь дополнительные ресурсы. Арсений мог заручиться поддержкой Иванова или Гришки, да прийти на худой конец к самому Чижику, хотя они и не были никогда особенно близки. Ввести новые переменные, с помощью которых получились бы совершенно иные расклады сил. Чиж часто задумывался над тем, почему ни Лавров, ни Вернер ни на секунду не задумались над тем, чтобы обратиться к кому-то? Витька прокручивал в голове, как поступил бы, но терялся в сотне возможных вариантов. Строил модели, тоскливо рассматривая результаты, ничего не менявшие и никому не нужные. И в девяносто процентов случаев получалось, что Чижов не смог бы сделать ровным счетом ничего. Полтора года назад их было пятнадцать человек, на данный момент осталось восемь, двое из которых совсем зеленые стажеры. Лиза приветливо улыбнулась, но тут же отвернулась к окну, нервно покусывая ноготь на большом пальце. Вера как-то скомкано кивнула в ответ, всё ещё путаясь в именах и людях, иногда просто не понимая, с кем и когда здороваться. Чижик ободряюще подмигнул, но не подошёл, чтобы не стать участником очередного неловкого разговора. В прошлый раз его послали прямым текстом. Лиза не тратила время на объяснения чего-либо и разговаривала с Верой сквозь зубы, на все замечания коллег реагируя агрессивно и с истеричной злобой. Стажера её уговорили взять со скандалом, пригрозив увольнением. За полгода лёд между ними и не думал таять. Вайцман и Граценко сидели в полном молчании, как обычно чуть поодаль ото всех, и ответили на приветствие короткими кивками. Один что-то читал в своём телефоне, другой заполнял какие-то бумаги, видимо, решив, что грех потратить столько времени впустую. Эти двое работали вместе уже лет восемь, со временем всё больше походя на братьев. - Эй, Витька, садись к нам, - громко позвал Слава, помахав своей огромной ручищей. Слава Курицын, обычно выглядевший как уголовник в своих спортивных костюмах и лысой башкой, сегодня переоделся в форму. И стал очень похож на лысого уголовника, который украл капитанскую форму отдела зачистки. Возможно, предварительно убив и съев владельца этой формы. - Привет, - улыбнулся Чижов, внутренне содрогаясь от ответной ухмылки Славы. Дал же бог рожу. - Слушай, можешь помочь Пашке выбрать компьютер? Боюсь, надурят пацана, - быстро перешёл сразу к делу Курицын. От Чижова не укрылось, как Паша, который в управлении появился с месяц назад, сморщился, но вежливо промолчал. - Не вопрос. У меня даже есть одна готовая сборка тысяч на сто. Останется только заказать, - кивнул Витька, которому не понимал, почему все считали, что он должен разбираться в железках. А ещё уметь чинить чайники и настраивать кабельное. Но спорить долго и муторно, легче просто подготовиться заранее. – Но могу и посмотреть, что Пашка выбрал. Дать несколько советов. Комп нужно собирать под себя. Наши вкусы могут банально не сойтись. Павел благодарно просиял, но тут же покраснел и робко попросился зайти как-нибудь, показать, что присмотрел в магазине. Судя по горящим глазам, парню было действительно интересна эта тема, но продолжить разговор им помешало начальство, пунктуально явившееся ровно в десять. - Коллеги, доброе утро, - официально начал Иванов, пропуская в дверях мужчину лет сорока. – Очень рад вас всех видеть. Позвольте представить генерала Фролова. Со вчерашнего дня назначен исполняющим обязанности главы управления. Чижик не стал тратить время на рассматривание волевого подбородка, густых бровей и крепко сбитой фигуры, решив, что на досуге пролистает личное дело. Благо, доступ к архиву он себе сделал давным-давно, оставив незаметную дверцу в системе безопасности, которую при желании можно было легко и незаметно открыть. Радость Иванова от встречи скорее можно было приписать тому, что Лиза не одета как дорогая проститутка, Слава в форме и без привычной кружки чифира, Чижик явился на совещание без опоздания, а Вайцман и Граценко просто явились. Ему вдруг стало интересно, почему управление назвали именно управление. Они же ничем не управляли. Могли бы заморочиться и придумать что-то более звучное и одновременно логичное. - Спасибо. Несмотря на то, что я человек новый, не ждите от меня послаблений. Ваш отдел всегда был особенным, элитарным. Внушили, что вы лучшие. Мы это исправим, - проговорил генерал Фролов ("пожалуйста, называйте меня Василий"), усаживаясь рядом с Ивановым и выкладывая на стол папки, подписанные черным маркером. - Пришло время глобальных перемен. Кто из вас за последний год повышал свою квалификацию? Это риторический вопрос. Я прекрасно знаю, что ни один из вас не стремится улучшить свои навыки. – Василий обвёл взглядом всех присутствующих. – Я хочу, чтобы вы понимали, к чему весь этот разговор. Я не стремлюсь кого-то оскорбить. Но оставлять вас гнить в этом болоте нельзя. Первым делом нам требуется свежая кровь. С понедельника в управлении объявят открытый конкурс на замещение вакантных должностей. У нас нет времени ждать, пока стажеры выучатся, нам нужны готовые специалисты уже сейчас. Затем мы поработаем над командным духом. Недельные полевые тренировки. И для каждого подготовлен персональный учебный план. Чижов с интересом оглядел коллег, ожидая реакцию на подобное довольно жесткое макание носом в дерьмо, но с удивлением обнаружил, что, кажется, всем плевать. Он сам всё время учился, но совершенствовался не в области магии, а делал упор на новые технологии и собственные разработки в области программирования. Магом Витька был средненьким, поэтому вкладывался туда, где мог блеснуть при случае. Никто даже не думал возражать. Попал Василий не в бровь, а в глаз, видать. - Также меня сильно беспокоит дисциплина в отделе. Я знаю, что многим пришлось нелегко в последнее время, но это не повод позорить погоны. Каждого из вас я жду для личной беседы с понедельника, Елена сделала пометки в ваших календарях. Мы должны выяснить, куда движется отдел и управление в целом. Это всё, что я хотел вам сообщить. Пожалуйста, продолжайте без меня. Василий неожиданно тепло кивнул Иванову, после чего похлопал рукой по стопке папок и удалился, окинув всех присутствующих внимательных взглядом. - Он откуда? – полюбопытствовал Слава, как только начальство скрылось за дверью. - ФСБ, - коротко отозвался Иванов, потирая переносицу. - Целый генерал чего-то там. - Пиздец, - коротко вздохнул Слава, возводя глаза к потолку. - Короче, мне вам особо сказать нечего сверх того, что уже сказали. Кому новая жизнь будет не по душе, может смело писать по собственному. Мне пообещали, что и запись в трудовой, и характеристику нормальную сделают. Но я очень прошу подумать. Перестроиться будет непросто, но оно того стоит, на мой взгляд. Я сам в управление пришёл, чтобы говно по стране разгребать, а в итоге, что мы сделали-то полезного за свою зарплату? Василий обещал, что откроет несколько отделений по стране, для начала в Новосибирске и Якутске. Полиция не справляется без нашей помощи. И ещё много чего действительно важного и нужного предстоит. И вы все нам очень нужны. – Иванов прошёлся по кабинету, раскладывая перед каждым одинаковые папки. - Давно пора, - хмыкнул Вайцман, подхватывая со стола свою папку и широко ухмыляясь. – Чур, я первый в командировку в Якутск. Хочу настоящие буузы пожрать. - Не бзди, Иванов, прорвёмся, - кивнул Слава. Лиза промолчала, гипнотизируя папку, но зато Вера схватила свою с такой скоростью, словно боялась, что отберут и второго шанса уже может не быть. Чижов с интересом пролистал документы, для себя решая, что выбора-то особенно и нет. Ничего шокирующего этот Василий им не сказал, приходить вовремя и перестать устраивать не пойми что. По идее, именно так всё и должно было выглядеть. Им платили зарплату за работу, а не за то, что каждый из них, исключая, пожалуй, Чижова, мог убить человека десятью разными способами. - Ладно. На этом всё. Я вас оставляю пообсуждать меня, а ты, Чижик, со мной, - с явным облегчением заулыбался Иванов, поманив пальцем опешившего Витьку. За спиной раздались возгласы возмущения, что Иванов нарочно нагнал интриги, а теперь смывается. Но мужчина лишь отмахнулся, подталкивая Чижова к выходу. - А мне-то скажешь, куда идём? – скорее для проформы спросил Витя, сжимая свою тоненькую папку. - Василий просил тебя пригласить для приватной беседы, - туманно объяснил Иванов, целеустремленно шагая вперед. Больше вопросов Чиж не задавал, успел привыкнуть, что Иванов не был болтлив и всегда говорил ровно столько, сколько считал нужным, и ровно тогда, когда считал это уместным. Самая раздражающая человеческая черта, по мнению Витьки, который был патологически любопытен, но всегда старался это скрывать, восполняя недостаток информации доступным способом – через сеть. Василий обнаружился не в кабинете Старостина, а на третьем этаже, где расхаживал по пустому помещению, которое раньше занимала бухгалтерия, между коробок с телефоном в руке. Разговор был явно не для чужих ушей, так как, увидев гостей, мужчина тут же поспешил попрощаться. - Дело действительно важное. Только что получил подтверждение, что французская сторона уже направила к нам своего представителя. Самолёт прибудет завтра, - обращаясь к Иванову, сообщил Василий. - Торопятся. Неудивительно, - кивнул Иванов, тяжело вздыхая. - Виктор, я рад познакомиться. Ваше личное дело довольно колоритно, даже учитывая, с кем вам приходится работать. В любое другое время, я бы побеседовал с вами о более интересных вещах, но сейчас у нас случилась череда очень неприятных событий, которые вынуждают управление срочно принять меры. Что вы знаете про организацию «Уксус четырех разбойников»? – строго спросил Василий, рассеянно оглядываясь в поисках места, куда они могли бы присесть. Но вокруг были только коробки и письменный стол. Чижов сдвинул брови, надеясь, что его задумчивость не выглядит насквозь наигранной. Не бывает таких совпадений: утром видео, а сразу после скользкие вопросы от нового начальства. - Ну, с моей специализацией сложно не знать о них, - признался Чижик, решив, что отпираться будет бессмысленно. Особенно учитывая, что он понятия не имел, к чему вообще затеяли этот разговор. - Я надеялся на этот ответ, - с облегчением произнес Василий, выуживая из воздуха стул для себя, а затем и для Иванова с Чижовым. – Вчера в страну нелегальным телепортом прибыли четверо организаторов, включая Лоуфера. Спустя час, они дали короткую пресс-конференцию. Мы не знаем, какова их цель, но наши коллеги из Франции любезно сообщили, что скорее всего под удар первым делом попадут крупнейшие фармакологические лаборатории страны. Они захотят завладеть формулами самых известных лекарств, производимых исключительно в России. Наша задача минимум – воспрепятствовать этому. Но в идеале мне бы хотелось взять под стражу Джеймса Лоуфера. Его брать живым, остальные его подельники нас не интересуют. - Вы же читали, что я не полевой? У меня в личном деле стоит, что я не годен к работе в поле, - не в силах скрыть собственный шок, выдавил Чижов, беспомощно оглядываясь на Иванова. - За все пять лет я ни разу... - Я в курсе, - кивнул Василий, поспешно перебивая и подаваясь немного вперёд. – Но мы имеем дело не с бандой убийц. Это кучка ботаников, которые хороши в том, чтобы взламывать чужие системы безопасности, шпионить и красть информацию. Кажется, это именно ваш профиль? К тому же, в помощь мы вам дадим напарника. Честно говоря, я бы хотел, чтобы это был кто-то из наших, но французы настояли на своём. Это чистой воды политика, но не стоит забывать, что они разрабатывают Лоуфера и его дружков уже почти полгода. Нам нужно всё, что они знают. - Окей. Я понял, - немного придя в себя, задумчиво протянул Чижик. В целом, разве не этого он хотел утром? Побольше узнать о Лоуфере и тех, кто с ним работает. Для начала полный анализ утреннего видео, затем собрать досье, а там видно будет. - Ваш напарник прибывает из Парижа завтра утром. Встретьте его, пожалуйста. И думаю, не нужно упоминать, что это дело, во-первых, строго секретно, а, во-вторых, в первом приоритете. Любая помощь, любые ресурсы – просто попросите, - давая понять, что разговор закончен, сообщил Василий.